Градусник отношений

Моя игра, моя игра, Она мне принадлежит и таким же как и я, Моя игра, моя игра, Здесь правила одни, и цель одна.

      Этери мягко закрывает дверь, напоследок вежливо кивая, благодаря за встречу и уделенное внимание. Несмотря на тот серьезный разговор, который только что состоялся за дверью официального кабинета, и который она затеяла сама, Этери все равно ощущает некую скованность. Весь блеск стерся с губ, так часто она их кусала последний час. Но теперь можно выдохнуть.       — Добрый день, Этери Георгиевна! — навстречу идет несколько чиновников, радостно ее приветствуя. И она не может не улыбаться. Не только приветливо, но и торжествующе.       Все удалось.       Терять пешки, чтобы выиграть в войне — это нормально. Жертвовать конем, ладьей — тоже. Конечно, если на кону — победа. Но не тогда, когда эти потери не приводят к шаху, мату. Пока что Ледовый король все еще неуязвим, наращивает свою силу и мощь.       Ушедшие Саша и за ней вслед Алена — это не Саханович, Тараканова, Паненкова и другие. Это те фигуры на шахматной доске, которыми она не готова была жертвовать в своей игре. Она ведет свою игру, в которой действуют ее правила. В которой цель одна.       У нее не было такой роскоши как время на сожаление или горечь. Методично, друг за другом, каждый из уходов ее учениц, бьет в самое сердце. И следуя ее же собственным правилам, получил удар — встань и иди дальше. Только от этого не становится менее больно.       Самые первые уходы были самыми резкими, наиболее остро ощутимыми. От них было больше всего вопросов и рефлексии: «Почему? Что я сделала нет так? Где не увидела и не услышала?». Родные сразу говорили, что это данность, с которой нужно смириться, если не выходит понять. Хотя она понимала, всегда, но не могла принять. Никогда.       Так и уход Медведевой. Даже уходом это и сейчас было нельзя назвать. Расставание…       Этери встряхивает головой, выгоняя не те мысли. Она их оставит на потом. Тем более, что это потом уже почти наступило.

***

      Уже привычные, казалось бы, Открытые прокаты в этом году совсем иные. Нет того настроя бороться и сражаться, выгрызая победу у соперниц. В этот раз все борются в основном с собой.       Этери держит за руки Аню, подбадривает Камилу, для которой выступать сегодня среди взрослых — ее собственный личный вызов. Она волнуется, но для этой уникальной девочки у Этери есть слова.       Украдкой наблюдая за Сашей и Аленой, Этери не может не заметить их неуверенность. Пару раз ей кажется, что они спотыкались именно тогда, когда ее взгляд был устремлен им в спину. Особенно потерянной выглядела Алена. Наверняка еще и наговорит кучу всего лишнего потом журналистам, с нее станется. Саша выглядит сильнее. И пора начинать свыкаться с мыслью, что это уже тоже не ее девочка.        Другая не ее девочка скользит по катку, серьезно и немного со странным взглядом заходит на каждый из элементов. Сегодня Этери наблюдает за ней с особенным интересом. Профессиональным, чтобы в будущем понимать, с чем предстоит иметь дело. Нездоровая худоба, граничащая с анорексией, с потерянным тонусом и силой в мышцах. Неявные, но все же вернувшиеся проблемы со спиной — прыжки наверняка развалены. Да, придется собирать заново…       Этери еще никому не говорила о том, что она сделала, о чем говорила в Федерации.       Вернуть Медведеву — это тот самый шаг, на которой она решилась в родительской квартире. После потери позиций позиции и ладей в виде Саши и Алены, у нее не осталось выбора. Только возвращение Медведевой хоть немного собьет спесь с Плющенко. Не стремясь с популярности и вниманию, Этери понимает, что быть на вторых ролях ее не устраивает.       Медведева. Кто она в этой игре? Разменная монета? Пешка, которую после Орсера можно сделать ее, Этери, личным ферзем? Доказать, что именно она — истинный тренер Медведевой, что канадская техника — пустые разговоры. Один раз получилось — с Элизабет. С Медведевой это будет и шах, и мат. Если получится. Слишком много потеряно. Слишком.       Как раз в этот момент Медведева падает, что заставляет Этери поморщится.       — Ты зачем это смотришь? — в вопросе Дани звучит недоумение. — И нас зачем притащила?       — Потому что вы будете с ней работать.       — Этери? — Сергей хватает за руку, но женщина лишь одергивается. — Я поговорила с руководством. — Этери отрезает холодно и совершенно безапелляционно. В этом случае громкие имена не оставляют почвы для споров и излишней демагогии. — Решение принято. Она будет снова тренироваться у нас.       Маскарад перестает звучать как раз в тот момент, когда Даня хочет задать новый вопрос. И хорошо, что вопрос тонет в громе аплодисментов. Это еще одна причина. Ее, Медведеву, богиню, любят, боготворят и ненавидят одновременно. Она звезда, у нее контракты. Ее имя нужно Этери сейчас как никогда. Алина вряд ли вернется. А Медведева — это шанс доказать, что она может работать со взрослыми. И что она прежде всего — профессионал. О тех словах, что были сказаны друг другу и через экран телевизора, Этери старается не думать, пока еще есть время.       После окончания проката коротких программ, Даня и Сергей ждут ее на парковке. Их лица выдают все, что они хотят сказать.       — Она будет тренироваться у нас…       — Этери, но она сама хоть в курсе? — на Дане лица нет, но он никогда не испытывал нежных чувств к Жене. — Она только что на всю страну показала и рассказала, как дистанционно тренируется с Орсером.       — Пока нет, но поверьте, она примет это решение.       — А как же…ваша история?       — История? — Этери хмурится. — История — это то, что в прошлом. А сейчас настоящее. И закончим, не будем об этом, — Этери садится в машину. — До завтра.       День произвольной программы проходит под многозначительные взгляды тренерского штаба Тутберидзе. Этери их пресекает:       — Девочкам нужно внимание и поддержка. Аня недокручивает вращение, а Камилла словно зонд проглотила. Направьте свое внимание туда, а не на меня…       Все заканчивается быстро. Оно так всегда — подготовка — целая вечность, а прокат — один миг длиной в вечность.       На прокате Медведевой присутствуют все. Сергей смотрит задумчиво, а Даня не может скрыть ошарашенности.       — Дань, проще лицо. Нас показывают, — Этери хлопает вместе со всеми, когда заканчивается музыка. Несмотря на все неудачи и полный развал, Женя смогла откататься. Это заслуживает уважения. Этери не может этого не признать, она всегда ей гордилась: сначала явно, а потом уже тайно.       Все таки она всегда была ее девочкой. И сейчас так хочется ей помочь… Этери не хочет об этом думать, все ее чувства — давно мертвы. Все, что они говорили и делали — окончательно разрушило сказку про «как дочь». Этери теперь не откроется. Это лишь прагматичный расчет. О чем она напоминает в очередной раз Сергею и Дане.       — Ну раз уже все решено, — только разводят руками.       Решено.

***

      Всегда удивительно, насколько слухи быстро просачиваются в массы, даже, казалось бы, самые невероятные. А удивительнее всего, когда эти слухи подтверждаются, особенно, если они правдивы.       Телефон разрывается с самого утра, а Этери только смотрит на все это и усмехается. Вопросы о том, правда ли это, что Медведева возвращается, анализ со стороны журналистов, куча постов в инстаграме сыпятся как град. Остается выждать эту самую последнюю паузу.       Этери волнует не то, что напишут в статьях позднее:       «У нас официально пока ничего нет, это неофициальная информация. Как я могу комментировать? Когда это будет официально решено, тогда буду комментировать. Пока сказать мне вам нечего», — прокомментировал публикацию президент Федерации фигурного катания России (ФФКР) Александр Горшков.       Уже тот факт, что чиновник не стал отрицать новость и называть ее бредом, говорит о том, что дыма без огня не бывает. Тем более сам Горшков всегда достаточно хорошо информирован, и в прессу различного рода инсайды обычно попадают, когда президент ФФКР уже в курсе ситуации.       Хотя еще накануне представить подобный поворот событий было практически невозможно.       Медведева добилась всех своих самых больших и действительно значительных успехов под руководством именно тренерского штаба в «Хрустальном». Она на протяжении двух лет тотально доминировала в женском фигурном катании, выиграв за это время вообще все старты.       Важнее то, что об этом знает сама Медведева. Которая еще пару дней назад признавалась в любви к своему тренерскому штабу, твердила о полном взаимопонимании и готовности справиться и с этой бедой вместе.       Этери бы отдала все, что угодно, чтобы увидеть ее реакцию. Не вторую или третью, а первую, когда эмоции скрыть тяжелее всего. Медведевой точно сказали все, что надо и как надо, чтобы она поняла: ее текущее положение не устраивает федерацию, подобная работа недопустима и ей необходимы полноценные тренировки, а лучше всего ей в этом поможет ее прежний тренерский штаб.       Этери сыграла по своим, и по только ее собственным правилам. Обменяла несколько, казалось бы, важных фигур на самую важную, судьбоносную. От этого осознания женщина на мгновение замирает. И не только от этого. Происходит то, чего не было так давно. Женщина слышит и чувствует это.       Сердце начинает биться чаще.