Вернуться

— Джастин! — повторяю я примерно в сотый раз. Я должен позвонить 911. Должен хоть что-то сделать. Подойти к телефону. Или выйти на кухню за водой. Но я не хочу оставлять его одного. Не могу оставить его. Боюсь прикасаться к нему, потому что мне кажется, что я сделаю только хуже. — Джастин! Его ресницы дрожат. Я легонько шлепаю его по щеке, баюкаю на руках: — Джастин! Ты меня слышишь? Он вздрагивает, а спустя пару секунд открывает глаза и пристально смотрит на меня. — Брайан. Облегчение пронзает меня так быстро и сильно, что я сам едва не теряю сознание. Борюсь с собой, чтобы не разрыдаться. — Слава Богу. Слава гребаному Богу! — Я прижимаю его к себе, но через секунду он начинает молотить меня по спине. — Брайан! Я дышать не могу! Я отпускаю его, и он падает обратно на кровать, мы смотрим друг на друга. — Что случилось? — требует он объяснений. — С хуя ли мне знать? — огрызаюсь я, затем встаю, пошатываясь и наконец-то снимаю использованный презерватив, и бросаю его в мусорное ведро. — Я что, упал в обморок? — Думаю, да. — Я провожу рукой по волосам. — Господи, Джастин! Ты меня до смерти напугал. — Я в порядке, — заверяет он и медленно улыбается. — Даже больше, чем в порядке. Он опускает глаза вниз, видит сперму, размазанную по его животу. Я свирепо смотрю на него. — Никогда больше не буду тебя трахать, — сообщаю я. — Что? — Он наклоняется вперед и садится в кровати. — Ты шутишь? — Ни хрена я не шучу.  Я встаю и иду в ванную. Включаю душ и с нетерпением жду, когда вода нагреется. Прислоняюсь к мраморной стене, потому что все еще дрожу и опасаюсь, что мои колени подогнутся. Через секунду он появляется в дверях. — Но я вспомнил. Смотрю ему прямо в глаза. — Брайан… я помню! — говорит он мягким настойчивым тоном, и его губы приподнимаются в улыбке. — Что? Он возбужденно кивает: — Я солгал своей матери. Сказал, что остановился у Даф, но весь вечер бродил по Либерти Авеню. А потом, когда я уже отчаялся, ты нашел меня. Под уличным фонарем. Я открываю рот, но не могу ничего сказать. Я гребаный дар речи потерял! — Ты привел меня сюда, — продолжает он уверенно. Он знает, потому что помнит. — Ты был под кайфом, потом разделся, вылил воду себе на голову, и я был в шоке. Но я уже тогда знал, что ты самый лучший. Самый красивый парень из всех, кого я когда-либо видел, поэтому решил, что ты будешь у меня первым. Я сглатываю, хотя во рту совершенно нет слюны. Наблюдаю, как Джастин медленно подходит ко мне. Он останавливается прямо передо мной, склоняет голову набок и широко улыбается. И я вспоминаю, почему Дебби прозвала его «Солнышко». — Сначала было ужасно больно, но потом я почувствовал себя так хорошо, и ты был таким горячим, — он делает паузу и округляет глаза. — И в ту ночь у тебя ребенок родился! Гас! Я сам придумал ему имя. А почему его не было дома, когда я встретился с Линдси и Мел? Он в школе был? — Он был у Деб, — с трудом выговариваю я. — У Мел теперь тоже есть ребенок. Маленькая девочка. От Майкла. — Майки.… — Он тихонько смеется себе под нос. — Он так ревновал в ту ночь! О, черт… ты… — Внезапно лицо Джастина омрачается, и я хватаю его за плечи, опасаясь, что он снова потеряет сознание и ударится головой о плитку. Он тянется ко мне и касается моей щеки, наши глаза снова встречаются. — У тебя был джип. — Я киваю. — И мы танцевали… — Мои брови сходятся на переносице. Он впомнил… все?! — Ты мне снился, — шепчет он, встает на цыпочки и слегка касается губами моих губ. — Брайан, мне снились ты и я, вместе. И джип и… танец… Старая слащавая песня. Бетонное пространство, похожее на склад или… — Парковка в гараже, — я не узнаю свой голос. Он звучит напряженно и грубо. — Парковка в гараже? Я виновато киваю. — Крис Хоббс ударил тебя битой на подземной парковке отеля, где проходил твой выпускной бал. Ты спустился со мной, а потом я сел в машину. — Я стараюсь говорить спокойно и ровно. — Оставил тебя там одного, а потом он появился из ниоткуда. Моя нижняя губа дрожит, и я бы оторвал ее, если бы мог. Джастин подходит ближе, обнимает меня и прижимает к себе. Я зарываюсь лицом в его шею и вдыхаю его запах, пока не чувствую, что мои легкие сейчас лопнут. — Я этого не помню, — признается он, легонько целуя меня в плечо. — Но помню, как бегал за тобой в выпускном классе. Я слегка посмеиваюсь: — Да уж, ты был настроен решительно. — И ты сдавался, — парирует он. — Каждый раз. — Мне было жаль не вознаградить тебя за твои усилия. — Ну да, — усмехается он. — Тебе просто нравилось мое внимание. — Вот засранец! Он отстраняется, берет меня за руку и ведет в душевую кабинку, открывает дверь и делает шаг вперед. Мы лениво целуемся, пока на нас льется теплая вода. Я провожу рукой по его мокрым волосам и целую в лоб: — Как ты себя чувствуешь? — Голова болит, — признается он. — Но я чувствую себя гораздо лучше. Я же чувствую, что у меня будто гора с плеч свалилась после его слов. Джастин берет мыло, начинает мыть мне спину, и я понимаю, что мне хорошо — первый раз за очень долгое время. Он здесь. Он помнит меня и хочет быть со мной. Он подходит ближе, и я чувствую его влажную голую кожу, и то, как его член упирается в мое бедрo. — Мы не должны, — говорю я, но не могу удержаться от улыбки. — Только не здесь. Не после того, что сейчас было. — Обещаю, что не упаду в обморок, — заверяет он меня, и я слышу усмешку в его голосе. — И если ты позволишь мне быть сверху, это будет достаточно безопасно, не находишь? Я смеюсь, но он все равно толкается в меня, и я чувствую, как его член скользит меж моих ягодиц. Выгибаю спину, чтобы отодвинуться от него. — Это не поможет тебе вспомнить, — предупреждаю я. — Ни за что не позволю тебе сделать это. — Тогда, может, пришло время создать новые воспоминания… — Он обдает теплым дыханием мою спину, скользит пальцем внутрь меня, и я ненавижу себя за то, что все же подаюсь назад. — Джастин?! Голос звучит приглушенно, но даже сквозь шум воды я мгновенно его узнаю. И он тоже. — Блядь! Это моя мама! В течение следующих двадцати секунд происходит неуклюжая возня, направленная на то, чтобы хоть чем-то прикрыть наши обнаженные тела. Гонка, которую мы в конечном счете проигрываем. Прежде чем кто-то из нас успевает обернуть полотенце вокруг талии, Дженнифер Тейлор уже стоит в дверях в ванную, ее глаза широко распахнуты, рука прижата к груди. Джастин все же прикрывается полотенцем, я же вздыхаю и… остаюсь голым. — Брайан, — произносит она с горечью в голосе. — Дженнифер. — Ты же обещал! — Ее голос дрожит. — Ты же сказал, что будешь держаться от него подальше! Джастин делает к ней шаг: — Мама, он не сделал мне ничего плохого! Дженнифер качает головой и идет обратно в спальню. Джастин следует за ней, ненадолго остановившись, чтобы натянуть трусы и штаны и взять рубашку. Я наконец завязываю полотенце вокруг талии и медленно иду за ним. Надо было хоть мыло с себя смыть, что ли. Мне неловко присутствовать при этой семейной сцене, и сказать мне нечего. По крайней мере, ничего хорошего. Но по какой-то причине я все равно иду туда. — Брайан снова использует тебя, — говорит Дженнифер. На это Джастин только закатывает глаза: — Неправда. И он никогда меня не использовал. — Это он тебе так говорит? — усмехается она, и это ее совершенно не красит. — Это то, что я знаю, мама, — твердо отвечает Джастин. — Я помню. — Ты… Джастин кивает. Она переводит взгляд на меня. Я тоже киваю. — Сколько? — Много. — И о нападении? Он качает головой: — Еще нет. Но, может быть, скоро. Она вздыхает, и я понятия не имею, от облегчения или разочарования. Ее пугает то, что если он вспомнит о том, что произошло на парковке, у него случится нервный срыв или вроде того. Я тоже всегда этого боялся, но не сейчас. Теперь я думаю, что Джастин может справиться с чем угодно. Вернее, мы вместе сможем справиться с чем угодно. — А что насчет Нью-Йорка? — внезапно спрашивает Дженнифер. — Ты помнишь о Нью-Йорке? Джастин растерянно смотрит на меня: — Да. — А Эйден? Ты еще помнишь его, Джастин? — интересуется она. — Парня, с которым ты живешь? А вот это было больно. Джастин нерешительно кивает. — Он сейчас в твоем гостиничном номере. — Что? — выпаливаю я, прежде чем Джастин успевает открыть рот. Дженнифер полностью игнорирует меня и не сводит глаз с сына: — Он говорит, что ты не звонил почти два дня. И он так волновался, что я согласилась поехать с ним сюда. Джастин совсем сник: — Эйден здесь? Дженнифер кивает, а я поворачиваюсь к ним спиной и иду взять выпивку. Машу рукой в воздухе: — Увидимся. — Брайан… — Иди, — произношу я без всяких эмоций в голосе. — Твой парень тебя ждет. — Но… — Никаких «но», — настаиваю я. — Увидимся позже. — Я еще увижу тебя? — Похоже, ему тоже больно. Но меня это вполне устраивает. Мы смотрим друг на друга с минуту, а потом его мать открывает дверь, подталкивает его вперед, и оба выходят из лофта. Я вздыхаю и беру новую бутылку Crown. Я должен напиться хотя бы чуть-чуть, чтобы не думать о Джастине, который сейчас наедине со своим парнем в гостиничном номере. Теперь он вспомнил. У нас есть общие воспоминания — новые и старые. Будет ли ему этого достаточно?