Интернат

      Прозвенел звонок. Александр поднимался по лестнице, вслушиваясь в свои же шаги. Десять метров. Двадцать шагов. Дверь. Вдох... — Доброе утро! — Он вошёл в класс. Пятнадцать человек, девочки и мальчики нехотя поднялись со своих мест в приветствии учителя. Одиннадцатиклассники. Будущие выпускники. Через год они выпустятся из интерната и упорхнут во взрослую жизнь. Хотя многие девушки уже в 16-17 лет выглядят довольно взрослыми женщинами, вполне сформировавшимся и очень порочными. Лолиты-переростки местного разлива, прости Господи. — Меня зовут Александр Сергеевич.... — начал было Александр, как с задней парты в него прилетел огрызок карандаша и раздался свист: — Пушкин! — высокий, с задорным взглядом, даже сидя этот парень был выше на голову своего соседа по парте, — А няня у тебя тоже есть? Ирина-то, Родионна? Класс радостно загудел в знак одобрения очередной шутке. Ох, не зря Людмила предупреждала, это тяжёлый класс. Невыносимые условия труда так и наступали на пятки, сознание вопило о несуразности поступка возвращения в родные пенаты, а возглас с задней парты эхом отдавался в памяти. Что же ты творишь, Александр, куда ты лезешь на этот раз... ....Много лет назад, первого сентября, когда он впервые переступил порог класса в этом интернате, его так же приветствовал первый задира класса. Кличка «Пушкин» приклеилась к нему сразу же и не отлипала...., впрочем, она, похоже, не отлипает до сих пор. — Нет! — Александр даже не понял, как мысли завладели его сознанием и он невпопад ответил заводиле. Получилось, в принципе, очень логично и продолжило шутку, выпущенную с задней парты. Класс снова ответил дружным гоготом. — В смысле, нет у меня няни! «Тьфу, блин, что я творю? Какая к черту няня?» Мысли перемешалась в голове Александра и грозились рассыпаться как те фантики из найденной в столе тетрадки. — Не Пушкин я! Меня зовут Александр Сергеевич Казьмин. И я, — Александр сделал ударение на местоимении, оперся ладонями на учительский стол и обвёл взглядом свой класс. Ученики притихли, и Александр, почувствовав их заинтересованность данной ситуацией, продолжил: — Я ваш новый учитель математики и по совместительству — ваш классный руководитель. Так что предлагаю сразу запомнить мое имя и отчество. Как фамилия? — обратился он к классу. — Казьмин! — нестройным хором ответили школьники. Громче всех кричал этот дылда с задней парты. «Мда, не это я ожидал услышать, но, будем считать, я принимаю условия вашей игры, ребята» устало подумал Александр. Прошло всего ничего времени от первого урока в родном интернате, а молодой учитель уже чувствовал себя выжатым, как тот лимон на блюдечке. Играть так играть, хрен с тобой, золотая рыбка. — Вы делаете успехи, мой дорогой класс, — Александр улыбнулся, первый раз за этот урок. — Но меня интересует другая фамилия. — И чья же? — Снова этот голос. Александр внимательно посмотрел в конец класса. — Ваша, молодой человек, — Александр с интересом смотрел на одиннадцатиклассника. Его наглости он даже немного завидовал, ведь когда он сам был в его возрасте, ему так не хватало смелости, храбрости и, главное, решительности и решимости, чтобы противостоять тем заботам и проблемам, которые возникали на его пути. — Гордеев, — казалось, местный лидер принял правила игры и понял, наконец-то, что перед ним учитель, а не гопник из соседнего подъезда. — Кирилл Гордеев. — Скажи мне, Кирилл, — Александр пытался казаться расслабленным, не спуская глаз с Гордеева, — кто староста класса? — Ну я — несмело тянет тот. — А чё? — Да ничё, Кир. Ты же, я посмотрю, местный заводила, подаёшь пример своим друзьям. — Александр отошёл от учительского стола, сделал несколько шагов в проход к середине класса и скрестил руки на груди. — Выучи уже, что няню у Пушкина звали не Ирина, а Арина. Арина Родионовна. А то стыдно, ей-богу, уже одиннадцатый класс, а ходишь невеждой. Ни с девчонкой поэзию не обсудить, ни клёвую шутку в кругу друзей не ввернуть. Даже своего учителя, меня то есть, в краску со смеху вогнал. Ты в своём юном возрасте вещи то ли забывать стал, то ли ещё не выучил. Стыдно должно быть. Александр шёл ва-банк. Он понимал, что либо завоюет авторитет школьников юмором и возможностью отбивать подачи их же способом, то есть переводить все в шутку, либо придётся искать подход к каждому из пятнадцати подростков, сидящих в этом классе. Первый вариант был труднее. Второй — своей временнóй перспективой совсем не радовал. Что-то царапнуло в подсознании и Александр посмотрел на притихший класс. Ребята «переваривали» первый урок в этом году, либо делали вид, что поглощены поиском смысла сказанной Александром фразы. Он быстро «прошёлся» по головам учеников и автоматически пересчитал детей. Так и есть. Четырнадцать. Одного не хватает. Девочки все на месте. Неожиданно дверь открылась. Все уставились на вошедшего. — Здрааааасти, — протянул худой нескладный подросток, — А Вы чего тут? — О, ясно солнышко! Встало, наконец. — Александр окончательно развеселился и приблизился к вошедшему. — Я твой новый классный руководитель. Проходи, Ярослав, добро пожаловать в этот школьный мир обратно!