Мёртвый лес

Они шли достаточно долго. Тропинки не было, и их странный проводник продирался прямо через чащу, тихонько напевая себе под нос что-то, отдалённо напоминающее "Гражданскую оборону". Паша с тоской думал, что тащить Арсена на себе по этим ебеням – задача не из лёгких. – Ты уверен, что он не дурит нам головы и знает, куда идти? – тихо спросил Влад, сжимая в своей руке ладонь Паши. Он тяжело дышал, его лицо было почти белым, и он то и дело облизывал пересохшие губы. – Я надеюсь на это, Влад, – проворчал Паша, – в противном случае я выверну этому малолетнему Тарзану голову через задницу. Влад в ответ прошипел что-то не самое цензурное, но Паша слишком уж измотался, чтобы так или иначе отреагировать на это. После нескольких минут молчания Влад заговорил снова: – Паш, по-моему, это какое-то наебалово. Если есть дом, то, по логике, должна быть и дорога. – Эй, парень! – крикнул Паша. – Слава или как тебя там? Ты нам экскурсию по лесу провести решил, что ли? Где тут твой блядский дом? – Не ебите мозг, – отозвался тот, даже не удосужившись повернуть голову, – почти пришли. И действительно, совсем скоро огромные сосны расступились перед ними, как по мановению волшебной палочки, и они очутились на небольшой полянке, на которой располагался бревенчатый дом. – Ох, блять, – только и сказал Влад, недоверчиво рассматривая дом. На фоне непроходимых зарослей домик выглядел кукольным. Покрытый ярко-красной черепицей, с небольшим крылечком, миниатюрными резными окошечками, высокой треугольной крышей и остроконечной трубой, из которой кольцами вился дым. Чуть в стороне находился свежевыкрашенный колодец, за домом был огромных размеров сарай. "Выглядит как игрушка." На какое-то мгновение Пашу посетило ощущение, что это уже когда-то было. Что этот домик знаком ему, он когда-то уже видел это, но почему-то забыл. "Чертовщина какая-то!" Осматриваясь по сторонам, он выхватил пистолет и шагнул вперёд. Слава тоже времени не терял. – Гле-е-е-еб! – заорал он. – Глеб, блять! – Чего ты орёшь, придурковатый? – через секунду со стороны крыльца понесло табаком, и в дверном проёме нарисовался изящный длинноволосый парень; зеленоглазый, светловолосый, он обладал очень красивыми чертами лица, однако в его красоте сквозило что-то отталкивающее; он сжимал в тонких пальцах сигарету, и на его безучастном лице был написан тотальный похуизм, но когда он увидел парней, ему не удалось скрыть изумление. – Ой, ебаный в рот... – Добрый день, – брякнул Паша, не зная, что делать дальше, – э-э... стой и не двигайся. Он решил вести себя так, как, по его мнению, повёл бы себя Арсен. Парень, названный Глебом, воззрился на Пашу с искренним интересом, словно на дивную зверушку в зоопарке. Пристально следивший за ним Влад зябко поёжился. Во-первых, взгляд Глеба напоминал взгляд охотника на попавшуюся в его ловушку жертву, а во-вторых... Во-вторых, всё, что угодно, мог поставить Влад, что он, чёрт возьми, встречал этого парня раньше и, кажется, даже знает, кто это. Паша неуверенно шагнул вперёд. Глеб ещё с минуту любопытно смотрел на него, а потом опустил руку с сигаретой и рассмеялся. Славе вообще всё было до фонаря, и он со спокойным видом наблюдал всю эту сцену. – Слава, блять, и где ты откопал такого юмориста?! – потом, обращаясь к Паше, добавил: – Ну-ну, полегче, ковбой. Убери лучше пушку, так нам будет удобнее разговаривать. Паша на автомате убрал пистолет. – Как тебя зовут, ковбой? – ухмыльнулся Глеб. – Э... я Паша. А моего спутника зовут Влад. Блондин вперил во Влада пристальный взгляд, и тот понял, что Глеб тоже узнал его. – Я Глеб, как ты понял, – медленно проговорил тот, обворожительно улыбаясь, и в тусклом свете, пробивающемся сквозь деревья, влажно сверкнули его крепкие белые зубы, – что ж, мне хотелось бы знать, зачем вы пожаловали сюда. "Глеб. Глеб. Глеб. Ну же, Влад, вспоминай. Вспоминай. Может, это всё-таки не тот, о ком ты думаешь. Пожалуйста, пусть это так и окажется." – Мы... Я... Послушай, парень, тут живёт кто-нибудь поблизости? – Не-а, – задорно тряхнул головой Глеб, – ближайший посёлок очень далеко отсюда. – Как же вас занесло сюда? Блондин лишь неопределённо хмыкнул. – Глеб, ты не знаешь, где находится семьдесят восьмая трасса? – вздохнул Паша. – В душе не ебу, – хитро сверкнул глазищами Глеб, разводя плечами и пытаясь изобразить на кукольном личике сострадание, хоть это у него и не получилось. Тогда Паша решил играть в открытую. – Слушай, Глеб, мы с другом попали в очень неприятную ситуацию, поэтому некоторое время мы проведём у тебя дома. Я надеюсь, ты не имеешь ничего против. Мы ничего не сделаем вам, но и вы не задавайте нам никаких вопросов и не пытайтесь свалить. Глеб картинно свёл брови и надул губы. Влад смотрел на него, видел его глаза и... всё больше убеждался в том, что да, это он. "Он всё знает, Влад. Он играется с ним. Он играется. Как кошка с мышью. Когда он его задушит, вопрос времени." – Без проблем, ковбой. Есть ещё требования? – Больше нет. У тебя есть садовая тачка? – Есть. Сгоняй в сарай, она там. Тачка и правда оказалась в сарае, и Паша извлёк её на белый свет. – Мы скоро вернёмся. Слава пойдёт со мной. Влад, последи за ним. – Куда он денется, Паш, – прошипел Влад, в секунду изменившись в лице, – я не думаю, что Глеб похож на того, кто не понимает с первого раза. Глеб понял и на этот раз. – Если мне было бы нужно свалить, пацан не стал бы помехой для меня, – он пожал плечами, – а тебе, полагаю, он будет полезнее. Доводы Глеба показались Паше вполне убедительными, и вскоре все трое молча шли по лесным зарослям. Никто не видел, как счастливо засветились в сумраке леса зелёные глаза Глеба.

***

Когда Паша наконец доставил к дому брата, он был вконец измотан. На Арсена было страшно смотреть. Он был с ног до головы перепачкан грязью и кровью, его глаза впали, а кожа посерела. Из горла его вырывались жуткие хрипы. Окинув Арсена взглядом, Глеб моментально оценил ситуацию, обратился к Славе: – Сгоняй на кухню, принеси мне салфетки и чистые полотенца, малой. Да поскорее. А потом и сам исчез в недрах дома. Вернулся блондин с жестяной коробкой, в которой что-то тихонько позвякивало. Стянув с Арсена остатки рубашки, Глеб не мог не заметить его сожжённые и исколотые вены. Он поднял заинтересованный взгляд на Пашу, но ничего не спросил. "Правильно ты всё усвоил, солнышко моё, никаких вопросов." С этой мыслью Паша обессиленно шмякнулся на траву. – Попытаюсь подлатать твоего брата, – сказал Глеб, – но ты лучше на это не смотри. Паша нахмурился. Сейчас он был похож на Арсена так же, как помидор на ТУ-134. – Я что-то не припомню, – сказал он, – что говорил тебе, что это мой брат. В ответ Глеб неопределённо хмыкнул.

***

Через час рана Арсена была продезинфицирована и профессионально зашита, а сам он лежал на втором этаже, забывшись тяжёлым сном после того, как Глеб что-то ему вколол. – Боюсь, ковбой, мне придётся нарушить одно из твоих условий, – вздохнул уставший Глеб, вытирая тонкие руки махровым полотенцем, – первое. – Валяй. – Как долго он юзает? И что именно? Паша глубоко задумался. Согласно его скудным познаниям, Арс перепробовал всю наркоту на свете. – Это имеет какое-то значение? Или ты хочешь сказать, что он выживет? – спросил он. – Вопросом на вопрос не отвечают, ковбой. Только что Паша понял, что кто-то уже обращался к нему так, при чём это было относительно недавно. – Ширяется он почти два года, до этого перепробовал все, от марихуаны до кокаина. Гашиш, айс, героин, ФЦД, амфетамин... Глеб, – сам того не осознавая, он схватил того за кисть руки, – скажи, он будет жить? – Я постараюсь сделать всё, что в моих силах, – сказал Глеб, – отойди. Он порылся в маленьком шкафчике и извлёк оттуда коричневую бутылку. Сняв с неё крышку, он начал наполнять жидкостью шприц. – Что это? – недоверчиво спросил Паша. – Лекарство, – лаконично ответил Глеб, – не мешайся под ногами, иди сделай своему брату укол. Когда Паша вернулся, Глеб колдовал над какой-то странной настойкой из листьев. Перелив ее в кувшин, он поставил посуду на подоконник и безразлично произнёс: – Дашь ему выпить, когда проснётся. Только не всё сразу. Паша молча смотрел на него. – Подожди, – наконец вымолвил он, протягивая раненую руку, – перевяжешь меня?