пистолеты и розы.
2 января 2020 г., 16:58
Стань мне вновь моими рваными джинсами. Без тебя я не понимаю прозу. Я забью на все свои прежние принципы. Ветер.Ночь. Ты — пистолеты и розы. — М. Чайковская
До Паучьего Тупика, находящегося в двух часах езды от дома дяди Альфарда, Сириус добрался за полтора, нарушая все правила и ограничения. Его трясло, как от голода или холода, но ничего такого он не чувствовал. Чувствовал только то, что если сейчас не поговорит с бестолковым Северусом, его просто вывернет наизнанку и скрутит в узел. Эта улица осталась такой же хмурой, грязной и нищей, как тогда, когда Сириус в последний раз посещал её. Несмотря на теплый летний вечер, людей на улице всё так же не было. Могло показаться, что Тупик необитаем, если бы не голоса, доносившиеся из-за старых дверей, когда Сириус проходил мимо них. Враньё. Не проходил — пробегал. Бросив мотоцикл на углу пятого дома, до восьмого парень добежал и, не утруждая себя правилами приличия, распахнул двери. Сириус замер на пороге, стараясь отдышаться, что дало время Тобиасу Снейпу прийти в себя и гневно двинуться на гриффиндорца. — Рыпнись, и я не посмотрю, что ты его отец! — отрезал Сириус, направляя на мужчину палочку. Тот замер, но только на секунду, а после осунувшееся лицо озарила снисходительная улыбка. — Ты не воспользуешься магией. Вам нельзя ей пользоваться вне той уродской школы, — несмотря на уверенность в своих словах, мистер Снейп не подходил ближе — только по кругу обходил Сириуса, постепенно приближаясь к входной двери, тем самым давая возможность Блэку пройти в спальню Северуса. — Я совершеннолетний. Могу пить, голосовать и надереть твой тощий зад, Снейп. Я хочу увидеть твоего сына, — всегда вежливый со старшими, Сириус не мог выдавить из себя вежливую форму обращения к человеку, который так ведёт себя со своим сыном. — Ты не применишь магию. — Готов пожертвовать парой месяцев жизни в Азкабане ради такого удовольствия, — в тон Тобиасу ответил Сириус, тяжело дыша. Вряд ли именно это подействовало на Снейпа, но он сделал решающий шаг назад. Издевающийся над женой-ведьмой, избивающий и унижающий сына-волшебника, он всё ещё оставался трусом, пасующим над ответной реакцией. Сириус рванул в комнату слизеринца, пряча в карман палочку. Он не знал, какая из дверей нужная, и распахивал все подряд, пока не наткнулся на знакомый интерьер. Тут было всё так же чисто и аккуратно, и, как и в первый раз Северус был на кровати, с единственным отличием — не спал, а сидел за книгой. Когда дверь с громким стуком распахнулась, он поднял большие глаза, а после страх в них сменился удивлением. — Блэк? — парень резко пришел в себя от ступора и начал судорожно натягивать пижамную кофту. Сириус кинулся к нему, и повалил на кровать, стараясь вырвать из рук одежду и самостоятельно убедиться в словах Эванс. Он должен был увидеть, не услышать, что его самый любимый человек предначертан ему. Бестолковая война заняла меньше минуты, но в конце концов Снейп оказался прижатым к кровати с заведёнными за голову руками. Оба парня тяжело дышали. Но если Северус смотрел на Блэка, то Блэк смотрел на руку Северуса, понимая, что это правда. Рыжая Эванс говорила правду. На узком запястье его собственным почерком было написано его имя. — Ты… Это правда, — замешательство Сириуса дало Снейпу возможность освободить руки и столкнуть его с кровати на пол. Оказавшись свободным, слизеринец откатился на другую часть кровати и встал на ноги. Из-за постели показалась растрёпанная макушка, а после и весь её хозяин. Они стояли в полной тишине несколько минут. Сириус не знал, что хочет сказать сначала, а Северус потирал запястье, не понимая, в какой момент всё пошло не так. — Почему ты мне не сказал? — наконец выдавил из себя Сириус, не решаясь обойти кровать и приблизиться. С усталым стоном Северус осел на край кровати. — Ты серьёзно, Блэк? — через некоторое время ответил Снейп с лёгкой улыбкой. — Как ты себе это представляешь? Ты пришел и сказал, что у тебя появилось имя Маккиннон, у неё — твоё. Что вы истинные, и всё у вас будет хорошо, потому что быть, блять, иначе не может. Вы родственные души. Что бы я тебе сказал? «Смотри, звёздочка, ты мне принадлежишь»? А ты бы, конечно, бросил свою девушку, с которой тебе обеспечено будущее, мы бы выпустились, поженились и завели собаку? Так ты это видишь? — Ты должен был сказать мне. — А ты не должен был говорить мне, что у тебя есть девушка, спустя семнадцать часов после слов «люблю тебя». Они снова замолчали. Северус не мог выдавить из себя ничего, кроме глупых злых слёз, которые прятал под длинными волосами. Он не хотел ничего объяснять Сириусу, потому что одно дело думать об этом у себя в голове, а совершенно другое — озвучивать это ему. Потому что Северус хотел его, хотел чёртов дом и чёртову собаку. Потому что он заслуживает быть счастливым так же, как и любой человек, и он не хочет, чтобы его счастье досталось Маккиннон. Сириус медленно обошел кровать и опустился на колени перед парнем, аккуратно укладывая руки на его ноги. — Питер Пен, посмотри на меня, — он аккуратно убрал прядь волос с лица Северуса, заправляя её за ухо, и погладил пальцем щеку. — Не зови меня так. Я хочу, чтобы ты ушел. — Нет, не хочешь. Ты хочешь слышать, что я тебя люблю. — Замолчи. — Я люблю тебя. — Замолчи! — вскрикнул Северус и дёрнулся от руки парня назад. Расплывшись в улыбке, Сириус поднялся и наклонился вперёд, полностью придавливая Снейпа своим телом, не давая двинуться места. Северус хотел кричать, что парень не смеет к нему прикасаться и врать о таких важных словах, но смог просто жалобно заскулить как побитая собачонка. Потому что он хотел, чтобы к нему прикасались и говорили эти слова. Он так сильно хотел быть нужным и любимым, что был готов обмануться снова. Больно будет потом, но сейчас станет легче. — Я так по тебе скучал, Питер Пен, — прошептал Сириус, наклоняясь ещё ниже, и мазнул губами по щеке парня, потом шее и ключицам. — Так сильно скучал. И снова поцелуй. Не такой, как тогда в Астрономической Башне — страстный, быстрый, пошлый. Нет, этот был нежным, Сириус вкладывал все свои чувства в него, пытаясь показать, что он говорит искренне, совершенно серьёзно. Не врёт. И Северус поверил. Очень хотел верить. Поэтому ответил, положил ладонь и ответил на неправильный и запретный поцелуй, потому что больше не мог скапливать в себе все те чувства, которые преследовали его на протяжении полугода. Когда Сириус нехотя отстранился, Северус уверенно стянул с себя широкую футболку под удивлённый взгляд гриффиндорца. Потом сделал то же самое с футболкой парня. И всё это время Блэк молчал и не двигался, от чего Северусу начало казаться, что он неправильно понял парня. — Я тоже скучал, Сириус, — неуверенно прошептал Снейп, сжимая его предплечья. — Нет, — мотнул головой Блэк. — Не Сириус. Назови меня не так. Счастливая улыбка расплылась по лицу парня, и он тихо прошептал «Звёздочка», заставляя и Сириуса улыбаться. — Точно? — переспросил Сириус. — Мы можем позвать Мальсибера, если хочешь, — хохотнул Северус, а после тут же вскрикнул. Под правой ключицей покраснело место укуса, а Сириус смотрел как обиженый щенок. Он, вроде бы, и понимал, что это шутка, но желание сломать нос Мальсиберу только увеличилось. Вместо этого он провёл рукой по голой ножке Северуса, немного сжимая у основания бедра, губами блуждая по его груди. Раздвигая худые ноги, Северус согнул их в коленях и зажал парня между ног. Внутри слизеринца было мучительно узко и горячо. Сириус понимал, что делает больно, потому пытался отвлечь парня поцелуями и горячими ладонями. Но Северус продолжал хныкать и сжимать чужие плечи. — Может, следовало растянуть? — Сириус было отстранился, но тут же оказался притянутым обратно за волосы. — Я нашлю на тебя Летучемышинный сглаз, если ты не заткнёшься. Зашипев, Северус отстранился и опрокинул Блэка на спину, забрался сверху. Холодные ладошки упёрлись в горячую грудь, и он медленно опустился на чужую плоть. Было больно и неприятно, но Сириусу нравилось, а значит это стоит того, чтобы завтра мучиться при ходьбе. Двигаясь медленно, он старался смотреть куда угодно, но не на до безумия довольное лицо Блэка, когда Сириус зарылся пальцами в чужие волосы и притянул к себе. Снова взял главенство. В комнате было жарко, но Северуса пробила дрожь, и ему пришлось зажать рот ладонью, чтобы не привлечь внимание отца. Он целовал парня снова и снова, глуша свой голос в губах Сириуса, кусал его шею и тихо хныкал от наслаждения, потому что помимо восхитительных сильных рук и оргазма у него было ещё кое-что. У него снова был Сириус Блэк.***
Уютно устроившись на плече гриффиндорца, Северус уткнулся в его грудь, пряча улыбку. В то, что происходило и происходит сейчас, верилось с трудом. Ему казалось, что вот сейчас он проснётся один в холодной постели, доживёт до сентября и снова увидит Сириуса за руку с Маккиннон. Но химерический Сириус дышал, гладил спутанные чёрные волосы и был таким тёплым, будто настоящим. А, самое главное, никуда не собирался уходить. — Знаешь, Питер Пен, — тихо произнёс Сириус, решаясь нарушить атмосферу, — мы можем быть дома через пару часов. Северус поднял удивлённо голову и установил подбородок на грудь Блэка. — Мы же дома. — Я предлагаю тебе прекрасную альтернативу этому месту, — закатил глаза Сириус, с улыбкой наблюдая за реакцией зрачков Северуса по мере того, как до него доходило сказанное. — Только я бы хотел попросить тебя сразу забрать все вещи, чтобы тебе не пришлось возвращаться сюда. Хотя бы самое и не очень необходимое. Сириус понимал, что почти не даёт права выбора, решив за парня, что ему будет лучше вдали отсюда, и что поступает неправильно, предлагая это, пока слизеринец ещё не может обдумать решение. Но у него таилась призрачная надежда, что Северус не откажет ему в таком состоянии, а дома его будет проще удержать от ухода. — А как же твой дядя? — Он будет счастлив. — Как ты ему объяснишь, что привёз к себе бывшего парня, а не свою истинную? Сириус молчал и внимательно смотрел на Снейпа, не решаясь сказать. Ему хотелось, чтобы до него само дошло, что никто не сможет заменить его улыбку, помощь, поддержку и даже раздражающую привычку не ставить молоко в холодильник. Будь этот «никто» хоть дважды истинным. — Дядя не знает. — Разве вы не были на Рождество вместе? — Сириус покачал головой и убрал руку от волос парня. — Почему? — Это твой дом, и твоё место, — спустя минуту обдумывания фразы сказал Сириус, а после тут же испугался, потому что сбоку послышался сдавленный всхлип. Северус забавно выпятил губу, и это могло бы развеселить Блэка, если бы чёрные глаза не были влажными. Сириус резко поднялся на локтях и растерянно посмотрел на слизеринца, который, кажется, не понимал, что ревёт. — Врун. Я тебе не верю, ты плохой. Облегчённо рассмеявшись, Блэк снова упал на подушку и притянул на себя Снейпа, снова зарываясь в его волосы, но на этот раз — лицом. Нужно будет отучить его плакать.
