Мой Белый Дьявол

Здесь все были пешками. Наверное, только бы самый глупый, по мнению Дарианы, не заметил бы такой очевидной вещи. Однако никто, казалось, кроме нее самой, не замечал в жизни Святилища ничего подозрительного. Сегодня, как и всегда, клуб был заполнен на первый взгляд счастливыми людьми, которые лишь пили и танцевали, наслаждаясь моментом. Одна только Рейдж сидела за столиком, молча наблюдая за происходящим. Она медленно попивала голубую лагуну из трубочки, не отрывая взгляда от сексуально извивающейся на шесте темнокожей особы. — Нравится? Усмешка Лэнгдона показалась Дариане слишком непонятной: то ли ничего хорошего она не обещала, то ли, совершенно наоборот, мужчине было плевать. Хоть Рейдж уже и была знакома с Майклом слишком тесно и относительно долго, все же не всегда могла уловить его настроение, разгадать смысл неоднозначных слов и эмоций. Да и вообще он был очень скрытным, почти никогда ничего о себе не рассказывал, делала это обычно Дариана. Если коротко - Майкл знал о ней все, а вот она о нем только лишь то, что тот Антихрист. Рейдж ответила задумчивым молчанием, ведь просто не могла признаться даже самой себе, что одна только мысль о сексе втроем с этой красоткой и Майклом ее тело покидало рассудок. Тем не менее фантазировать ей никто не мешал, а вот произнести такое вслух — задача не из легких. — Интересно, станешь ревновать, если увидишь, как я трахаю ее? Дариана на этот раз ответила нехорошей улыбкой и, поставив стакан с коктейлем, наконец перевела глаза на Лэнгдона. Таким взглядом она обычно бросала вызов. — Интересно, станешь ревновать, если увидишь, как я танцую при всех рядом с ней? Или возбудишься? — Не пойми меня неправильно, Дариана, но у тебя кишка слишком тонка для чего-то даже приблизительного. — Рассмеялся блондин. Майкла всегда раздражал излишне скверный характер его избранницы. Подумать только, любая бы рядом с ним вела себя, как верная, послушная собачка и никаких проблем. Но нет, он же решил выбрать бунтарку, выносящую мозг при любой удобной и неудобной возможности. Да уж, не даром говорят, что сердцу не прикажешь. — Что такое, милый? Не веришь, что я смогу выйти туда? — Показала глазами на шест. — Ты? — Лэнгдон, тонко улыбаясь, откровенно оглядывает девушку, словно нагло раздевает одними лишь глазами, да еще и без спроса. — Когда в последний раз ты надевала что-то сексуальное? Юбки, платья – явно не твоя история. Ты бегаешь в футболках и джинсах, Дариана. Ты пацанка. Сомневаюсь, что под одеждой на тебе сегодня не семейные трусы. Так что да, не верю. — Какой же ты ублюдок, Майкл. — Процелила сквозь зубы брюнетка, под столом крепко сжимая ладонь в кулак. Но все же злости в глазах было не больше, чем какой-то скрытой игривости, ведь она прекрасно осознавала, что он таким образом берет ее на слабо. — Мерзкий, отвратительный мудак. Ты что, берешь меня на слабо? — Допустим. — Протянул, чуть приблизившись. Даже несмотря на все прошлые поступки Рейдж, Майкл не мог поверить, что она способна перейти границы собственных моральных установок. Мужчина дарил девушке нехорошую улыбку, пока неспеша расчерчивал на столе ровную дорожку наркотика. — Будешь? — спросил все с теми же нотками сарказма в голосе. — Помнится, еще недавно ты мне запретил. Разве не так? — Сегодня позволяю. Но выбор, конечно, за тобой. — В очередной раз смеется блондин, зная, что Дариана от такого уж точно не откажется. Настолько сильно она хотела уйти в эйфорию, настолько сильно хотела забыться. — Буду. — коротко отвечает она и Лэнгдон понимает, что втянул ее в очень плохую игру. Темнокожая высокая девушка, что умело извивалась на шесте в самых неприличных позах, заводила Дарину все больше и больше. Она уже представляла, как грубо срывает с ее идеального стройного тела нижнее белье и как именно Майкл наблюдает за этой чертовски возбуждающей картиной. — Ты хочешь ее, я вижу. Так почему бы не взять свое? — Не хочу делить тебя с какими-то шлюхами. — Вот как? — закончив с дорожками, Майкл пригласил к себе глазами брюнетку. — Иди ко мне. Она, особо не раздумывая, присаживается на его колени и, скрутив черную плотную бумагу размером с купюру, вдыхает опасный, но такой желанный наркотик. В носу неприятно жжет, до боли, и именно в этот момент Дариана понимает, что еще жива, ведь чувствует боль. Прекрасное ощущение. — Вот бы всегда было так хорошо... — Шепчет ему на ухо, прикрывая глаза. — Тогда у нас бы не было никаких проблем. — Забудь об этом сегодня. Никаких тяжелых мыслей, только удовольствие. Еще одну. И Рейдж вдыхает еще одну дорожку, чувствуя себя самым счастливым человеком на свете. — Хорошо. — Одобрительно кивает Майкл, обнимая девушку за талию и притягивая к себе ближе, словно давая всем окружающим понять, что она его и только его собственность. Впрочем, именно так оно и было. Майкл снова победно улыбнулся, когда Рейдж встала с места и пошла прочь. Так и думал, а чего еще от нее ожидать? Дариана слишком правильная и даже чистая для всего этого. Да и секс у них был всего лишь один раз, в аванпосте, даже не по доброй воле. Недотрога, скромная девчонка. Честно говоря странно, что она смогла понравиться Майклу, он и сам порой не мог понять своего выбора. Но самое интересное заключалось в том, что излишне развратные, открытые личности никогда не вызывали у Лэнгдона никаких чувств. И Джон был точно таким же, уломать его на секс было сложнее всего на свете. Майкл завороженно уставился на темнокожую, ибо только сейчас заметил, что теперь она танцует не одна. Рядом находилась Дариана, что очевидно приняла вызов. Этот наглый поступок немало удивил Антихриста. Уж чего-чего, а такого он никогда бы от нее не ожидал. Станцевать на шесте в этом клубе было неуместно для сливок Святилища, слишком дерзко и странно. Но Рейдж никогда не проигрывала и она очень хотела, чтобы сегодня ее избранник хорошо уяснил это. — Станцуешь со мной, детка? — Спросила брюнетка, закусив нижнюю губу и приобняв темнокожую за талию. — О, для меня это честь... Огромная честь станцевать с избранницей сына самого Сатаны. — Страстно прошептала в губы она, растянушись в порочной улыбке. Сьюзи, та самая темнокожая девушка, сейчас чувствовала себя самой удачливой на планете, ведь рядом с ней стояла главная женщина Святилища, любимая великого Антихриста. Такая честь мало кому-либо светила. А тут, надо же, она выбрала ее... После этих слов Дариана прижала Сьюзи к себе еще ближе и слилась с незнакомкой в страстном поцелуе, при этом внимательно наблюдая за реакцией Майкла. — Ну нихуя себе... — послышались удивленные вздохи неподалеку, но Лэнгдона они только раззадорили. — Смотри, что творит. Это девушка мистера Лэнгдона, смотри! — Добром это не кончится. — высказался Майк, что стоял за барной стойкой и протирал бокалы. — Стой... Кто это? Как ее зовут? — спросила напарница у бармена. — Дариана Рейдж, девушка мистера Лэнгдона. Опять он потом ко мне придет со своими указаниями ей больше не наливать... Утомили уже оба, если честно... Напарницу что-то так сильно удивило, что она молча уставилась на Дариану, затем в ее глазах можно было заметить боль смешанную с разочарованием собственной судьбы. "Вот дерьмо... " — подумала она. — Алана? Ты в порядке? — Да-да, я... Просто... Ничего, забей, мне нужно на воздух. Конечно же, ей нужно на воздух, ведь увидеть свою бывшую так внезапно, так еще и узнать, что она ходит рядом с самим Лэнгдоном, ударило по сердцу Аланы сильнее любого острого лезвия. Что она скажет, когда узнает, что Алана в Святилище протирает бокалы и разносит напитки? Унижение. Ничего более страшного она не могла представить даже в самых страшных кошмарах. А самое главное, Рейдж теперь не любит Алану, как раньше, да еще и, сука, крутит роман с сыном самого Люцифера. Видимо закон бумеранга все же работает и жизнь порой приносит самые неожиданные, неприятные сюрпризы. Две девушки, вдвоем умело танцующие на шесте, сразу же привлекли к себе слишком много внимания. Конечно, все хотели посмотреть, как откровенно танцует возлюбленная хозяина Святилища, да еще и не одна. — Проблемы, мистер Лэнгдон? — спрашивает Майк, появившись у столика Лэнгдона. Кажется, он уже давно привык к проблемам, что так часто приносила Дарина Рейдж. — Ничего подобного. Пусть девочки развлекаются. — Понял. Бармен тут же испарился, оставив сложившуюся ситуацию таковой, какой она являлась на самом деле. Лэнгдона же безумно заводила данная картина, как прекрасно выглядит Рейдж без верхней одежды, как тряпки летят на пол и как плавно ее сущность извивается под громкую музыку лишь в одном нижнем кружевном белье. И Дариана была рада этому, безумно рада, что смогла хоть на какое-то время выкинуть из головы проблемы. Освободиться хотя бы на один вечер. "Я вновь жива". — Это, пожалуй, было единственным, о чем она сейчас думала. Майкл всегда мог подарить ей самое невероятное удовольствие из всех возможных и за это Дариана, конечно, была безумно ему благодарна. — Подойди к нам в конце вечеринки. — шепчет Рейдж на ухо темнокожей, после чего двое сливаются в страстном поцелуе. Но эти слова мало что означали сейчас, когда Рейдж была не в том состоянии, чтобы трезво мыслить. Возможно, утром ей будет очень стыдно за сегодняшний танец, а ,возможно, это наконец ее заставит ее попрощаться с устарелыми стереотипами.

***

Смерть Джона Стендлера была решающим событием в жизни и Дарианы, и Майкла. Она освободила их, раз и навсегда стерла осколки прошлого и оставила после себя долгожданную легкость, возможность начать все с чистого листа, дать шанс новой жизни. То, что Стендлер оказался в Раю, немало удивило не только близких, но и его самого. На его душе слишком много грехов, дурных поступков, убийств. Но все же что-то позволило ему покоиться в самой лучшей версии реальности, о которой он мог только мечтать. Просторную кухню невероятно уютного дома Мисс Мид освещало ослепительное солнце, лучи которого мягко и приятно касались кожи. — Кофе? — Да. — Коротко кивнул Джон и тепло улыбнулся, не сводя влюбленных глаз с Майкла Лэнгдона. С того самого коротковолосого блондина, с того, кто еще не стал монстром. И уже не станет им никогда. Понимал ли Джон, что умер? Осознавал ли, что находится по ту сторону реальности? Да, он понял это спустя пару недель, но правда лишь освободила. Стало намного легче и спокойнее воспринимать свою дальнейшую жизнь в этом прекрасном месте. — Так, молодые люди, я отлучусь до вечера. Цезарь в холодильнике. — Говорила Мисс Мид, пока спускалась по лестнице и вспешке надевала длинный черный кардиган из шерсти. — И постарайтесь на этот раз не сломать кровать! — Мисс Мид... — Смущенно улыбаясь, громко воскликнул Майкл, прикрыв лицо ладонью. Стендлер невольно поперхнулся омлетом и закашлял, не теряя такой же глупой улыбки. — Как скажете, мы будем очень аккуратны... По крайней мере, постараемся. — Изо всех сил сдерживая смех, произнес Стендлер, ведь и сам любил ответить колкостью. — Вот и отлично. Хорошо дня, парни. Женщина незаметно покинула дом, и только после этого Джон тихо посмеялся. — Она всегда такая прямолинейная? — Тебе следовало бы к этому привыкнуть, милый. Аромат свежесваренного кофе заполнил всю кухню и тем самым придал этому солнечному дню еще больше безмерного счастья. Майкл сел напротив, протянул парню чашку и, как ни в чем не бывало, сделал небольшой глоток горького напитка, словно не понимал, что все происходящее вокруг чистой воды фантазия. — А знаешь... Плевать, мне все-равно кто ты. Пусть даже моя бредовая галлюцинация. Я люблю тебя и это ничто не сможет изменить... Я люблю тебя, Майкл Лэнгдон. — Забудь об этом, Джон. Теперь все будет иначе. Навечно. Искренняя улыбка любимого человека, как никогда дала Стендлеру понять, что беспокоиться больше совершенно не о чем. Они оба здесь, любят друг друга, и что самое главное — до бесконечности. Высшее счастье в жизни — это уверенность в том, что вас любят; любят ради вас самих, а вернее сказать — любят вопреки вам. 

Виктор Гюго