Мёртвый лес

Невзоров покинул машину и направился к дежурной части. У дверей его перехватили двое мужчин в одинаковых костюмах темно- синего цвета. – Александр Глебович? – кисло осведомился один из них, с тонкой полоской каких-то дурацких усиков над верхней губой. Невзоров отметил про себя, что они вызывают у него ассоциацию с тараканом, молча кивнул и пожал протянутую ему руку. – Московский уголовный розыск, отдел по расследованию особо тяжких преступлений, старший оперуполномоченный Степанов, – представился мужчина, демонстрируя Невзорову удостоверение, – а это следователь Драгомиров, – представил он своего напарника, и тот едва заметно кивнул. – Чем могу быть полезен вам? – вежливо поинтересовался Невзоров, хотя прекрасно понимал, зачем они пожаловали. Степанов достал из толстой кожаной папки какой-то документ: – Приказ замминистра, содействие и координация мероприятий по раскрытию убийств, совершенных на вашей территории, – он говорил так, словно жевал спелый лимон, – с этого момента все наши действия должны согласовываться и... – Так надо понимать, вы теперь здесь командуете, товарищ старший оперуполномоченный Степанов? – перебил его Невзоров. Муровец изумленно воззрился на него. – Мне поручено заниматься расследованием этих убийств в содействии с вами, Александр Глебович. Остальные дела, происходящие в вашем городе, меня не касаются. – Хорошо, –пожал плечами Невзоров, – Шипов, проводи наших коллег! – окликнул он подчинённого. После этого он отправился к начальнику управления. – Разрешите, Андрей Николаевич? – Заходи, Саня. Милиционер вошёл в кабинет, остановился у стола. Начальник смотрел на него пристальным взглядом. – Знаю, по какому ты поводу, они только что у меня были. Извини, ничего не могу поделать. Субординация. Да и дело слишком далеко зашло, ты один не справишься. За два дня на нашей территории произошло десять убийств. Помнишь, чтобы такое было здесь? И я не помню. К тому же, мы потеряли троих работников, один ранен, а результат нулевой. Так что, сам понимаешь... – Я готов ответить за смерть каждого из своих подчинённых. К тому же,мы тут тоже не баклуши бьём. – Успокойся, – махнул рукой начальник, – тебе нужно отдохнуть. – Ясно, – сказал Невзоров и вышел. Войдя в свой кабинет, он было развернул пакет с бутербродами, но тут в дверь постучали. – Войдите! – рявкнул Невзоров. Вошёл Шипов. – Александр Глебович... – Чего ещё? – Там пресса. На улице полно репортёров, и все они хотят услышать что-то. – Скажи им, что товарищ Невзоров передаёт им пламенный привет и велит убираться к чёрту. Он убрал документы в стол, потом подошёл к огромной карте на стене. "Если они в лесу, – а они в лесу, – деваться им некуда, и я возьму их." – Как поживает Шелковников? – Врачи говорят, что рана не очень серьёзная, – ответил Шипов, пожимая плечами. Невзорова не покидало ощущение некоторой фальши в этой истории. Да, определённо у него были вопросы к Шелковникову. Однако пока на него нет времени, и он займётся этим делом позже. – Знаешь, Шипов, в мире есть две проблемы. Первая – это когда ты неожиданно обнаруживаешь, что у тебя геморрой. Вторая – это двое братцев-торчков. С первой проблемой жить можно, но если я не решу вторую, то скоро окажусь в дурке. Правда, это не означает, что я страдаю геморроем. Докладывай мне обо всём, а я поеду проветрюсь. Он покинул кабинет, хлопнув дверью. Шипов удивлённо наблюдал за тем, как его шеф, распихивая надоедливых репортёров, направился к машине. Бутерброды так и остались на столе.