Записки неугомонной троицы

У меня болело всё: каждая косточка, каждый нерв. Но, тем не менее, я осталась жива! Похоже, Ник был прав, постоянно употребляя в своей речи одну старую и проверенную временем поговорку: "Дуракам везёт!" Ну, а раз я выжила, а это есть не что иное, как крупное везение, то сделаем один очень простой вывод, не требующий огласки. Немного полежав на спине, я предположила, что могла пролежать на золоте порядочное количество времени, видимо, успела потерять сознание. Сделав глубокий вдох и превозмогая боль в натруженных ногах и порезанных руках, я с трудом поднялась. Кровоточащими ладонями я мельком ощупала свои ввалившиеся щёки, худую шею и выпирающие из ворот рубахи ключицы, потёрла лицо, убирая выпавшие из косы пряди волос. Я бережно ощупала чуть опухшие, покрытые синяками и ссадинами колени. Ничего смертельного не обнаружилось, переломов и вывихов нет. Да, больно. Да, мешает. Но жить с такими повреждениями можно, больше скажу, даже сражаться не возбраняется. И тут я вспомнила про Ника. Молниеносно поднявшись с колен и туту же пожалев об этом, я подбежала к другу, который лежал лицом вниз в паре метров от меня. -Ник, - позвала друга я, почти испугавшись своего голоса - чужого и непривычно сиплого, - Милый мой, родной... Упав перед Никитой на колени, я бережно перевернула его на спину. Взяв его запястья в свои ладони, я глубоко вздохнула, успокаивая дыхание. Подушечки пальцев нащупали под холодной кожей пульс. Для подстраховки я приложила ухо к груди, чтобы ещё раз услышать стук его сердца и успокоить и без того расшатанные нервы. Барабанных перепонок коснулся ровный, чуть учащённый стук. Облегчённо вздохнув, я села рядом с другом, пусть он придёт в себя. Я придвинулась к парню, казавшемуся темным бревном, туго спеленатым в складки плаща, и с содроганием в сердце приподняла край плотной ткани. Я бережно гладила голову друга, попутно оценивая, насколько тяжелые травмы он смог получить. На лице было несколько поверхностных и несерьёзных порезов, переломов и сотрясения я не обнаружила. Думаю, синяки и ссадины - это всё, чем мы ограничились на сегодня. Что является ещё одним доказательством нашего невеликого ума, невероятного везения и постоянной привычки находить неприятности на свою филейную часть. Уже через пять-шесть минут Ник открыл глаза. Он недовольно поморщился, размял руки, проверив всё ли в порядке. Закончив "этот незамысловатый техосмотр", друг укоряющее посмотрел на меня и изрек самую точную и краткую фразу, которую мне доводилось, когда либо слышать: -Ты - долбанный рукожоп, - Ник посмотрел на меня честными глазами и подтверждающе кивнул. Мне, наверное, как уважающей себя девушке, следует сейчас обидеться, устроить истерику, картинно топнуть ножкой и развернуться. Но вместо всего перечисленного я лишь с детской улыбкой набросилась на друга, искренне радуясь тому, что он остался жив и даже более-менее здоров. -Я без ума от тебя! - смеялась я, крепко сжимая в объятиях Ника. -Ты и так без него, я тут не причём. -Комплимента от тебя точно не дождёшься, даже перед смертью, - укорила я его. -Комплименты удел слабых мужчин, - небрежно фыркнул Ник, поднимаясь на ноги, - Сильные мужчины всегда говорят правду. -Поэтому, сильные мужчины обычно умирают в очень молодом возрасте, - намекнула я. -Ого! - завистливо хохотнул мой нахальный собеседник, - Придётся мне в целях выживания срочно в лжецы податься. -Кстати о правде, где Нэн и Бильбо? - Знаешь, это тебе не наши квартиры, это сокровищница, которая даже дракону велика. Они могут быть даже в противоположном её конце… -А мы тогда где? - огляделась я, не видя ничего даже в паре метров от себя. -Там где нас не спасёт даже самый преданный друг, - умозаключил Ник. -Ну, я имею достаточное количество друзей для того, чтобы... -Друзей иметь не надо, - снова воспрянул духом мой неунывающий шутник, - С ними надо дружить! А теперь в путь, нам ещё колонну обогнуть надо… Ник поднялся, и хотел уже идти, но вдруг замер. В кромешной тьме я увидела, как совсем близко что-то зашевелилось. Малейшая неведомая или неявная опасность всегда намного страшнее любого, даже самого жуткого, кошмара, имеющего видимые очертания. Сердцами и душами людей правит мистика, а то, что можно увидеть и пощупать, страшит нас на порядок меньше. Скрип двери, раздающийся в ночной тишине, повергает в трепет гораздо сильнее, чем оскаленная пасть хищного зверя, а приподнимаемый сквозняком ковер способен вогнать нас в холодный пот, напугав до полусмерти. Но ужаснее всего то, что не имеет понятного смысла, не сопровождается реальными объяснениями и не поддается логическому обоснованию, то о чем мы не знаем. Вот и сейчас, когда в кромешной темноте раздался тихий звук падающих монет, по моей спине и рукам пробежали мурашки. Поток теплого воздуха, пахнущий гарью и дымом, пронесся мимо меня и золото, а это было именно оно, мелким дождём посыпалось с холма, поднимающегося ввысь. Я стояла как вкопанная, не смея даже пошевелиться, потому что понимала, что нахожусь всего лишь в нескольких метрах от дракона. НАСТОЯЩЕГО, МАТЬ ЕГО, ДРАКОНА. Потревоженный звуком нашего падения, а потом и непозволительно громкими разговорами, Смауг зашевелился, стряхивая с себя многотонные горы золотых монет, слитков и украшений. Меня оглушил звук падающего металла, с каждой минутой этот гул всё нарастал и нарастал. В пещере стало ощутимо теплее, воздух наполнился едким дымом и неприятным запахом тлена. Прямо перед нашими глазами грозно заворочался пробуждающийся Смауг. Дракон просыпался, его спина изогнулась, из ноздрей повалил черный дым, чешуя заиграла бликами света под тусклым освещением факелов. Хвост этого чудовища медленно двигался из стороны в сторону, подминая под себя всё больше сокровищ. Подумать только, без всяких видимых усилий Смауг мог переместить то, что я не смогла бы перетащить даже не сантиметр и за пять лет! Сила монстра просто завораживала. Когда находишься рядом с таким громадным существом, то понимаешь, как же беспомощны и ничтожно малы люди. Мы просто пылинки, которые можно просто напросто сдуть со своего пути или же просто пройти, не заметив. Наверное, эти же чувства испытывают муравьи, ползая под ногами у людей, которые проходят мимо или же, не замечая, давят этих букашек. И, честно сказать, эта роль меня всегда устраивала – подумаешь, какие-то муравьи?! Но вот оказаться на их месте, не входило в мои планы. Неожиданно из пасти зверя вырвался рык, подобный вою ветра и грохоту камнепада. Я почувствовала, как волосы мои встают дыбом от ужаса и мелкая, рефлекторная дрожь сотрясает подгибающиеся колени. Этот рык проникал в душу и в мозг, возрождая спящий там подсознательный страх смерти. Трепет, подобный тому, что мы испытываем стоя на краю бездны, отделяющей нас от потустороннего мира. И мрачный, пожирающий сознание отзвук, рождённый рокотом зверя, не умолкал, а наоборот, всё ширился и разрастался, вытаскивая наружу все мои тщательно запрятанные кошмары и опасения. Перед моим мысленным взором кружился беспорядочный сонм всего самого отталкивающего и неприятного, что мне уже приходилось пережить: первое утро в Средиземье, осознание отчаяния и невозможности вновь увидеть свою семью, встреча с гоблинами и троллями, бой на краю ущелья, неделя, проведённая в Лихолесье, гнетущее одиночество и дикая боль, измена Фили, ножом режущая сердце... Я понимала, что ещё миг и сдамся, рухну на колени и разрыдаюсь во весь голос, выдав своё место нахождения. Все шорохи прекратились. Воцарилась мёртвая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Смауга. Его спина поднималась, из ноздрей выходил чёрным дым. -Вор-р-ры, - прошипело чудовище, - Мер-р-р-зкие вор-р-ры, где вы спряталис-с-сь? Дракон шумно втянул в себя воздух, поднимая голову вверх и принюхиваясь. Уже через мгновение он молниеносно повернул свою сильную, широкую и длинную шею в сторону, где как вкопанные стояли Ник и я. Вот уж не думала, что такое неповоротливое на вид существо может быть настолько быстрым! Не ожидая такого быстрого разоблачения, мы просто не успели ничего придумать, не то что предпринять. На меня и друга обрушился взгляд огромных, горящих пламенем смерти, глаз. Огненно красные, а в середине вытянутый, как у кошки зрачок. Два колодца пустоты, два пылающих костра, ведущие прямиком в ад. Два бездонных озера тьмы и силы. Дракон смотрел прямо на нас. Я упрямо сжала губы, стараясь вынести это ужасное психологическое давление. Но это было невозможно. Мои колени тряслись сами собой, в висках стучало сердце. От невероятного испуга, я даже не смогла закрыть глаза. Дракон оказался так близко, что я могла видеть своё отражение в его вытянутых, иссиня чёрных зрачках. Смотря в этот бездонный омут, я видела в его глубине смерть, идущую прямо ко мне. Я отказывалась верить, но факт оставался фактом - это конец. Я стояла, окружённая незримым ужасом, и смотрела на дракона, как испуганный кролик на удава. Казалось, дракон этот обладает какой-то незримой магией, проникающей внутрь человека и выворачивая его мысли, душу, тело наизнанку. Невероятной силы страх поборол меня, разрушил, раздробил на куски. Слёзы были готовы вырваться из моих глаз, разлиться по щеками и тяжелыми каплями упасть на золотые монеты. Но неожиданно я ощутила, как острые ногти впиваются в мои пальцы, раздирая их до крови и болью возвращая меня в мир живых. Я судорожно моргнула и силой отвела взгляд от дурманящих и смертоносных глаз дракона. Теперь на меня смотрели добрые и тёплые глаза друга, внушающие доверие и нежность. По Нику было заметно, что он и сам еле держится, но всё равно нашёл в себе силы поддержать меня, не дать сломаться. Ник печально улыбнулся, глянул на меня осуждающе и судорожно сглотнул, едва сдерживая приступ рвоты. Прикосновение его руки, крепко сжавшей мои кровоточащие пальцы, вернула в мой взгляд осмысленность. Ник смог спасти меня от убивающего духа одиночества, страха и безнадёжности. И под одобряющей улыбкой любимого друга я гордо выпрямилась и бестрепетно встретила завораживающий взор чудовища, более не имеющий надо мной никакой власти. -Сильные! - довольно протянул Смауг, - Дерзкие и смелые! Как вы смеете, ничтожные букашки, стоять передо мной?! Безумцы, сами пришли на смерть, в мою же сокровищницу! -Это не твои сокровища! НЕ ТВОИ! - с вызовом бросил Ник. Издевательский хохот наполнил сокровищницу. Звук вибрировал, поднимался, раскачивая стены, осыпая каменную крошку со свода и перекрытий потолка. Звук болезненно бил по барабанным перепонкам, пробуждая желание немедленно заткнуть уши и сжаться в комок, но мы стояли всё так же прямо, не стирая с губ ироничных высокомерных усмешек. -Жалкий червяк, - соизволил просмеяться и успокоиться чересчур развеселившийся дракон, - Уж не хочешь ли ты меня напугать? -А ты не боишься пойти против всех? - осмелев, я рискнула заговорить с драконом, - Против людей, гномов, эльфов, всех, кто остался без крова по твоей вине?! Не боишься прогневать богов? -Люди? Жалкие существа, хрупкие как тростинка. Гномы? Кучка марионеток, возомнивших о себе слишком много. Эльфы? Они замкнулись, утратили былую силу и знания. Боги? Девочка, я долго жил и успел убедиться - их нет. А если бы и были, какой в них толк? Какая сила может противостоять моей мощи? -Любовь и дружба! - громко выкрикнула я, оставив нелепый страх позади. Я почувствовала, как в ответ на мои слова ещё сильнее сжались пальцы Ника, крепко обхватывающие моё запястье. -Любовь и дружба... - задумчиво протянул дракон, - Это всё ересь, не стоящая внимания. Любовь проходит, дружба забывается. В основе бытия любой особи лежат страх, голод, жадность, зависть и влечение к власти! -Любовь и голод движут миром! - громко продекламировал Ник, слегка подаваясь вперед. Я одобрительно кивнула, полностью соглашаясь с другом. Весь страх куда то улетучился, ему на смену пришла неописуемая упрямость. Желание жить и показать этому дракону, кто здесь хозяин. -Вот видишь, вы сами сказали про голод, - благосклонно улыбнулся Смауг, обнажая свои пожелтевшие, но острые как бритва зубы, - А вы не безнадёжны, жучки. Поэтому я дам вам возможность понять значение слов. -Не трогать, девушку! - выкрикнул Ник, задвигая меня себе за спину, -Если ты посмеешь прикоснуться к ней хоть одним своим когтем, то я тебя... -То, что ты тогда сделаешь? - глумливо хмыкнул дракон, не принимая слов друга всерьёз. Однако уже в следующее мгновение его ужасающая морда растянулась в широкой ухмылке, глаза поражённо расширились. -О-о-о, - удивлённо протянул Смауг, - Так значит это и есть то, что вы называете любовью и дружбой? -Да! - гордо вскинула голову я, крепче сжимая руку Ника и вставая с ним наравне, - Ты думаешь, что убив нас - победишь? Хрен тебе с маслом! -Именно, - поддержал меня друг, - Мы тут, мы пред тобой. Стоит тебе только захотеть, и ты с лёгкостью сметёшь нас со своей дороги. Но учти, на наше место придут другие! -Да кто сюда придёт, какие безумцы? - устало протянул дракон, не понимая почему всё ещё терпит нашу болтовню. -Те, кто любят нас. Они отомстят тебе с лихвой, уж поверь. И они победят, потому что любовь сильнее всего на свете, - уверенно выкрикнула я. -Любовь сильнее всего? - по буквам, недоверчиво протянуло чудовище, разглядывая нас, будто чудные, нелепые диковинки, - Даже желания жить? -Да! - хором ответили мы, понимая всю ответственность за свои слова. Мы с Ником прекрасно понимали, что сейчас, перед лицом смерти мы сказали правду. Любовь - единственная в мире сила, которую мы можем противопоставить власти жестокого и одинокого дракона. Смауг опять расхохотался, ещё громче и продолжительнее. -Глупцы! - торжественно провозгласил он, - Вы позабавили меня своей верой в эту "любовь"... Однако, пора бы проверить, выдержит ли ваша дружба моё пламя и клыки. Оскалив острые, как сабли зубы, дракон многозначительно ухмыльнулся. Как гигантская змея, готовящаяся съесть свою добычу, он изогнул свою могучую шею и приблизил морду к нам с Ником. Выдыхая клубы дыма и обжигающего воздуха, дракон был готов в ту же минуту съесть или испепелить нас на месте. Он даже набрал полную грудь воздуха, но выдохнуть его не успел, так как в его голову полетел драгоценный камень, размером с кулак. Дракон тут же обернулся, с невиданной гибкостью изогнув свою мощную шею. Нэн и Бильбо, крадущиеся за спиной дракона застыли, как живые изваяния. Дракон широко улыбнулся, обнажая свои смертоносные зубья. Три ряда острых как бритва зубов - вот что увидели в этом момент застывшие Нэн и Бильбо. Я растерялась и не знала, что делать. Все мои представления о битве с драконом, взятые из детских сказок, ничего общего не имели с видимым. -БЕЖИМ! - проорал Ник, обращаясь не только ко мне, но и к нашим только что спасённым друзьям. Дракона затрясло в приступе неодержимого, необузданного гнева, а дальше произошло то, чего я так боялась. Смауг решил продемонстрировать нам всю свою мощь и силу, он начал подниматься с , усыпанного золотом, пола сокровищницы. Взбешённо он взвыл, и звук этот эхом отразился от стен золотого храма. Из его пасти начали вырываться пока что короткие, но от этого не менее жгучие, языки пламени. Мы с Ником, как по команде побежали по уплывающим из под ног монетам. Но Смауг не отставал. Дракон, окончательно озверев, взвыв от безысходности и гнева, в этом агоническом порыве, Смауг решил сбросить с себя за многие годы никем не тронутое покрывало из золотых монет. Стены и колонны сокровищницы задрожали, казалось, этот карточный домик вот-вот должен упасть, но строение великих гномов стояло насмерть. Радовало то, что Смауг не захотел быть смертником и поэтому, все несущие колонны, оставаясь в предельной целостности, пригодной для своего предназначения. Смауг поднялся на задние лапы, и шумно выдохнув вверх огонь, расправил могучие крылья. Сразу после этого упало несколько колонн. Грохот стоял неописуемый, в один момент мне показалось, что звуки в моей голове и вовсе перестали существовать, среди рева дракона, треска адского пламени и грохота рушащегося потолка, сложно было расслышать даже собственные мысли. Все вокруг менялось и двигалось, над нами трескались своды, многовековые сооружения превращались в пыль и пепел, золото, в буквальном смысле, плавилось прямо под ногами, и каждый шаг приносил нестерпимую боль. Пока колонны падали, мы уже успели убежать на довольно приличное расстояние, учитывая звериный страх, когтями рвущий нас изнутри. Боль и отчаяние барабанным набатом стучали в голове, заставляя двигаться вперед, даже если я и не очень понимала, где сейчас находится это расплывчатое понятие - "вперед". Одно я знала наверняка, туда, где рычит дракон, туда, где бушует пламя, ранее не виданное человеческим глазом, я идти не собиралась. Сзади послышался звук удара или даже хлопка, не могу точно сказать, так как звук этот коснулся моего уха только на несколько секунд. Инстинктивно обернувшись, я даже остановила свой бег, ибо то, что я увидела, в будущем стало одним из моих постоянных ночных кошмаров. Дракон, до этого стоявший на задних лапах и крушащий своим неповоротливым телом и широкими крыльями внутреннее убранство сокровищницы, решил действовать иначе. Смауг, всем своим тело приземлился обратно, на груды золота. Только представьте, многотонная махина, с высоты пятиэтажного дома всем падает на монеты! Если вам сложно это представить, то вот вам другая картина: толсты мальчик плашмя падает в воду. Что после этого будет? Правильно - немыслимое количество БРЫЗГ. Осознание пришло за несколько секунд до того, как меня окрикнул друг: -БЕГИ! - истошно кричал Ник, указывая на ВОЛНУ золотых монет, несущуюся прямо на нас. От усталости не было сил даже закричать, хоть мне этого и очень хотелось. Неведомая гонка золота и пламени соревновалась за наши жизни. Горячие и даже обжигающие монетки, кубки и даже украшения то и дело проносились рядом или же достигали своей цели. На щеках и руках уже осталось пара следов от раскаленного до бела металла, но в данной ситуации это было моей меньшей проблемой. Море колыхалось под моими ногами, делая передвижение почти невозможным, при такой высокой температуре, я могу поклясться, что начала даже скользить по всей этой поверхности. Те, кто хоть раз бегал в кроссовках или сапогах по рыхлому песку, думаю, смогут понять меня и мои трудности. Мимо меня пролетел столб обжигающего пламени и устремился дальше, задев меня лишь краем своего хвоста. Обмерев на мгновение, я почувствовала, как сама смерть загребая костлявой лапой, вооружённой никогда не притупляющимся серпом, плавно прошлась рядом и промахнулась лишь на дюйм, опалив мои отросшие каштановые волосы. Плечо туго заныло, а моего носа коснулся запах тлеющих волос, и я взвыла от обиды и отчаяния, бурливших в моей крови, продолжая свой смертный марафон. Драконье пламя и вправду отличалось от обычного огня, хоть раньше я и не верила во все эти "Балиновы Сказки". Драконье пламя жгло с неимоверной силой, оно было больше похоже на лаву и оплавленный металл, чем на огонь. Пламя, извергаемое драконом, было во много раз свирепей и жарче обычного огня, оно будто бы было частью самого дракона, неся в себе часть его неуправляемой ненависти, смешанную с горьким вкусом обиды и многолетнего одиночества. Это пламя не было нежным, не было тем, что мы привыкли видеть в обычной жизни, оно не бросало на стены загадочные блики. Нет, это пламя несло в себе лишь смерть и с беспощадностью, сравнимой лишь с жадностью, спешила забрать с нас дань наших душ. Я бежала с драконьим пламенем наравне. Впереди неслись Ник и Нэн, а за мной бежал Бильбо, невесть зачем схвативший какой-то золотой кубок. Воздух разрывал горевшие огнём лёгкие, клокотал в груди, смешиваясь с кровью. Дышать было просто невозможно, воздуха катастрофически не хватало. Но как только я пыталась остановиться, пламя тут-же касалось моих ног. Монеты и камни сыпались из под моих ног, но останавливаться я не могла, потому что понимала, стоит мне остановится и я не сделаю больше и единого шага. Силы кончились совершенно, измотанная непрерывным бегом, жаркой температурой и полученными за сегодня травмами и ожогами я уже не бежала я прихрамывала вслед за остальными. Щеки горели, в боку невыносимо кололо так, что хотелось распороть себе живот или сделать хоть что-нибудь, чтобы облегчить эту боль! Драконье пламя жгло меня с неимоверной силой, кожа на руках покрылась ожогами и волдырями. Впереди показались ступени, и я увидела, как Ник и Нэн уже взбирались на них. Бильбо бежал за мной, и я иногда оглядывалась, чтобы убедиться, что он всё еще бежит. Воздух по-прежнему бурлит огнём. За несколько мгновений мы поднялись по ступеням, ноги сами перескакивали с одного камня на другой. Цепляясь за каждую щель и выступ, я упрямо рвалась вверх. Забежав в проход, я ринулась вперёд, что есть мочи. Сзади послышался окрик Бильбо: -Сия, пригнись! - дико закричал хоббит. Я рефлекторно обернулась, и видела, как огненный поток сшибает Бильбо с ног, хоббит еле успевает упасть на землю, но адское пламя летит дальше - прямо на меня. Всё произошло так быстро, что я не успела ничего разобрать. Каким-то чудом, я успела упасть на землю. Каменная крошка впилась в спину, огонь сдавил бока. Дальше я уже ничего не смогла видеть, по мне как плетью хлестнуло пламя. Сверкнули струи огня - и всё исчезло.