По ту сторону любви.

Pov Ли       — Я люблю тебя, милый, и готова повторять это хоть каждую секунду, всю оставшуюся жизнь. Но… — смотрю на него, пытаясь подобрать слова.       — Но?       — Но, мне кажется, что я испортила тебе жизнь. За такой короткий срок ты столького натерпелся из-за меня, — шепчу ему, пытаясь не зарыдать.       — Да не было у меня никакой жизни, — отвечает, наклонившись, и заглядывая мне прямо в глаза. — Кажется, с тобой она только началась, — вздыхает и притягивает меня в свои тёплые объятия, поцеловав в макушку.       — Эрик, прости меня любимый, — чувствую, как слёзы горячим потоком устремляются из моих глаз.       — Маленькая, — муж целует моё лицо, собирая губами слёзы. — Ты вся моя жизнь.       Хочу ответить, что он самый лучший из мужчин, когда звонит мой мобильник. Эрик передает мне телефон с тумбочки, и его брови медленно ползут вверх. Смотрю на экран и не могу поверить своим глазам. Трясущимися пальцами принимаю звонок.       — Привет, сестрёнка, — слышу в трубке хриплый, но вполне бодрый голос Дени Локвуда.       — Дени! Ты… Как?! Когда?! — дрожащим от радости и волнения голосом засыпаю парня короткими, невнятными вопросами и тут же включаю громкую связь.       — Видимо, Итон ещё не добрался до дома, — весело отвечает Дени. — Он был рядом, когда я проснулся.       — Дени Локвуд! — пытаюсь говорить строгим голосом. — Ты напугал нас до чёртиков! Меня… — не могу дальше говорить, потому что снова начинаю плакать.       — Ну-ну, перестань сейчас же сырость разводить, твоим малышам это не полезно.       — Тебе Тоби сказал про малышей? — спрашиваю, громко шмыгнув носом.       — С Тоби нам поговорить не удалось. Но передайте ему, что стать друзьями, никогда не поздно, — говорит Дени, и мы с Эриком удивлённо переглядываемся. — А про малышей ты сказала мне сама.       — Так ты это слышал? — спрашиваю, насторожившись.       — Я много чего слышал, — говорит многозначительным тоном. — Сегодня уже поздно. Вы приедете ко мне завтра?       — Привет, Дени, рад тебя слышать, — говорит Эрик, усевшись рядом со мной на кровать. — Как только проснёмся, сразу прикатим всей толпой.       — И я рад тебя слышать, брат, — говорит немного напряжённо. — Буду ждать. Спокойной вам ночи, — отключается.       Эрик притягивает меня в свои объятия, так и сидим молча, наслаждаясь моментом. Кажется, всё начало налаживаться, и очень надеюсь, что наши проблемы позади.       Рано утром встаём с мужем вместе, после совместного душа и горячего секса в ванной, одеваемся и спускаемся вниз. Лиззи хлопочет за барной стойкой, а Тоби пьёт кофе, развалившись на диване.       — Доброе утро, Тоб, — здороваюсь с другом.       — Привет Ли, — отвечает парень, и я чувствую, как напрягается Эрик, когда он поднимает на нас взгляд. И должна сказать, у меня сразу же возникает острое желание, посадить этих двоих друг перед другом, и заставить помириться, как обычно поступают с детьми. Но я молчу.       — Привет, дорогая, — подхожу к Лиззи, целую девушку в щёчку.       — Привет, — говорит весело, значит, она уже поняла, что мы с Эриком помирились.       Пока готовим кофе и вынимаем булочки из духовки, мы с Лиззи замечаем, что Тоби с Эриком уже перекидываются короткими фразами.       После быстрого завтрака мы всей «семьёй» приезжаем в больницу к Дени. При виде нас он улыбается, и мне становится тепло от его улыбки. Я так улыбалась маме, когда она приходила за мной, чтобы забрать из детского сада.       Почему-то, усталый и потрёпанный вид парня заставляет сердце сжиматься. За это время, что он был в коме, я у умудрилась сблизиться с ним больше, чем, наверное, смогла бы, если он был бы в сознании.       — Привет, народ, — говорит Дени, пытаясь присесть, и я сразу подхожу к нему, что бы поправить подушки за его спиной, затем обнимаю и целую в щёку.       — Дени, — говорю отходя на шаг, и глядя в его глаза. — Ты нас напугал, больше так не поступай. Пожалуйста.       — Я постараюсь, — отвечает с улыбкой и переводит взгляд на Эрика.       — Помоги-ка мне встать, братишка, — Дени поднимается и морщится, держась за бок.       Пытаюсь возразить, но парень останавливает меня жестом, и я, почему-то, замолкаю. Эрик протягивает руку Дени, тот хватается за неё, напрягая совсем, надо сказать, не маленький бицепс, и поднимается на ноги. Совершенно неожиданно парень вдруг бьёт лбом в переносицу Эрика, и кровь из носа моего мужа сразу начинает заливать идеально чистый белый пол больничной палаты. Но, не смотря на такой оглушающий удар, Эрик всё же остаётся стоять на ногах, запрокинув голову. И кажется, даже начинает тихо ржать.       — Дени, ты что творишь?! — восклицаю возмущённо, протягивая Эрику платок из своей сумочки. — Ты из комы только что вышел! Твою голову сейчас беречь нужно, а не стены ей прошибать!       Эрик косится на меня обиженным взглядом, продолжая зажимать платком нос. Дени возвращается обратно на койку.       — Прости меня, брат, но ты это заслужил, — говорит с нотками сожаления, но больше осуждения.       Краем глаза вижу, что Тоби старательно пытается скрыть улыбку, отворачиваясь к окну. Тоб так и не рассказал, что он делал в больнице в тот момент, когда Дени пришел в себя, и мы не напрягаем его вопросами. Но я вижу одно: между ними точно что-то произошло, от чего их отношения заметно потеплели.       Пока я накрываю Дени одеялом, в палату заходит медсестра. С секунду молчит, потом начинает ругать парней за то, что они устроили, учитывая, что кровь из носа Эрика, прилично окрасила стерильно чистый пол алым цветом.       — Давайте, я осмотрю Вас, — обращается к Эрику со слащавой физиономией. — Нужно исключить перелом.       — Простите, Вы врач? — не выдерживаю такой наглости.       — Нет, но осмотреть его переносицу я в состоянии, — убирает протянутые к моему мужу руки. — И я работник больницы, не мешайте мне выполнять мою работу! — продолжает строго, и опять тянется к Эрику.       — Ваша работа, ухаживать за больными, но ни как не за посетителями, — говорю спокойно, задрав подбородок. — Так что, будьте добры, держите свои руки при себе.       Чувствую, как за нами наблюдает четыре пары глаз, и замираю. Кажется, я превращаюсь в своего мужа, со своей ревностью.       — Ну что ж, — поджимает губы и отходит к двери. — Тогда позову врача.       — Будем весьма признательны, — кидаю ей вслед и поворачиваюсь к ребятам.       — Милая, ты ревнуешь? — спрашивает Эрик с явным подколом.       — Ну что ты, любимый, всего лишь пытаюсь уберечь тебя от ненужных неприятностей, — улыбаюсь одними губами. Pov Эрик       Ещё в больнице заметил, как Тоби скалится из-под тишка, глядя на мой разбитый нос. С сегодняшнего утра я вижу, что друг наконец перестал напрочь игнорировать моё присутствие. За завтраком мы даже перекинулись парой слов, что само по себе считаю большим прогрессом. Никогда раньше не мог даже представить, что Итон способен так долго злиться. Хотя, учитывая причину его злости, удивляюсь, что он вообще не прикопал меня под тем окошком, из которого я едва не вывалился, приняв непомерную дозу никотина.       В больницу мы приехали на Раме, потому что он, единственный с вечера был припаркован рядом с домом, а идти в гараж за другой машиной всем было просто лень. Как только подходим к пикапу, стою у водительской двери, продолжая держать у переносицы охлаждающий пакет, и понимаю, что вести машину я, кажется, не могу. Итон подходит и протягивает открытую ладонь.       — Давай ключ, ты, похоже, на сегодня откатался.       — Похоже, что так, — хлопаю по его ладони, оставляя в ней брелок. Друг пожимает мою руку, улыбнувшись, и я улыбаюсь в ответ.       Ли конечно же удобнее сидеть на пассажирском месте, и я понимаю, что мне придётся сесть назад рядом с Лиззи. И эта перспектива меня, мягко говоря, не радует. Кажется, девчонка ненавидит меня так, что я прямо чувствую это своей кожей. Конечно, лишнего она себе не позволяет, то ли, в силу воспитания, то ли, понимая, что пока я всё ещё её работодатель. Во всяком случае, один из них.       Помогаю Ли сесть в машину и плетусь к задней двери. Сажусь и понимаю, что совсем не в состоянии расслабиться, и судя по всему, это видно по моему лицу. Итон заводит мотор, а я кидаю косые взгляды на девчонку, рядом.       — Гав… — вдруг неожиданно говорит Лиззи, и я резко дёргаюсь.       Засранец Тоби начинает ржать, глядя на меня в зеркало заднего вида, довольный остроумием своей коротышки. Смотрю на Лиззи вопросительно и хмурюсь.       — Я не кусаюсь, — говорит девчонка, видимо, таким образом объясняя свою выходку, а я выдавливаю из себя слабую улыбку.       Ли тянет ко мне ручку с переднего сиденья, а я протягиваю свою и переплетаю наши пальцы. Боковым зрением замечаю, что Лиззи смотрит на всё это и улыбается. Вдруг слышу, как сволота на водительском сиденье начинает тихо ржать. Смотрю в зеркало, чтобы поймать его взгляд. Итон резко делает нарочито серьёзное лицо.       — Покажи, — просит убрать охлаждающий компресс. Я убираю и засранец ржёт уже в голос. — Ювелирная работа. Дени просто спец.       — Ни хуя не смешно, — рычу недовольно, вернув компресс на переносицу. — Завтра я буду похож на панду.       — Родной, разве что, совсем немножечко, — говорит ободряюще Ли. — Крови вытекло очень много. Возможно, синяки не будут большими. И мазь вовремя нанесли, — показательно вздыхает. — Но если всё же… — выглядывает из-за спинки. — Ты всё равно будешь самой любимой на свете пандой.       Криво ухмыляюсь, слегка сжав её пальчики.       — Прекращайте уже все, бить меня по голове, — бубню себе под нос, уставившись в пол. — Я и без этого с ней не особо дружу. А такими темпами, скоро буду крутить дули воробьям со слюной через подбородок.       Подъезжаем к дому и выходим из машины. Девчонки сразу идут в дом, а мы задерживаемся на пороге. Тоби встряхивает руками, разминая пальцы.       — Никогда к нему не привыкну, — протягивает мне брелок. — Как ты водишь этого монстра?       — В твоём Камаро четыре сотни лошадей, его же ты водишь, — приподнимаю бровь.       — Четыре сотни, это не пять. И это чудовище, — кивает в сторону пикапа. — На тонну больше весит. И вообще, он похож на бегемота.       — А твой Камаро — на тачку для пижонских понтов. Я выбирал себе машины под свой характер.       — Ага, точно, психованные, неуправляемые и любители пожрать.       — Иди на хуй, Тоби.       — Я тоже тебя люблю, дружище.       Тоби кладёт мне руку на плечо, и мы заходим в дом. Девушки смотрят на нас и довольно улыбаются. Подхожу к Ли, и она сразу обнимает меня за пояс, прижавшись щекой к моей груди. Тоже её обнимаю и целую в макушку.       — Родной, а ты можешь сегодня не ездить на работу? — спрашивает с надеждой в голосе.       — Конечно, малышка. С моим видом сейчас, разве что, в зоопарк, — ухмыляюсь, взяв жену за руку и потянув в сторону лестницы. — Я сейчас, надо взять из своей… — осекаюсь. — Соседней спальни ноутбук.       Ли улыбается, проводит пальчиками по моей щеке и идёт в нашу спальню, а я иду за своим ноутом. За неделю эта комната для меня стала даже привычной, но сродниться с ней у меня точно не вышло. Зеркало в ванной чудесным образом поменялось на новое, и за это наверняка я должен сказать спасибо Лиззи. Как и за всегда чистое постельное бельё, которое она меняла, почему-то, каждый день.       Оставив дверь открытой, подхожу к кровати и беру с тумбочки то, за чем пришёл. Собираюсь, было, сразу уйти, но что-то меня удерживает. Кидаю взгляд на кровать. Обычно, к моему возвращению домой, она всегда была заправлена. Сейчас же всё осталось в том же виде, как было вчера утром.       Сажусь на постель, беру свою подушку и подношу к лицу. Уткнувшись лицом в мягкую, воздушную массу, втягиваю носом воздух и сразу чувствую знакомый аромат, который уже много месяцев сводит меня с ума. Она точно была тут после моего ухода. Вдруг чувствую, что я в комнате не один. В дверном проёме стоит Лиззи о пристально на меня смотрит.       — Я забыла поменять бельё, — наверное по привычке опускает глаза, но тут же вновь уставляется на меня в упор. — Или просто отложила на потом, уже не помню, — пожимает плечами, и я понимаю её без слов.       Поднимаюсь, едва не забыв захватить то, за чем пришёл, и иду к выходу.       — Она может быть вздорной негодяйкой, — говорит девушка, как только я подхожу ближе. — Но когда ты захочешь посмотреть в зеркало, поставь её рядом с собой, — задирает подбородок, чтобы посмотреть мне в глаза. — Вы вместе, как Красавица и Чудовище. Не потому, что ты страшный, а потому, что она маленькая и беззащитная, — в глазах девушки появляются слёзы. — Я не сомневаюсь, что ты её очень любишь, — моргает глазами, стараясь не расплакаться. — Но постарайся её ещё и беречь.       Подчиняясь какому-то странному порыву, притягиваю коротышку за плечи и целую в макушку.       — Спасибо, — говорю осипшим от волнения голосом и топаю в нашу спальню.       Вернувшись в нашу комнату, вижу, что моя девочка уже переоделась в удобную домашнюю пижамку для беременных. В ней она в последнее время любит ходить по дому и сводить меня с ума тем, как та подчёркивает её животик, а ещё изображёнными на ней двумя малышами. Ставлю ноутбук на комод и на ходу снимаю рубашку через голову за ворот, расстегнув только несколько верхних пуговиц. Снова чувствую острую потребность в тактильном контакте и обнимаю жену сзади, целуя нежную кожу за её ушком.       — Малыыыш… — Ли откидывается на мою грудь и блаженно закрывает глаза. — Если ты продолжишь, то мы не скоро выйдем из комнаты, — говорит, растягивая слова.       — Я просто хочу ласки, — шепчу ей в ушко и трусь о него небритой щекой.       То, что я сейчас узнал, не выходит у меня из головы. Даже после того, как я так её обидел, она всё равно приходила в мою комнату, ложилась в мою постель… Значит Ли нуждалась во мне так же сильно, как я в ней. Почему-то, меня это настолько волнует, что буквально начинают подкашиваться ноги. Делаю шумный вдох и сам чувствую, как дрожит моё дыхание.       — Родной, что случилось? — поворачивается и обеспокоенно заглядывает в мои глаза.       Ничего не отвечаю, только целую её губы, о которых я так мечтал ночами, проведёнными на работе и в соседней комнате. Она ласкает мою грудь своими нежными пальчиками, и по телу проходит сладкая дрожь.       — Прости меня, маленькая, — тихо говорю хриплым голосом. — За то, что заставил тебя так тосковать.       — Лиззи забыла заправить постель? — грустно улыбается. — Мне было так плохо без тебя, — её глаза вдруг начинают наполняться слезами.       — И мне, малышка. Каждый день мне казалось, что я умираю, когда я видел тебя, ощущал рядом твой запах, слышал голос и не мог до тебя даже дотронуться, — поднимаю её на руки и несу на кровать.       Помогаю ей, снять футболку, она ложится, а я сразу начинаю покрывать поцелуями её, влажное от слёз, лицо, шею, спускаюсь ниже и дрожащими пальцами снимаю лифчик, чтобы освободить её налитую грудь. Впиваюсь ртом в затвердевший сосок, и сразу слегка прикусываю, ласкаю языком. Ли стонет и выгибается, подставляя грудь под мои ласки.       Закончив с грудью, целую круглый животик и стягиваю с неё пижамные штаны. Поглаживаю внутреннюю сторону её бёдер и Ли разводит их, согнув в коленях. Начинаю ласкать языком её влажную промежность, слегка втягиваю в рот клитор и нежно прикусываю.       — Эрик… — девочка вскрикивает и двигает бёдрами, получив оргазм.       Громко стонет, а я снова и снова схожу с ума от её стонов, от осознания того, что она только моя. Немного успокоившись, Ли переворачивается, встав на четвереньки. Быстро избавившись от штанов, сразу вхожу в неё с глухим стоном, медленно растягивая и наслаждаясь каждым миллиметром её сладкого тела. Двигаюсь в ней, поглаживая упругую попу, сминая её пальцами. Ли подмахивает моим фрикциям и вскоре снова кончает, ритмично сжимая мой член стенками влагалища.       Позволив ей насладиться оргазмом, собираюсь продолжить движения, но она вдруг отстраняется.       — Малыш, позволь мне, — поворачивается, и не дожидаясь моей реакции, обхватывает губами мой член, слизывая с него свой сок, и из моей груди вырывается утробное рычание.       Ли помогает себе ладошкой, ласкает языком головку, потом втягивает его в ротик, почти заглатывая. Чувствую, что уже близок к развязке и двигаю бёдрами навстречу её ласкам, которые доводят до исступления.       — Ли… Ли… — выдыхаю со стоном её имя и кончаю, изливаясь в её горячий ротик, а она принимает в себя всё, до капли.       Без сил оба падаем на постель, Ли кладёт голову на мою грудь и закидывает на меня ножку. Целую её в макушку, зарываясь пальцами в мягкие волосы.       — Если ты меня разлюбишь, я просто умру. Я дышу только твоей любовью, Ли, — тихо шепчу над её головой, и она поднимает на меня глаза.       — Даже не думай об этом, родной. Ты просто не представляешь, как сильно я тебя люблю.       — И я тебя, маленькая, — улыбаюсь, готовый расплавиться от её нежных слов. — Моей любви иногда бывает слишком много. Но я просто не умею по-другому. Pov Ли       Лежу в постели и думаю, чем бы себя занять. Эрик с Тоби на работе, Лиззи в редакции журнала, так что, сегодня мой день пройдет в полном одиночестве. После душа говорю с тётей Стиви по телефону, наш разговор длится больше часа, и я очень рада нашему общению. Она обещает, что попробует приехать к нам на новогодние праздники.       Покормив Люци, решаю, что можно уже сейчас пройтись по магазинам и присмотреть всем подарки.       Надеваю джинсы для беременных, а сверху просторную тунику, и мысленно благодарю Лиззи за то, что заставила меня купить так много всего. Ведь привычка моего мужа, уничтожать мою одежду, никуда не делась.       Первым выбираю подарок для Лиззи, это сумочка от Луи Витон. Решив, что этого недостаточно, вкладываю внутрь золотой браслет. Подарок для Тоби оставляю на выбор Эрику, он лучше знает друга, а вот для Дени я выбираю часы.       Закончив с подарками для друзей и родных, иду подбирать подарок для мужа. Пока думаю, что же можно подарить мужчине, у которого есть всё, вспоминаю историю О Генри, «Дары волхвов», где девушка продала волосы, чтобы купить мужу цепочку для часов, а он продал часы, чтобы купить заколки для неё.       Невольно глаза наполняются слезами, и я решаю, что лучшим подарком для Эрика будет осенившая меня идея. Захожу в небольшой магазин игрушек и прошу встречи с администратором. Вскоре ко мне подходит очень приятная особа.       — Здравствуйте, — улыбается девушка. — Чем могу помочь?       — Здравствуйте, я хочу купить игрушки, — говорю, и понимаю её удивление, ведь мне бы и продавец смог бы помочь. Но тем не менее, женщина добродушно окидывает меня взглядом.       — Конечно, что бы вы хотели? У вас мальчик или девочка? — смотрит на мой животик.       — Мальчик и девочка, у нас двойня, — инстинктивно поглаживаю живот.       — Чудесно, поздравляю.       — Спасибо большое.       — Так, что бы вы хотели купить?       — Всё, — улыбаюсь. — Я хочу купить всё что у вас есть.       — О, да, конечно.       — Но я бы хотела, чтобы вы всё завернули в подарочную бумагу, пожалуйста.       — Конечно, — отвечает всё ещё офигевшая женщина.       Они выставляют мне счёт, и я называю наш адрес, куда нужно доставить подарки. Собираюсь уже уходить, как она всё же решается спросить.       — Простите, но я правда не могу не спросить, многое из того, что вы купили, они не… То есть, вашим малышам придется ещё долго до них расти.       — О, я знаю, — снова улыбаюсь. — Но эти подарки не для наших малышей. Мой муж переоденется Сантой и будет их раздавать в бедном районе.       Женщина, ничего ни говоря, подходит и обнимает меня.       Подъезжаю к магазину с костюмами и думаю, как лучше преподнести Эрику мою затею. Купив костюм Санты для него, я уже выхожу, когда на манекене замечаю костюм медсестры, я понимаю, что сейчас я в него не влезу, но вот потом… Закончив наконец с покупками, еду в офис.       Рабочий день уже почти подошёл к концу, а секретарши мужа и вовсе нет на рабочем вместе, но это не удивительно, все спешат за подарками. Открываю дверь по хозяйски и захожу. Мой любимый сидит за столом, с кипой бумаг.       — Привет, любимая, — говорит, прежде чем посмотреть на меня, и я в очередной раз понимаю, что он действительно узнает о моём присутствии каким-то шестым чувством.       — Привет, малыш, — подхожу к нему и Эрик отодвигается вместе с креслом, позволяя мне протиснутся между столом и его коленями. Обнимает и сразу целует мой животик.       — Мои хорошие, — обращается к моему пузу. — Папочка скучал по вам, — стоит ему закончить фразу, как я получаю весьма ощутимый пинок. Он тоже это чувствует и смеётся.       — Вообще-то, я тоже здесь, — изображаю обиженку.       — Думаешь, я этого не заметил? — поднимает на меня голодный взгляд. Поднимается и сажает меня на стол, впиваясь в мои губы и прижимаясь ширинкой мне между ног. Сразу чувствую его стояк, и не могу сдержать стон. Нетерпеливо покрывает поцелуями мою шею, и, конечно, ему легче порвать мою тунику, чем просто стащить её через голову, что он и делает, но как раз в этот момент стучат в дверь, и уже приоткрывают её. Эрик чертыхается, а я спускаюсь и прячусь под столом.       Спустя секунду, слышу голос мужчины, и судя по всему, встреча может затянуться. Ну что ж, учитывая размер его стола, я спокойно могу здесь переждать. Но когда Эрик садится на кожаное кресло, и перед моим взором встаёт весьма красноречивая выпуклость в штанах, я вдруг решаю немного поиграть. Осторожно касаюсь его ноги, и медленно провожу рукой вверх, остановившись на его стояке. Pov Эрик       От одной только мысли о том, что эта мелкая засранка собралась сделать, мой пульс подскакивает до критического уровня.       — Пожалуйста, присаживайтесь, мистер Стюарт, — жестом указываю на стул. — Я внимательно Вас слушаю.       — Благодарю Вас, мистер Колтер. Дайте мне минуту, — садится на стул и начинает рыться в своём портфеле.       Тем временем, Ли продолжает поглаживать мой стояк сквозь штаны и подбирается к ширинке. Пытаюсь сдвинуть ноги, но она резко раздвигает их обратно. Одним рывком подвигает меня вместе с креслом к себе, я врезаюсь животом в стол и на выдохе издаю громкий стон. Прораб поднимает голову и вопросительно на меня смотрит.       — Всё руки не доходят, кресло поменять, — отвечаю, складывая руки на столе, как школьник. — Колёсики барахлят, — беру ручку и предупредительно постукиваю ей по столу, но Ли и не думает останавливаться.       Начинает по одной расстёгивать пуговицы на моих штанах, и я опускаю руку к ширинке, пытаясь удержать её от этого необдуманного действия, но не тут то было. Девчонка берёт в ладошки мою руку, засовывает в ротик два моих пальца и начинает их нежно посасывать. Подушечками пальцев ощущаю её мягкий, бархатный язычок и едва сдерживаю стон.       Тем временем, парень наконец отыскивает нужные бумаги и начинает мне что-то втирать. Едва пытаюсь сосредоточиться на его голосе, как Ли запускает ручку в мои штаны и освобождает, давно уже каменный, стояк. Проводит по нему пальчиками и сразу накрывает своим горячим ртом. Не могу сдержаться и издаю короткое глухое рычание, прикрыв при этом глаза.       — Мистер Колтер, с Вами всё в порядке? — спрашивает мой посетитель, глядя на меня обеспокоенно.       — Всё нормально. С утра желудок барахлит. Язва, — отвечаю осипшим голосом и болезненно морщусь, но, конечно, не от язвы. Ли запустила вторую ручку в мои штаны и нежно сжимает яички, продолжая посасывать головку и ласкать её язычком. — Блять! — прогибаю спину и снова закрываю глаза, когда она заглатывает его, пройдясь ладошкой по всей длине. Рефлекторно кладу ладонь на её затылок и слегка подталкиваю, почему-то решив, что со стороны это ничуть не заметно.       Слегка обалдевший мистер Стюарт сначала таращит на меня свои глазищи, потом пристально щурится и вдруг начинает скалиться. Мой мозг постепенно отключается, но я успеваю понять две вещи: первая — моё поведение, и рука под столом, выглядят пиздец как двусмысленно; вторая — кажется, мистер Стюарт гей.       — Вам не стоит стыдиться, — говорит голубая сволота, глядя на меня сальным, похотливым взглядом. — Это вполне нормально, если Вас тянет к кому-то. Совсем не обязательно себя сдерживать, — упирается ладонями в стол, напрягая немаленькие бицепсы, и начинает подниматься.       Тем временем, неугомонная девчонка всё глубже заглатывает мой, уже готовый взорваться, член, помогая себе ручкой и периодически пуская в ход язычок. Её ласки просто доводят меня до исступления и где-то, на краю сознания, мелькает мысль, что сегодняшний случай, как раз показатель того, что рядом с ней я напрочь теряю контроль.       Мистер Стюарт отрывает свою, через чур обтянутую не по размеру выбранными джинсами, задницу от стула, облизывает толстые губёхи и порывается двинуться в мою сторону. Ли продолжает ласкать яички в моих штанах, перекатывая их пальчиками, посасывает головку, вылизывая её язычком, потом несколько раз заглатывает, и я уже чувствую, что вот-вот кончу.       Утробно рычу, и блядский петушок в конец охуевает. Застывает на месте, продолжая пялиться на меня удивлённым, но всё ещё порочным, взглядом.       — Твою мать! Да! — хриплю, кончая в её сладкий ротик, выгнув спину, словно под электрическим разрядом. Всё ещё тяжело дышу и через несколько секунд поднимаю затуманенные глаза на мистера, мать его, Стюарта — Оставь бумаги, я всё подпишу. Только иди на хуй. Мне жена минет делает.       На этих словах Ли показывает голову из-под стола, но так, чтобы были видны одни глаза. Голубой красавчик в миг меняет цвет на зелёный и пятится к двери.       — Мистер Колтер, Вы теперь…       — Да съебись уже! Не уволю я тебя. Главное, не попадайся на глаза.       Как только за ним закрывается дверь, я отъезжаю в кресле от стола, и Ли наконец показывается на свет Божий. Как ни странно, но на её, ставшем ещё прекраснее от беременности, личике я не вижу даже тени смущения.       — Как хорошо, что у тебя такой большой стол, — говорит, как ни в чём не бывало, накидывая на плечи мой пиджак, взамен разорванной тунике.       Встаю с кресла, застёгивая ширинку, и присаживаюсь на край стола.       — И какого чёрта ты сейчас вытворила? — убираю руки в карманы и улыбаюсь, приподнимая бровь.       — Ты о том, что я сделала тебе минет, не спросив твоего согласия и вопреки твоему желанию? — выпаливает, настырно задрав подбородок.       Конечно, я сразу понимаю её намёк и внутри всё снова болезненно сжимается. Провожу ладонями по лицу и шумно вздыхаю.       — Мне нужно умыться, — выдавливаю из себя жалкое подобие улыбки и плетусь в уборную.       Плескаю в лицо прохладной водой и пристально смотрю на себя в зеркало. Видимо, именно так должен выглядеть тот самый фееричный долбаёб, которым меня так любит называть Тоби. Конечно, я вовсе не ожидал, что она просто возьмёт и забудет то, что я сделал, но, всё равно, её слова больно резанули по моей душе, которая и без того уже несколько раз по моей же вине была разорвана в клочья и сшита грубыми нитками.       Некоторое время продолжаю стоять, упёршись руками в раковину и разглядывать розовый шрам, который остался после разбитого зеркала. Но вдруг начинаю отчётливо слышать стоны, доносящиеся из-за двери.       Возвращаюсь в кабинет и то, что я вижу, заставляет меня на миг застыть в ступоре. Ли сидит на моём столе, на ней нет джинсов, и моего пиджака, одно только бельё. Девчонка ласкает себя, раздвинув ножки и запустив ручку в трусики, и так сладко стонет, что я тут же чувствую, что уже готов взорваться от мгновенно накатившего возбуждения.       В два шага сокращаю расстояние между нами и одним махом скидываю на пол всё, что так не уместно лежит на столе. Рывком расправляюсь с ширинкой и половина болтов к чертям разлетается по всему кабинету. Жена облокачивается руками назад, и я вхожу в неё одним сильным толчком, заполняя её собой. Девочка вскрикивает, и я понимаю, что причинил ей боль, но остановиться уже не могу. Только лишь слегка сбавляю силу толчков, и она подмахивает бёдрами, насколько сейчас позволяет её положение и поза.       Ли сцепляет ножки на моей пояснице, чтобы было легче двигаться, а я буквально схожу с ума. Вбиваюсь в такое желанное тело, сминаю налившиеся груди, сдвинув кружевной лифчик. Она стонет громче и эти стоны, как всегда, сводят меня с ума. Начинаю поглаживать её животик, и она кричит, сильнее двигая бёдрами в оргазме. Сам кончаю, изливаясь в неё с хриплым стоном.       Отдышавшись после нашего страстного соития, сажусь на диван, а Ли устраивается на моих коленях, снова накинув мой пиджак.       — Моя маленькая ненасытная девочка, — шепчу, зарывшись лицом в её волосы и вдыхая её запах, который уже давно мне просто жизненно необходим.       — Прости меня, — отстраняется, чтобы заглянуть в мои глаза. — За те слова. Мой язык как всегда действует раньше мозга.       — Всё хорошо, малышка, — улыбаюсь одними губами. — Я это заслужил.       Ли глубоко вздыхает и кладёт голову на моё плечо.       — Мы обязательно всё это преодолеем и забудем, как страшный сон, — тихо говорит мне в шею. — Вот только одну вещь нам забывать не стоит, — снова поднимает ко мне лицо. — У меня уже большой срок и сейчас нам нужно быть по-осторожнее, — кладёт ладошку на свой животик, рядом с моей.       — Прости, любимая, я обещаю быть осторожнее, — целую её в шею и трусь щекой о её щёку. — Просто ты сводишь меня с ума. Никогда даже представить себе не мог, что можно испытывать такое сильное желание.       — Я так тебя люблю, родной!       — Скажи ещё раз, — привычно прошу, пряча лицо в её мягких волосах.       — Я тебя люблю!       — И я тебя, сладкая, и я тебя.       Спустя час, вымотанные, но счастливые возвращаемся домой. Тоби сидит на диване в гостиной, а Лиззи сидит на его коленях. Листают вдвоём какой-то журнал. Стараемся незаметно проскочить наверх, но, конечно, всевидящий и всеслышащий Итон не оставляет нас без внимания.       — Неужели! Мы уже собирались везти вам ужин, — ухмыляется, вставая с дивана, продолжая обнимать девушку.       Конечно, видок у нас весьма живописный… Ли в джинсах и закутанная в мой пиджак. Сразу понятно со стороны, что под ним нет ничего, кроме лифчика. Я взъерошенный, в рубашке навыпуск, потому что ширинку теперь не застегнуть, из-за отсутствия болтов.       — Да вы на ногах еле стоите, — сволота продолжает издеваться, ехидно хохотнув. — Ли, ты прости за откровенность, но такими темпами вы затрахаете друг друга до смерти, — скалится во все тридцать два, обнимая сзади Лиззи и положив голову на её плечо, согнувшись при этом в три погибели, из-за её крошечного роста.       Только отмахиваюсь, беру Ли за руку, и мы поднимаемся наверх. Про себя рассуждаю, что в словах назойливого друга есть доля правды. Но, тем не менее, я счастлив просто до дрожи в коленях.       Уже засыпая, слушаю размеренное дыхание жены, уснувшей в моих объятиях, и думаю над её идеей, на счёт костюма Санты и подарков детям. Если бы год назад кто-нибудь мне только намекнул на то, что я когда-то соглашусь на подобную авантюру, опустил бы головой в ближайший мусорный бак и связал ноги бантиком. Но вся моя реакция на её заявления сегодня, по дороге домой, ограничилась лишь тяжёлым обречённым вздохом и словами: «Как скажешь, малышка». Я, конечно, понимаю, что засранка пользуется моментом, когда, чувствуя перед ней вину, я просто не могу ей ни в чём отказать. Но в этом вся Ли, и именно такой я люблю её до сумасшествия.