Кроме тебя

— Тёрнер! Эй, Тёрнер! Майкл с трудом сглотнул. Кровь пульсировала в голове, отчего появилось ощущение тяжести. Видеть, а уж тем более разговаривать ни с кем не хотелось. Но голос за дверью был настойчивым, и Майкл не сразу сообразил, что его звал Мэтт. Отсиживаться в туалете было глупо, даже позорно, поэтому Майкл сделал над собой усилие и запрятал разрывающие душу эмоции глубоко внутрь, а затем вышел из кабинки. К его удивлению никого кроме Мэтта в помещении не было. — Послал всех к чертям, — спокойно ответил Фэрол на удивленный взгляд Майкла. — Пойдём, поговорим. — Не сейчас, ладно? — Тёрнер устало прикрыл глаза. — Нет, сейчас. Идём. — Мэтт подтолкнул Майкла к выходу. Они быстро пересекли длинный коридор и вошли в пустой класс. Мэтт плотно закрыл дверь, а затем повернулся к Майклу, который бездумно глядел в окно. — Что за письмо ты отобрал у Криса? От Сары? — Да, — хрипло ответил Майкл. — Она признаётся ему в любви. — Он горько усмехнулся, представляя, как смеётся за его спиной каждый, кто присутствовал в раздевалке. — Может, старое? — Мэтт нахмурился. — Нет, свеженькое. Прямо свежайшее. — Майкл протянул изрядно помятый листок. — Я не читаю чужих писем… — А я вот читаю! Да и какая разница? Фил тоже читал и теперь на каждом углу растреплет! Мэтт нехотя взял протянутую бумагу и быстро пробежал глазами по строчкам. Майкл отошёл к окну и, глядя на лысые деревья и мокрый асфальт на стоянке у школы, нервно провёл по волосам. Что теперь делать он не знал. Сара была для него всем. До этого чёртового письма он не сомневался в том, что поступил правильно, когда уехал из Сентфора вместе с ней. Он был готов на всё — бросить школу, не пойти в колледж и работать на двух или на трёх работах, чтобы обеспечить ей комфортную жизнь. И если бы не помощь мамы, то, скорее всего, так и было бы. И он бы ни на секунду не усомнился, что оно того стоило! Наивный дурак! — Майкл, — Фэрол хлопнул его по плечу, заставив повернуться к себе лицом. — Соберись! Отключи сейчас все эмоции. Как на игре, когда нельзя поддаваться злости. — Взгляд синих глаз Мэтта был уверенный и успокаивающий. Майкл сглотнул. — Выключи нахрен все чувства и подумай, было ли в последнее время в поведении Сары, в её словах, во взгляде что-то такое, что говорило бы о том, что она тебя не любит или не хочет с тобой быть? Майкл нахмурился. Он не понимал, к чему ведёт Мэтт. Да и в голову ничего подобного не приходило. Наоборот, Майклу казалось, что они были близки как никогда. — Теоретически могла Сара написать такое? — Фэрол вернул сложенный листок. — Это её почерк, — сдавленно ответил Тёрнер. — Чёрт с ним с почерком! Ответь, могла или нет, — настаивал Мэтт. — Не могла, — вздохнул Майкл, в груди опять закололо. — Вот и я так думаю. И скорее всего она не писала это письмо. — Фэрол сел на парту. — Но… — Слушай, — перебил Мэтт, — это только слухи, но в данной ситуации я склонен им верить. В общем, я слышал в школе есть один умелец. Называет себя Художником. Его крышует Беззубый и его придурки. — Майкл примерно представлял, о ком говорил Фэрол. — Говорят, что Художник может подделать любой почерк или подпись, да так, что от оригинала никто не отличит. В основном, я так понял, что он подделывает записки от родителей. Кому-то табели успеваемости подделывал. Берёт дорого и общается только через Беззубого. То есть как, надо подойти к Беззубому, рассказать, что надо и дать предоплату вместе с образцом почерка и текстом того, что надо написать. Беззубый говорит, что, про что речь, не понимает, но через пару дней в шкафчик, рюкзак или ещё куда подкидывают выполненную «работу». Но заказы принимают не у всех. Боятся, что администрация школы запалит. — Думаешь, это письмо дело рук Художника? — Майкл задумчиво посмотрел на злосчастную бумагу, но дышать стало легче. — Похоже на то. По крайней мере, в это мне верится больше, чем в то, что Сара стала бы писать Крису за твоей спиной. — Ты прав. Она не такая. — Майкл закрыл глаза. Грудную клетку словно перестало сдавливать. Всё вдруг встало на свои места. — Но тогда кто это организовал и зачем? — Ну, чтобы тебя с Сарой поссорить или насолить тебе. Или ей. Или вам обоим, — пожал плечами Мэтт. — Думаешь, Блэйк причастен? — Хрен знает, — поморщился Фэрол. — Надеюсь, что нет, и что его также как тебя развели. Я знаю Криса с начальной школы. У него бывают закидоны, может повыпендриваться, может грубо пошутить, но опуститься до такого… — Он тяжело вздохнул. — Хотя ты ему как кость в горле. Да ещё Сара… Майкл стиснул зубы и сжал кулаки. — Эй, Тёрнер, даже не думай, — заметив настрой Майкла, предостерёг Фэрол. — Не надо поддаваться на провокации. Тут нужна холодная голова. Тот, кто это затеял, хорошо подготовился и денег не пожалел. Так что, может быть, ждёт, что ты драку затеешь, и выпрут тебя в лучшем случае из команды, а в худшем из школы. Будь умнее. Я сам с Крисом поговорю. А ты с Сарой. Разберёмся во всём, но тихо. — Ты прав, — помолчав, согласился Майкл. — Спасибо, Мэтт. Знаешь, у меня ещё никогда не было такого правильного и здравомыслящего друга. — А у меня такого придурочного. — Они одновременно рассмеялись. — Пойдём, Ромео.

***

Майкл вернулся домой, когда на улице стемнело, и яркие пятна фонарей осветили серую, дождливую хмурь. Он вошёл, тихо прикрыл дверь и прислонился к ней спиной. Разрывающая сердце боль прошла, но ощущение, что душу прокрутили в стиральной машинке на максимальных оборотах, а потом отжали, осталось. — Привет. — Сара щелкнула выключателем, и лампочка осветила крохотную прихожую. — Привет. — Майкл через силу улыбнулся и наклонился, чтобы ответить на лёгкий поцелуй. — Всё в порядке? — Сара посмотрела на него с тревогой. Майкл всегда стискивал её в объятиях, когда приходил домой, словно они не виделись вечность или чуть дольше. А сейчас лишь приобнял. — Да, просто устал. Очень устал. Он снял куртку, во внутреннем кармане которой лежало помятое письмо. Оно продолжало отравлять мысли и мучить душу. Разговор с Сарой, скорее всего, развеял бы сомнения, но у Майкла не осталось моральных сил, чтобы обсуждать неприятную тему. — Ужин готов, я сейчас… — Прости, я не хочу есть. Может, позже. Майкл видел, что Сара расстроилась и встревожилась, но ничего не мог с собой поделать. Будь они сейчас в Сентфоре, он бы пошёл к драконам, раздобыл бы бутылку чего-нибудь крепкого, напился и остался бы ночевать у Вишни. Несмотря на природную болтливость, тот всегда чувствовал, когда надо промолчать и не лезть с расспросами. Сара тоже словно почувствовала, что Майклу нужно было побыть одному, поэтому ушла в ванную доделывать дела. Тёрнер же растянулся на диване и уткнулся носом в подушку. Он помнил, что его ждал целый ворох домашних заданий, но не мог себя заставить сесть хоть за одно из них. — Хочешь, заварю тебе чаю? — Сара тихо вошла в комнату, села на краешек дивана и легко коснулась волос Майкла. — Не сейчас. Но спасибо, детка, — ответил он, закрыл глаза и вновь отвернулся в угол дивана. Сара вздохнула и продолжила молча перебирать его густые, слегка вьющиеся волосы. Затем коснулась его шеи и почувствовала, как сильно он был напряжён. — Тяжёлая тренировка? — участливо спросила она, медленно массируя его шею. — Угу, — отозвался он. Майкл млел от прикосновений её изящных, чуть прохладных пальчиков. Сара ловко нащупывала точки на его шее и плечах, где, казалось, скопилось всё напряжение прошедшего дня, и методичными, успокаивающими движениями разминала их. — Ммм, — потянул он от удовольствия. — Если снимешь футболку, я помассирую тебе спину, — тихо предложила она, наклонившись к его уху, и потянула за край чёрной хлопковой ткани. Майкл не стал сопротивляться и позволил снять с себя верх одежды. Сара улыбнулась и принялась тщательно разминать его плечи. Чтобы было удобнее, она устроилась на Майкле сверху, усевшись ему на ягодицы. Он чувствовал, как Сара подавалась вперёд и чуть приподнималась, чтобы нажать на ноющие мышцы. Её движения были неспешные, плавные, но при этом ритмичные. Ему казалось, что он слишком устал, чтобы повестись на заигрывание, но лёгкое возбуждение запорхало в животе. Руки Сары медленно скользили вниз по его спине. Сантиметр за сантиметром. Нега накатывала и разливалась по телу, словно тёплая, прибрежная волна на закате дня. И Майкл будто плавился от прикосновений Сары, которая продолжала елозить на его ягодицах. Её движения выглядели невинными, но Майкл чувствовал напряжение её бёдер, и желание разгоралось всё ярче. Лежать на животе становилось откровенно неудобно. Сара перешла к массажу поясницы, мягко надавливая на маленькие ямочки над линией джинс. — Соблазняешь меня? — ухмыльнулся он. Сара прекрасно знала, что касается одной из его эрогенных зон. — Не говори глупостей, — шутливо пожурила она. — Как можно соблазнять собственного парня? Где такое видано? Сара наклонилась вперёд и стала прокладывать дорожку из поцелуев по его позвоночнику, а затем легко подула на невидимые, но всё ещё слегка влажные следы губ. Будоражащее, приятное покалывание пронеслось по телу Майкла. Лежать стало не просто не удобно, а больно. — Играешь с огнём. — Неужели? — насмешливо спросила она, продолжив целовать его спину и игриво гладить поясницу. — Я предупреждал. Майкл приподнялся на руках на диване. Сара на долю секунды потеряла равновесие. И этого времени Тёрнеру было достаточно, чтобы извернуться, сесть и усадить хохочущую Сару себе на колени. — Думаешь, такая поза спасет тебя от приставаний? — Сидя верхом, она потерлась о грубую ткань его джинс, которые заметно топорщились в паху. — То есть, ты признаешь, что всё же пристаёшь ко мне? — Его глаза блестели лукавством. — Может быть. — Она приподнялась, нащупала пуговицу на его джинсах, расстегнула её, а затем ширинку. Майкл забылся. Его переживания, сомнения, обида, боль вдруг оказались за пределами их маленького мирка, ограниченного стенами квартиры. Глаза Сары завораживали. Он видел в них своё отражение и любовь, которая словно светилась из глубины её души. Он чувствовал её вместе с прикосновениями и поцелуями Сары, впитывал каждой клеточкой. Её нежность лечила сердце, а ласки вызывали трепет и сладкое предвкушение. Сара сдвинула вниз его нижнее бельё, обхватила рукой твердый член и глубоко поцеловала Майкла. Он напрягся всем телом. На прессе выступили кубики. Сара разорвала поцелуй и улыбнулась, продолжая скользить рукой по стволу. Вверх. Вниз. Вверх. Вниз. Сжимая, а затем чуть ослабляя давление. — Мне ведь тоже есть чем ответить. Майкл просунул руку под свою тёмно-синюю фланелевую рубашку, которую Сара использовала вместо домашнего платья, и с лёгкостью добрался до нижнего белья. Трусики Сары были влажными. Майкл сдвинул их и почувствовал, как она вздрогнула всем телом и крепче сжала его член. Свободной рукой Тёрнер притянул Сару к себе за затылок и впился в губы. Жадно. Неистово. Как в первый раз, на поляне. О’Нил застонала ему в губы. Возбуждение било по каждому нерву, отдавалось в каждой клеточке, сводило с ума. Они ласкали друг друга, проверяя предел терпения и сдержанности. Их игра была одновременно восхитительно приятной и почти болезненной. Проигрывал тот, кто первым просил пощады. Майкл знал, как нравилось Саре. Он чутко чувствовал темп и глубину, с которой ей хотелось ощутить его пальцы внутри себя. И менял движения или скорость, когда Сара приближалась к пику. — Бессовестный, — тяжело дыша, произнесла она, когда Майкл вновь остановился в самый неподходящий момент и улыбнулся. — Немножко, — согласился он. Сара хитро прищурилась. Она отстранила руку Майкла, прижалась к нему плотнее и немного опустилась. Головка члена оказалась у входа в её горячее и влажное лоно. У Майкла вырвался глухой стон. Он хотел её до умопомрачения, особенно сейчас, когда чувствовал так близко. Но Сара упёрлась руками в его плечи и не давала зайти глубже. — Видишь, я тоже умею дразнить, — победно улыбнулась она, опустилась немного вниз и снова поднялась. Майкл рвано выдохнул. — Сара… — Сердце бешено билось, словно вырываясь из грудной клетки. В ушах шумело. Тёрнер балансировал на тонкой грани безумства и блаженства. — Хочешь меня? — севшим голосом спросила она. — Да, детка. Очень. Сара опустилась резко, до самого основания его члена. И Майкл застонал. Громко. Не скрывая пронзающего тело удовольствия. Без тонкого, прозрачного латекса всё ощущения казались во сто крат ярче. Они оглушали. Сметали остатки выдержки и здравого смысла. И Майкл потерял над собой контроль. Одним движением он уложил Сару спиной на диван и придавил собственной тяжестью. Движения Тёрнера были резкими и глубокими. Он наслаждался каждым мгновением. А громкие, пошлые стоны Сары под ним уносили его на новую высоту возбуждения. Даже неснятая одежда перестала доставлять неудобство. Сара двигалась также неистово навстречу Майклу. Ей хотелось слиться с ним воедино и больше никогда не расставаться. Единое дыхание. Единое биение сердец. Он её. Она его. И весь остальной мир неважен. Все чувства и ощущения обострены до предела, они словно искрятся, как оголённые провода под напряжением. Толчок. Сильный. Быстрый. Глубокий. Ещё один. И ещё. Кажется, что сердце не выдержит — не сможет вместить все бурлящие, ошеломляющие, переполняющие чувства. Майкл едва успел выйти из Сары, когда её тело дрогнуло и напряглось от нахлынувшего оргазма. На задворках его затуманенного удовольствием сознания мелькнула мысль, что цена за их шалость могла бы быть непомерно высокой, если они не будут осторожны. Майкл снял с Сары испачканную рубашку, стянул с себя джинсы и лёг обратно на диван, крепко обняв тяжело дышащую Сару. Она была такой тёплой, расслабленной, глупо улыбающейся, и Майкл подумал, что она в тот момент была ему родной как никогда. Хотелось остановить это мгновение. Ухватить за хвост, как комету, и запретить лететь в бездну времени. Майкл уткнулся носом в волосы Сары и чувствовал себя дураком. Но очень счастливым дураком. Было так глупо с его стороны хоть ненадолго допустить, что Сара его не любит, что притворяется рядом с ним. Всё же некоторые вещи в жизни невозможно подделать. — Давай поиграем в «Когда-нибудь»? — тихо предложила она, слушая мерные удары его сердца. — Давай. — Он медленно проводил кончиками пальцев ей по позвоночнику. Вниз. Вверх. Гладил по спутавшимся волосам. Потом вновь касался спины. — Ты начинаешь. — Она наслаждалась незатейливой лаской Майкла. — Когда-нибудь мы выспимся, — улыбнулся он и закрыл глаза. — Нет, не считается. Давай что-нибудь другое. Ты всё время с «выспаться» начинаешь. — В шутку ткнула его Сара. — Ну, ладно. Когда-нибудь мы отключим будильник и будем валяться в постели до обеда. — Майкл! — Что? — Это то же самое. — А мне нравится об этом мечтать, — зевнул он. — Твоя очередь. — Ну, ладно. — Она призадумалась. — Когда-нибудь я научусь печь оладьи тебе на завтрак, чтобы ни одна не пригорала. — У тебя и так вкусные оладьи, — сказал Майкл. — Это потому что ты выливаешь на них полбанки джема, — рассмеялась Сара. — Теперь ты. — Когда-нибудь я сниму нам квартиру получше этой, — подумав, сказал он. — А мне она нравится. — Серьёзно? Мебель старая, обои выцветшие, кран и трубы в ванной ржавые, — начал перечислять он. — Подумаешь! Зато это первый наш дом. Только твой и мой. И не так уж он плох. По крайней мере я тут счастлива. Хотя с тобой я буду счастлива, где угодно. — Сара… — Майкл ощутил пьянящую радость от её слов. — Хотела тебе сказать, — перебила она и замолчала, подбирая слова. — Тебе необязательно всё мне рассказывать. Я не буду допытываться. Просто хочу, чтобы ты знал — я всегда тебя поддержу, всегда буду на твоей стороне. Что бы ни случилось, мы справимся. Я люблю тебя, Майкл. И кроме тебя для счастья мне ничего не нужно. — И я люблю тебя, маленькая моя. — Он крепко обнял её, впитывая и запоминая звучание её голоса, такой родной запах тела и прикосновения — кожа к коже, душа к душе. Майкл сглотнул и поклялся себе, что больше не позволит ни единому сомнению прокрасться в душу или голову. И никому не позволит рассорить или разлучить его с Сарой. — И мне кроме тебя больше ничего не нужно. — Он замолчал и прижался губами к её макушке. — Хотя кое-что всё-таки нужно. — Что? — Она подняла голову и с любопытством посмотрела ему в лицо. — Я жутко хочу есть, — серьёзно заявил он, но в его глазах плясали смешинки. — Тёрнер, как тебе не стыдно! — Она притворно нахмурилась. — Такой момент романтичный испортил! — Ты же знаешь, что мне никак не стыдно, — ухмыльнулся он. — Ладно, бесстыдник, пойдём, погрею тебе ужин. — Она встала с дивана и направилась на кухню. — Пойдёшь в таком виде? — Кроме трусиков на ней ничего не было. — А что такого? — И ты ещё меня называешь бесстыдником, — пошутил он. — А я под стать тебе. — Она показала ему язык.

***

Сара шла по коридору после занятий. До начала работы было немного времени, и она договорилась с Джес вместе разобрать тему по химии к предстоящей контрольной. Сара спешила в библиотеку и, казалось, споткнулась на ровном месте. Книги рассыпались по полу. От усталости и хронического недосыпа Сара часто была неуклюжей. — Вот чёрт! — с досадой сказала она и принялась собирать рассыпанное. — Давай, помогу! — Крис появился неожиданно, и прежде чем она успела ответить, нагнулся и поднял несколько книг. Сара напряглась. Она старалась избегать Блэйка. — Всё в порядке? — Он протянул ей книги и дружелюбно улыбнулся. — Да, — пробормотала она. — Спасибо за помощь. — Всегда рад. — Он улыбнулся шире, и Сара почувствовала неловкость. Крис не старался к ней прикоснуться, но стоял непозволительно близко. — Ладно, мне пора. — Она нервно заправила волосы за ухо и сделала шаг назад. — Был рад увидеться. Береги себя. — Блэйк дружески коснулся её плеча, но Сару словно обожгло — ей не хотелось, чтобы её касался кто-то кроме Майкла. — Спасибо. Ты тоже. — Она поспешила к лестнице.  — Думаешь, никто не знает?! — надрывный голос Дебби долетел до Сары, когда она успела подняться на пролёт. — О чём ты? — Сара обернулась и посмотрела в пылающие ненавистью глаза бывшей подруги. — Ты шлюха! Самая настоящая двуличная шлюха! И что только они в тебе нашли?! — Неожиданно по её щекам потекли слёзы, крупные, как горох. Дебби резко стерла их. — Если ты думаешь, что Майкл не знает, то ты ошибаешься! Все знают, какая ты! На двух стульях не усидишь! Рано или поздно они оба тебя бросят! Злые слова Дебби разлетелись по гулкой лестнице. Сара не понимала, о чём шла речь, но нехорошее предчувствие холодом пробежало по спине.