Интернат

      Вошедший в квартиру Ярослав застал умилительную картину. Александр, сидящий на полу, спиной прислонившийся к дивану, что-то писал на альбомных листах. Лена, лежала на диване и левой рукой зачерпывала сладкие драже из вазочки, стоящей рядом с ней на диване, правой же споро что-то писала на листах в клеточку. Оба даже не заметили подростка, наблюдающего за ними. — Так вот куда и как ты ходишь математику отрабатывать. А я-то думаю, куда все мои сладости деваются. Александр Сергеевич, — он шутливо обратился к Александру, — поставьте ей «двойку» за поведение. — Это я тебе поставить должен. Кол! — беззлобно ответил Александр, поднимаясь с пола и направляясь к младшему. Поравнявшись с ним, он поцеловал того в висок и, услышав со стороны дивана голос «я не смотрю» и видя ошарашенные глаза Ярослава, пробормотал: — Она всё знает. Ты же сдал нас с потрохами, в бассейне. Голодный? — без перемены и перехода интонации спросил Александр. — В смысле? — Ярослав хлопал глазами, переводя взгляд с хихикающей Лены на довольного Сашу. — В прямом, Ярик, — деланно вздохнул Александр, поворачиваясь к дивану и забирая две пустые чашки из-под чая. — Ты когда меня спасать ринулся, не удержался и поцеловал. Газаева это увидела. Сопоставила твои обнимашки в день дискотеки, сложила один плюс один и пришла меня шантажировать. Вот, теперь исполняю волю шантажистки - решаю выпускные задания на весь класс. Ибо девочка не о себе подумала, а о том, что весь класс выпускные экзамены по тригонометрии завалить может. Ради такого и на правду согласиться не грех. Он обнял Ярослава за плечо, увлекая того в кухню. — Так, стой, — попытался вырваться из полуобъятий Александра Ярослав. — В смысле ты решаешь выпускные задания? Откуда они у тебя? Почему Газаева знает об этом, а я первый раз об этом слышу? — Ярослав стоял в кухне, скрестив на груди руки, и с лицом обиженного ребёнка смотрел на Александра с вызовом. Александр вздохнул. Обернувшись назад, он жестом ладони подозвал девушку: — Пойдём ужинать и дальше сядем решать, уже втроём. Заодно и поговорим. Оказавшись на кухне, он поставил две кастрюли на плиту. Лена стояла в проходе и не решалась зайти и сесть на табуретку. — Проходи уже, поужинаем втроём. Что я, не способен накормить гостей, хоть и непрошенных? — усмехнулся Александр, видя, как смущается девушка. — Александр Сергеевич, да я в интернате поем... И приду. — Отставить, Газаева, времени нет на походы туда-сюда, — отрезал Александр и достал макароны. Вздохнув, девочка присела на краешек табуретки. Подождав, пока вода закипит, мужчина забросил макароны в одну кастрюлю, а сосиски - в другую. Пока готовился незатейливый ужин, он искоса смотрел на притихшего Ярослава, который успел сбегать переодеться в домашнее и выглядел в толстовке и спортивных штанах как нахохлившийся воробушек. Только большие глаза цепко следили за Александром. — Ярик, собери на стол, мы быстро ужинаем, выясняем все вопросы раз и навсегда, и идём втроём решать примеры. — сказал Александр, смотря на младшего. Тот исполнил всё, молча сев на вторую табуретку. Александру места не досталось, и он принёс стул из спальни. За столом воцарилось молчание. Каждый погрузился в свою тарелку и медленно жевал ужин. — Так, молодежь, ну уже ведь всё самое страшное случилось! — начал Александр. — Что сейчас-то кислые? Ярик, объясни подруге, кто кого соблазнил и кто за кем бегал почти полгода? Лена посмотрела на друга. — Это правда? Тебя не насиловал учитель? — Боже, Ленк, нет, — Ярослав впервые за вечер засмеялся. Напряжение между людьми стало постепенно уходить. — Александр Сергеевич прав, я за ним бегал, а он всё ломался. У меня, точнее, у нас, правда всё хорошо. Нет у меня девушки... у меня есть парень. Точнее, мужчина. Лен, скажи, зачем я тебе это говорю, а? — Может, потому что мы друзья? — несмело предположила Лена. — Я за тебя беспокоюсь, ты стал другим, взрослым...уверенным. Я думала, что такое только в журналах бывает, а оказалось, что лучший друг - гей. Пара с классным же руководителем. Впору рассказы писать. — Вот только рассказывать никому не надо, мы же договорились. — Александр пресёк дальнейшие рассуждения, собрав пустые тарелки и включая чайник. — Я вообще ничего не планировал, я думал что просто буду учить детей математике, вернувшись в интернат, а получилось.... — Вернувшись? Вы уже тут были? — удивилась Лена. — Я сам интернатский, Лен. Я выпустился уже почти десять лет назад отсюда, хотя директором уже тогда была Людмила Владимировна, — начал Александр, разливая чай по чашкам и доставая упаковку «Юбилейного» печенья. — Поэтому я прекрасно понимаю и Ярослава, и тебя... Ты молодец, кстати, что сама своими мозгами и усердием оценки заслужила. Я, например, сразу знал, что в престижные вузы не пройду, и поступил туда, куда конкурс был меньше. Ярослав, скорее всего, так же сделает. А ты? Ты решила куда подавать документы будешь? — В медицинский. Если не пройду в институт, попробую в медучилище. Там общежитие тоже дают. А там посмотрим. Жизнь длинная, — она размешивала сахар и смотрела то на Ярослава, то на Александра. — Может стану как тот ваш знакомый врач, который приезжал к нам, он мне очень понравился. Хороший дяденька, с юмором. И... — И против курящих девушек, так что Ленка, не упусти свой шанс, — вставил свои пять копеек Ярослав. Он намазал вареньем одно печенье и накрыл его вторым. Получившийся бутерброд он отдал Александру, аккуратно положив его возле Сашиной чашки. Лена заметила этот жест и вздохнула. — Тебе тоже, что ли сделать? — спросил её Ярослав. — Нет. Я просто... — запнулась девушка, часто моргая глазами. — Я может, что-то неправильное или банальное скажу, но я сейчас за вами наблюдаю, вот в особенности за тобой, Ярка, и вижу, что у вас как-то всё правильно, если ты понимаешь, о чем я. Я не могу сказать, что у вас неправильные отношения, нет, — она остановила Ярослава взглядом, видя, что парень хочет возразить, — но не каждый примет нетрадиционные отношения как «нормальность». Так вот, о чём я. У вас единение. Вы дополняете друг друга. И это видно. Ты заботишься об Александре Сергеевиче, он, скорее всего, тоже, судя по тому, что ты счастлив. И я... — она не выдержала и расплакалась. Слезы скатились из глаз, но она быстро взяла себя в руки. — Я к тому, что не у всех девушек и парней в обычных парах есть такое взаимопонимание. Вот. Короче, — она встала из-за стола, — пошли дальше решать. — Кстати, Сан-Сеич, — сократил имя-отчество Александра Ярослав. — Откуда у нас борзые щенки, а? — Людмила дала, — улыбнувшись тому, что Ярослав дочитал Гоголя, ответил Александр. — Я не успел домой прийти, нарисовалась Лена и заставила шантажом, что она все расскажет, решать все задания. Чтобы завтра и послезавтра с классом прорешать всё. Насколько успеем. — Как она тебе дала это? Чем ты заслужил? Или... — Ярослав сощурил свои синие глаза и смерил ими Александра. — Или я чего-то не знаю в ваших отношениях? Александр вздрогнул. Об этом он не подумал. «А ведь действительно», — задумался Александр, жуя импровизированный сладкий бутерброд. — «Всё, что делала Людмила для меня и Ярослава сейчас выглядело как искупление для неё; как искупление за то, что происходило со мной в тинейджерском возрасте в интернате. Постоянная помощь, связанная с Ярославом, помощь в мелочах, гуманитарная помощь деньгами на одежду, и это не считая документов. Да, по факту новые документы справила Ольга Борисовна, хозяйка квартиры, но не может быть такого, что сёстры не знают, кто чем занимается. И вот сейчас она рискует работой, но она дала варианты выпускных, поступилась правилами. Только, чтобы выпускной класс сдал экзамены. Что это, если не попытка загладить свою вину?» — Она хочет, чтобы вы сдали экзамены, — ответил Александр вслух, пряча мысли и догадки подальше в сердце и направляясь обратно в комнату. — Со следующего года будет единый государственный экзамен и она просто хочет помочь вам, охламонам, не завалить всё и не остаться из-за этого на второй год. Кто знает, что там за новая система будет. Втроём дело пошло быстрее. Школьники решали варианты наравне с учителем, с той лишь разницей, что свои решённые варианты они отдавали на проверку Александру, чтобы не было ошибок изначально. Через три часа, с совершенно гудящей головой, Лена отставила очередной лист и вытянулась на диване: — Александр Сергеевич, нам нужна пауза. От математики. Звонок в дверь вынужденно прервал интенсивный курс тригонометрии. Это был Дмитрий, заехавший к тётке и решивший заглянуть и к приятелю. — О, таки на манеже всё те же, — как будто бы ничуть не удивившись, схохмил приятель, заходя в комнату. Ярослав и Лена, лёжа на диване и обложенные вокруг листками, как по команде повернули голову на говорившего и поприветствовали того немым жестом. — Только теперь без униформы. Ты всё-таки планируешь «тройничок», как я посмотрю. — Побойся Бога, Дим, — отмахнулся Александр. — Мы сидим решаем примеры, чтоб на экзамене не опростоволоситься. Самые сильные мне помогают, иначе я без сна останусь сегодня. — Ты и так остаёшься без сна из-за этого чертика, — Дмитрий подошёл к дивану и потрепал Ярослава по волосам. Тот буркнул что-то нечленораздельное, не отвлекаясь от писанины. — Ярка, а что такое «тройничок»? — вполголоса спросила Лена. Ярослав поперхнулся, не успев ответить, как на помощь пришёл Дмитрий. — Барышня, да неужто Вы не знаете? — Он взял стул и присел напротив дивана. — Кстати, нас так и не познакомили. Меня зовут Дмитрий Юрьевич, и я очень не горю желанием видеть Вас в ближайшем будущем в поле своей видимости. Ибо эти двое мне уже вот где сидят, — он показал ребром ладони на своё горло. — А меня зовут Лена, — улыбнулась девушка. — А я вот в медицинский готовлюсь поступать. — О! — Дмитрий радостно присвистнул. — Так это же меняет дело! Тогда, милости прошу к нашему шалашу! «Жмуриков» принимать, людей с ранами зашивать, алконавтов откачивать, милое дело! «Утки» вот выносить, сутками не спать за копеечную зарплату. Всегда буду рад коллегам по несчастью. Так вот, — вернулся Дмитрий к началу разговора, — «тройничок» это... — Димон, ну всё, хорош. Это несовершеннолетние, — Александр попробовал было урезонить приятеля, отошёл от стола и направился к коридору. — Рано ей ещё знать о таком. — Ну, тебе таки виднее, что уж, — с деланной обидой ответил гость. — Это же не из-за моей непроходимой тупости подросток чуть на тот свет не слинял. Александр покраснел. Январский кошмар будет преследовать его ещё долго, если не всегда. — Кофе или чай будешь? — вспомнил Александр о приличиях. — Давай, бахну я кофе и поеду, —Дмитрий встал и направился на кухню. — Пойдём на кухню, что ли, не будем смущать молодежь взрослыми мужскими разговорами. Они удалились. Несколько минут спустя, дорешав очередной вариант до конца, Лена ткнула одноклассника в бок: — Так что такое «тройничок»? — Секс втроём, Газаева. Не надейся, — он тихо усмехнулся, — у нас не «встаёт» на женщин. Это Дмитрий Юрьевич меня и Сашку постоянно подкалывает. Как нас с тобой увидел в школьной униформе тогда, на празднике, так и понеслась. — Совсем не «встаёт»? Даже если долго целоваться? — Кокетливый взгляд из-под ресниц, брошенный на одноклассника, выдавал неподдельный интерес. — Лен, ну ты же помнишь, мы сколько репетировали, танец, поцелуи, ты же ничего от меня не почувствова... — палец девушки завёл за ухо парнишки прядь волос. — Ты чего делаешь? Лена резво перевернула парнишку на спину и поцеловала в губы. От неожиданности Ярослав не смог отстраниться от подруги, позволив обнять голову руками и ответил на поцелуй. — А счас тоже ничего не чувствуешь? Ярослав прислушался к своим ощущениям. Ничего. Он несмело мотнул головой, продолжая пребывать в шоке от поступка подруги. — А если ты будешь сверху? — Лена перекатилась по дивану и оказалась под Ярославом, продолжая целовать парня. Тот закрыл глаза, позволяя Лене обнимать его со спины. — Слушай, мы походу что-то не знаем про эту парочку, — раздался голос Дмитрия буквально над ухом. Резко дёрнувшись, Лена выползла из-под вмиг замеревшего Ярослава и уставилась с ужасом в глазах на двоих мужчин, стоящих в проходе двери. Ярослав закрыл лицо руками, продолжая лежать на диване. — М-мы ничего не делали.... — пролепетала Лена, подрываясь с дивана и собирая листки с решёнными примерами. — Александр Сергеевич, я просто.... извините. — Сидите уже, барышня. — Дмитрий, казалось, оставался самым адекватным в этой комнате. —Ответьте только дяде Диме на один вопрос, кто стал инициатором. Только честно. — Я. Я хотела проверить, Ярослава. Он сказал, что... — Что у таких как я не «встаёт» на девушку. — поднял глаза наверх Ярослав. — Что и требовалось доказать, Лен. Не «встаёт». Мы можем целоваться сколько угодно, но толку нет. Александр молча смотрел на эту ситуацию, как будто снова оказался в театре. Переводя взгляд с одного на другую и потом на третьего, он ощущал себя как загнанная в ловушку лисица - можно попытаться вырваться, а зачем? Смирись со своей участью, учитель. Так будет всегда. Девочки будут бегать за твоим мальчиком, а он - убегать от них. С переменным успехом. — Так, ладно. — Александр подошёл к дивану и забрал исписанные листы с решениями. — Сколько вариантов у нас всего решено? — Из восемнадцати - четырнадцать. — ответила Лена, все ещё не поднимая на учителя взгляда. — Александр Сергеевич, простите меня. — Забыли. Ты, — он указал на Дмитрия, и ты — палец упёрся в сторону Лены, — забываете об этом и больше не возвращаетесь к этом инциденту. — А я чувствую, — подал голос Ярослав, — что буду отрабатывать ночью, всё равно из-за меня все без сна остались. Дмитрий Юрьевич, ну Вы как пророк, ей-богу. И ведь ничего не предвещало. — Александр, это тебе уроком на будущее. — Дмитрий, усмехнувшись, подал руку все ещё смущенной Лене, пытающейся встать с дивана, и раздумывающей, как бы перелезть через Ярослава, лежащего с краю. — Нельзя оставлять своего парня наедине с хорошенькой девушкой. Уведут. Ну, или по крайней мере, попытаются. Кстати, а Вы, барышня, — обратился он к Лене, — в курсе, что есть такие понятия как «ревность» и «не тронь занятого парня»? Вот я, например, до пятницы в частности и по жизни вообще абсолютно свободен. Не пью, не курю, работаю на благо человечества, машина, квартира, — принялся перечислять свои достоинства Дмитрий. — Дима, она несовершеннолетняя, — попробовал было снова остановить приятеля Саша. — Так я же не предлагаю жениться завтра. Пусть поступит в институт, окончит, а там уже можно и на свидание позвать. Просто пусть видит вокруг и другие варианты мужчин, а не отбивает парня у тебя. Лена переводила взгляд с одного мужчины на другого. Они сейчас серьезно вообще? У них выпускной на носу, а они шутки про свидания и ревность шутят? — Я, наверное, в интернат пойду. — Лена собрала ручки в кучку на стол и прошла в коридор. — Александр Сергеевич, не ругайте Ярку, это я спровоцировала. Хотела убедиться. — Убедиться в чём? — Александр посмотрел на ученицу. Во взгляде не было ни холода, ни злости. — Что он правда.... не сможет ни с кем другим. Простите. — она обулась и стояла у двери. Ярослав и Александр переглянулись. Дмитрий откашлялся. — Я, с вашего разрешения, отвезу девушку домой. Обещаю, приставать не буду! — Если Лена не против, то езжай. Если против, мы проводим. Несостоявшийся любовник, как минимум. — Не надо, меня Дмитрий Юрьевич довезет. Осталось дорешать четыре варианта. Только по теории вероятности, они не попадутся. Это последние. Можно конечно завтра доделать, но... — Приходи завтра. — Александр улыбнулся. — Я думаю, я переживу ещё одну гипотетическую попытку ревности. Дверь за обоими гостями закрылась. Ярослав хотел было проскользнуть в ванну, но был остановлен Александром. — Молодой человек, минуточку. Я не требую объяснений, что тут произошло. Я просто хочу тебя... — он сглотнул, — предупредить, что не по-джентльменски это сейчас было. — Что? — не понял младший. — Даже если девушка была инициатором, ты, как мужчина, должен был сказать, что это виноват ты. — Нифига себе предъява, ты что, Саш! Она же сама ко мне полезла! — возмутился Ярослав. — Будь мужиком, Ярик! — улыбающийся Саша, казалось, вместо кофе проглотил солнышко и лучиками освещал всё вокруг. — Пойдём спать, глаза болят дико. — Он увлёк младшего за плечо в ванну.