Интернат

— Саш, а что ты на свой день рождения в качестве подарка хочешь? — вопрос вытащил стоящего перед шкафом Казьмина из раздумий. — Я? Не знаю, Ярик. До него ещё две недели, ты что. У меня есть всё, о чем я раньше не мог мечтать. — он обернулся, когда Ярослав уткнулся ему в спину и обнял старшего. Погладил руки Ярослава, сомкнувшиеся спереди у него на груди. «Счастье». — Совсем-совсем ничего не надо? Ну, может быть, сходим в кино? Или в театр? — Двадцать третье апреля это понедельник, Ярик. У театра выходной. Насчёт кино обещаю подумать. Знаешь... — Александр задумался. — Я понял, что мне нужен новый свитер. Или пуловер. И если хочешь, ты можешь сделать мне подарок в виде нового пуловера. — Одежда как подарок? — недоверчиво переспросил Ярослав. — Нет, если ты хочешь, то да, конечно. А какой? — А это уже ты сам выбери. Вот тебе и будет задачка. — И, видя как младший порывается что-то спросить, взял того за плечи и поставил перед собой. — Всё решай сам. Я ничего не хочу знать, ничего не хочу говорить, или навязывать. Это твой подарок. Ярослав с сомнением посмотрел на старшего. Нет, он не издевается. Про ахроматопсию младшего Александр не забудет, не в его правилах, значит, он хочет...чтобы Ярослав попытался научиться жить среди всех, как все. Он пытается научить его читать цвет. Синонимами, чувствами, определениями, которые обозначают каждый конкретный цвет. Чтобы у окружающих людей и мысли не возникло, что он не видит цвет. Задачка, конечно, похуже чем ежедневные тесты Екатерины Викторовны. Но, он постарается. Когда Саши не было дома он просмотрел всю одежду, которая была дома. Примерный размер он запомнил. Оставалось такой пустяк, сущая безделица — определиться с цветом. Белый и чёрный Ярослав отмёл сразу, даже не рассматривая как вариант. В субботу он, сославшись на библиотеку, рванул на рынок. По-любому, там ему помогут. А если нет, то он будет пытаться найти подарок сам. На рынке, обойдя все контейнеры с мужской одеждой, и не найдя ничего подходящего, он нос к носу столкнулся с продавцом, продавшим ему в прошлый раз джинсы. — О, какие люди! Вы таки решили купить пальто, молодой человек? Заходите, дядя Фима очень рад Вас видеть, — снова с еврейским акцентом поприветствовал парнишку продавец. — Мне не пальто. Мне нужен пуловер. Или свитер. Продавец оглядел подростка. — В прошлый раз Вы взяли рубашку и джинсы.... — Это не мне... это... — он запнулся. — На подарок. Я бы хотел сделать необычный подарок, который был бы подходящим....очень подходящим. Продавец недоверчиво посмотрел на парня. — Вы хорошо знаете человека, которому ищете подарок? Ребёнок, взрослый? — Продавец пожал плечами и продолжил, — Если Вы ищете на взрослого человека, то тогда Вам, юноша, в другой контейнер, Вам нужны более взрослые вещи, чем то, что я Вам приносил в прошлый раз, — он увлёк подростка за собой вглубь контейнера. — Но я даже не знаю, что Вам предложить. Мне нужно больше информации. Если, например, Вашему спутнику, что был с Вами в прошлый раз, то я, наверное, не помогу, а если... — Мне... — завёл было Ярослав, и запоздало удивился. — А какая разница, кому, если это просто подарок? — Не скажите, юноша. Я имею мнение, что подарок должен подходить человеку. Вот, допустим, всего лишь для примера - Вашего спутника я запомнил. У него были очаровательные зелёные глаза, очень редкий оттенок радужки. И если бы ему делать подарок, то у нас не получится гешефт. У меня, к сожалению, нет подходящего «чего-то» для него. А дарить абы что - побойтесь Бога и давайте расстанемся друзьями. Ярослав было отвернулся, но что-то кольнуло его в сознании. — Простите, — он тронул продавца за локоть. — Вы сказали про глаза. А почему Вы сразу упомянули про глаза? И почему Вы подумали, что я ищу подарок учителю? Продавец снисходительно посмотрел на парня. — Молодой человек, дядя Фима таки немного больше живет на счете чем Вы. Я видел с каким усердием он пытался Вас одеть. И видел, как он рассматривает джинсы, которые — он немного отстранился от Ярослава, оценивая его взглядом — таки прекрасно на Вас сидят. А глаза... он замолчал. — Глаза, молодой человек, могут сказать больше тысячи слов. Взгляд человека, которому Вы далеко не безразличны, которому Вы дороги — подделать невозможно. Ярослав стоял, как оглушенный. Неужели.... — И это видно, молодой человек, — тем временем продолжал продавец, задумчиво пробегая полки с одеждой — Не то, не то... нет, не то... — Он, должно быть хороший учитель, раз так относится к ученику, с почти братской любовью. У вас и разница в возрасте небольшая, и наверное интересы похожи. Молодой учитель, вы наверное, первый его выпускной год будете, так? Ярослав кивнул. То есть.... — А он видно, что учитель от Бога. — продолжал продавец, не замечая реакции Ярослава. — Очень проникается своими учениками, очень хочет помочь. Интернат это не стыдно. Учитесь, молодой человек, не разочаруйте своего учителя. Так вот, — он вернулся к своим прямым обязанностям, — у него были очень необычные зелёные глаза. — Опишите мне их, пожалуйста? Я... попробую запомнить, чтоб в поздравление ввернуть. Красиво же будет и необычно? — вывернулся Ярослав. — У него день рождения, мы от класса подарок хотели выбрать, а одежда всегда хорошо, не так ли? — большие глаза уставились на продавца. — Ох, молодой человек.... Глаза у вашего учителя как трава. Зелёные, сочные. Но не как весенняя молодая трава, которая только-только из под земли пробивается, а именно такая, сильная, спелая, сочная, зелёная, которую хрен ты походя вырвешь из земли. А ещё они как болото. Затягивают. Колдовские зелёные. Я у мужчин редко такой оттенок глаз видел. Только у женщин. Говорят, обладатель таких глаз счастье личное долго ищет, а если и находит, то прячет ото всех. Чтоб не увели. И в жизни личной счастлив. Когда через муки находит своё счастье. — А откуда вы столько знаете, дядя Фима? Вы гадалкой подрабатываете? — Та шоб да, так нет! Я художником-реставратором работал. А сейчас картины не покупают, искусство никому не нужно стало. Вот и работаю на рынке. А тебе могу посоветовать магазин в центре города. Его мой приятель держит. Держи, — он написал адрес на бумажке и протянул ошалевшему подростку, — скажешь что от дяди Фимы. У него хорошие фирменные вещи именно на молодежь направленные, цветные, современнные. Сходи, в общем. Тебе понравится. Удачи в выборе! «Удача мне точно не помешает» промелькнуло в голове. Попрощавшись, он вылетел из контейнера. Доехав до центра, Ярослав спохватился. Тут, скорее всего, все очень дорого, как и во всех маленьких магазинах. Он даже слышал модное название «бутик» для таких магазинов, и догадывался, что цены в таких магазинах будут несоразмерными с доходами мальчика-официанта. Однако, стоя перед витриной с манекенами он собрался с мыслями и толкнул дверь в магазин. «Была не была» Девушка-продавец смерила его взглядом и ничего не сказала. Он огляделся. На вешалках по периметру висели разнокалиберные вещи, пиджаки, рубашки, пуловеры. Чуть дальше начинался женский отдел с платьями. — Ты на себя ищешь? У нас на твой размер нет ничего, — продавщица выдула пузырь из жвачки. — Тут всё для взрослых. — Мне магазин этот дядя Фима посоветовал, сказал, что тут я найду то, что мне нужно. Помогите, мне, барышня, а? — маска простачка удавалась Ярославу лучше всего. Девушка, чуть было не подавившись жвачкой, уставилась на него: — И что же ты ищешь? — Мне нужен.... подарок. Для...брата. Красивый свитер или пуловер, который бы глаза подчёркивал. Ну, цвет глаз. — И какой же у твоего брата цвет глаз? — Цвет сочной зелёной травы, — оттараторил Ярослав и улыбнулся. Девушка напротив него усмехнулась и достала два варианта пуловеров. Ярослав стал ощупывать их. — Что ты их щупаешь, их или мерить надо, или не берёшь. — она грубо ответила парню, но ему было все равно. На ощупь ему не понравился ни одни. Первый был холодным и неестественно гладким, значит, будет тонким и греть Сашу достаточно для зимних морозов он не сможет. Второй был скользким в руках. Он напомнил Ярославу стекловату. Он перевёл взгляд на девушку. — А дайте мне самый лучший пуловер, какой у вас есть, с цветом, который я попросил? У вас же есть хорошие вещи, а мне для брата хочется самое лучшее. Ему — он улыбнулся, выдумывая на ходу, — уже двадцать пять будет, он у меня большой и взрослый. Девушка усмехнулась, но удалилась к вешалкам. Принесла ещё два варианта. Один с пуговицами, второй как толстовка, на молнии. Ярослав потрогал. Всё не то. — Это очень качественный акрил, — попыталась убедить мальчика продавщица, — Ему ничего не будет даже после десяти стирок. Тихо отворилась дверь и в бутик вошел невысокий мужчина. Он кивнув куда-то в пустоту прошел к пиджакам и стал размеренно перебирать вешалки. Ярослав мягко отстранил текстиль. — П-простите. Это не то. Я не знаю, как описать Вам то, что я ищу... но это должно сразу напоминать мне... — он запнулся, — Сашу. А это всё — оно наверное тоже очень дорогое, но, понимаете, оно безликое. В вещи души нет. И ее брать в руки не хочется. — он как мог попытался объяснить. Не вышло. Девушка смотрела будто бы сквозь него. Внезапно мужчина, стоявший у костюмов громко рассмеялся, напугав Ярослава. — Наташка, дурья твоя башка. Ну не хочет парень прошлогоднюю коллекцию, что ты ему неликвид впарить пытаешься? Малец знает, зачем он сюда пришёл. Пойдём со мной, думаю, ты не разочаруешься! «Черт!» Ярослава протащили через женский отдел ближе к складской двери. Мужчина достал три аккуратно свернутых пуловера и положил их на демонстрационный стол. — Выбирай, какой на тебя смотрит! Ярослав уставился на три абсолютно одинаковых пуловера. Медленно перевёл взгляд с одного на другой . «И в чем же тут отличие?» — А вот дядя Фима может любому цвету определение дать... — неуверенно начал Ярослав, не отводя взгляда от мужчины. — А вы можете? Мужчина ухмыльнулся. — Ты сомневаешься в моей компетенции насчёт цветов? Вот это — он показал на первый — оливковый, вот это — палец приземлился на второй — цвет зелёного папоротника, ну а это — просто цвет влюблённой жабы. Какой тебе больше нравится? «Атас!». — Мне бы под цвет глаз... колдовские зелёные, знаете есть такой оттенок.... такое ищу. А это — он демонстративно обвёл рукой три изделия, лежащие перед ним — всё не то. Жаль. Дядя Фима был убеждён, что я найду тут искомое. Мужчина встал, вышел в другое помещение и вернулся. — Мне кажется, я знаю, что ты ищешь. — Мужчина жестом фокусника вытащил коробку из-за спины и достал из неё пуловер. Ярослав прикоснулся к ткани. «Оно!» Ярослав взял вещь в руки и поднёс к глазам. Серый оттенок. Никакого волшебства. Только....его как Саши, хотелось касаться . Ярослав сглотнул, когда увидел цену. Это была его зарплата официанта за два месяца. Саша не брал у него денег, и после новогодних каникул у ребёнка скопилась сумма, которую он не тратил и не раздумывая взял сегодня на рынок. Но....он не думал, что одна вещь может столько стоить. Он в раздумьи трогал материал. Очень мягкий. Очень. Уютный. Он вспомнил Сашины слова, когда тот описывал свой пуловер «с косичками»: «...Мягкий, уютный, тёплый, пахнет мной и наверное, домом...» Ярослав поддался порыву. Он почувствовал что это — то, что надо. Пусть он не мог видеть цвет. Зато он мог почувствовать, что вкладывал старший в названия. Вещь должна быть уютной и приносить радость. Под нескончаемое ворчание и хихиканье он сравнил ещё раз. Точно. Это то самое. Убедившись, что требуемый размер есть в наличии, Ярослав отсчитал купюры. Ему протянули завёрнутый в фирменную упаковку пуловер и он готов был уже выйти, как обернулся и попросил чистый лист. На коробку он приклеил самодельный конвертик из этого листа и подписал: «Открой, когда посчитаешь нужным». И подпись - «Твой подарок». Ярослав совсем не был бы против, если старший случайно найдёт коробку. В конце концов, у них нет друг от друга секретов. А подарок — он в любом случае подарок. От всего сердца. Ярослав вышел из бутика. На улице начинало смеркаться, а ему ещё нужно было успеть в библиотеку. Забежав домой и порадовавшись отсутствию старшего, он затолкал коробку в шкаф с одеждой, подхватил рюкзак и рванул в библиотеку. Резкий неоновый свет ослепил всё вокруг и парень инстинктивно закрыл глаза. Машина, не сбавляя скорости, сбила подростка, отбросив тело на несколько метров, и, не останавливаясь, уехала.