Интернат

— Ну что, дорогие мои, всех приветствую, — Александр улыбался классу. Стопка тетрадей высилась перед ним на столе. — Ещё немного и можно расслабиться. Первое полугодие заканчивается, сложную контрольную вы написали, оценки в тетрадях уже стоят. Приступим к оглашению вердикта, так сказать. Пятнадцать пар глаз, не мигая, смотрели на учителя. Последняя неделя перед новогодними каникулами была изматывающей. На улице холод, метель, на учебе наконец-то закончились контрольные и нервы, натянутые до предела, требовали разрядки. Оставшиеся три дня — а это двенадцать уроков и физкультура — нужно было как-то пережить уже почти-взрослым людям. Время тянулось. — Антонов! — Первая фамилия ученика прозвенела в воздухе. Парень со второй парты поднялся и подошёл за тетрадью к учителю. Медленно раскрыл её и выдохнул. Сел на место, улыбаясь. Было видно, что школьник рад полученной оценке. — Зиттер! — Александр, между делом, продолжал. — Ваша. Учитель брал тетради по очереди, не в алфавитном порядке, а как они лежали в стопке и протягивал их ученикам, подходившим к его столу. Раздавая тетради, Александр смотрел на учеников. Они негромко переговаривались, смеялись и общее настроение в классе было радостным. Александр улыбался сам про себя. Почти четыре месяца, всё первое полугодие, он старался научить учеников алгебре и тригонометрии, старался буквально «разжевать» непонятное для детей, далеко не склонных к математическому мышлению. Первые пару недель ученики присматривались к новому молодому учителю, а девочки даже пытались флиртовать с ним, правда, безрезультатно. Мало-помалу, он завоевал доверие школьников - получил «респект» как говорил Ярослав - и стал для них примером и первым человеком, к кому они обращались со своими проблемами и вопросами. И, что самое ценное, они относились к его предмету если и не с любовью, то с уважением и худо-бедно готовили домашние задания и писали «срезовые». Оценки учеников за последнюю и, на данный момент, самую важную для них контрольную работу его приятно порадовали: всего одна «тройка» и ни одного «неуда». — И Баярунас. По чистой случайности последняя в стопке, тетрадь перешла к своему владельцу. За этого ученика Александр радовался особенно. Ярослав получил первую «пятёрку» за контрольную по его предмету. Правда, с «минусом», за оформление и неряшливость, но кого волнует «минус», когда в столбике классного журнала по полугодовой контрольной красуется такая красивая оценка? Словом, наступающий Новый год Александр готовился встретить с чувством профессионального удовлетворения. Оставалось всего ничего - рзобраться до конца со своими чувствами. *** — Ярик! Ярик, подожди! Ну стой же! — Александр не успевал вставить ни слова между жаркими поцелуями подростка. Тот не мог насытиться им, пользовался любой возможностью, чтоб получить свою порцию наслаждения. Этот тактильный наркоман изыскивал любой повод, чтоб прикоснуться к Александру, он ловил его взгляд на учебе, в интернате между уроками, однако каким-то чудом ни словом, ни жестом ни разу не выдал того, что происходило между ними во внеурочное время дома у Александра. Удивительное самообладание! Которое, впрочем, исчезало и рассеивалось без следа, стоило входной двери в квартиру защелкнуть замок. Вечерами Ярослав как ни в чем не бывало брал рюкзак с тетрадями и шёл к Александру. Для всех это выглядело так, что он ходит к учителю подтягивать какой-то предмет. Что творилось на самом деле, «подтягиванием» назвать можно было с очень большой натяжкой. Скорее, это было «навёрстыванием» времени, проведённого осенью в недомолвках и недосказанностях. — Ну, что такое? Я же был хорошим мальчиком целую неделю, ну, Александр Сергеевич! Абсурдность и нелепость обращения на «вы» возбуждала и привносила изюминку в эти ненормальные отношения. — Ну разве мне не полагается хотя бы мааааленькая награда? — он бессовестно воровал поцелуи с губ Александра и возвращал их ему в тройном размере. — Нам... нам нужно поговорить! — Александр с усилием отстранился Ярослава. Они лежали на кровати, тяжело дыша. Александр откинулся на спину и Ярослав тут же заполз на него сверху, нависая над ним и продолжая целовать каждый сантиметр открытой кожи. — Что-то не так? — Ярослав поднял осоловелые глаза на учителя. — Вы меня разжаловали? Я теперь не Ваш любимый ученик? Ситуация забавляла Ярослава и он не собирался отступать от этой игры. Внезапно Александр притянул мальчишку к себе и что-то наспех прошептал ему на ухо. Тот замер, как оглушённый. — В смысле? — Он не мог поверить в услышанное. — В прямом! — Александр сглотнул, не выпуская парня из своих объятий. — И пусть это будет нашим общим новогодним подарком.