Видение

(Поцелуи) Первым порывом было дать ему подзатыльник. Вторым - ударить молотком-Леоном. Третьим и исполнившимся было желание обнять. Просто порыв. И сильнейший киллер поддался этому порыву, не заботясь о том, портит ли это его репутации и противоречит ли работе репетитора. Он мог наконец-то целовать дрожащие веки, сжимать в своих объятиях взрослое, но все еще с оттенками невинного детства, тело. Запах дурманил, но это означало лишь одно - это не сон. Он - не сон. Не приведение. Не морок и не призрак. Настоящий, живой Савада Тсунаеши. Его глупый никчемный ученик, его маленький неопытный любовник, крошечное неугасающее чудо. Но однажды оно все-таки угасло. Киллер не позволит этому повториться. Мужчина, наверное, впервые не заботился о лишних движениях. Реборн, наверное, впервые за долгое время чувствовал себя беспомощным ребенком. По-настоящему беспомощным. Но сейчас он в его руках. В его крепких, сильных руках и черта с два Савада куда-то денется. Он не даст ему никуда деться. Мальчишке, все еще мальчишке, не сбежать от Реборна. Потому что он лучший. Потому что он сильнейший. И, только ради него, для него - непобедимый.