Стекло и бриллианты

      — Как это понимать — она уехала? — переспросила Гермиона непонимающе.       Она догнала Малфоя после завтрака, улучив тот самый момент, когда он был без свиты (то есть без Креба и Гойла) и за ней самой никто не плелся (то есть Рон и Гарри).       Первоначально Гермиона собиралась идти за Панси, но почему-то ее не было за завтраком. А ждать дольше было невыносимо. Мысль, что все может проясниться сегодня же, колола в висках с самого утра. К тому же, Малфою наверняка отлично известна если не вся история, то хотя бы большая часть — Гермиона готова была поспорить на Живоглота.       — Можешь понимать это как угодно, Грейнджер, — нарочито устало вздохнул он, не сбавляя шага. — Но Панси больше не учится в Хогвартсе, и я не горю желанием тратить время на то, чтобы тебя в этом убедить.       — Почему больше не учится?       Гермиона едва удерживалась от того, чтобы схватить Малфоя за руку, заставив тем самым хоть немного притормозить. Оставлять его в покое — тоже не вариант. Так что Гермиона уверенно шла с ним нога в ногу, стараясь не замечать осуждающий взгляд, которым проводили ее Фэй и Парватти. Гермиона невольно поморщилась. Опять придумают какую-нибудь чушь и разнесут по всей школе.       — О, даже не знаю, — притворно задумался Драко, холодно сверкнув глазами. — Спроси Хикса. Может, он расскажет любимой ученице, почему тек легко отчисляет слизерницев за полгода до окончания школы, когда они не сделали ничего плохого. Экспеллиармус!       Гермиона инстинктивно потянулась к собственной палочке, однако заклинание было адресовано не ей. Она обернулась, чтобы увидеть, куда смотрит Малфой, и не удержалась от вздоха разочарования.       Лучше бы он проклял ее!       В покрасневшем третьекурснике, растерянно озирающемся по сторонам, Гермиона с ужасом распознала гриффиндорца.       — Если еще раз направишь на меня палочку, и будь уверен: это станет твоим последним заклинанием, — парировал Малфой, а затем добавил едко: — Очередное доказательство того, что ты в роли старосты не более чем шутка, Грейнджер.       — Единственная шутка здесь — твоя прическа. Пять баллов с Гриффиндора, — буркнула Гермиона, не зная, кого больше хочется придушить: Малфоя или третьекурсника. Мысленно сделала пометку рассказать о происшествии Макгонагалл. Очевидно, ее собственные призывы не вершить месть так ни к чему и не привели, но, может быть, Макгонагалл будет убедительнее.       — То, что ты сказал про Хикса, невозможно, — решительно возразила Гермиона, вспомнив, о чем шла речь. — Деканы отчисляют самолично только в том случае, если ситуация совсем плохая. А мы оба знаем, что в нашей школе нужно очень постараться, чтобы ситуацию посчитали достаточно плохой. Так что если Панси ушла, то сама. Как и другие слизеринцы. Наверное, произошло какое-то недоразумение.       Гермиона очень старалась скрыть нарастающее раздражение. Ее чертовски возмущало, что в исчезновении доброй части факультета почему-то обвиняют именно Хикса. Будто бы это он специально выгоняет тех, кто ему не нравится.       — Наш обожаемый декан сказал то же самое, но, видишь ли, Панси не хотела уходить. Хикс сообщил о ее «решении уехать к родственникам во Францию» только потому, что я спросил, куда она пропала. Она и все ее вещи, — невозмутимо протянул Драко, а затем посмотрел на Гермиону так, будто находиться рядом с ней — самая утомительная вещь в мире. — Но в одном ты права. Хогвартс — то еще недоразумение. А теперь, будь так добра, отвали.       Гермиона застыла на месте и решительно сжала кулаки. Нужно было срочно что-то придумать. Судя по всему, Малфой решил, что разговор окончен.       — Ты сказал, что Панси не сделала ничего плохого, — начала она негромко, стараясь не выдать напряжение. — Но это не так.       Малфой остановился.       — Интересно, — наконец, произнес он с иронией и развернулся. — Так вот в чем заключается хваленая гриффинорская храбрость: быть достаточно смелым, чтобы напасть, и достаточно наглым, чтобы потом все отрицать.       — Чушь, я не нападала первой.       — Ваши палочки проверяли, — ухмылка Малфоя стала шире. — Первый конфундус бросила именно ты.       Гермиона снова почувствовала раздражающую потерянность. К такому повороту она не была готова. И как вообще такое возможно? Чтобы она напала, да еще и первой. Почему?       — Значит, на то были причины, — с вызовом ответила она, обращаясь то ли к Малфою, то ли к самой себе.       — Какие же?       — Она… — Гермиона замялась.       Малфой насмешливо и с какой-то жалостью смотрел на нее сверху вниз, находясь чуть дальше, чем в шаге. Гермиона и не заметила, как он приблизился. В голове пронеслась мысль, что зря она все это затеяла, только время потратила. Он ничего не знает. Ему лишь интересно, удастся ли Гермионе выставить себя еще большей идиоткой. Он так и будет стоять и пялиться на нее с издевательской улыбкой, наблюдая, как она выкручивается с напускной уверенностью.       — Так я и думал, — в конце концов сказал Малфой и прервал зрительный контакт. — Знаешь, Грейнджер, тебе бы пора…       — Она украла мою вещь, — выпалила Гермиона. — Личную вещь. Мне нужно ее вернуть, поэтому я и искала Паркинсон. Но, видимо, в этом и заключается хваленая слизеринская предприимчивость: выкрасть чью-то собственность, а затем сбежать.       Эти слова вырвались как будто сами собой — Гермиона и не заметила, что сболтнула так много. Не стоило посвящать Малфоя в пропажу дневника — спинным мозгом чувствовала, что не стоило. Но отступать было некуда, так что Гермиона вздернула подбородок и снова поймала его взгляд.       — Чушь, — прокомментировал Малфой, чуть нахмурившись. — Панси не крала твою тетрадку, ты сама ее потеряла.       На секунду показалось, что земля ушла из-под ног. Гермиона ведь и словом не обмолвилась, что пропала именно тетрадь. Сама того не желая, она попала в точку.       — Где моя тетрадь? — спросила Гермиона сухо.       — Не знаю, не интересно, — пожал плечам Малфой. — Наверняка Панси не успела отдать ее тебе. Видишь ли, ее выгнали очень быстро, ведь она со Слизерина.       — Он тут не при чем, — раздраженно поморщилась Гермиона, понимая, что он снова завел свою шарманку про то, какой Хикс ненавистник слизеринцев.       — Разумеется, — хмыкнул Малфой. — То, что с момента его работы по «собственном желанию» отчислилась едва ли не половина факультета, всего лишь совпадение. Очнись, Грейнджер, ты же сама все понимаешь.       — Готова поспорить, не лучшее время, чтобы быть слизеринцем в этой школе, — процедила Гермиона холодно.       — Впервые за день ты сказала что-то разумное. А теперь дай пройти, я спешу.       — Я бы даже поблагодарила за помощь, не будь ты такой сволочью, — бросила в ответ Гермиона. Впрочем, вряд ли Малфой услышал. Он быстро шел вглубь коридора и довольно скоро оказался слишком далеко, чтобы что-то услышать.       Гермиона нервно хмыкнула. Надо же, как все просто оказалось. Она всю ночь не спала из-за мысли, что прямо сейчас Паркинсон подбирает отпирающие заклинания, чтобы прочитать обо всех тараканах, что живут в ее голове. А теперь Панси дома. Со всей ее наверняка роскошной библиотекой в распоряжении. Со временем в запасе, без шанса на то, что Гермиона до нее доберется и вернет свое.

***

      — Брось, Гермиона, — сказал Гарри. Они прогуливались по Хогсмиду, рассматривая, как много заведений возобновили работу. — Если ты правда заперла дневник на несколько заклятий, то не о чем переживать. Она скорее пополам переломится, чем взломает хотя бы одно.       — Не такая уж они и идиотка, — заметила Гермиона. — Она набрала хорошие баллы по СОВ.       — Но меньше, чем ты, — сказал Рон. — Ох, что б тебя… «Зонко» все-таки закрыты!       Гермиона невольно закатила глаза.       — Не большая потеря. Твой брат владеет точно таким же магазином.       — Не таким же, — возразил Рон, а затем помрачнел: — Я хотел подыскать ему подарок на Рождество именно там. Ну, знаешь, подбодрить. Напомнить о школе, когда все еще было хорошо.       — О… да, верно.       Гермиона не знала, что можно сказать. Теперь, вдобавок к царапающему беспокойству за собственные секреты, добавилось чувство вины. Гермиона понятия не имела, почему продолжает чувствовать стыд, когда речь заходит о погибших. Это казалось несправедливым — она жива, а многие другие — нет. И она еще смеет страдать из-за такой мелочи, как украденная тетрадка.       — Все-таки это странно, — прервал повисшую паузу Гарри, — что Паркинсон убралась из школы так быстро.       — Ну, драка произошла не так уж поздно, — пожал плечами Рон. — Мы пошли искать Гермиону после ужина, и в это время она уже была на наказании.       — Тем более. Что такого натворила Паркинсон, что ее отчислили, а Гермиону всего-лишь наказали?       — Гарри, ты на чьей стороне? — возмутился Рон. — Она украла вещь, это как минимум. А может, сделала еще чего похуже. Может, Гермиона поэтому потеряла память?       — Ты говорил, что я переучилась, — вспомнила Гермиона.       — Это было до того, как я узнал, что тебя обокрали и поколотили.       — Справедливости ради, это Гермиона ее поколотила, — задумчиво проговорил Гарри, а затем поймал возмущенный взгляд Рона. — Что? Их палочки проверяли.       — По словам Малфоя, а он, знаешь ли, не самый надежный источник. И вообще, откуда он об этом знает?       — Не знаю, может, встретил Паркинсон перед тем, как ее вышвырнули, — предположил Гарри.       — Или придумал, чтобы защитить подружку, — выпалил Рон, как будто в защите вообще была какая-то надобность.       — Все правильно, — задумчиво протянула Гермиона. Друзья вопросительно посмотрели на нее. — Почему я все еще здесь?       — Потому что ты не виновата, — сказал Рон. — Это Паркинсон начала первой, а Малфой — сюрприз — как обычно наврал.       — Или мы просто знаем не всю историю, — проговорила Гермиона, переведя взгляд на Гарри. — У кого мы отбывали наказание?       — Не знаю, — пожал плечами тот. — У Филча? Мы, пока искали тебя, как раз наткнулись на него. Проворчал что-то про «дрянных девчонок», и что «поделом им».       — Точно, — со знанием дела кивнул Рон. — Мы тогда и не подумали, что это он про тебя.       — А куда именно он шел? В какой-то класс или в кабинет?       — Без понятия, — признался Рон почему-то извиняющимся тоном. — Мы встретились в холле, как раз перед тем, как Хикс нас оштрафовал.       — Только не говори, что теперь собираешься допытываться у Филча? — с подозрением взглянул на Гермиону Гарри.       Та вздохнула и попыталась сдержать улыбку.       — Как давно ты стал таким проницательным?       — Черта с два этот старый жук тебе что-то скажет, — заявил Рон. — Только накричит, что ты по помытому ходишь.       — Давно в тебе открылся дар прорицания, наследник Треллони, — фыркнула Гермиона. — Гарри прав, нужно с ним поговорить. Он, кажется, любит про наказания вспоминать.       — Вообще-то я ничего не предлагал, — возразил Гарри. — Я тоже думаю, что он тебя пошлет куда подальше. Но попробовать стоит.       — Стоит или нет, но выбор не велик, — проговорила Гермиона.       «Хоть я буду выглядеть полной дурой», — добавила про себя и вздохнула.       — Кажется, подарки в этом году придется заказывать по почте, — вздохнул Гарри.       Лишь шныряющие вокруг подростки все еще отличали Хогсмид от деревни-призрака. Еще одно напоминание о лучших днях рассыпалось на глазах.