Интернат

— Так ты говоришь, мне не понравится? — Александр медленно проводит пальцами по щеке Ярослава с одной стороны, по второй щеке скользит носом. Эта пытка прелюдией раззадоривала обоих. Лёжа в кровати в пятничный вечер, они наконец-то могли расслабиться. — Тебе. Не. Понравится. — Ярослав, лёжа на спине, старался говорить твёрдо, чеканя каждое слово по отдельности, но голос предательски дрожал из-за возбуждения. — Ну, Саш, не пытайся узнать что-то, чего я сам не знаю. Я сам ещё ничего толком не знаю, я только на час туда забежал, девочки пока что танец учат. Увидишь скоро на дискотеке, ну. Иди сюда, — он перевернулся на бок, но получилось неловко и рука тут же отдалась тупой болью. Ярослав издал стон и зажмурил глаза. Саша, заметив это, обнял парня, перевернул на себя так, что тот оказался сверху, и оставил лежать у себя на груди, чувствуя взаимное желание обоих: — Ярик, я хотел спросить... — Саша замялся. — Я даже не знаю, как начать... — Зато Вы знаете, как кончить, Александр Сергеич, — прыснул со своей шутки Ярослав. Тот крепче прижал подростка к себе. «Чёртик, ну, натурально, чёртик» пронеслось в мозгу Саши. Он поцеловал младшего в макушку, перебирая волосы пальцами. — Подстричься не хочешь? Лохматый, как чёрт, — внезапно спросил Александр. — Нет, только не это! — Резко вскинувшийся на Сашиной груди Ярослав, удивил Александра. — Я... И вообще, ты меня, лохматого, полюбил, теперь мучайся, — вывернулся из щекотливой темы парень. — Ну-ну. Ты когда в последний раз в парикмахерской был? Ох, что-то ты темнишь, Ярик.... — Александр примирительно подтянул Ярослава на груди к себе повыше и поцеловал в висок. — Как бы мне тебя снова спасать не пришлось. — Не придётся. Саш, правда, все нормально. Я люблю длинные волосы. И ты пальцами их перебирать любишь, и я привык, что если я у тебя засыпаю, то засыпаю под это дело. — Он легонько поцарапал Сашу по груди. — Так что ты хотел спросить? Александр напрягся. С одной стороны, у них уже многое произошло, многое было, и он мог спокойно озвучивать многое, если не всё. С другой стороны, он боялся неправильно подобранным словом обидеть подростка, чтобы он снова не закрылся в свою раковину. — Насчёт того, что произошло тогда, ночью, — Саша словил ладонь Ярослава и поднёс к своим губам. Нежное прикосновение оставило приятное ощущение щекотки на ногтевой стороне кончиков пальцев. Ярослав перевернул ладонь, на ощупь провёл пальцами по мягким губам Саши, по кайме вокруг. Мужчина поймал их ртом, поцеловал, слегка втянув в себя. Легкий стон младшего, поднявшего голову и устремившего свой взгляд на Казьмина, возбудил обоих. — Что ты со мной делаешь, Ярик? — прошептал Александр, приподнимаясь и принимая полусидячее положение. — В данный момент, очень надеюсь на повторение того раза. — улыбающийся Ярослав, казался сейчас похожим на Мефистофеля, искушающего Фауста. — Вот, насчёт того раза я и хочу поговорить. Тебе же было больно, а ты не сказал, почему? — Саша старался придать голосу нейтральное выражение, но внутри весь подобрался и обратился в слух. — Саш, — Ярослав прищурился и продолжил, — Мне не было больно. Точнее, было немного неприятно, первые секунды. Но это нормально. Нор-маль-но, ты меня слышишь? У нас есть смазка, есть время, спешить некуда, в другой раз будем аккуратнее. — А... — Александру требовалось несколько секунд, чтобы осмыслить услышанное. — А пятна те? Больше не было? Ярик, я правда, за тебя очень переживаю, с этим не шутят и... Договорить ему не дали. Ярослав дотянулся до Саши, накрыл его губы своими и зарылся пальцами в его «торчашки». — Нет, Сашк, правда, всё в порядке, — шептал Ярослав, продолжая целовать старшего. — А теперь, время вышло; пожалуйста, заткнись, и попытайся просто получить удовольствие. Откинувшись на спину, Саша просто позволил себе расслабиться. До Ярослава у него был только один гомосексуальный опыт с другим парнем, во время студенчества. На четвёртом курсе он с группой пошел обмывать окончание сессии и под конец вечера, оставшись единственным трезвым на том празднике жизни, собрался уже уходить обратно в общагу. В течение всего времени он наблюдал за симпатичным парнем, которого он приметил в самом начале вечера. Тот тоже был с компанией, но казалось, держался немного отстранённо от всех. Потом он куда-то исчез, и Саша с понурым взглядом, заказав себе последний коктейль, пил его в одиночестве. Внезапно тот подсел к Саше за барную стойку, смерил взглядом его почти закончившийся безалкогольный коктейль и заказал ещё по одному. Завязался необременительный разговор, к удивлению Казьмина, быстро закончившийся в мужском туалете, куда тот парень утащил Сашу. Заперевшись вдвоем в кабинке, новый знакомый повернул голову к парню и впился своими губами в его пухлые губы. Саша, ответив страстно на поцелуй, не ожидал от себя самого такой прыти, совершенно не зная человека. Это, считай, фактически сняться в туалете ночного клуба, — он, воспитанный парень, а даже не запомнил имени нового знакомого. Продолжая целовать Казьмина, тот проворно спустился от шеи по груди вниз до пупка и, опустившись перед ним на колени, расстегнул ширинку. — Нихрена себе, — Саша выдохнул, откинувшись на запертую дверь, когда парень языком и губами стал доводить возбужденный член до высшей точки. Он заглатывал прямо в горло, и Саша чувствовал, как сокращается глотка и шершавый язык дополнительно стимулировал член. Пары минут хватило, чтобы Саша разрядился тому прямо в рот, чуть не рухнув на подкосившихся ногах. Но ещё больше Саша охренел, когда парень, поднявшись с колен, просто расстегнул свои штаны и довёл себя до оргазма сам, под ошарашенный взгляд Саши. Быстро застегнув штаны, тот ужом выскользнул из кабинки. «Каких только отклонений не встретишь», отдышавшись, подумал Казьмин в тот момент. Больше опыта не было, о других видах любви он даже не помышлял. Время такое, что уж. Ярик не спешил. Он наслаждался. Наслаждался каждым сантиметром Сашиного тела, отвечавшего ему на ласки. Он вспомнил, как первый раз попробовал Сашу на вкус. Вкус кожи, пахнущей «Платиновым эгоистом» на первом морозе ноябрьским вечером, когда он украдкой поцеловал ладонь Александра Сергеевича, выйдя в киоск за сигаретами. И горячие губы, с которых Ярик отчаянно воровал первые мелкие поцелуи под декабрьским снегопадом — никакая другая сладость мира не сравнится с тем, что Ярослав сейчас ощущал своими руками и губами. Он спускался всё ниже, проходясь по несколько раз по одному и тому же месту, словно стараясь запомнить каждую клеточку, каждую родинку такого дорогого тела. Он опустился ещё ниже - кожа на животе Саши, такая нежная, так и манила прикасаться и целовать себя. Он втягивал запах Саши носом, целуя порывисто, страстно, а в следующую секунду нежно и как бы извиняясь. Пальцами скользя по бархатистой коже, зарываясь в мягкие волоски, ни разу не тронутые бритвой, он находил очередное тайное место, и, мягко целуя, вызывал у Саши новую волну, новый приступ возбуждения, все ближе и ближе подбираясь к самому сокровенному месту. Ярик с нежностью и страстью дарил Саше эти секунды наслаждения. Его счастье лежало под ним и принадлежало только ему. И он стремился выпить это счастье. Без остатка. Чувствуя приближение оргазма, Саша попытался отстраниться от Ярика, вжимая бёдра в диван, чуть отодвигаясь от парня. Безуспешно. — Яр, я не хочу....не могу...в тебя... — прохрипел Саша и через секунду взорвался. Ярослав без капли сомнения или смущения проглотил всё, чем излился Александр и вытянулся на диване. — Сашк, — он не договорил. Губы Саши накрыли тонкие губы Ярика и опрокинули того навзничь, с силой вжимая в кровать. Казьмин целовал младшего исступленно, как будто бы у них заканчивается время, отведённое для свидания и нужно насытится до следующей встречи. Он нежно придерживал обеими руками подбородок Ярослава, зацеловывая губы и рот, принявшие его семя. Ярик мягко перехватил одну руку, направил вниз, где царило возбуждение, грозящее в любую секунду превратиться в белый фонтан. Саша с усилием отстранился. Он нависал над Яриком, тяжело дыша. — Где...смазка и остальное добро? — прошептал Казьмин. Капелька пота скатилась по виску вниз. Ярослав задумался. После той ночи он кинул смазку и презервативы в рюкзак, рюкзак был в коридоре. Вообще стратегически невыгодное размещение. — В коридоре, в рюкзаке, — он сглотнул. — Наверное. — Значит, не сегодня, — съязвил Саша и быстро опустился вниз. Ярослав провалился в блаженство. Сашины губы там, язык на стволе, на головке, он помнил их, те невероятные прикосновения прошлый раз, на несколько секунд выбросившие его из реальности, настолько невероятны были его ощущения. Саша добавил пальцы внизу в промежности, задевая яички и Ярослав не сдержался. Оргазм накрыл его с такой силой, что судорога пронзила всё тело и её отголоски дошли до повреждённой руки. Мурашки прошили всю левую сторону тела и Ярослав засмеялся. — Сашк, хватит, ну хватит, ну пожалуйста, — он зарылся пальцами в влажные от пота волосы Александра и попытался подтянуть Сашу наверх. Тот понял, что хочет младший, молча встал, нависая над ним на коленях, потом раздался звук сглатываемого движения и тихий голос Казьмина: — Поздравляю тебя, Ярик. Ты только что лишил оральной девственности своего учителя.