Самое сильное оружие

Удивленные ученики, столпившиеся у края поля, наблюдали, как их мастер уже не первый час кружит в поединке с Ша Хуалин. Полуденное сентябрьское солнце ярко золотило поле, осенние листья под легким ветром неспешно летели на землю, и некоторые из них, попав в водоворот боя, были измельчены стремительно порхающим клинком Лю Цингэ. Ша Хуалин просто купалась во впившемся в неё взгляде. Один раз Лю Цингэ отвёл глаза немного в сторону, когда одежда на ее груди полностью распахнулась, всего на долю секунды, но в это время Ша Хуалин задела когтями его плечо - на коже тут же выступили капли крови. Он невольно одобрительно кивнул про себя, и сосредоточился сильнее. Ее меч так и торчал в поле, а Лю Цингэ вовсе не собирался проявить благородство и отшвырнуть свой меч, слова Ша Хуалин подняли его гнев и самолюбие на такую высоту, что он вообще перестал думать о чем-либо, кроме как о победе любым способом. Выбить из него дерьмо?! Так она сказала ему в лицо? Девчонка получит своё наказание. Когда миновал полдень, оба еле дышали и из последних сил держались на ногах, за это время Ша Хуалин твёрдо поняла - он на крючке. Но она чертовски устала, и когда она готова была с позором рухнуть на землю, к месту битвы явился Ло Бинхэ. Кто-то из учеников успел ему сообщить, в то время как тот намеревался попрактиковаться с учителем наедине, и Ло Бинхэ был теперь мрачен, как безлунная ночь. Шэнь Цинцю не отпустил его одного, он боялся вспышки скандала. - Черт тебя дери, во что ты ввязалась на этот раз! Разве я не велел тебе только отнести Нин Инъин и все? - на ходу крикнул Ло Бинхэ. Нин Инъин? Лю Цингэ успел удивиться, и тотчас опять когти скользнули по его коже, на этот раз задев щеку. Ша Хуалин хищно улыбнулась, не сводя глаз с противника. - Все в порядке, господин, просто по пути решила проучить кое-кого, кто нас ни в грош не ставит! - Учитель, - умоляюще обратился Ло Бинхэ к Шэнь Цинцю, - остановите Лю Цингэ, даже если он лишь покалечит ее, это может привести к новому конфликту между учениками школы и моими подданными, а я только спокойно стал себя чувствовать здесь!.. Я не хочу опять пробираться к вам тайком. Шэнь Цинцю покачал головой, и в такой ситуации Ло Бинхэ думает лишь об их встречах! Он направился к противникам, Ло Бинхэ кинулся за ним. Лю Цинге тоже едва стоял на ногах, но сильно приближаться к нему было опасно, Шэнь Цинцю подошёл так близко, как только мог, и без особого энтузиазма сказал: - Цингэ, прекрати этот бой, она ведь даже без меча, что на тебя нашло? - Уйди! Шэнь Цинцю с чувством выполненного долга обернулся к своему ученику. - Ша Хуалин, остановись, это приказ, иначе в тюрьме сгною, - ледяным голосом произнёс Ло Бинхэ. Это подействовало. Ша Хуалин отпрыгнула назад подальше, сплюнула наземь и поправила лоскут на груди. Вместе с лоскутом изменил положение и взгляд Лю Цингэ. Его меч неохотно опустился, но сам он оставался подобным натянутой струне. - Предполагаемый исход битвы все равно ясен любому здравомыслящему существу, - высокомерно сказала она. - Но если желаешь лично проверить, как я положу тебя на обе лопатки, ты знаешь, где меня искать! - Ша Хуалин! - возвысил голос Ло Бинхэ. - Ты зовёшь его в мои владения? - И что с того? - дерзко ответила она. - Мобэй Цзюнь вечно туда таскает своего человека, шагу без него не делает, а мне нельзя? - Лю Цингэ тоже стал твоим человеком? - насмешливо спросил Ло Бинхэ, в пылу спора даже не заметив, что его подчиненная окончательно нарушила субординацию. Ша Хуалин почувствовала, что счёт пошёл не в ее пользу, и ее лицо чуть покраснело. Лю Цингэ смотрел на это все уже с нескрываемым интересом. У него возникло стойкое ощущение, что он является не самым последним звеном из цепочки каких-то событий, о которых понятия не имеет. - Я лишь требую логического завершения битвы, - равнодушно сказала она, - к тому же, я и без меча его вымотала, а с мечом опрокину это животное в грязь, как свинью!.. Лю Цингэ дернулся было вперёд, но Шэнь Цинцю схватил его за локоть довольно крепко. Ло Бинхэ сделал едва заметное движение рукой, и Ша Хуалин отлетела прочь, перекатившись по земле несколько раз, чувствительно ударилась головой и получила несколько царапин на лбу. Лю Цингэ вдруг опять дернулся, и опять рука Шэнь Цинцю удержала его на месте. - Не заставляй меня... - предупредил Ло Бинхэ. - Живо убирайся, и никаких драк! Ты поняла? Ша Хуалин проигнорировала его слова. Она медленно поднялась, не спуская глаз с Лю Цингэ. - Ты закончишь бой, если не трус. А пока полечи получше свои раны, слабак! Она хмыкнула и гордо развернулась к нему спиной. От зрелища, которое ему предстало, Лю Цингэ даже забыл дернуться в очередной раз. Ша Хуалин прихрамывая и, как могла, грациозно пересекла поле, головы учеников мужского пола поворачивались ей вслед, как чашечки цветов за солнцем. Но не одни только ученики смотрели ей в спину горящими глазами. - Чертово семя... - прошептал Лю Цингэ, и Шэнь Цинцю не услышал в его голосе ни тени ненависти. - Пойдёмте, учитель, - позвал Ло Бинхэ. Шэнь Цинцю отпустил наконец чужой локоть. Ло Бинхэ подождал, пока он пройдёт, и едва слышно свистящим шепотом бросил Лю Цингэ: - Только посмей пересечь мои границы. - Посмей меня остановить, щенок, - так же тихо прошипел Лю Цингэ. - Я предупредил... И лицо Ло Бинхэ тут же расцвело в очаровательной улыбке, когда учитель обернулся к нему: - Ну же, что ты медлишь? Лю Цингэ показал неприличный жест ему вслед. Потом медленно отер пот со лба, разорвал низ штанины и промокнул кровь куском ткани. Он, не отрываясь, смотрел в ту сторону, где скрылась Ша Хуалин. Затем подошёл к тому месту, где все ещё был воткнут меч. Ша Хуалин забыла его то ли случайно, то ли намеренно, Лю Цингэ не стал сильно размышлять над этим. Он вытащил клинок, крепко сжал его в руке и направился к дому. * - Так он отпустил тебя живой? - недоверчиво спросила Нин Инъин и едва не пролила чай мимо чашки. Они вновь находились в таверне, но на этот раз без вина. Прошло около месяца со времени ее возлияния с Ша Хуалин. И вот, последняя решила отблагодарить за ценный совет. Ша Хуалин направила ей послание, и в назначенный день Нин Инъин сидела за чайным столом, а напротив неё довольная Ша Хуалин жмурилась, словно кошка. Былая вражда заметно поостыла. «Чего теперь, - размышляла Нин Инъин, - она видела меня блюющей с похмелья, а я знаю, как ей не везло с личной жизнью...» Алкоголя в этот раз не было, Нин Инъин теперь обходила стороной даже слегка забродивший ягодный сок, да и Ша Хуалин, после всего, скорей бы согласилась весь день прислуживать Шан Цинхуа, чем снова предложить вина Нин Инъин. Ша Хуалин никогда прежде не имела приятельства ни с людьми, ни с демонами, она считала, что лишь одиночки могут не только выжить, но и с комфортом, и все же, раз поговорив о том, что у неё на душе, почувствовала, что не так уж и плохо довериться кому-то. - Это я отпустила его живым, сестренка, - Ша Хуалин самодовольно улыбнулась. - Тебе удалось его победить!.. - Я опрокинула его и хорошенько пришпорила. Нин Инъин никак не могла взять в толк, почему в голосе Ша Хуалин звучат игривые нотки. - Ты была права, он и правда ураган. Два сражения подряд за ночь и одно чуть позже - для человека неплохо! - О! Зачем вы сражаетесь до сих пор, он ведь мог тебя серьезно поранить, - наивно начала Нин Инъин, и тут до неё дошёл смысл услышанного. Ша Хуалин засмеялась. - Сестренка, заставить меня почувствовать поражение смогли лишь твои обожаемые учитель, Ло Бинхэ, и ещё ваш любимый всеми целитель со своей ручной гадюкой. Но не Лю Цингэ. - Этого не может быть, - удивилась Нин Инъин, - они никогда не обидят женщину, клянусь! Ша Хуалин только было открыла рот, потом посмотрела на неё с жалостью - и закрыла. Пусть поживет ещё в своём прекрасном мире. - Неважно, все это в прошлом, дорогуша. А сейчас... - она сладко потянулась, - я едва успеваю высыпаться! Наивность Нин Инъин опять поразила ее: - Как ужасно, хочешь, я попрошу у Му Цинфана средство для сна, и ты будешь спать как младенец! - Надеюсь, что нет. То есть, я хотела сказать, спасибо! Как-нибудь справлюсь. Нин Инъин немного помялась и наконец решилась: - Послушай... Что все-таки произошло, когда я отключилась? На меня потом странно смотрел учитель, и А-Ло тоже, они после весь день пытались накормить меня куриным бульоном и сладким чаем, Бинхэ даже лично все приготовил! Но из них слова не вытащишь! Ша Хуалин секунду подумала. Раньше она воспользовалась бы ситуацией и устроила бы себе развлечение, рассказав в красках все, и Нин Инъин долго бы полыхала от стыда. Сейчас она чувствовала, что это было бы неправильно. - Ничего особенного, - уклончиво ответила Ша Хуалин. - Я отнесла тебя к Му Цинфану, он дал все необходимое для тебя, затем ты оказалась дома. - Это все?.. - Все. Врать Ша Хуалин умела не моргнув глазом, и Нин Инъин приняла эти слова за чистую монету. - Я должна благодарить тебя.., - начала она, но Ша Хуалин прервала ее: - Забудь. И все же, откуда ты столько знала, мм? Нин Инъин поджала губы. Она колебалась. - Раз.. разные источники. - Например? Могла бы я припасть хотя бы к одному, сестрёнка, а? Сплетни, слухи... Все это может быть очень увлекательным, не оставляй лишь себе это удовольствие! Нин Инъин помолчала минуту. Но как видно, ей давно хотелось поделиться тайной, и она начала: - Однажды я по поручению учителя пришла к Шан Цинхуа. - И?.. - Его не было дома. Поручение было срочное, у нас внезапно закончились все средства для омовения, а это совершенно невыносимо, да ещё после тренировок!.. Ша Хуалин сделала нетерпеливый жест. - Да... И вот, я решила подождать, пока он вернётся, один из учеников отправился за ним, чтобы сообщить о моем приходе. От скуки я начала ходить по дому, он небольшой, и в его рабочей комнате на столе из-под стопки бумаг выглядывал рисунок. Я никогда не видела, чтобы мастер Шан увлекался чем-то подобным, он вечно лишь пишет да считает. - Что же было на рисунке? - с любопытством перебила Ша Хуалин. - Там был Мобэй Цзюнь, он с кем-то дрался, я не поняла сначала, кто это, но потом, когда обнаружились другие рисунки в постели мастера Шан, я прочла, что это был Линьгуан Цзюнь, его дядя... - Ты полезла проверять постель Шан Цинхуа?! - Ну где-то же должны были быть остальные, верно? Я ведь сначала увидела лишь один. Некоторые прячут что-то ценное именно там, одна из наших учениц хранит целый ворох любовных посланий в подушке, и никто об этом не знает. - Кроме тебя. Нин Инъин вспыхнула. - Я случайно увидела. И никому не говорила! - Кроме меня. - Но ты ведь никому не скажешь?.. - Я умею хранить секреты, поверь. Ша Хуалин приложила руку к груди и сделала серьёзное лицо. Ее ничуть не интересовали мелкие интрижки какой-то незнакомой девицы. - Так что там с Цинхуа? Что ещё ты нашла? - Разные ситуации... - Ситуации? - Ну... Он и Мобэй Цзюнь, понимаешь? - О. Нин Инъин кивнула. - Но с чего ты взяла, что это не просто его фантазии? Люди бывают поразительными лгунишками, хотя часто обвиняют в этом нас, демонов. Нин Инъин пропустила мимо ушей это замечание. - Я часто помогаю прибираться в доме, кроме комнаты учителя, и слышу иногда разговоры... Когда мастер Шан приходит навестить его, в отсутствие А-Ло, и учитель никогда не сомневался в его словах, а ведь он остро чувствует ложь. - Но зачем твой учитель позволяет тебе присутствовать при столь личной беседе? - Он и не позволяет, а отсылает меня с поручением на кухню или в сад, но если осторожно приложить чашку к стене и прижаться к ней ухом... Ша Хуалин расхохоталась: - Да ты прирожденный лазутчик, сестренка! Извини, продолжай. - Так вот. И то, о чем они говорят, вернее, о ком, часто сходится с тем, что нарисовано. Будто это иллюстрации их разговоров. Я слышала и о Му Цинфане, и о Лю Цингэ, даже о прошлом Мобэй Цзюня... Мастер Шан много о нем говорит. Больше, чем об остальных. Но иногда бывают очень странные речи, однажды он сказал, что это он страшно виноват, что у Мобэй Цзюня было такое детство, и имеется такой отвратительный дядя. - Когда это он успел так удариться головой? - задумчиво проговорила Ша Хуалин. - Может Мобэй однажды его слишком сильно приложил... - И ещё он сказал, по его вине ты имеешь настолько мерзкий характер, что в твоём присутствии он чувствует себя неуютно. Глаза Ша Хуалин загорелись гневом. - Это у меня-то мерзкий характер? Стручок недоделанный, да если бы не Мобэй Цзюнь, быть бы его спине лоскутным одеялом, пф! - Вот и я думаю, не такой уж и мерзкий... Ша Хуалин метнула в неё взгляд, и Нин Инъин поспешно добавила: - Я хочу сказать, вовсе не мерзкий, конечно, нет! - Сестренка, - Ша Хуалин наклонила голову и подперла щеку изящной рукой. - А доказательства-то у тебя есть? Нин Инъин молча посмотрела на неё, помешкав, вытащила из-за пазухи кипу тонких листков и положила их перед Ша Хуалин. Та схватила их, бегло пробежалась глазами по самым верхним, и воскликнула: - Черт меня возьми! Да это получше того дерьма, которое наши иногда приносят из деревенских лавок со свитками. И текст складный... Нельзя не признать, этот опарыш имеет талант. Но если он хватится?.. - Я сочинила одно заклинание, позволяющее сделать точно такой же листок. И если учитель снова посылает меня к мастеру Шан, а его нет дома (в последнее время так случается чаще), я делаю копии новых рисунков. Он никогда ничего не узнает. - Вот это да, - с восхищением сказала Ша Хуалин. - А с собой зачем таскаешь? - Иногда смотрю на досуге, кто знает, когда он выдастся, учитель не любит, если мы лишний раз сидим без дела, - сконфузилась Нин Инъин, - в наше время пишут все хуже, хороших поэтов и писателей почти нет, а «Сожаления Чуньшань» нельзя же перечитывать постоянно, хочется чего-то нового. - Фу, ты читала эту похабщину? - Откуда ты знаешь, что там похабщина? Ша Хуалин застыла с чаем в руке. - Господин купил в библиотеку несколько экземпляров и сказал, что это и есть настоящая литература, все тут же кинулись сразу прочесть, - ловко вывернулась она. Никаких экземпляров в библиотеку Ло Бинхэ, конечно, не покупал, и самой библиотеки в его дворце не было, Ша Хуалин не желала признаться, что попросту стащила этот образчик фривольной поэзии, забытый случайно Ло Бинхэ на троне. - Послушай! - сказала Ша Хуалин. - Можешь потом принести ещё? Я хочу узнать всё! Нин Инъин опять поколебалась. - Я не против, но ты же понимаешь, они не должны попасться на глаза никому! Особенно Мобэй Цзюню, ведь он бывает во дворце А-Ло, там же, где и ты. Кто знает его реакцию, у него ужасный характер! Мастер Шан много об этом говорил. - Это не в моих интересах, чтобы кто-то увидел у меня подобное, - подкупающе улыбнулась Ша Хуалин. - Давай-ка я накормлю тебя обедом, и мы переместимся вон за тот столик, подальше от лишних глаз, я хотела получше рассмотреть всё это. Пока Нин Инъин поедала вкуснейший черепаховый суп и рисовые пирожные, Ша Хуалин погрузилась в историю, разворачивавшуюся перед ней листок за листком. Так прошло полчаса. Внезапно она воскликнула: - Ты знала, что этот червяк выстоял перед самим Линьгуан Цзюнем? - Разумеется, - пробормотала Нин Инъин с полным ртом. - Кто бы мог подумать, - покачала головой Ша Хуалин. - Так вот почему Мобэй таскает его везде за собой, ценное приобретение... всегда можно выкинуть вперёд себя, оценить опасность. - Что ты, - укоризненно сказала Нин Инъин, - ведь это чистая преданность со стороны мастера Шан. - Да?.. Ну тебе виднее, сестренка, ты же тут человек из нас двоих. Ша Хуалин замолчала на пару минут, но скоро опять послышался ее голос: - Этого не может быть, посмотри-ка! Чтобы Мобэй Цзюнь нёс его на руках, словно девицу, сам, до постоялого двора?! Всю дорогу! - И не только нёс, но и приготовил ему еду, много разных блюд, а ещё уступил единственную в комнате кровать и сам спал на полу рядом! Учитель тоже не поверил сначала, но мастер Шан настаивал, что так оно и было. - Да ладно?.. - Да! Это удивительно, я и подумать бы не могла, ведь Мобэй Цзюнь - демон и довольно вспыльчивый. - Я тоже демон, что с того, - сухо сказала Ша Хуалин, - можно подумать, мы все вместо сердца имеем капустные кочерыжки, а души у нас вовсе нет. - Прости, прости! Конечно, я не имела в виду всех демонов, но ведь от Мобэя и ты не ждала бы такого, не так ли? - Что верно, то верно... Прошло ещё сколько-то времени, когда Ша Хуалин с неохотой оторвалась от своего занятия, потому что Нин Инъин сказала, что ей пора идти, пока ее не хватились. - Послушай! - сказала Ша Хуалин. - Сделай ещё одну такую стопку, сможешь? Я в долгу не останусь. Нин Инъин и так зашла слишком далеко, подумав, она не стала отказываться. Применив заклинание, она вскоре протянула Ша Хуалин точно такие же листки, какие были у неё самой. - Не забудь, осторожнее с этим. Та клятвенно пообещала. - И... Вот ещё что. Могу я тебя попросить ещё кое о чем, сестренка? - вдруг заискивающим тоном спросила она. Нин Инъин кивнула. - Если увидишь что-нибудь про меня и Цингэ, сделай мне сразу две копии? * Ша Хуалин неторопливо брела по знакомой лесной дорожке, по которой шла тот день, когда заключила перемирие с Нин Инъин. «Удивительно, - думала она, - какая судьбоносная была встреча!» Только тогда она шла с твёрдым намерением выпить из-за всей этой нелегкой жизни, а сегодня - совсем другое настроение, радостное и безоблачное. Ло Бинхэ велел ей появиться наконец во дворце, чтобы та исполнила пару мелких поручений. И Ша Хуалин, которой раньше этот дворец был хуже горькой редьки (ведь она так часто изнывала там от скуки), теперь направлялась туда с легким сердцем и намерением выполнить все быстро, а затем вернуться на пик Байчжань, где в своём доме ее каждый день ожидал Лю Цингэ. Они пробовали видеться на ее территории, но после сильных скандалов вспыльчивого Лю Цингэ сначала с Ло Бинхэ, потом с Мобэй Цзюнем, едва не закончившихся боем, Ша Хуалин решила, что все-таки безопаснее будет ей ходить в мир людей, чем Цингэ - на земли демонов. Мобэй Цзюнь, обычно равнодушно относившийся ко всему, что не касалось его самого или Шан Цинхуа, страшно вспылил, внезапно обнаружив самого воинственного из горных лордов в одном из коридоров дворца Ло Бинхэ, как раз перед покоями, которые не без труда отвоевала себе Ша Хуалин. Тот выходил из них, на ходу завязывая пояс. И быть бы Лю Цингэ нанизанным на ледяные копья, как оленю - на вертел, не появись вовремя Ша Хуалин. Когда тот и чем успел насолить Мобэю, она не знала, но именно тогда она приняла решение покончить со встречами на ее территории. Воинственный характер Лю Цингэ сначала не позволял тому уступить, ведь согласиться с ней - означало бы признать поражение перед двумя демонами сразу! Но Ша Хуалин умела убеждать. И Лю Цингэ сам не заметил, как подчинился. «Если хоть кто-то из них посмеет тебя обидеть, - горячо сказал он, - одним или двумя правителями демонов станет меньше!» Ша Хуалин никто и никогда не рвался защищать, да она и сама могла за себя постоять, поэтому эти слова ее очень удивили, и потом, чем чаще она вспоминала о них, тем радостнее было у неё на душе. Сейчас, постепенно подходя к месту, где шумел водопад, она снова вспоминала то, что сказал Лю Цингэ, и довольно улыбалась. Ей в голову пришла мысль, что было бы неплохо остановиться посмотреть рисунки, почитать, и заодно окунуться в струи водопада. Мурлыкая себе под нос, Ша Хуалин наконец подошла к очень красивому месту, тихий райский уголок, где среди плоских и тёплых от солнца валунов виднелись зелёные островки мягкой травы, а в траве, как золотые лоскутки, тут и там застряли опавшие листья. Ша Хуалин достала было из-за пазухи стопку рисунков, но замерла, едва ступив на открытое место. Она увидела, что кто-то уже занял этот уголок, на одном из валунов лежала одежда, рядом стояли сапоги, и, всмотревшись в струи небольшого водопада, она разглядела там плескающегося человека. «Хм, - подумала она, - вот незадача. Придётся мне поискать что-то другое». Она со вздохом положила стопку обратно и развернулась, чтобы скрыться в лесной чаще. Там, где она стояла, остался лежать случайно оброненный лист.