Наследие Эдема (The Inheritance of Eden)

Откуда-то снизу доносился громкий стук. Кроули перевернулся в постели, зарывшись головой под одеяло. Он всё ещё был очень усталым. Стук раздался вновь, настойчивее, и Кроули смирился с тем, что ему придётся пойти посмотреть, в чем дело. Вздохнув, Кроули открыл глаза и с трудом сел. Он бросил взгляд на окно спальни над книжным магазином, где он уснул: было похоже на сумерки или, возможно, на рассвет. Он посмотрел на свои часы, и они подтвердили первое – он, должно быть, проспал целый день. «Проспал», правда, было громко сказано – скорее, потерял сознание, как только рухнул на кровать и пробормотал что-то насчёт того, что он в порядке, невидимому Азирафелю, который, возможно, даже не был достаточно близко, чтобы его услышать. Стук прекратился, но Кроули понял, кто это, вероятно, был. Если только их план не пошёл под откос, конечно. Кроули почувствовал, что уже в значительной степени проснулся, и, быстро встав, оправил свой очень мятый и все ещё слегка влажный пиджак. Он окончательно досушил его чудом, пока шёл к двери и направлялся к лестнице. Потом он осторожно спустился по ступенькам, нащупывая ауры. Он поймал слабое ощущение Азирафеля и замер в изумлении. Он предположил, что, должно быть, чувствовал его через частичку души, которую дал Азирафелю. Казалось, он был относительно близко. Кроули оглядел лестничный пролёт, с интересом думая, где именно стоит его друг. Послышался звук открывшейся двери книжного магазина, сопровождаемый характерным звоном колокольчика. Кроули повернул голову, снова занявшись поиском другой ауры. – Кроули? – окликнул знакомый женский голос, и Кроули расслабился. Он глянул через плечо, как будто хотел убедиться, что Азирафель понял, кто это, а затем стал спускаться по лестнице. – Здесь, – сказал он, выходя на основной этаж книжного магазина, и увидел Казариэль, стоявшую у двери и державшую что-то длинное и плоское, завернутое в ткань. – Ты благополучно добралась. – Разумеется, я-то добралась, – сказала Казариэль, оглядывая его с головы до ног, когда он приблизился. – Это тебя должны были поймать прежде, чем ты покинул третье небо. Они даже не забили тревогу, заметил? – она говорила обо всём этом очень жизнерадостно. – Сколько у них ушло времени, чтобы понять, что нас нет? – спросил Кроули. – Твой отвлекающий манёвр сработал потрясающе, кстати: мы почти никого не видели. – Они буквально только час назад поняли, – сказала Казариэль, в высшей степени довольная собой. – Они все были так заняты, пытаясь остановить бунт в пятом круге, что даже не заметили! Кроули захлопал на неё глазами. – Ты говорила, что инсценируешь протест! – Протест и подавление протеста, – самодовольно поправила Казариэль. – Все стали разделяться по двум лагерям, как я и говорила: твоё возвращение к божественности действительно вызвало разные убеждения, и архангелы не единогласны относительно того, что предпринять. Поэтому я поговорила с некоторыми из твоих самых рьяных сторонников – тех, кто считает, что Бог послал тебя как своё слово – и убедила их, что если достаточное их количество соберётся у стен дурацкого аудиенц-зала Михаила на пятом небе, Иофиилу и Гавриилу придётся их выслушать. А потом я пошла к твоим самым горячим противникам и сказала им, что твои сторонники собираются устроить протест на пятом небе! – Да ну тебя, – пробормотал Кроули, который все ещё весьма неуютно себя чувствовал оттого, что у него были сторонники и противники. Казариэль ухмыльнулась ему. – Они начали орать друг на друга почти сразу же. Тебе надо было это видеть. Как бы то ни было... – она протянула ему свёрток. – Было проще простого стащить его. Я знала стража, который его охранял. – Он просто позволил тебе его взять? – спросил Кроули изумленно, забирая у неё свёрток. – Ну, маленькая взяточка, возможно, помогла, – признала Казариэль. – Чем же подкупают Небесных стражей? – спросил Кроули, начав разворачивать ткань и думая, что эта информация вполне могла пригодиться в будущем. – Э-э, ну, пером, если честно, – сказала Казариэль. Кроули в замешательстве поднял на неё глаза. – Пером?.. Казариэль выглядела немного смущенной. – Помнишь, я говорила, что была одной из стражей, приставленных к тебе, когда Самкиэль был за главного? – Ага. – Ну, я знаю, что он вырвал у тебя несколько перьев, и он, как бы... дал их мне... чтобы я от них избавилась... Кроули смотрел на неё во все глаза. – Я просто никогда раньше так близко не видела перо демона, – сказала Казариэль, оправдываясь. – Но этот стражник – он действительно верит, что у тебя миссия от Бога, так что я дала ему одно... Он никому не скажет в обозримом будущем. Может даже взять на себя вину за пропажу, если кто-нибудь когда-нибудь заметит. – Это... это... – Кроули пробормотал, затрудняясь подобрать слово о том, как именно это было. Тревожно? Гениально? – Неужели на Небесах и правда такой раскол? – наконец выговорил он. Казариэль пожала плечами и кивнула. – Честное слово, что-то должно произойти рано или поздно. Они все начинают понимать, что они больше не обязаны подчиняться каждому слову архангелов. – Это... «…Похоже на Падение», – подумал Кроули с трепетом. Это напоминало Небеса, когда Люцифер прельстил половину ангелов Пасть. Неужели он запустил ещё одно Падение? – – …ужасно, – сказал он, напуганный такой перспективой. Азирафель однажды предположил, что на Небесах его, возможно, считают новым Люцифером – но не была ли эта честь уготована не ему, а Кроули? – Да и раньше было не так уж круто, – сказала Казариэль. – Помню момент, когда я впервые прибыла на Землю – тут было столько возможностей, столько разных вариантов. Тебя учат не думать самостоятельно, знаешь, и исполнять приказы, даже не задумываясь, правильные ли они. Мы все были солдатами, но, когда я оказалась на Земле, я осознала, что Михаил и остальные знают не намного больше нас. Бог и с ними не разговаривал уже много веков. Так почему мы должны их слушать? Эта реформа давно назревала, поверь мне. Кроули уставился на неё. У него не было хорошего ответа на это, но он никогда не ожидал – никогда не хотел – стать причиной Падения других ангелов. Он никому не пожелал бы такой участи. Но он, по-видимому, все равно ничего не мог поделать с тем, как сейчас обстояли дела на Небесах: не его делом было спасать ангелов от их глупости или пытаться реформировать Небеса, и уж точно не ему было говорить им, что свобода воли ничего не стоит. Кроме того, хотя реформирование Небес, вероятно, и было достойным и героическим делом, Кроули никогда не был героем и не хотел им быть: он хотел только доставить Азирафеля в Эдем, чтобы он снова мог жить. – Что ж, удачи с этим, – сказал Кроули, снова обращая внимание на свёрток, который держал в руках. Он развернул остатки ткани, обнажив очень красивый и очень старый меч. – Я почти уверена, что это правильный, – сказала Казариэль. – По-моему, они держали меч Стража Южных Врат в том же самом месте – Азирафель может перепроверить? Кроули машинально бросил взгляд на место рядом с собой, у него было странное ощущение, что именно там стоял Азирафель, но, разумеется, он увидел напротив себя лишь ряд книжных шкафов. – Он здесь, – сказал Кроули. – Эфирно. Мы скоро сделаем его материальным. И это тот самый меч, я его узнаю. Казариэль кивнула и, видимо, поняла, что Кроули имел в виду, что Азирафель в буквальном смысле был в комнате вместе с ними. – Здравствуй, Азирафель, – сказала она пустому пространству. – Спасибо, что зашла, – сказал Кроули, снова заворачивая меч. – Я правда очень благодарен. Если мы можем что-то для тебя сделать... Казариэль покачала головой: – Вы уже отплатили мне, поверьте, – она подняла руки, как бы имея в виду книжный магазин. – Я уже официально назначена сюда. Насовсем или до тех пор, пока вас двоих не поймают, так что просто окажите мне услугу – не попадитесь, ладно? Я буду посылать регулярные отчеты о том, что вы сюда не возвращались, так что, если вам нужно место, где Небеса не будут искать, то здесь должно быть безопасно. Учитывая беспорядки, они, вероятно, даже не станут посылать много ангелов на ваши поиски. Когда разойдутся вести о том, что Азирафель тоже был на Небесах – а это пока не всем известно – те, кто на твоей стороне, ещё больше уверятся, что на тебе благословение Отца, потому что только наш Отец решает, куда отправляются души смертных. Никто из них не захочет преследовать тебя, потому что они думают, что у тебя миссия от Бога. Кроули кивнул и покачал головой. – Спасибо. Правда. Казариэль сотворила маленький клочок бумаги, написала на нем номер своего мобильного и протянула ему. – Наконец-то взяла себе один из этих мобильных – они гениальны! Позвони мне, если тебе ещё что-то понадобится. – Обязательно, – сказал Кроули, взглянув на номер, и машинально начал складывать бумажку в руках. – Ну, удачи в том, что вы там собираетесь делать, – сказала она, направляясь обратно к двери магазина. Она остановилась, наполовину приоткрыв ее и снова повернулась к Кроули, который прошёл за ней эти несколько метров. – Я не знаю, сколько здесь сделано нашим Отцом, а сколько – просто нами самими... но я бы никогда не ступила за пределы Небес, если бы меня не назначили сюда после вашего побега. У Кроули возникло отчётливое впечатление, что, если бы на ней была шляпа, то она приподняла бы ее перед ним. – Так что спасибо за это. А потом она ушла, и дверь книжного захлопнулась за ней с ещё одним переливом колокольчиков. Кроули повернулся туда, где, по его мнению, стоял Азирафель, хотя он правда не имел представления, прав ли он был, не считая этого ощущения глубоко внутри. Он взвесил в ладони меч, снова тщательно завёрнутый в ткань. – Я ещё вздремну, – сообщил он, – а потом мы тебя вернём.

~~***~~

Дождь прохладой касался кожи Азирафеля, запутывался в волосах и усеивал плечи. Он стоял на улице, запрокинув голову назад, наслаждаясь тем, как ветер порывами бросал новые капли ему в лицо. Он не видел дождя больше года из-за постоянной солнечной погоды на Небесах, и он не осознавал, как сильно он по этому соскучился: по прохладному ветерку и по шуму капель, барабанящих по тротуару и стучащих по проезжающим мимо машинам. Несколько пешеходов явно решили, что он съехал с катушек, раз стоит вот так под дождем, и обходили его за три метра, с весьма заносчивым видом держа свои зонтики. Он подумал, что Кроули, должно быть, тоже кажется, что он ведёт себя странно, но, когда он опустил голову и оглянулся через плечо, Кроули лишь весело улыбался ему, прислонившись к дверному косяку книжного. Он сотворил заклинание, чтобы перенести Азирафеля в физическое измерение, около часа назад, и пока что, похоже, чувствовал себя неплохо, учитывая, что он постоянно подпитывал Азирафеля своей энергией, необходимой, чтобы он оставался материальным. – Ты там скоро? – спросил Кроули. Азирафель снова повернулся к улочке Сохо и сделал последний глубокий вдох тяжелого, немного затхлого воздуха. Было довольно холодно, проезжавшие мимо машины то и дело поднимали каскады грязной воды, и никто из пешеходов не казался особенно приветливым. Очередь в кафе и кондитерскую через дорогу, вившаяся из двери, состояла в основном из молодых людей, уткнувшихся в свои телефоны и прятавшихся под зонтиками, не желая признавать существование друг друга. Стенд с газетами неподалёку рассказывал о последних тенденциях в вопросе провала Брекзита. Это была самая настоящая Земля. Азирафель улыбнулся и, вновь повернувшись к Кроули, присоединился к нему под крышей своего книжного магазинчика. – Так хорошо, – сказал он, и это было правдой. Кроули слегка улыбнулся, поднял брови, как бы говоря: «Мне ли не знать», – и придержал для него дверь открытой. Азирафель вошёл внутрь, стараясь не налить повсюду воды. – О, и я нашёл это, – сказал Кроули, мягко ткнув носком ноги пустой деревянный ящик около одной из книжных полок, когда подходил, закрыть за ним дверь. – Это от меня: я отправил сверхъестественные книги обратно сюда, когда я... э-э, отдал остальное Харперу. Ещё раз прошу прощения за это. – Всё нормально, – сказал Азирафель, подходя ближе и заглядывая в ящик, который и впрямь был совершенно пуст. – Ты куда-то перенёс книги? – Нет, – сказал Кроули, который и сам, казалось, был в некотором замешательстве на этот счёт. – Некоторые из них действительно обладали небольшой силой – как думаешь, они могли переместиться сами? – Или Казариэль их перенесла, – предположил Азирафель. – Ты говорил, что ее назначили сюда, когда мы были в Мидфартинге, – он оглядел магазин. – Пожалуй, мы могли бы их поискать: если они где-то здесь, то это, на самом деле, не важно... ну-ка, посмотрим... Они разделились и начали заглядывать на полки. Большинство книг принадлежало к новой коллекции Азирафеля, той, что Адам сотворил для него, и их было относительно легко отличать от тех, что Азирафель купил не так давно. Азирафель провёл рукой по ряду корешков, наслаждаясь ощущением тиснёного материала под пальцами и знанием, что они реальны во всех смыслах этого слова. Он прошёлся вдоль следующего ряда и нашёл несколько книг, гревшихся на солнышке, стоя на узком подоконнике. Он протянул руку, чтобы взять одну, и она буквально вздрогнула, когда он коснулся ее, точно кошка, которую резко разбудили от дрёмы. Азирафель улыбнулся и, подняв ее, повертел в руках. «Природа Небес и Земли» – было написано на корешке. Азирафель одобрительно провёл рукой по ее инкрустированной жемчугом обложке. – Ай, это всего лишь я, – сказал он книге. – Ты же меня помнишь, правда? Книга замерла на мгновение, и Азирафель ласково погладил ее корешок. «Природа Небес» издала звук, очень напоминавший шёпот ветра. Другие книги на подоконнике теперь тоже зашевелились, и Азирафелю показалось, что они подвигаются поближе к нему. – Да, это я, – сказал Азирафель, беря в руки другую книгу и бережно кладя ее поверх той, что он уже держал в руке. – Что вы тут делаете, на солнце? У вас же обложки выцветут, – он поднял третью книгу и развернулся, чуть не наступив на ещё несколько томов, стоявших стопкой около одной из нижних полок. Он с грустью понял, что они, должно быть, не смогли сами дотянуться до верхних полок. – Ну-ну, это никуда не годится, – укорил Азирафель, нашёл почти пустую полку, примерно по плечо высотой и аккуратно поставил на неё три книги, которые держал в руках. – Иди сюда, вот так, хорошая книжка... – Азирафель собрал остальные небесные тома и бережно расставил их на полке, где некоторые из них тут же начали отодвигаться друг от друга. Он вздохнул. – Вы хотите стоять в другом порядке, да? Одна из книг скорбно загудела. – Ох, ну ладно, – сказал Азирафель и заботливо переставлял их, пока они не оказались довольны, и каждая из них не издала тихий мурлычущий звук или не испустила приятный запах сирени или утренней росы на траве. Когда он закончил, он ещё раз похлопал их по корешкам и велел им хорошо себя вести. Затем он направился в центр магазина, где обнаружил Кроули со стопкой демонических книг, сваленных на прилавок; он стоял, положив локоть на самую верхнюю. – Они прятались под одним из шкафов, – сказал Кроули, когда Азирафель приблизился. – Трусы. Верхняя книга зашипела, и Кроули проигнорировал ее. – Правда, по-моему, одной не хватает. Я помню, что читал ее пару раз, когда пытался найти способ Поднять тебя. Что-то насчёт истории Падения Люцифера. – О, я уверен, она объявится, – сказал Азирафель. Он подошел поближе и с нежностью похлопал верхнюю книгу в стопке. – Они просто искали, где потемнее, правда же? – спросил он, наклоняясь поближе и проводя рукой сверху вниз по корешкам. – Уверен, они просто занимались поисками хорошей удобной полочки, скажите, так ведь? – Ты что, разговариваешь с книгами? – спросил Кроули, поднимая бровь. – Они наделены частицами божественного, – сказал Азирафель, – или что там вместо этого Внизу. У них есть... свои крошечные души, можно сказать, – он начал вытаскивать первые несколько книг из стопки, и Кроули закатил глаза, но послушно убрал локоть. – Как скажешь, ангел. – Вот, будь добр, помоги мне с ними, – сказал Азирафель и потащил свои книги назад туда, откуда пришел. Кроули проворчал что-то, но Азирафель услышал, что он все равно последовал за ним. Азирафель нашёл тот ряд, где он расставил небесные книги, и начал расчищать место на полке прямо напротив. – Эй, Зира, тут эти ангельские книги, – сказал Кроули. – Э-э, ты точно хочешь ставить их так близко друг от друга? – Они жили вместе в коттедже, – разумно заметил Азирафель. – Они же ладили тогда, поладят и сейчас. – Я думал, ты ставил их в противоположных концах комнаты, – заметил Кроули. – Верно, – согласился Азирафель, – так что давно пора им узнать друг друга получше, ты так не думаешь? – Э-э, – сказал Кроули, который, похоже, все ещё не до конца принял тот факт, что они были наполовину разумны. – Им пойдёт на пользу, если они перестанут демонизировать другую сторону, не правда ли? – он пощекотал корешок одной из адских книг, ставя ее на полку; она зарычала и испустила неприятный запах. – По ходу, этой твоя идея не нравится. – Она передумает, – уверенно сказал Азирафель. – Если ей хочется, чтобы ее еще когда-нибудь стали читать, конечно. Другая демоническая книга в его руках издала слегка тревожный звук. – Ангел, – начал Кроули, но Азирафель лишь принял стопку книг в руки и начал расставлять их на полке. Он слышал, как некоторые ангельские книги позади него неуверенно заерзали. – Так, – строго сказал Азирафель, когда закончил, переводя глаза с одной полки на другую и глядя на стоящие друг напротив друга книги, разделённые проходом. – Вы будете хорошо себя вести, вы меня поняли? Не такие уж вы и разные, и, если бы вы только потрудились поговорить друг с другом, вы бы это поняли. Он буквально чувствовал, что Кроули собирается спросить, как он представляет себе общение книжек, но Азирафель лишь повернулся и направился назад в центр магазина. Кроули последовал за ним. – Ты уверен, что это хорошая идея? – спросил Кроули. – Нам могут ещё понадобиться эти книги, и мы вряд ли сможем их прочитать, если они разорвут друг друга на кусочки. – На таком расстоянии они смогут разве что разговаривать, – спокойно сказал Азирафель, когда книги не могли их слышать. – И, к тому же, я еще их все прочту потом, в любом случае. Кроули нахмурился. – Тогда почему ты сказал... – Просто воспользовался твоим методом, дорогой мой, – мягко сказал Азирафель. – Это в точности то же самое, что ты делал, когда говорил своим растениям, что выбросишь их, если они не будут как следует зеленеть. Хотя, смею сказать, это вообще-то им самим пойдёт на пользу.

~~***~~

– Ах ты бедняжка, заперта здесь совсем одна, – сочувственно ворковал Кроули, обращаясь к Бентли и поглаживая рукой сверкающий капот старинной машины. – И ты говорил, это странно, что я разговариваю со своими книгами, – хмыкнул Азирафель, бросив взгляд на хорошо освещённый интерьер очень частного Хранилища Машин Лондона – подземного обиталища для автомобильных версий избалованных выставочных собак. – Они хотя бы отвечают. – Она разговаривает со мной, – возразил Кроули, направляясь к дверце водителя и пробегая рукой по ее блестящей окрашенной поверхности. – И что же она говорит? – спросил Азирафель, подняв бровь. – «Вытащи меня отсюда, я не видела дороги двадцать лет», – сказал Кроули и открыл дверцу водителя. – Ты уверен, что это не ты проецируешь свои мысли, дорогой мой? – Может быть, чуть-чуть, – уступил голос Кроули, донесшийся из открытой двери, когда старинная машина с урчанием ожила. – О, ты только послушай этот двигатель. Эти люди знают своё дело. – Ты имеешь в виду нянек автомобилей миллионеров? – О, не слушай его, он просто недоволен, потому что сегодня не выпил чаю, – нежно проворковал Кроули, и Азирафель осознал со смесью досады и веселого изумления, что он снова разговаривает с машиной. – И что я могу сказать, – продолжал Кроули своим обычным голосом, улыбнувшись Азирафелю через лобовое стекло, – быть богатым – дело стоящее, даже если я просто наколдовал это богатство, – его внимание снова переключилось на Бентли, и Азирафель, обойдя ее вокруг, чтобы сесть на сиденье рядом с водителем, увидел, что Кроули поглаживает руль. – Ну что ж, старушка, давай-ка выведем тебя назад под голубое небо, где тебе и место.

~~***~~

Эдем был спрятан на северо-западном краю современного Ирана, приблизительно на полпути между городом Тебриз и границей Азербайджана. От Кроули потребовалось немало чудес, чтобы они смогли сесть на первый самолёт, направлявшийся в Международный Аэропорт Тебриза, включая создание паспортов, виз и посадочных билетов для них обоих. Кроули не хотелось так скоро покидать Бентли после воссоединения с ней, но на машине путешествие было бы долгим, а лишнее затраченное время дало бы Небесам порядочно возможностей разобраться в их действиях и отправиться на их поиски. Лететь все равно было немного рискованно, но это был самый быстрый маршрут, и у них было ограниченное число вариантов, учитывая, что Азирафель был во всех отношениях полностью человеком. Он сохранял свою материальную форму исключительно благодаря тому, что Кроули все время ее поддерживал, и уже стало ясно, что это постоянно истощало его силы. Он уверял Азирафеля, что это было терпимо, но в последнее время он стал быстро уставать. Они пробыли на Земле уже четыре дня, и от ангелов, которые могли бы искать их, до сих пор не было ни слуху ни духу. Как Казариэль и предполагала, на Небесах, вероятно, был слишком большой раскол, чтобы они организовали масштабные поиски, и, по мнению Азирафеля, это было не что иное, как хорошие новости. Полёт был долгим, но относительно безболезненным, учитывая все обстоятельства. После задержки рейса Кроули уснул на плече Азирафеля и не просыпался большую часть семичасового перелёта. Азирафель, сидевший у окна, первый час или около того, смотрел на облака из сахарной ваты, когда опускалась ночь, и вспоминал полеты. Не Падение и не момент, когда они вместе рухнули с изгороди – это совсем не было настоящим полетом. Нет, он вспоминал, как он летал в свои ангельские дни, разрезая крыльями огромные спиралевидные потоки воздуха и зная, что он был создан воздушным существом, чтобы смотреть на Землю, расстилающуюся под ним. Кроули начал похрапывать вскоре после этого, и Азирафель, не желая мешать другим пассажирам, легонько потыкал его локтем, пока он не поменял положение достаточно, чтобы перестать. В новой позе, которую он принял, он обвил рукой свитер Азирафеля у его рёбер, и Азирафель вовсе не возражал против этого так, как, возможно, должен бы был. Большая часть полёта была ещё впереди, так что вскоре после этого Азирафель и сам начал проваливаться в неспокойный сон, просыпаясь каждый час или около того, когда самолёт попадал в зону турбулентности или когда раздавался неожиданный шум. Солнце только начинало подниматься, когда они приземлились, свет просачивался через облака и очерчивал изогнутые окошки. Азирафель мягко потряс Кроули за плечо, пока тот не пришел в себя и не заморгал на него сонными золотыми глазами. – Приехали? – просипел он. – Да, – сказал Азирафель и похлопал его по руке. Кроули все ещё казался полусонным, пока они сходили с самолета, и, опустив голову, слепо следовал за Азирафелем через аэропорт. Их сотворенные чудом визы, похоже, сгодились, чтобы провести их через таможню, и, поскольку Азирафель не сдавал их единственную дорожную сумку, они сразу прошли мимо пункта выдачи багажа. Быстро заглянув в один из магазинов аэропорта, они нашли выход и залезли в такси, из тех, что выстроились около области прибытия. Кроули воспользовался случаем снова заснуть, но не раньше, чем Азирафель бросил на него несколько многозначительных взглядов, чтобы он не забыл, что ему нужно сначала убедить таксиста довезти их до самой границы города. Даже с этим чудом таксист отказался ехать дальше, чем до северо-восточной окраины Тебриза, и Азирафелю пришлось снова разбудить Кроули, чтобы он сотворил немного денег. К счастью, жаркий, сухой воздух, похоже, немного разбудил Кроули, и он потянулся, когда они встали у обочины дороги, и позади них осталось лишь коричневое облачко пыли от удаляющегося такси. – В какую сторону, ангел? – спросил Кроули, глядя на лежавшую перед ними дорогу, которая устремлялась неряшливой линией в суровую пустыню, где вдали виднелись линии хребтов и туманные горы. – Сюда, – сказал Азирафель, вытаскивая купленную в аэропорту карту из кармана на внешней стороне сумки. Он развернул ее и почти сразу же начал возиться с огромным листом бумаги, пытаясь найти область, где, как он знал, когда-то стояли Восточные Врата. Климат стал значительно суше за последние шесть тысяч лет, но Азирафель помнил время, когда эти холмы были зелёными и пышущими растительностью. Рядом с ним Кроули вытащил свой мобильный и потыкал в него. – Это прямо и шестьдесят миль к северу, – сказал Кроули через некоторое время. Азирафель, который все ещё пытался разобраться с гармошкой карты, чтобы найти то, что он искал, взглянул на своего друга. – Похоже, я могу наколдовать хороший сигнал, – сказал Кроули, пожав плечами. – И я посмотрел GPS координаты того места, где, по твоим словам, находятся Врата, – Кроули снова глянул на свой мобильный. – Google говорит, тут будет... двадцать восемь часов пешком. Азирафель возмущенно хмыкнул. – Если кто-нибудь проедет мимо, мы могли бы доехать автостопом. – Хорошо бы, – сказал Кроули, снова зевнув. – Я с ног валюсь. Им действительно удалось поймать вторую машину, которая проезжала мимо них в нужном направлении, и Кроули убедил водителя, что они безобидные и чуточку спешат. Хотя убеждение людей и создание вайфая были относительно мелкими чудесами, они все-таки явно утомили Кроули ещё сильнее, и он снова уснул на плече Азирафеля в крытом кузове побитого грязновато-белого пикапа Пейкан, который подобрал их. Азирафель начинал волноваться, что это могло быть симптомом длительного истощения сил Кроули, вызванного поддержанием присутствия Азирафеля в материальном плане. Всякий раз, когда Азирафель заговаривал об этом, Кроули настаивал, что он в порядке, но Азирафель подозревал, что он теряет силы быстрее, чем успевает снова их накапливать. Водитель, должно быть, хорошо знал местность, потому что в скором времени они свернули с пыльной пустынной дороги на поразительно современную трехполосную автомагистраль. После того как он в течение двух долгих часов слушал рёв ветра и дорожный шум и недоумевал, как Кроули может спать в такой обстановке, они съехали с магистрали, и их путь стал значительно более ухабистым. Они проехали всего несколько миль, прежде чем пикап начал замедлять ход и, наконец, остановился. Азирафель мягко потряс Кроули за плечо, и слегка успокоился, когда Кроули как будто чуть легче проснулся на этот раз. Они были не совсем в том месте, которое Азирафель отметил на своей карте, но здесь заканчивалась дорога. Азирафель поблагодарил человека, который их подвёз, и махнул ему рукой, когда он совершил разворот в три приема и унёсся туда, откуда они приехали, подняв за собой облако коричневатой пыли. Они теперь были далеко в суровой степи, перед ними расстилались складки оранжевых и коричневых гор, песчаная почва под ногами была покрыта редкими сорняками и сухой на вид травкой. – Ну что ж, – сказал Азирафель, когда они остались одни, повернулся на северо-восток и поудобнее приспособил лямку сумки на плече. Он посмотрел на ближайший хребет, гребень которого, казалось, был в нескольких милях от них. – Мы очень близко, я думаю. Он оглянулся на Кроули, который кивнул и сделал ему знак, чтоб он показывал путь. Азирафель снова повернулся лицом к неприветливому ландшафту, сошёл с узкой, каменистой дороги, которая была единственным признаком цивилизации вокруг, и направился в пустыню. Кроули последовал за ним, подавив ещё один зевок. Они шли в течение тридцати минут, Азирафель вёл их зигзагами вверх в горы, пытаясь определить точное место, которое он искал. В последний раз он был здесь, когда врата запечатывали, и тогда всё выглядело иначе. Местность становилась все более суровой и непроходимой, чем дальше на северо-запад они уходили, и теперь Азирафель начинал ощущать слабые искорки того, что могло быть узнаванием. Не было ли это скопление камней знакомым? А как насчёт того ущелья? Если бы все было покрыто кустарниками и деревьями, как бы это тогда выглядело? – Мы уже близко? – спросил позади него Кроули, тащившийся за Азирафелем, и его голос звучал очень устало. – Я проголодался. – Что ж, нам надо было не забыть взять чего-нибудь с собой, – посетовал Азирафель, думая о том, что и сам был бы рад как-нибудь пообедать. Ему следовало прихватить чего-нибудь в аэропорту. Кроули невесело хмыкнул, но продолжил восхождение следом за ним. – Правда, что у меня имеется, – мгновение поразмыслив, добавил Азирафель и, остановившись, опустил сумку на ближайший камень, – так это вода. Ее он не забыл купить в аэропорту. Кроули, казалось, приободрился от такой перспективы, и они разделили одну из двух бутылочек. Вода была неприятно тёплой, но всё-таки освежающе мокрой. Отдышавшись немного, они неохотно вернулись к восхождению на хребет. Азирафель вёл их вверх по неровному скалистому холму, пока его ноги не начали гореть, а дыхание – сбиваться. Кроули, если это только возможно, был ещё менее рад этому развитию событий, чем Азирафель, который был не таким подтянутым и нёс тяжелую сумку. Из-за их общего отсутствия атлетизма и усиливающейся жары от палящего солнца над головами, им пришлось останавливаться ещё несколько раз. – Они не могли... поставить большой указатель... или что-то типа... а? – задыхался Кроули во время их короткой остановки, привалившись к валуну. Судя по голосу, он совсем выбился из сил. – Это не соответствовало бы самой идее тайных врат, не правда ли? – заметил Азирафель, поправляя лямку сумки, где она врезалась в плечо. Кроули, казалось, хотел ответить, но вместо этого только тяжело вздохнул, когда Азирафель снова повёл их дальше вверх по крутому склону. Двадцать минут спустя Азирафель добрался до вершины хребта, и с облегчением остановился, хватая воздух глубокими вдохами. Кроули с трудом карабкался в дюжине или около того метрах от него, обходя беспорядочно валявшиеся валуны. Солнце палило немилосердно, не давая даже облегчения легкого ветерка, который мог бы высушить пот на их лбах. Азирафель повернулся, чтобы взглянуть на роскошный вид, и вдруг у него в памяти щелкнуло, и он узнал пейзаж вокруг. – Кроули! – окликнул он. – Я знаю, где мы! – Наконец-то, – судорожно выдохнул Кроули, взбираясь на хребет позади него с шумом камней, стучащих друг о друга. Азирафель повернулся с радостной улыбкой, но тут же переменился в лице, когда увидел, что Кроули стоял, согнувшись пополам, упершись ладонями в колени и хватая ртом воздух. Его лицо было ярко-красным, пот струился по щекам, но там, где не было румянца, он был пугающе бледен. – У тебя... вода? – задыхаясь, спросил Кроули, опускаясь на каменистую землю. В тревоге, Азирафель поспешил к нему и расстегнул сумку. Чтобы пронести ее через зону досмотра багажа, потребовалось ещё одно маленькое чудо, но ее содержимое было слишком драгоценно, чтобы Азирафель мог выпустить его из виду. Отодвинув предмет, который точно ни за что не пропустил бы ни один уважающий себя металлодетектор, он вытащил вторую бутылку с водой и протянул ее Кроули. Тот факт, что Кроули просто не использовал чудо, чтобы избавить себя от жажды, означал, что он действительно пытался сберечь силы, и это, по мнению Азирафеля, было дурным знаком. – Ты в порядке? – спросил Азирафель обеспокоенно. Он и сам вспотел, его ноги горели от восхождения, но Кроули выглядел так, будто был на грани потери сознания от утомления. Кроули покачал головой и отвинтил крышку на бутылке дрожащей рукой. Тонкий пластик бутылки сморщился, когда Кроули за пару секунд осушил половину. Он попытался вернуть ее Азирафелю, но его рука все ещё тряслась. – Ты допивай, – взволнованно сказал ему Азирафель. У него тоже пересохло в горле, но Кроули, казалось, вот-вот упадет в обморок от жары. – Это... твоя, – прохрипел Кроули, все ещё протягивая бутылку ему. Азирафель вздохнул и взял ее, но он сделал лишь пару маленьких глотков, прежде чем вернул ее. – Пожалуйста, Кроули, ты выглядишь ужасно. Кроули не стал отказываться, и его также не требовалось дальше упрашивать. Он осушил бутылку до конца и некоторое время просто сидел и дышал. Азирафель обеспокоенно стоял над ним, так что его тень падала на бывшего демона. – Просто… дай мне минутку, – прохрипел Кроули, когда отдышался, и поднял руку, чтобы отереть пот со лба. Азирафель дал ему десять, подождав, пока дыхание Кроули выровняется и часть краски спадёт с его щёк. – В Эдеме будет прохладнее, – сказал ему Азирафель, надеясь, что это правда. – И там будет ещё вода. Мы уже очень близко. Кроули кивнул и позволил Азирафелю помочь ему подняться на ноги. Теперь, когда они взобрались на вершину хребта, идти стало легче. Солнце начинало свой путь вниз и по-прежнему палило, когда они направились на запад вдоль хребта. – Этот вид, – сказал Азирафель, указывая туда, где хребет справа от них обрывался. – Он тот же, что был у Восточных врат. Мы близко. Кроули проследил за взглядом Азирафеля и кивнул. – Тогда было гораздо зеленее, – прокомментировал он. Они завернули за изгиб хребта, и ощущение чего-то знакомого вернулось, но на этот раз Азирафель не думал, что оно ему кажется. – Где-то здесь, – сказал Азирафель с уверенностью в голосе и завертелся взад-вперёд. Он почти чувствовал их. Кроули отошёл на несколько метров в сторону и, найдя удобный камень, уселся на него. Азирафель нарезал ещё пару кругов по этой местности, в полной уверенности, что они были близко, но не в состоянии определить точное местоположение. Он знал, что он ищет, но теперь все выглядело настолько иначе: шесть тысяч лет эрозии работали против него, как, разумеется, и смена климата. Через несколько минут он остановился, маленькие камешки рассыпались под его туфлями. Азирафель поднял руку ко лбу и огляделся. Он повернулся к Кроули, который сидел на камне с очень болезненным видом, и внезапно понял, где именно были ворота. – Кроули, ты гений! – сказал Азирафель, спеша к нему. Кроули поднял на него глаза. – Как это мило, что ты заметил, – сказал он, но позволил Азирафелю стащить себя с камня. Он был гораздо меньше, чем в последний раз, когда Азирафель его видел, и чуть выше над уровнем земли, но Азирафель помнил, как сидел на этом самом камне, расправив над собой белые крылья и заслоняя ими себя и Кроули-змея от первых капель дождя, которые видела Земля. Азирафель подошел к камню и взглянул на него сверху вниз, проведя рукой по его шероховатой поверхности. На втором заходе он нащупал тончайший разрез на поверхности камня, едва ли больше сантиметра шириной и примерно три дюйма в длину. Азирафель бросил сумку на землю рядом с камнем и, пошарив в ней, вытащил меч, который ему когда-то доверили как херувиму Господнему, так много лет назад. Ощущение рукоятки в руке было непривычным, но это несомненно был тот самый меч. Когда-то Азирафель был способен зажечь его силой мысли, но теперь меч молчал, и лезвие было обыкновенной сталью. В нем больше не осталось силы, которую он мог бы влить в клинок и зажечь сталь ослепительным пламенем. Азирафель осторожно поднёс меч к камню и, разместив его вертикально, медленно вставил его кончиком вниз в отверстие в камне. – Только истинный король Англии сможет вытащить его, – сказал Кроули. Азирафель проигнорировал его. Меч вошёл внутрь примерно на три четверти, прежде чем встретил сопротивление. И в тот же миг, мир открылся им. Перед ними простирался отделённый от пыльной земли под ногами слегка извилистой линией, тянущейся от левого горизонта до правого, изумрудный рай. Пышущие зеленью растения наполняли пространство, поднимаясь из плодородной почвы и расправляя листья навстречу небесам, которые, казалось, ещё больше сияли ослепительно голубым. Азирафель машинально оглянулся через плечо, но позади него иранский пейзаж протягивался, как и прежде, красивый, но пустынный. Азирафель обратил взгляд на Кроули, и тот кивнул. Вместе они шагнули вперёд, и Эдем поглотил их целиком.