16. Чары
16 июля 2020 г., 20:00
Азирафель смотрел, как Кроули потянулся за персиком, его пальцы были в каких-то сантиметрах от плода, но Азирафель знал, что что-то пошло до ужасного не так, потому что Кроули побелел, как полотно.
Он сорвал персик с Дерева, ветка вздрогнула от движения, а затем каждый дюйм его тела оцепенел. Кроули резко охнул, как будто весь воздух выбили у него из лёгких, и упал на колени.
Азирафель бросился вперёд, раздираемый тревогой, но Кроули всё падал и падал, и теперь он уже судорожно хватал ртом воздух на земле, его грудь поднималась едва-едва, а пальцы цеплялись за траву. Персик откатился к ногам Азирафеля – слабое утешение, потому что он видел, как прекрасные золотые глаза Кроули закрылись, и он стал совершенно неподвижен.
Азирафель всё ещё ощущал падение, но теперь это был не Кроули, это он Падал, и пламя плясало на его крыльях... а потом он цеплялся за Кроули, и они падали вместе, парализованные, в неуправляемом вращении...
Кроули ушёл полчаса назад и до сих пор не вернулся, и он не появлялся в зеркале, сколько бы Азирафель его ни тряс, повторяя его имя, и он знал, что, должно быть, Кроули был во власти Небес во второй раз... или это дневник Азирафель держал в руках, теперь бросая его в камин, и его разум был пуст, как ненужная чашка, и он был так совершенно и окончательно одинок...
Азирафель стоял перед своей могилой в Мидфартинге, глядя вниз на простое надгробие, вот только теперь оно не было пустым: имя Кроули было вырезано на нем его собственным каллиграфическим почерком. Неподалёку, на прямоугольнике темной земли лежало несколько белых перьев, безупречных и прекрасных. Азирафель упал на колени и в ужасе схватил перья, пытаясь вытащить их из когтей земли. В тот самый миг, когда его пальцы коснулись их, перья стали красными – кровь расцветала на переливающемся оперении, и Азирафель ясно понимал в паническом, удушающем осознании, чья это была кровь.
Он начал раскапывать землю, в отчаянии желая доказать, что имя на надгробии было неверным, а Казариэль равнодушно наблюдала со стороны, говоря, что может продать эти перья, если ему не помешают лишние деньги.
Азирафель стоял по пояс в мягкой земле, отталкивая в сторону перья и копая глубже, думая о том, что Кроули, должно быть, в ловушке, потому что это была могила Азирафеля всё-таки...
Мгновение спустя сам Азирафель оказался в могиле, придавленный грузом земли. Он отчаянно прорывался наверх, раздирая ногтями землю, забивавшуюся в горло, но он нигде не чувствовал Кроули. Он должен был найти бывшего демона, потому что он знал: если они разлучатся сейчас, он никогда больше не сможет его найти, он должен был сказать Кроули, что он не мертв...
Азирафель судорожно вздохнул и проснулся, силясь сорвать с себя одеяла. Его горло все ещё саднило после нескольких дней обезвоживания, и прошло несколько секунд, прежде чем он осознал, что это был лишь сон. Он сделал ещё один неровный вдох и попытался успокоить колотившееся сердце.
Похоже, было или позднее утро или середина дня, судя по свету, пробивавшемуся через жалюзи, и ему потребовалось ещё некоторое время, чтобы понять, где он находится: в той из двух спален над его книжным магазином, что была чуть менее пыльной.
Он сглотнул, и это ощущение царапнуло ему горло. Азирафель перевернулся в постели, все ещё пытаясь стряхнуть остаточные следы кошмара, и его взгляд остановился на стакане воды, который он оставил у кровати.
Азирафель осушил его так медленно, как только смог себя заставить, наслаждаясь прохладой воды в горле. Он долго сидел так, давая себе возможность окончательно проснуться. Он почувствовал, что бешеный стук сердца стал замедляться, и как мог постарался стряхнуть воспоминание о сне.
У него не было кошмаров уже больше года, с тех пор как он попал на Небеса. Он начинал осознавать, как это было приятно. Он предполагал, что теперь может ожидать их на почти регулярной основе.
Азирафель провёл ладонью по лицу, вздохнул и направился вниз.
Он нашёл Берта сидящим за прилавком с коробкой пончиков и кофе.
– Доброе утро, мистер Официально Покойный, – жизнерадостно поприветствовал Берт и подвинул к нему коробку с пончиками. – Угощайся, они очень даже хороши.
Азирафель подцепил пончик из коробки.
– Где Кроули?
– Убрёл туда, – сказал Берт, махнув на переднюю часть магазина. – Сказал что-то насчёт распугивания посетителей.
Азирафель двинулся в указанном направлении, откусывая по дороге пончик. Он был совершенно чудесным на вкус.
Он увидел, что Кроули растянулся в лужице света на одном из подоконников в передней части магазина и лениво глазел в окно на прохожих. Он, однако, и впрямь был неплохой охраной от посетителей, потому что каждый человек, замечавший его, бледнел и отходил на дальнюю сторону тротуара.
– Забавляешься, дорогой мой? – спросил Азирафель.
– Типа того, – довольно прошипел Кроули.
Азирафель предложил ему свой пончик, но Кроули покачал головой.
– У меня всссё ещё желудок полон посссле вчерашнего. Надо время, чтоб переварить, видимо.
Азирафель пожал плечами и откусил ещё кусок сам.
– К тебе вообще стали возвращаться силы? – спросил он, прислонившись к краю одного из своих книжных шкафов.
– Нет, – сказал Кроули, тоже немного встревоженным голосом. – А уже должны были к этому моменту, хотя бы немношшшко, – он повернул голову так, чтобы лучше видеть Азирафеля. – Я мог бы жить без сссвоей магии, учитывая обссстоятельства, но мне не осссобо хочется быть змеей вечно.
Азирафель кивнул.
– Я начну изучать сигил, посмотрю, удастся ли мне найти книгу, переводящую те письмена по краю круга. Если мы сможем обратить его или сломать – в том случае, если это сигил не даёт тебе накапливать силы – ты снова должен начать восполнять их.
Кроули кивнул и начал перемещаться со своего места на подоконнике, протягивая головку к Азирафелю.
– Чем я могу помочь?
– Как думаешь, сможешь перелистывать страницы?
~~***~~
Оказалось, что на Земле существовала ровно одна копия книги, переводящей письмена Бога на Высший древнеенохианский, на котором Азирафель говорил бегло, естественно. Она пережила много лет, переходя между королевскими коллекциями как предмет редкости, который в основном представлял интерес, потому что переплёт был богато украшен золотом и драгоценными камнями. Любой, кто удосуживался открыть книгу и взглянуть на море бессмысленных символов, быстро закрывал ее вновь. Это привело к тому, что после всех этих лет обложка была истрепана: бесценные камни вытащены, а позолоченные уголки полностью уничтожены, но страницы внутри были в безупречном состоянии. Азирафель купил ее по телефону у напыщенного австрийского коллекционера, который заимел ее на аукционе несколько десятилетий назад, и они условились на кругленькой сумме в четыреста фунтов. Она прибыла в книжный магазин несколько дней спустя – Азирафель доплатил сверху за доставку на следующий день, – и он немедленно приступил к чтению. Тем временем Берт и Кроули продолжали трудиться над стопкой книг, которые Азирафель отобрал как потенциально полезные. Берту, похоже, слишком интересно было прямо читать этот материал, а глаза Кроули быстро устали фокусироваться: змеи не особенно славятся хорошим зрением, – так что вместе они продвигались вперёд удручающе медленно. Три часа спустя Азирафель расшифровал письмена по краю сигила. Они были в целом такими, как они и ожидали, но кроме того были приправлены кучей пышных титулов: «Я, МЕТАТРОН, ПИСЕЦ ВСЕВЫШНЕГО, НЫНЕ НАЧЕРТАЛ СЕЙ СИГИЛ. Я НАДЕЛЯЮ ЕГО ВСЕМИ СИЛАМИ НЕБЕС И ДАЛЕЕ ПОДПИСАВШИХ ВО ИСПОЛНЕНИЕ СЛЕДУЮЩЕЙ ЦЕЛИ: КТО БЫ НИ ВСТУПИЛ В СЕЙ КРУГ, ОТНЫНЕ БУДЕТ СВЯЗАН. ГОСПОДЬ БОГ ВСЕВЫШНИЙ ЗАПРЕЩАЕТ ВСЯКОМУ ИЗ РОДА ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО СТУПАТЬ СЮДА И ЕСТЬ С ДРЕВА СЕГО, ПОТОМУ ЛЮБОЙ, СТУПИВШИЙ, БУДЕТ ПОРАЖЁН. КОЛИ КТО ИНОЙ СТУПИТ В СЕЙ КРУГ, БУДЕТ ЛИШЁН СВОИХ СИЛ, ЭНЕРГИЙ И БОЖЕСТВЕННЫХ СПОСОБНОСТЕЙ, В ГЛУБОЧАЙШЕЙ И ПОСТОЯННЕЙШЕЙ МЕРЕ. ТАКОВА ВОЛЯ ГОСПОДА БОГА НАШЕГО, ЯХВЕ. ТО, ЧТО НАПИСАНО, ДА БУДЕТ ТАК ОТНЫНЕ И НАВЕКИ». – Нифига, – прошипел Кроули, когда Азирафель дочитал им перевод. – Я, по крайней мере, очень рад, что ты туда не ссступил. «Будет поражён»? По-моему звучит как эвфемизм ссслова «убит». – И ещё мы теперь знаем, что серафимом был Метатрон, – заметил Азирафель. – Это его печать и семи архангелов. И он действительно писец Отца, так что наверняка знает язык. – Ладно, так как мы разрушим заклятье? – спросил Берт, переводя взгляд с одного из них на другого. Азирафель в тревоге поджал губы. – Я не знаю. – Что значит, ты не знаешь? – прошипел Кроули, внезапно заволновавшись гораздо сильнее, чем волновался до этого. Он просто полагал, что Азирафель мог выяснить, как разрушить любое заклятье. – Существует пара способов разрушать заклинания, – объяснил Азирафель, глядя на них обоих. – Использование слабых сторон и лазеек в рунах – самый простой способ, но он здесь неприменим, потому что тут есть условное предложение, и оно выглядит весьма непроницаемым. Иногда можно обойти подобные утверждения с помощью более высокого языка, но мы не можем это сделать, потому что более высокого языка, который мы могли бы использовать, нет. И, насколько я могу судить, во внутреннем строении сигила нет ошибок – учитывая, что это была сорокадевятиконечная звезда, вероятно, кое-кто знал, что делает. Возможно, существуют другие способы справиться с сигилом, но это единственные, что приходят мне в голову. Раз уж, конечно же, мы не можем просто разрушить его напрямую. Кроули прошипел в знак согласия. Берт посмотрел на них обоих по очереди. – Разрушить напрямую? Почему нет? Азирафель постучал пальцем по листу бумаги с переводом, который держал в руке. – Тебе бы потребовалось напрямую превзойти силу сигила, который в данном случае наделён силой семи архангелов и серафима. У нас нет ни капли божественной силы, и даже если бы она была у Кроули, он был бы всего лишь престолом. – Ну, мы же умудрились использовать те – как их там, низшие сигилы? – чтобы взять силу с Небес... Мы не можем сделать это снова и просто использовать побольше их? Азирафель терпеливо улыбнулся Берту. – Думаю, ты не понимаешь, с какими величинами мы тут имеем дело. – Ну, так объясни мне? Азирафель перечислил хоры ангелов, объясняя, что количество чистой эфирной силы, которым обладал отдельно взятый ангел, увеличивалось в семь раз с каждым хором. – Так что сила, которой владеют семь архангелов и серафим, в буквальном смысле превышает силу всех других ангелов на Небесах вместе взятых, не считая остальных серафимов. Использование низших сигилов было бы каплей в море. Нам, вероятно, потребовалось бы даже больше места, чем есть на Земле, чтобы просто начертить их все. Берт выглядел в должной степени потрясенным. – Но ты сказал, что серафимы – это высший орден, верно? И семь архангелов равны одному серафиму? – Правильно «хоры», не «ордена», – поправил Азирафель. – А в отношении силы семь архангелов равны одному серафиму, да. – Так вместо того, чтобы использовать много маленьких вещей, как насчёт того чтобы использовать несколько больших? Мы не можем убедить кого-нибудь из этих других архангелов или серафимов помочь нам? Азирафель фыркнул. – Архангелов всссего сссемь, – прошипел Кроули. – И все сссемеро помогали сссоздавать это заклинание. – А серафимов всего шесть, – подхватил Азирафель. – Трое Пали, а трое – нет. Метатрон – один из них. Сандалфон – другой, но он не особенно с кем-либо общается, а Кассиэля никто не видел и не слышал уже четыре тысячи лет. – Люцифер был одним из Падшшших, – продолжал Кроули. – Не осссобо вероятно, что он ссстанет помогать. И есссть ещё Вельзевул, но он осссобенно меня ненавидит, а Мефиссстофель тоже ни ссс кем не общается. Нет необходимости, когда ты так могущессствен. – А чтобы противостоять Метатрону и семи архангелам, нам понадобилось бы двое серафимов как минимум, – добавил Азирафель. – Это сравняло бы силы с заклинанием, но нам потребовалось бы чуть-чуть ещё, чтобы качнуть весы в нашу сторону и разрушить чары. Хотя Казариэль, вероятно, могла бы помочь нам с этим. Престола было бы достаточно. – Но мы никогда не добьёмся, чтобы двое сссерафимов нам помогли, – отмахнулся Кроули. – Ни в жизни. Есссли только у нассс не будет чего-то, что материально, непосссредственно и сссущественно не принесло бы им выгоды. Берт нахмурился. – Что ж, тогда какие у нас варианты? Азирафель задумчиво постучал краем бумаги по поверхности прилавка. – Попробовать найти способ разрушить заклинание изнутри, как я и предлагал, – или смириться с тем, что Кроули не сможет восстанавливать свои силы, и просто пытаться найти способ снова сделать его человеком. Возможно, есть другой способ разрушить заклинание, но на данный момент это все, что мы, вероятно, можем сделать. – Меня бы это уссстроило, – прошипел Кроули. Хотя было ужасно приятно снова иметь возможность пользоваться своими силами, он провёл большую часть последних двадцати лет, почти не используя их, и мог бы научиться делать это снова, если потребуется. Азирафель же жил без своих сил с самого своего Падения. Кроме того, они с Азирафелем оба были в безопасности, бессмертные и на Земле, и это действительно было все, о чем он мог просить. – Я продолжу искать способы разрушения сигилов, – сказал Азирафель, – а вы двое можете начать искать в этих книгах что-нибудь насчёт способов изменения формы. Даже заклинание с высшим сигилом подойдёт – мы можем попросить Казариэль наложить его, если потребуется. Кроули кивнул и вернулся к книге, которую он просматривал. Он перелистнул ее на Начало хвостом. – Изменение формы, да уж...~~***~~
– Азирафель? – голос Ньюта вырвался из мобильного, и Азирафель отодвинул телефон на пару дюймов подальше от уха. – Э, да? – осторожно сказал Азирафель, когда ему показалось, что Ньют настроил уровень громкости. – Блин, вот это да, мы думали, ты умер! Кроули знает? Азирафель открыл рот, чтобы ответить, но Ньют, не замолкая, перебил его. – Ну, разумеется, знает! Ты же отвечаешь по его телефону, – Ньют замолк. – Погоди, так ведь? – Да, он знает, – сказал Азирафель таким успокаивающим голосом, каким только смог, взглянув туда, где Кроули свернулся в клубок на прилавке и дремал около горы книг. – Постой, а он сам в порядке? – спросил Ньют. – Я получил страннейшее голосовое сообщение... – Мы оба в порядке, – заверил его Азирафель. – Хотя... э-э... Кроули в данный момент застрял в форме змеи. Последовала пауза. – Форме... чего? – Сработало одно заклинание, и он превратился в змею, а теперь не может превратиться обратно. Не знаю, может, у тебя или у Анафемы есть какие-то соображения на этот счёт? Или у Агнес, если уж на то пошло? – Гм, – сказал Ньют. – Я поговорю с Анафемой и посмотрю, сможем ли мы что-то придумать. – Спасибо, – сказал Азирафель. Последовала ещё одна пауза, и Азирафель уже собирался повестить трубку, когда Ньют сказал: – Но просто... черт возьми, Азирафель... как так ты не мертвый? Азирафель терпеливо вздохнул и пустился объяснять все это снова.~~***~~
– Так, вот здесь говорится, что оно должно «изменять форму» предмета, – доложил Берт, поднимая взгляд от своей книги. – Высший или низший сигил, – спросил Азирафель. – Э, – сказал Берт, снова опустив глаза на книгу. – Низший? – Одна или две линии по кругу? – спросил Азирафель, все ещё не отрывая глаз от своей собственной книги. – Одна, – доложил Берт. – Правда? – спросил Азирафель, поднимая голову. Кроули подполз поближе, чтобы лучше рассмотреть, оставив книгу, которую он сам с трудом пытался читать. Его зрение по-прежнему было просто ужасным и становилось ещё хуже, что он заметил с некоторой тревогой, но он видел, что диаграмму сигила в книге, которую читал Берт, обрамлял всего один круг. – Низший, – подтвердил Кроули. Азирафель встал и, подойдя к Берту, забрал у него книгу. Кроули подполз поближе к Азирафелю и успел обвиться вокруг его руки до локтя, прежде чем бывший ангел заметил. Тот вздохнул и начал терпеливо снимать Кроули со своей руки. – Кроули, дорогой мой, ну правда... – Ты думаешь, это сработает? – спросил Берт. – Мы точно можем попытаться, – сказал Азирафель, распутывая Кроули, кольцо за кольцом. – Похоже, оно создано для неодушевлённых предметов, но я думаю, оно не принесёт вреда, если не сработает правильно. – Круто, – сказал Берт. – Я могу это сделать? Это же одно из тех, для которых не нужно владеть магией, верно? Я хочу наложить заклинание... Им потребовалось примерно минут пять, чтобы скопировать относительно несложный сигил на поверхность прилавка мелом, и Азирафель поместил Кроули (который убедил поднять его, не переставая тыкаться носом в руку Азирафеля) на него. – Ладно, Берт, налетай, – сказал Азирафель. Берт прочистил горло и прочитал: – Анимак лез безоэт элкошот майне ха-во эт бе экт мейгел малазе ла шума ла шун ла шина, – он взглянул на сигил, а затем сказал: – змея в человеческий облик. Ничего не произошло. Кроули отрешенно задумался, как скоро он сможет снова донимать Азирафеля, чтобы тот почесал у него под подбородком. Читать эти книги становилось ужасно неприятно. Следующим заклинание попробовал произнести Азирафель, а потом использовал несколько вариаций стиха, но безуспешно. – Должно быть, оно только для неодушевлённых предметов, – сказал Азирафель, пожав плечами. – Я так и думал. Но хорошая находка, Берт. Я думаю, нам надо будет позвать Казариэль и попробовать пару высших сигилов.~~***~~
– Кроули, – задумчиво сказал Азирафель однажды, обращаясь к змею, который обвился вокруг его шеи, – как думаешь, почему ты превратился в змею, когда на тебя подействовало охранное заклинание? – Ммм, в каком смысле? – сонно прошипел Кроули. – Ты был змеем в Эдеме, – сказал Азирафель, проводя пальцем по краю книги, которую держал в руках, – но ты ведь можешь превращаться почти во что угодно, верно? Так почему змей? – Не знаю, – сказал Кроули голосом, который звучал слегка растянуто. – Если ты сделал это, потому что это... я не знаю... более простое существо или что-то в этом роде, – сказал Азирафель, – почему ты не превратился в блоху или ещё что? – Истинная форма, – пробормотал Кроули, тычась головой в ключицу Азирафеля. – Ты это уже говорил, – сказал Азирафель, пытаясь не обращать внимания на то, что Кроули, очевидно, пытался заползти в местечко под его воротником, и это было очень щекотно, – но что ты имел в виду? Кроули не ответил, однако он шевельнулся на его шее, умудрившись засунуть головку на несколько дюймов под воротник Азирафеля. Азирафель вздохнул и бережно высвободил Кроули. Змей недовольно зашипел. – Кроули, – сказал Азирафель как можно терпеливее. – Что ты имел в виду под «истинной формой»? Кроули лишь глядел на него некоторое время, и Азирафель подумал, что, возможно, он пытается передать какую-то эмоцию, для которой змеиные лица были не приспособлены. Потом он сказал: – Она всссегда у меня была. Иссстинная форма. Разве не у всех есссть? – Нет, – сказал Азирафель. – По крайней мере, не животная форма. У меня нет. – Нет... истинной формы? – прошипел Кроули, снова странно растягивая слова. – Это значит, у тебя... у тебя ложная форма? – Кроули, видимо, считал, что это очень остроумно, но Азирафель только нахмурился на него. – Ты что, пьян? – Я? – спросил Кроули, слегка удивившись вопросу. – Нет. Он действительно казался трезвым, не считая заторможенности в голосе. – Хмм, – сказал Азирафель, но решил ему поверить. Кроули снова зашевелился у него в руках, Азирафель, вздохнув, отпустил его. Несколько минут спустя Кроули снова начал тыкаться головкой под воротник Азирафеля и вскоре после этого так и уснул.~~***~~
– Слушай, Зирафель. Прости, Азирафель, – сказал Берт однажды утром, когда бывший ангел спустился вниз и принялся за одно из пирожных, которые купил Берт. – Тебе не кажется, что с Кроули что-то не так? Азирафель замер, не откусив до конца поистине восхитительное пирожное с малиновым кремом. Он с подозрением взглянул на Берта. – Что ты имеешь в виду? Берт слегка поёрзал на табуретке за прилавком, где он, похоже, поселился на почти постоянной основе. – Ну, он тут как-то сказал, что голоден, но его, похоже, не заинтересовало ничего из того, что я давал ему. Азирафель нахмурился. – А что ты ему давал? – Обычную еду, – сказал Берт, немного настороженно. – В холодильнике были остатки пиццы, но он не захотел ее есть, и он воротил нос от картошки с рыбой и от пирожных сегодня утром тоже. – Мне кажется, ему нужно есть не очень часто, – заметил Азирафель. – Я тоже так подумал, – сказал Берт. – Вот только прошло уже больше недели с тех пор, как он в последний раз что-то ел, и он же сам сказал, что голоден. – Гм, – проболтал Азирафель с легкой тревогой. Теперь, когда он об этом задумался, он понимал, что Кроули действительно вёл себя немного странно в последнее время: он почти перестал читать книги, во-первых, и кроме того стал ужасно много спать. – Я с ним проговорю, – сказал Азирафель. – Ты знаешь, где он? Берт пожал плечами. – Недавно был здесь. Я пошёл взять кофе через дорогу, когда вернулся, он пропал. Азирафель кивнул, положил своё недоеденное пирожное на прилавок и пошёл через магазин. Снаружи шёл дождь, так что удобных лужиц солнечного света, в которых Кроули мог бы погреться, не было. После недолгих поисков он нашёл своего друга свернувшимся в клубок на нижней полке одного из книжных шкафов и, судя по всему, крепко спавшим. – Вот ты где, Кроули, – сказал Азирафель, присев на корточки, и осторожно провёл пальцем по боку змея. Кроули, вздрогнув, проснулся, все его кольца разом шевельнулись, и Азирафель потянулся, чтобы почесать у него под подбородком. Кроули резко отпрянул от его руки, и Азирафель быстро отдёрнул ее. Некоторое время они лишь глядели друг на друга, бока Кроули тяжело поднимались, и он не отрывал от Азирафеля своих золотых глаз, с широкими от страха зрачками. – Доброе утро, – сказал Азирафель немного нервно. – Прости, что так грубо разбудил. Кроули ещё мгновение оставался неподвижен, а потом его язычок высунулся, и он начал расслабляться, разворачивая свои кольца. – Привет, ангел, – прошипел он, все ещё немножко заторможенно. Он приблизил свою головку к нему, и его зрачки сузились до своих обычных размеров. – В чем дело? – Берт говорит, что ты не ешь. – И шшшто? – спросил Кроули, начиная сползать с полки. – Он говорит, ты сказал, что был голоден. – Ну, теперь уже нет, – прошипел Кроули и пополз по полу книжного магазина. – Ты уверен? – обеспокоенно спросил Азирафель. – Если ты хочешь чего-то конкретного, мы можем это достать. – Я в норме, ангел, – сказал Кроули, и, должно быть, понял, что это прозвучало довольно резко, потому что добавил чуть мягче: – Не переживай об этом. Азирафель пожевал щеку, но решил оставить этот вопрос. Кроули пополз обратно в направлении прилавка, и Азирафель последовал за ним, внимательно следя за тем, куда ступает. Азирафель направился к своему месту на табурете – этот был запасным, который они нашли наверху и поставили с внешней стороны от прилавка. Кроули остановился около его основания и выжидательно посмотрел на Азирафеля. – Ты не мог бы?.. – прошипел Кроули, снова растягивая слова. Азирафель нагнулся и бережно поднял змея. Он хотел было положить его на прилавок, но Кроули вместо этого притворился, что упал к нему на колени, так что Азирафель позволил ему там остаться. Берт взглянул на них, оторвавшись от новостей, которые он, видимо, читал на своём мобильном. Он вопросительно посмотрел на Азирафеля, и тот пожал плечами. Кроули устроился поудобнее на коленях Азирафеля, а Азирафель взял своё недоеденное пирожное с прилавка. Он отломил маленький кусочек и, оставив его в пальцах, предложил змею, сидящему у него на коленках. Кроули изучил его руку осторожными мелкими движениями головки, время от времени высовывая язычок. – Оно малиновое, – сказал ему Азирафель. Кроули потыкал его носом и взял крошечный кусочек в рот, коснувшись зубами пальцев Азирафеля. Ему потребовалось некоторое время, чтобы проглотить его. Азирафель оставил руку протянутой, чтобы Кроули мог взять ещё, если захочет. – Думаю, я позвоню Казариэль попозже этим утром, – сообщил Азирафель и Кроули, и Берту. – У нас есть три высших сигила, которые могут справиться с задачей, и я закончу адаптировать тот низший сигил, который ты нашёл, Берт: я пытаюсь переписать его в высший сигил. Берт кивнул. – Ты говоришь, она настоящий ангел? – он бросил взгляд на Кроули. – Я не говорю, что ты ненастоящий, Кроули... – Она никогда не была Падшей, – согласился Азирафель. – Не знаю, согласится ли она, но ты можешь попросить ее показать тебе крылья, если хочешь. Он заметил, что Кроули перестал тыкаться носом в его руку и вместо этого с интересом исследовал край прилавка. Азирафель поборол желание облизнуть оставшиеся крошки с руки. – Ух ты, – сказал Берт. – А она меня не поразит, если я спрошу? Азирафель слегка рассмеялся. – Не думаю, но ей точно не потребовалась бы магия, чтобы тебя убить.~~***~~
– Анимак лез безоэт элкошот майне эт этс ми, – читала Казариэль, стоя в круге напротив Кроули, – ла зи-зей эт со атоубе эказимбермон гал кон азай шо иано шет, – она выжидательно подняла глаза. Кроули посмотрел на неё. Ничего не произошло. Казариэль снова опустила взгляд на листок бумаги в своей руке, а потом посмотрела туда, где неподалёку стояли в ожидании Азирафель с Бертом, и пожала плечами. – Похоже, ничего не происходит. Азирафель вздохнул. – Ладно, пожалуй, этого следовало ожидать, – сказал он. – Я попытался адаптировать это заклинание из низшего сигила, но я правда не знаю, как создавать высшие сигилы. А, ладно, мы можем попробовать дальше вот этот... Он показал ей следующий круг. Пол книжного магазина всё больше и больше заполнялся кругами, и быстро стало ясно, что рано или поздно им придётся начать часть из них соскребать. Кроули, который порядком замёрз, начал сворачиваться в тугой узелок колец. – Кроули, – сказал Азирафель, и Кроули не сразу понял, что он обращается к нему. Кроули нашёл взглядом бывшего ангела и увидел, что тот стоит около следующего круга и делает ему знак подойти. Кроули распрямился и послушно подполз, остановившись у ног Азирафеля. – Ладно, – сказал Азирафель, вступая в круг. – Это второе заклинание в списке. Казариэль посмотрела вниз на листок бумаги. – Анимак лез безоэт элкошот майне эт этс ми ле шо нартазар зе физиче ту шамаман галазекен, – прочитала она, – беланзиче эт зу цвар физиче аккламетц тозей. Кроули почувствовал, как что-то шевельнулось внутри него, но прежде чем смогло сделать больше одного движения, исчезло, проглоченное невидимой бездной под ним. – Это что-то сделало, – сообщила Казариэль, глядя на Кроули. – Оно взяло немного моей магии. Все трое посмотрели на Кроули. – Что-то такое было, – согласился он. Слова формировались с трудом, грозя застрять в горле, но мысль в голове была ясной. – Вроде чего? – спросил Азирафель. Кроули задумался. – Как будто я хотел обратитьссся, – наконец решил он, вытягивая каждое слово из своего непослушного рта, – но всю магию высссасывали. Казариэль посмотрела на Азирафеля. – Как ты говорил, что это был за сигил, сделавший с ним такое? Азирафель выглядел немного виноватым. – Очень могущественный. – Ты пытался разрушить его? – спросила она, когда Азирафель показал ей следующий сигил. На этот раз Кроули был в достаточной степени в здравом уме, чтобы вспомнить, что ему тоже надо шевелиться. – Всеми известными мне способами, – сказал Азирафель. – Он был очень хорошо сделан. Он поднял руку, показывая, что она должна произнести следующее заклинание. Она сделала это, и никакого эффекта не последовало. Казариэль сообщила, что часть ее силы была использована, но потом она вернулась назад. Четвертый сигил повел себя примерно как второй, взяв у Казариэль силу и вызвав легкое тянущее ощущение внутри Кроули, которое исчезло так же быстро, как и появилось. Все согласились на том, что то, что не позволяло силам Кроули восстанавливаться, также не давало накладывать на него другие заклинания. – Возможно, мы даже делаем его сильнее, – сказала Казариэль Азирафелю. Берт стоял неподалеку и пытался выглядеть так, будто он знал достаточно о том, что обсуждалось, чтобы участвовать в разговоре. – Оно точно взяло мою магию, но она утекает из Кроули раньше, чем успевает подействовать, так что ее, вероятно, просто забирают те чары, что уже на него наложены. Оно потенциально может копить всю ту силу, которую мы пытаемся на нем использовать. Азирафеля, казалось, еще больше встревожила такая перспектива, и он взволнованно потер лицо. Его было плохо видно издалека, но Кроули мог сказать, что он переживал. Казалось, он все время переживал. Кроули подумал, что ему, вероятно, тоже следовало бы переживать, но идея о том, что он заперт в змеиной форме из-за эдемского сигила, была довольно сложной. Всякий раз, когда он на мгновение упускал ее из мыслей, он замечал, что его вполне устраивало больше никогда об этом не думать, пока Азирафель или Берт снова об этом не заговаривали. Иногда это его немного пугало, но чаще всего это казалось слишком сложной штукой, чтобы ее бояться, и его страх быстро проходил. Кроме того, Азирафель был здесь, и он явно переживал так много, что хватало на них обоих. Азирафель, с его книгами и достаточными знаниями магии и сигилов, чтобы Кроули был уверен в его способности сделать... чего они там опять пытались добиться. Азирафель был здесь, и до тех пор, пока он был здесь, Кроули знал, что ему нечего бояться. Несколько минут спустя Кроули осознал, что не совсем помнит, что он только что делал. Ему было холодно и хотелось есть, но, когда он попробовал воздух, то обнаружил, что Азирафель был довольно близко, поэтому он подполз к нему и ткнулся носом в его штанину. Вскоре Азирафель нагнулся и поднял его. Кроули только начал расслабляться в его руках, совершенно довольный этой ситуацией, когда Азирафель положил его на прилавок. Бывший ангел погладил его по носу, сказал что-то насчёт того, чтобы он хорошо себя вёл, и исчез. Кроули на мгновение потерял ориентацию в пространстве, а потом понял, что шум голосов стих. Он попробовал воздух, но больше никого, похоже, не было в непосредственной близости. Однако Азирафель все ещё был относительно недалеко, поэтому Кроули решил, что все, пожалуй, в порядке. Ему по-прежнему было холодно, поэтому он свернулся в клубок на прилавке. Он начинал засыпать, когда звуки голосов вернулись. Он вытащил голову из колец и увидел, что Азирафель и Берт провожали Казариэль. Берт за что-то благодарил ее. Мысли Кроули немного путались, как будто он шёл по пояс в воде, хотя он все-таки заметил, когда Азирафель коснулся его бока. – Как ты, дорогой мой? Кроули повернул голову и, высунув язычок, определил местоположение Азирафеля не только по виду, но и по запаху и теплу его присутствия. «Хорошо», – сказал Кроули, и только мгновение спустя понял, что он всего лишь издал довольное шипение. – Хорошшшо, – снова сказал Кроули, на этот раз заставив себя сформировать слово. Пальцы Азирафеля перестали гладить его бок, и Кроули почувствовал, что он взволнован. – Что сказала Казариэль? – спросил Кроули, сосредотачивая все свое внимание на разговоре. – Она на самом деле знает не больше о сигилах, чем я, к сожалению, – сказал Азирафель и снова несколько раз коротко погладил бок Кроули тыльной стороной пальца. – Она думает о том, чтобы вернуться на Небеса: похоже, атмосфера там накаляется. Кроули кивнул. – Я правда и сам кое о чем тут задумался, – сказал Азирафель, садясь рядом с Кроули у прилавка. Он некоторое время смотрел на Кроули, и Кроули не сразу понял, что он пытается встретиться с ним взглядом. – О чем? – спросил Кроули. – Когда ты бывал змеем раньше, – спросил Азирафель особенно деликатным тоном, – как долго ты им оставался? Кроули потребовалось несколько секунд, чтобы осмыслить вопрос, а потом он почувствовал, как по его телу пробежала дрожь тревоги. Каждый его дюйм заострился, включая его зрение. – Что ты имеешь в виду? – прошипел он, думая, что, возможно, знает ответ. – Сколько дней? – спросил Азирафель, снова взволнованно. – Подряд, я имею в виду. Прежде чем превращался обратно. Кроули задумался, и ему потребовалось пугающе много времени, чтобы припомнить это. – Три или четыре дня максссимум, – прошипел он, наконец. – Ты же не думаешшшь… – Я не знаю, – сказал Азирафель, мягко положив руку на одно из колец Кроули. – Ты сам на себя не похож, дорогой мой. – Я… – начал Кроули. «В порядке», – хотел сказать он, но глубоко внутри себя он ощущал нечто неприятное и знал, что Азирафель был прав. – Мы найдем способ тебя вернуть, – сказал Азирафель, и в его голосе была сталь, которой обычно там не было. – Я обещаю. – Со мной все будет в порядке, – сказал наконец Кроули и шевельнул головой, чтобы ткнуться в ладонь Азирафеля. Ему отчаянно хотелось, чтобы Азирафель разок или два погладил его по голове, и чтобы потом он мог просто обвиться вокруг своего беспокойного ангела, пока они оба не забудут, о чем они волновались. – Дай мне знать, если тебе что-то понадобится, – сказал Азирафель и нежно погладил макушку Кроули указательным пальцем. – Конечно, – прошипел Кроули, а потом вспомнил, что нужно выговаривать слова. – Конечно. Это, казалось, лишь еще больше встревожило Азирафеля, но он позволил Кроули обвиться вокруг его шеи после этого, и Кроули скоро забыл обо всех этих делах, чувствуя, как тепло Азирафеля проникает в его озябшее тело.
