Градусник отношений

      Женя стоит перед зеркалом в примерочной и оценивающе разглядывает себя в теплом пушистом свитере синего цвета. Оттенков синего много, и несмотря на то, что этот цвет ей идет, Женя все равно должна убедиться и примерить этот свитер. В нем есть что-то неуловимо знакомое: россыпь страз расходится продольными линиями вдоль тела, напоминая струи серебряного дождя. Слегка затемненные бока испещрены сияющими звездами. Словно небеса разверзлись и на смену мраку приходят чистота и свет.       — Тебе не кажется, что всех этих страз и без того много в твоих костюмах, — мама заглядывает к Жене в кабинку, внимательно разглядывая дочь, — И этот цвет, и блестки…мне кажется, у тебя уже даже такое было.       — Наверное, ты права, — Женя соглашается и кивает. — Хватит этих блестков и на льду.       Мама удовлетворительно хмыкает и закрывает шторку. Женя же еще раз критически оглядывает свое отражение. Действительно, она любит свободный стиль, одежду на пару размеров больше, чтобы можно было чувствовать себя еще меньше, чем она есть на самом деле. Укутаться в теплую ткань, спрятать нос в широкий ворот… Рукава обязательно должны быть длинными, чтобы их можно было небрежно подтянуть. Найк присылал свои новинки, и разных мягких свитшотов у Жени полон весь шкаф. Но почему ее потянуло на этот свитер в неизвестном магазине, что она не смогла пройти мимо и попросила маму остановиться?       Женя поджимает губу и слегка прикусывает ее, отчего та практически моментально вспухает. Резко встряхивает головой, пытаясь выкинуть воспоминания. Она поняла, что ей напомнил этот свитер. В чем-то похожем она несколько лет назад училась открываться миру, который долгое время не слышала.       Эти мысли вызывают ни боль или страдание, но опустошающую тоску. Когда же она сможет наконец оставить все в прошлом, чтобы эти знаки-маячки не имели над ней власти?       — Женька, хватит уже копаться, ты не забыла про показательные? — мама зовет все настойчивее, и Женя быстро стягивает свитер. Он цепляется за волосы и путается в широком вороте. Лишь через несколько мгновений, Женя ныряет в привычный свитшот и выходит из примерочной.       — Я все, — улыбается Женя, а мама уже тянет ее к машине.       После показательных выступлений, золотой мишуры, фейерверка эмоций и сорванных аплодисментов, девочки переодеваются в раздевалках Мегаспорта.       Это были очень насыщенные дни, которым Женя отдалась целиком и полностью. Несмотря на непопадание в Финал Гран-при, она сияет улыбкой и наконец легко шутит и смеется так, что слышно ее по другую сторону коридора. С ней рядом Саша, они переговариваются и обмениваются впечатлениями.       — Ты молодец, удачи тебе, — обращается Женя к Саше, — встретимся вечером?       — Конечно! — Саша как всегда смущенно улыбается, слегка робея рядом с Женей, несмотря на очередную победу. — Ой, Женя!       — Что?       — Кажется, — Саша чуть наклоняется. — Да, ты кажется, сережку потеряла…       — Да? — Женя тянется рукой к ушам, а потом приглядывается к своему отражению к зеркале. Сережка в правом ухе и правда отсутствует.       — Наверное, во время выступления слетела? — Саша пытается утешить. — Может, еще найдется?       — Не знаю…—  Женя вспоминает распущенные волосы, весь тот калейдоскоп движений на льду и понимает, что даже если сережка осталась на льду — найти ее почти нереально.       — Правда, может найдется…—  добавляется Саша, и машет рукой, уже надевая куртку.       — Может, — с тоской поддакивает Женя, не стараясь скрыть досаду изо всех сил, однако, не добавляя, как много эти серьги значили для нее на самом деле.       — Ну, открой же, — Этери протягивает Жене маленькую синюю бархатную коробочку в форме медвежонка. На ее лице улыбка и волнение.       Женя тянется за подарком и дрожащими руками пытается снять голубую ленточку. Бантик никак не поддается, затягивается в плотный узел.       — Черт!       — Так, Медведева, пусть тебе сегодня шестнадцать, но это не повод ругаться на мой подарок.       — Простите, — Женя краснеет и опускает взгляд.       — Давай сюда, недоразумение мое, — Этери достает ножницы, разрезая ленточку, и возвращает подарок Жене.       — Ой! — Женя наконец открывает коробочку, где в двух углублениях сияют блеском и переливаются под светом сережки. — Похожи на корону.       — Корону бы я тебе не дарила, Медведева, — смеется Этери, — Ты ее сама должна заслужить.       — Тогда похоже на сердечки…—  Женя снимает свои старые серьги, которые ей несколько лет назад дарила бабушка, и надевает подарок, — Этери Георгиевна, это вы мне аж два своих сердца подарили, да? — в глазах у Женьки играются бесята.       — Да, Женя, специально для тебя создала второе, вдруг первое разобьешь, — Этери усмехается, но в уголках губ застыли опасение и страх вновь испытать боль.       Женя застывает на миг, понимая, что сказала немного не то. На ее лицо словно тоже падает тень переживаний ее тренера, проникая куда-то в глубину сердца. Женя резко дергается и быстро приникает к Этери Георгиевне.       Этери слегка вздрагивает от неожиданности, но мягко кладет руку на лопатки Жене. От руки идет такое тепло, что Женя начинает мурчать как маленький котенок, жмурясь от удовольствия. Этери слышит это и нежно целует в макушку Женю.       — Это самый дорогой подарок, Этери Георгиевна. Я буду его беречь всегда, — шепот куда-то в район ключиц.       Этери закусывает губу, но только Женя этого не видит.       С тех пор Женя не снимает эти серьги, добрых четыре полных года. Не меняет под платья и даже не пытается примерить что-то новое. Эти серьги являются ее талисманом, ее оберегом. Даже уехав в Канаду и сменив тренера, она не может расстаться с серьгами - таким важным подарком. Пытаясь забыть и перелистнуть, вычеркнув воспоминания и заменив привычную среду, людей чем-то новым, она все равно продолжает их носить. Даже челку обрезать и волосы перекрасить она может. Но серьги с ней всегда. Не только потому что она к ним привыкла, и они были чем-то неприкосновенным. Они неявно дарили тепло и уверенность, которых за браводой и показной смелостью, на самом деле Жене не хватает.       Невозможно перечеркнуть одиннадцать лет, что уж там говорить. И Женя это прекрасно понимает.       По дороге домой она возвращается в тот магазин, чтобы купить свитер. Возвращается одна, чтобы мама не видела. Чтобы не задавала ненужных вопросов и не искала тайных смыслов. Женя надеется найти сережку на полу примерочной или в вороте свитера, но все оказывается тщетным. Сережка окончательно потерялась.       Дома Женя раздевается и снимает сережку. Она осталась одна… Ушам непривычно легко и пусто, кто бы мог подумать.       — И вот что с ней теперь делать, — спрашивает Женя саму себя.       Не выкинуть же. Сохранить? Где Этери Георгиевна их покупала, Женя так и не знает. Можно, конечно, пойти к ювелиру и попросить заказать копию, но это будет всегда фальшивкой и жалким подобием оригинала. Женя это будет знать.       Женя с грустью держит в ладони сережку, которая ей когда-то казалось похожим на чье-то сердце. Одно сердце разбилось. Женя усмехается иронии судьбы. Но может стоит попытаться сохранить второе?       Женя достает бархатный пакетик и нежно заворачивает туда сережку. И прячет словно Кощей свое сердце, только еще надежнее — ведь чужое — в в пакетик, в коробочку, в Луну, чтобы это еще не разбитое сердце всегда было рядом, несмотря ни на что. Чтобы хотя его сохранить.       Утром в свой День Рождения Женя просыпается рано. Ей нужно многое успеть. В первой половине дня должны прийти поклонники поздравить, потом у нее девичник, с бабушкой надо тоже вечером посидеть. И уже завтра улетать обратно.       Женя завтракает и пьет кофе, неспешно собирается.       — Женька, тут тебе какая-то посылка, — мама возвращается из магазина, держа в руках небольшой сверток, — Наверное, кто-то из поклонников поздравляет.       — Да я думаю на встрече все подарят, цветов точно будет много.       Мама выходит, а Женя остается наедине со свертком без опознавательных знаков, кроме подписи «Жене М.».       А вдруг там бомба? Невольная мысль проскальзывает в сознании, но интерес оказывается сильнее, и Женя все же открывает ножницами бумагу.       Внутри синяя бархатная коробочка в форме медвежонка. От внезапного предчувствия и нахлынувших воспоминаний, сердце начинает биться чаще. Женя некоторое время кусает губы, не решаясь открыть. Зажмурившись, она все же делает это одним рывком.       Там две сережки, так похожие на чье-то сердце.       Из пакетика выпадает записка. Женя наклоняется, чтобы поднять ее с пола, и видит знакомый почерк.       «Не теряй больше то, что тебе дорого»       На лице Жени застывает самая настоящая счастливая улыбка: это еще один шанс.