По ту сторону любви.

Pov Эрик       Начало февраля в этом году выдалось на удивление дождливым. За неделю на нас вылилась, кажется, годовая норма осадков. По утрам просыпаться категорически не хочется, а если проснулся, то для того, чтобы вылезти из кровати, нужно приложить просто неимоверные усилия. Вот и сейчас я лежу, слушая, как мирно посапывает моя девочка, закинув на меня ножку, и не представляю, как заставить себя подняться и ехать в офис. Беру в руки ладошку Ли, которая лежит на моей груди, и целую запястье с внутренней стороны, проведя по нему кончиком языка. Малышка мгновенно реагирует, сладко постанывая и потягиваясь. Прижимаю руку к её большому животику, который сейчас упирается мне в бок, и один из малышей сразу толкается в мою ладонь. Улыбаюсь. Наверняка, доченька проснулась.       Едва думаю о дочке, как рядом с моей ладонью на животе Ли появляется заметно выступающая шишка. Дотрагиваюсь до неё пальцем, и она сразу исчезает, чтобы потом снова появиться. Так продолжается несколько раз, и я начинаю тихо смеяться, не заметив, что Ли проснулась и не сводит с меня ещё сонных, влюблённых глаз.       — Доброе утро, малышка, — улыбаюсь и целую её в лоб. — А мы тут играем.       — Ох, — постанывает жена, видимо после ощутимого тычка под рёбра. — Я вижу. И чувствую, — тихо смеётся, когда живот буквально начинает ходить ходуном. — Совсем скоро мы увидим наших малышей, — снова смотрит на меня и улыбается.       — Ты не представляешь, как я этого жду, — шепчу, впиваясь в её совсем припухшие из-за беременности, сладкие губки.       Ли томно стонет, отвечая на поцелуй, и по моему телу тут же проходит знакомая дрожь. Но вдруг начинает звонить мой мобильный. Пытаемся его игнорировать, но тот, кто решил позвонить в такую рань, видимо, очень настойчив.       — Любимый, ответь. Вдруг что-то важное, — шепчет Ли, оторвавшись от моих губ. Поднимаю телефон с тумбочки и вижу, что звонок от Розиты. По спине вдруг пробегает неприятный холодок.       — Доброе утро, дорогой, — слышу в трубке обеспокоенный голос женщины. Смотрю на Ли, и та вопросительно изгибает бровь.       — Здравствуй, Розита. Что случилось? — сразу задаю вопрос, чтобы избежать бесполезного сейчас обмена любезностями. — Что-то с дедом?       — Джон приболел, — отвечает, тяжело вздыхая. — Снял куртку, когда колол дрова. А у нас на удивление похолодало.       — Ты звонила доктору Джулиану? — спрашиваю, поцеловав Ли в лоб и принимая вертикальное положение на кровати.       — Старый засранец упирается, и не даёт мне его номер, — горько восклицает Розита. — Говорит, что ещё никто не умирал от обычной простуды. А у нас даже лекарств толком нет.       — Всё ясно, — отвечаю, криво ухмыльнувшись. Дед в своём репертуаре. — Перезвоню через полчаса и скажу, как мы поступим. В любом случае, я точно приеду.       — Хорошо, мой мальчик. Телефон всегда при мне, — отключается.       — В каком это смысле, ТЫ приедешь? — сходу спрашивает Ли, не дав мне объяснить суть проблемы. Встаёт с кровати и замотавшись в покрывало, нервно расхаживает по комнате.       — Дед приболел, — отвечаю, проведя руками по лицу. — Нам с Тоби придётся поехать. Хотя бы отвезти лекарства.       — А мы с Лиззи, значит, будем сидеть дома и вышивать крестиком, выглядывая в окно? — упирается руками в бока, и покрывало падает к её ногам, скользнув по большому животику.       — Малышка, у тебя уже совсем большой срок, — подхожу и накрываю ладонями её живот. — Мы не должны так рисковать. Саут-Лейк сейчас заваливает снегом, как никогда.       — То есть, значит, ты уже всё решил за нас обоих! — надувает и без того округлившиеся щёчки и снова становится похожей на хомяка.       — Прости, родная, но я беспокоюсь о тебе и наших детях, — стараюсь говорить как можно мягче. Натягиваю быстро джинсы и футболку, и поцеловав жену в нос, выхожу из комнаты.       Спускаюсь вниз, и вижу, что Итон и Лиззи уже там. Девушка готовит кофе, а друг ждёт на диване, явно рассчитывая после отправиться на работу.       — Доброе утро, — говорю, присаживаясь в кресло. Поглядываю на лестницу, надеясь увидеть, что Ли спускается к нам, но она так и не появляется. Видимо, обиделась. Вздыхаю, проведя ладонями по лицу.       — Судя по твоему виду, доброе оно не у всех, — говорит Тоби, и я чувствую дежа-вю. — Что снова случилось? — подозрительно поглядывает на меня исподлобья.       — Звонила Розита. Джон приболел, — облокачиваюсь руками на колени. — Доктор не приедет. Дороги закроют в любую минуту. Нужно хотя бы привезти лекарства.       — Значит, я пошёл собираться, — без лишних разговоров друг поднимается. Подойдя к Лиззи, шепчет что-то ей на ухо, поцеловав, и отправляется в их комнату.       Улыбаюсь ему вслед. В этом весь Тоби. Его никогда не нужно просить о помощи, достаточно только намекнуть, что она нужна. Продолжаю посматривать на лестницу, но Ли так и не появляется.       — Если ты ей сказал, что она остаётся дома, она, наверняка, сидит в комнате и вынашивает какой-нибудь гениальный план мести, — говорит Лиззи, улыбаясь.       — Ты права, — улыбаюсь в ответ и вздохнув, поднимаюсь с кресла. — Видимо, нужно прервать её раздумья, пока она не спустилась из окна по верёвочной лестнице и не угнала мою машину.       Поднявшись наверх, захожу в нашу комнату и нахожу там свою жену, которая сидит на кровати, в позе Лотоса, одетая в прозрачную ночную рубашку, и она явно не в духе. Увидев меня, она вскакивает на ноги и уходит к окну, демонстративно отвернувшись. Подхожу к ней, и обойдя, становлюсь перед ней на колени, обняв её бёдра и привычно прижавшись щекой к её животику. Слушаю малышей, но похоже, они спят. Поднимаю глаза и смотрю на жену.       — Маленькая, что мне сделать, чтобы ты не злилась?       — Возьми меня с собой, — нервно вскидывает подбородок.       — Это не обсуждается, милая. Для твоего же блага, — поднимаюсь на ноги и отхожу в сторону.       Уже начинаю злиться из-за того, что она никак не желает понять моих мотивов. Но показывать это Ли, конечно, не смею. С момента нашей последней ссоры я стараюсь больше не давать ей повода, так нервничать и переживать. Буквально до сегодняшнего дня я соглашался с ней практически во всём и сейчас у меня чувство, что меня вот-вот разнесёт на мелкие кусочки, настолько я уже переполнен эмоциями и раздражением.       — Родной, — Ли вдруг подходит ко мне, проводит рукой по моему плечу и говорит тихо и заискивающе. — Ты думаешь, я не вижу, что ты уже скоро взорвёшься от злости?       — Я не понимаю, о чём ты, малышка, — пытаюсь сохранить остатки самообладания, но вместе со злостью, как это часто бывает в нашем с Ли случае, начинаю чувствовать желание.       — Боже мой, Эрик, прекрати наконец смотреть на меня щенячьими глазами и пытаться, потакать всем моим прихотям! — Ли вдруг срывается на крик. — Это всё не ты! Я полюбила другого Эрика, и просто безумно по нему скучаю!       Это заявление оглушает меня, как обухом по голове. Раздражение, вперемешку с возбуждением накатывает, заполняя каждую клетку моего тела.       — Я тебя правильно понимаю, любимая? — шиплю ей в ухо, намотав её волосы на кулак. Натягиваю ровно настолько, чтобы она запрокинула голову. — Тебе не нужна моя забота? Ты скучаешь по тому высокомерному засранцу, каким я был раньше?       — Этот высокомерный засранец заботился обо мне больше, чем ты думаешь, — отвечает Ли, глядя мне в глаза горящим взглядом. — И я тоскую по нему, Эрик.       — Я пытался измениться ради тебя, ради вас, Ли. Но к сожалению, а может, наоборот, к счастью, я всё тот же, — рычу ей уже в самые губы и впиваюсь жадным, грубым поцелуем.       Исследую, почти трахаю языком её сладкий ротик. Девчонка стонет, когда я разрываю тонкую ткань ночной рубашки, и проведя рукой по животу, спускаюсь в трусики. Второй ладонью сминаю налившуюся грудь, и Ли тихо вскрикивает от боли, которую, наверняка, я причиняю ей этим действием. Но только сильнее подаётся навстречу моим грубым ласкам.       Продолжаю терзать губами и языком её ротик, трахая двумя пальцами её мокрую промежность. Все мои действия сейчас не имеют ничего общего с нежностью. Я уже просто с ума схожу от возбуждения.       По мере того, как её беременность становилась всё больше заметна, я только сильнее её хотел, если такое вообще возможно. И теперь, когда я смотрю на неё, с её круглым животиком, аппетитными формами, я просто одуреваю от дикой, животной похоти. Её запах сводит с ума ещё сильнее.       Рычу, уже не в состоянии контролировать свои инстинкты. Разворачиваю девчонку спиной к себе и заставляю упереться руками в туалетный столик, прогнув её в пояснице, насколько это сейчас возможно. Расстёгиваю ширинку трясущимися от нетерпения пальцами. Спускаю джинсы и вхожу в её, истекающую соками, киску.       Стараюсь контролировать глубину проникновения. Это всё, что я сейчас могу. Но всё равно двигаюсь грубо и резко. Наклонившись, сминаю ладонями её груди, и Ли снова вскрикивает, но подмахивает бёдрами в такт моим фрикциям, и я понимаю, что делаю всё правильно.       — Моя маленькая, похотливая сучка, — хриплю ей в ушко, снова слегка притянув к себе за волосы. — Какая же ты сладкая!       Поглаживаю рукой по её животу, продолжая трахать её сзади, и Ли кончает. Кричит, извиваясь в оргазме, сжимая стенками влагалища мой член, который и так уже готов взорваться в ней.       Тоже кончаю с громким, протяжным стоном, почти криком, произнеся её имя. Ли выпрямляет спину и откидывается мне на грудь. Стараемся успокоить сбившееся дыхание. Прижимаю ладони к её животу и вдруг чувствую, как тот буквально начинает ходить ходуном. Кто-то из малышей решил перевернуться. Резко разворачиваю жену к себе лицом.       — Всё в порядке? Я ведь не мог навредить им? — таращусь на Ли перепуганным взглядом, а та смеётся, запрокинув голову.       — Эрик, мы просто их разбудили. Успокойся, скоро они нам это припомнят в десятикратном размере.       Приняв душ вместе с Ли быстро одеваюсь, ничего из вещей с собой не беру. Изо всех сил надеюсь, что с дедом ничего серьёзного, и мы с Тоби быстро вернёмся домой. Ли, судя по всему, наконец смирилась с тем, что им с Лиззи придётся остаться дома. Она спокойно провожает меня до машины и на прощанье целует, как ни в чём не бывало. Её спокойствие кажется мне подозрительным, но я быстро прогоняю эту мысль. Уверен, ни на одной, из оставшихся дома машин, девчонки поехать не рискнут. Pov Ли       Конечно, милый, как скажешь, — думаю про себя, и еле скрываю улыбку. Если ты, малыш, и правда думаешь, что я останусь дома ждать, то ты меня совсем не знаешь.       Обнимаю мужа и целую, старательно делаю безразличный вид, мне кажется если он ещё немного задержится и посмотрит мне в глаза, то сразу догадается. Но, слава Богу, Эрик целует меня в ответ и садится в машину.       — Давай, говори уже, что ты придумала, — Лиззи смотрит на меня с опаской, и не зря.       — Я? Ничего особенного, — улыбаюсь, набирая номер в мобильном. — Пойдем, соберём вещи.       — Господи, Ли! — она устало плетётся за мной, словно это она седьмом месяце беременности и носит двойню. — Ты хоть понимаешь, что мы просто не доберёмся до места?       — Сами не доберёмся, — улыбаюсь. — А вот с Дени…       — Он не согласится, он же не дурак, — бурчит подруга, поднимаясь по ступенькам рядом со мной.       — Я умею убеждать, — наконец Дени поднимает трубку.       — Что случилось, дорогая? — слышу обеспокоенный голос парня.       — Ничего страшного, Дени, но ты мне нужен, — делаю взволнованный голос.       — Сейчас буду, — отвечает коротко.       — Он сейчас приедет, — говорю Лиззи, когда девушка выходит из ванной с моими кремами от растяжек и прочим добром.       — Это одно дело, — отвечает деловито. — А вот согласится ли он на такую авантюру…       — Милая Лиззи, я и не таких могла провести. Так что, сейчас ты всё увидишь.       Через минут пятнадцать мы уже сидим в гостиной, с собранными дорожными сумками. Ещё через пять минут Дени расхаживает по гостиной взад вперёд, с явным беспокойством.       — Ли, ты точно мне всё рассказала?       — Да, Дени, ну правда, стала бы я тебе врать? — смотрю на парня с самым честным выражением, на которое я только способна. — Тем более, с таким то пузом? — указываю на свой животик.       — Так, сестрёнка, повтори всё ещё раз.       — Эрик с Тоби уехали посреди ночи, чтобы отвезти деду лекарства, а мне нужно было на приём к врачу, сегодня с утра. Он сказал, чтобы я позвонила тебе, так как только тебе он может доверить нас.       -Ну ладно, — парень обречённо вздыхает. — Почему он не позвонил мне сам?       — Ночью он не хотел тебя беспокоить, а сейчас, думаю, там просто нет связи.       Сидим на заднем сиденье пикапа с Лиззи, и она подозрительно щурится, глядя на меня.       — Что? — шепчу ей.       — Ничего, просто думаю, — говорит, приподнимая бровь.       — О чём?       — Что нам всем достанется, — шепчет.       — Что достанется? — вдруг спрашивает Дени.       — Останемся, она сказала, что мы там останемся, — говорю невозмутимо.       Дорога оказывается на удивление утомительной, может, из-за снегопада, или просто Эрика нет рядом. Да и мой огромный живот, и остановки на каждой заправке, чтобы сходить в туалет, не облегчают её. Приезжаем к вечеру, мне не терпится увидеть мужа, за эти долгие часы я так соскучилась, что мне просто всё равно, что он отчитает меня по полной, да и Дени достанется, но я извинюсь перед парнем позже. Pov Эрик       Добираемся на место уже ближе к вечеру. Чем ближе мы подъезжали к озеру, тем хуже становилась дорога, занесённая огромным слоем снега, и еле видимая из-за снегопада. Судя по огромным сугробам на обочине, снегоуборочная техника проходила тут неоднократно, но толку от этой уборки было мало, так как снегопад не прекращается уже двое суток.       На лесной дороге, и подавно, пару раз едва не застреваем. Но к чести нашего полноприводного, восьми литрового друга, без особых приключений добираемся к озеру. Оставляем машину стоять у входа и поднимаемся в дом.       — Ребятки, как же я рада вас видеть! — встречает нас Розита, которая неоднократно звонила нам во время дороги.       Тоби подходит к деду и жмёт его руку, которую тот вытащил для этого из-под пледа.       — Все женщины, паникёрши, — ворчит дед, сидящий в кресле напротив камина. — Уже почти меня похоронила, — говорит, но тут же закашливается.       — Дед, ну честное слово, ты как маленький, — ворчу, подойдя к старику и приложив ладонь к его лбу. — Температура точно есть.       — Жаропонижающее закончилось утром, — разводит руками Розита. — А с компрессами он меня не подпускает.       Вздыхаю и иду на кухню за водой, пока Итон достаёт все лекарства и раскладывает их на журнальном столе. Напоив деда лекарством, сидим на диване и пьём кофе, приготовленный Розитой. Старик сразу расспрашивает про Ли, которую не видел больше месяца, с Рождества. При мысли о жене сердце ёкает. С того дня, как мы помирились, мне не приходилось покидать её больше, чем на несколько часов.       Спустя полчаса, жар начинает спадать, и мы видим, что у деда слипаются глаза. Уговорив его, прилечь в комнате, помогаю старику дойти и укладываю в постель. Поужинав вместе с Розитой, падаем с Тоби по креслам, и он начинает тыкать все подряд каналы на пульте.       — Даже странно, что телек всё ещё что-то показывает, — говорит, пролистав очередной, не устроивший его, канал. — При таком снегопаде.       — А ты побольше тыкай на все кнопки, и увидишь, как он быстро перестанет работать, — криво ухмыляюсь и достаю мобильник.       Всю дорогу и после приезда Ли и Лиззи ни разу не позвонили. Видимо, всё-таки, обиделись. Едва собираюсь позвонить жене, как вдруг, кажется, слышу какой-то шум на улице. Переглядываемся с Тоби, которому, судя по всему, показалось то же самое. Не успеваем обменяться и парой слов, как слышим возню и разговоры в прихожей.       Спустя несколько секунд, в гостиную заходят Локвуд, Лиззи и, конечно, моя любимая собственной персоной. Так вот, почему она так легко меня отпустила… Маленькая заноза и не думала оставаться дома. Но как на всё это повёлся дубина Локвуд?! Медленно поднимаюсь с кресла и понимаю, что начинаю закипать.       — И какого хуя тут происходит? — рычу, не фильтруя слова. Знаю, что Розиты рядом нет.       — А ты думал, что я просто подожму хвост и останусь сидеть дома? — мелкая засранка настырно задирает подбородок.       Лиззи краснеет и прячется за поднявшегося с кресла Итона, а Локвуд, кажется, охуевает, открыв рот. Видимо, дружище понял, что его наебали.       — Какое, из слов «ты останешься дома» тебе показалось непонятным? — подхожу к девчонке и смотрю на неё в упор.       Вдруг слышу, как Дени, стоящий рядом, начинает тихо ржать. Хмурюсь и смотрю на него вопросительно.       — Бывшего агента ЦРУ наебала беременная девушка, — объясняет сквозь смех. — В Управлении меня бы оборжали и усомнились в моей компетентности.       — Где Джон? Как он? — обеспокоенно спрашивает Ли.       — Мы сбили ему температуру, и он уснул, — отвечает ей Итон, потому что я молчу и продолжаю сверлить её недовольным взглядом. Хотя, если уж совсем не кривить душой, я до дрожи в коленках рад, что вижу её рядом. Но в тоже время, до такой же дрожи зол, потому что она меня не послушала.       — Тогда я пока пойду, прилягу, — спокойно говорит Ли, потирая поясницу. — Дорога была утомительной.       Обнимает Розиту, которая подошла только что, обменявшись с женщиной парой слов, и поднимается наверх. Охренеть! Кажется, кое-кто прихуел окончательно и пора бы поставить её на место. Поднимаюсь следом и захожу за ней в комнату, замкнув дверь изнутри.       — Блять, ты совсем страх потеряла?! — шиплю Ли в ухо, сомкнув пальцы на её плече. — Какого хрена ты вытворяешь?!       — Я приехала проведать деда, — отвечает, всё так же гордо вздернув нос. — Может, ты уже ждёшь кого-то другого?! Тогда прости, что испортила тебе веселье.       — Сейчас ты у меня здорово повеселишься, — продолжаю цедить сквозь зубы, прижав её спиной к себе. Запускаю руку в её спортивные штаны и трусики. — Маленькая сучка, ты же за этим приехала? — массирую её клитор, и Ли сразу начинает стонать.       Дикое желание накрывает меня с головой, вперемешку со злостью. Вытаскиваю руку из её трусиков и разворачиваю девчонку к себе за плечи. Сразу впиваюсь грубым поцелуем, исследую жадным языком её сладкий ротик. Прерываю поцелуй так же резко, как начал и отхожу в сторону.       — Раздевайся, — говорю, сложив руки на груди и облокотившись на комод. Ли молча подчиняется, с вызовом глядя мне в глаза. Снимает толстовку и треники, оставшись в одном белье.       — Этого достаточно, — говорю тихо, подтягивая жену к себе за руку. Горящими глазами осматриваю её с головы до ног, вдыхаю её запах рядом с шеей, и от всего этого кровь как будто начинает закипать в моих жилах. Надавливаю на её плечи, принуждая встать на колени, и она также подчиняется.       Ли медленно расстёгивает болты на моей ширинке, как будто специально издеваясь. Не расстегнув до конца, запускает пальчики за пояс штанов, и касается головки, размазывая по ней каплю выступившей смазки. Издаю глухое рычание и быстро расстегиваю последние два болта. Ли освобождает мой стояк и сразу накрывает его губами. Начинает посасывать головку, ласкать язычком, и я рефлекторно и грубо толкаюсь в её горячий ротик.       Она сжимает пальчики вокруг моего каменного члена и двигает ими вверх-вниз, продолжая его заглатывать и посасывать. Уже схожу с ума и понимаю, что близок к развязке. Выхожу из её рта и резко поднимаю её на ноги, сразу развернув спиной к себе. Ли упирается руками в комод, разведя ножки, а я, сдвинув тонкие трусики, вхожу в неё грубым толчком и сразу начинаю вдалбливаться в податливую плоть, совсем не в силах контролировать свою животную похоть, которая уже полностью сменила злость. Трахаю её без какого-либо намёка на малейшую нежность, и понимаю по её громким стонам, что ей это нравится.       — Эрик, — хнычет девчонка, подмахивая бедрами моим движениям, и я завожу руку вперед, запуская её в трусики. Едва начинаю ласкать её клитор, как она кончает с криком. Не в состоянии медлить ни секунды, продолжаю долбиться в неё резкими толчками.       — Блять, да! — рычу утробно и кончаю с громким стоном.       Ли, выпрямившись, откидывает голову на моё плечо, и мы стоим, переводя дыхание. По мере того, как кровь вновь наконец возвращается в мозг из моего члена, начинают закладываться тревожные мысли, что такими темпами мы могли переборщить. Гоню их от себя, поглаживая Ли по животику.       — Просто ужасно хочется в душ, — тянет Ли и отстраняется. — Если хочешь, присоединяйся, — кивает призывно, но я пытаюсь сделать вид, что всё ещё злюсь. Уходит в ванную, прикрыв за собой двери. — Любимый, — слышу её голос, спустя минуту. — Мне нужна твоя помощь.       Криво ухмыляюсь её настойчивости и плетусь в ванную. Открыв дверь, вижу Ли, упирающуюся руками в раковину.       — Кажется, мы рожаем, — тихо говорит она, глядя на меня растерянным взглядом.       — Твою мать! — вскрикиваю, схватившись руками за голову. Таращусь на лужицу на полу под ногами у Ли, и не могу сдвинуться с места.       — Малыш, прошу тебя, отомри! — пытается до меня достучаться жена. — Беги за Дени и звоните в службу спасения, я пока приведу себя в порядок, — морщится, взявшись руками за живот.       — Я… Я сейчас, маленькая! Ты только попроси их чуть-чуть подождать, — смотрю на её животик.       На ватных ногах спускаюсь вниз, пытаюсь идти быстрее, но никак не выходит. Сердце, кажется, сейчас выскочит из груди. Вся молодёжь всё ещё внизу, разговаривают. Застываю на последней ступеньке и не могу выдавить из себя ни слова.       — Братишка, что слу… Твою мать! — видимо, выражение моего лица настолько красноречиво, что друзьям не приходится долго думать, чтобы догадаться, что происходит. Лиззи сразу вскакивает на ноги и бежит за Розитой, а Итон и Дени таращатся на меня такими глазами, что я понимаю, что-то тут не так.       — Эрик, мобильной связи нет, — говорит Тоби, бледнея на глазах. — Мы даже не можем вызвать службу спасения.       — Чёрт… Чёрт… — снова хватаюсь за голову, которая от дикого напряжения уже начинает раскалываться.       — Так, все успокоились! — рявкает на нас Дени. — Если вы начнёте паниковать, вы точно не поможете Ли и малышам. Мне нужно с ней поговорить и оценить её состояние. В полицейской академии мы проходили вполне серьёзные медицинские курсы, где нас готовили даже к подобным ситуациям, — вдруг смолкает, задумавшись. — Разве что, тут у нас двойня. Хотя, в теории я…       — Блять, в теории?! — ору на друга и сам слышу, как надрывно звучит мой голос. — Ты хотя бы раз принимал роды?! Видел, как это делают?!       — Заткнись и прекрати истерику, — Дени подходит ко мне практически вплотную, и я издаю угрожающий рык. — Твои припадки сейчас неуместны. И вариантов у нас нет, — разворачивается на пятках и быстро поднимается наверх.       Поднимаясь по лестнице, вдруг слышу громкий стон Ли. От одной мысли, что моей девочке больно, в груди всё болезненно сжимается. Жуткий страх никак не отпускает, и мне приходится остановиться, чтобы справиться с сильно участившимся дыханием.       — Братишка, мы справимся, — Дени останавливается и ободряюще сжимает моё плечо. — Ты, главное, успокойся и не пугай девочку своей позеленевшей физиономией, — нервно усмехается, оглядывается на Тоби, который всё это время молча стоит позади нас, и мы заходим. В дверях комнаты встречаем Розиту, которая выходит, озабоченная.       — У неё уже начались схватки? — Дени задаёт вопрос женщине.       — Кажется, роды начнутся быстрее, чем планировалось, — говорит Розита, одаривает меня осуждающим взглядом и качает головой. — Они с Эриком об этом позаботились, — красноречиво вздыхает. — Мы с Лиззи уже начали готовить Ли к родам, — говорит Дени и он понимающе кивает.       Зайдя в комнату, сразу сломя голову подлетаю к кровати. Моя девочка лежит на боку, держась за живот, и увидев нас, улыбается. Нахожу это странным, потому что неоднократно слышал, какие страдания и боль приносят женщинам схватки. Смотрю на Дени перепуганным взглядом.       — С ней всё в порядке, — успокаивает друг, видимо поняв причину моего беспокойства. — Её организм сейчас активно выделяет Бета-Эндорфин. Этот гормон выбрасывается в кровь во время беременности, а активнее всего в схватках.       — Дени, выражайся проще. Я нихрена не понял, — сажусь рядом и беру её за руку.       — Этот же самый гормон вырабатывается во время секса, — приподнимает бровь и тут же отворачивается от меня к Ли. — Ли, расскажи всё, что ты знаешь о течении своей беременности.       — Родной, — обращается ко мне. — Подай мой мобильник с тумбочки, — глядя на то, как я сразу напрягаюсь, добавляет. — Я в курсе, что нет связи. Мне она сейчас не нужна.       Подаю ей телефон, и она начинает что-то в нём искать. Вдруг роняет его на кровать и хватает меня за руку, сжав её с удивительной силой. Лиззи сразу начинает поглаживать её поясницу, и через несколько секунд Ли успокаивается, а я чувствую, как мой лоб покрывается испариной.       — В этом приложении есть всё, начиная с первого УЗИ, — протягивает мобильник Дени, и он отходит в сторону, начиная изучать историю её беременности.       — Тоби, принеси пожалуйста стерильные перчатки из моего бардачка, — не поднимая глаз, протягивает Итону ключи.       — Нахрена тебе в машине стерильные перчатки? — задаёт вопрос Тоби, уже стоя в дверях.       — На досуге загляните под капот моей машины, сразу всё поймёте, — продолжает читать и вдруг его глаза округляются. — Тридцать восьмая неделя. Я боялся, что меньше, — поднимает глаза на Ли. — Очень хорошо, что твои малыши доношенные, но, моя девочка, — говорит он, а я хмурюсь, никогда не привыкну, что он так к ней обращается. — Чем ты вообще думала, когда заставила меня, притащить тебя на таком сроке к чёрту на кулички?       — Я была уверена, что у меня ещё как минимум пара недель в запасе, — отвечает Ли, краснея. — Мама меня родила вообще в сорок две.       — Ли, у тебя двойня. Тебе разве не предлагали, лечь заранее в клинику? — спрашивает Дени и Ли снова краснеет.       — Доктор предложил неделю назад, но я отказалась.       Собираюсь, было, наехать на жену за то, что я даже понятия не имел об этом предложении. И это, стоило мне пропустить всего один приём, чтоб эти переговоры трижды пропали, вместе с китайцами и всем Китаем. Но встретившись с ней взглядом, понимаю, что лучше мне сейчас не раскрывать рот. Вдруг Ли снова хватается за живот и начинает часто дышать и стонать.       — Эрик, засекай время. Нужно наблюдать за интервалом между схватками, — командует Дени, и я сразу хватаю свой, практически бесполезный сейчас, мобильник, засекая на нём время. — Хорошо, что малыши находятся в одной плаценте, — снова обращается к Ли — Это должно облегчить нам задачу.       Схватка отпускает, и Ли берёт мою ладонь, целует запястье и прижимается к ней лицом. В комнату заходит Розита, держа в руках гору чистых полотенец и простыней. Следом плетётся Тоби, держа в одной руке несколько пакетов с перчатками, в другой цветную яркую сумку. Смотрю вопросительно на него, потом на женщину.       — Я кое-что покупала для малышей, — объясняет женщина. — Как чувствовала. Тут пелёнки, самые маленькие вещички, два тёплых покрывальца и две пустышки. А ещё пачка самых маленьких подгузников. Близнецы обычно рождаются крошечными, — голос Розиты дрожит, и глаза начинают слезиться.       — Спасибо, дорогая моя, — улыбается Ли, глядя на неё. — Что бы мы без тебя делали…       Улыбаюсь ей, кивая в благодарность. Лиззи берёт сумку и раскладывает вещи на комоде.       — Хорошо, что тут кровать только с изголовьем, без спинки. Иначе пришлось бы искать другое место, — констатирует Дени, а мы с Ли переглядываемся, вспоминая, как пала смертью храбрых предыдущая кровать во время нашего бурного соития. Это было как раз на рождество. Пришлось, по приезду домой, заказать и отправить деду новую.       По мере того, как схватки Ли учащаются, они становятся всё продолжительней. Моя девочка уже срывается на крик, а у меня каждый раз по спине бегают неприятные мурашки и сердце сжимается в тугой комок. Начинаю чувствовать удивительный прилив сил, и наконец беру себя в руки, успокаивая жену и шепча её в ушко нежные слова в перерывах, между схватками.       Наконец Дени командует Тоби и Лиззи, выйти, но, на всякий случай, ждать за дверью. Лиззи так же периодически бегает проверять, не проснулся ли Джон.       — Ну что, сестрёнка, кажется, совсем скоро малыши появятся на свет, — говорит Дени, ощупав её живот после очередной продолжительной схватки. Помогает Ли, полусидящей на горе подушек, согнуть ноги в коленях и садится между ними ближе. Я рефлекторно напрягаюсь, реагируя на это действие, и Дени хмурится.       — Эрик, сейчас же успокойся, — рычит на меня друг. — Ты взрослый мужик, а ведёшь себя, как сопливый мальчишка, с комплексом неполноценности. Я сейчас должен осмотреть её, не вздумай кинуться на меня с кулаками.       — Делай, что нужно, — говорю в ответ, охрипшим от волнения и неизвестно, откуда взявшейся ревности, голосом.       Продолжаю сжимать ручку Ли, гладя её по голове. Моя девочка смотри мне в глаза и вымученно улыбается. На следующей схватке Локвуд протягивает руку под простыню и что-то там ощупывает, от чего маленькая кричит ещё сильнее.       — Потерпи, сестрёнка, сейчас станет легче, — говорит ободряюще. — Ну вот, шейка уже раскрылась, значит со следующей схваткой начинаем тужиться.       — Слава Богу, — стонет жена на выдохе. — А то у меня уже ощущение, что скоро меня разорвёт на мелкие кусочки.       — Это хорошо, дорогая, — вступает Розита в разговор. — Это значит, что у тебя сильные потуги. Пора, милая, — дотрагивается до её живота в начале очередной схватки.       Ли кричит и тужится, сжимая мою ладонь с каждым разом всё сильнее. Сижу и чувствую, как начинает кружиться голова, и последняя моя выдержка, кажется, трещит по швам. Всё, происходящее вокруг, слышу как будто сквозь вату.       — Давай, моя девочка, ещё немножко, — ласково приговаривает Дени — Уже показалась головка. Розита, скорее дай нашатырь, кажется, наш папа сейчас отключится.       Женщина открывает пузырёк и подносит к моему лицу, как только в ноздри ударяет едкий запах, начинаю моргать глазами, и в голове вскоре проясняется.       — Малышка, потерпи, любимая. Следующих всех я рожать буду, только потерпи, моя маленькая, — бормочу полу-связно рядом с её лицом, и целую в мокрый от испарины висок.       Краем глаза ловлю на себе тёплую улыбку Дени, и чувствую укол совести. Надо же было додуматься, приревновать к нему, да ещё и в такой момент. Наверное, от волнения у меня совсем поплыли мозги.       Стараюсь, полностью абстрагироваться от происходящего, чтобы не свалиться в обморок, и сосредотачиваюсь исключительно на Ли, продолжая шептать ей между схватками такие нежности, на которые и близко не был способен до этого момента. Иногда, в ответ на мои слова, девочка даже слабо улыбается.       Вдруг Ли перестаёт кричать и на секунду устанавливается тишина, а следом раздаётся тихий, но пронзительный крик. По моему телу пробегает дрожь, и я просто сижу и таращусь на крошечное, измазанное кровью и чем-то ещё, существо в руке у Дени. Розита перерезает пуповину и позвав Лиззи, уносит малыша к столу. Обмывает его и кладёт на пелёнку, перевязывает пуповину шёлковой нитью, после чего подносит к нам.       — Поздравляю, мои родные, у вас чудесный малыш, — протягивает свёрток в мои трясущиеся руки.       Принимаю из её рук малыша и, кажется, забываю, как дышать. Пульс то ли ускоряется до бешеного темпа, то ли пропадает вовсе. Смотрю на крошечное создание в моих руках, малыш вдруг затихает, перестав плакать, и тут я наконец начинаю понимать, что держу на руках своего сына. Дыхание становится поверхностным, и я прижимаю этот маленький свёрток к своей груди, чувствуя, что мне сейчас это просто жизненно необходимо.       Розита подталкивает меня к Ли, и мы вместе прикладываем на несколько секунд его к её груди. Ли осторожно гладит его по крошечной головке, но тут начинается новая схватка.       — Поздравляю, брат, но у нас ещё не всё, — улыбается Дени. — Последний рывок, моя девочка, нужно потерпеть ещё совсем чуть-чуть.       Ли продолжает тужиться, и спустя немного времени, Дени достаёт из-под простыни малышку. Поднимает её, и я вижу, что малышка не шевелится и не издаёт ни звука. По спине пробегает холодок, расползаясь мерзкими мурашками по моему затылку.       Дени с Розитой перерезают пуповину и несут малышку к столу. Вскакиваю на ноги, оставив плачущую Ли на попечение Лиззи, и в два шага оказываюсь рядом с Дени.       — Что с ней? — спрашиваю дрожащим голосом, в то время, как друг откачивает из крошечного носика слизь маленькой резиновой грушей, подложив ей под плечики валик из пелёнки.       — Эрик, отойди, братишка, ты мешаешь, — Дени нервно дёргает плечом, продолжая свои действия.       Наконец он поднимает малышку одной рукой, а второй осторожно делает шлепок ей по пяточкам и спустя секунду, сквозь бешенный стук в ушах, я слышу слабый писк.       Розита быстро обмывает малышку и кладёт на пелёнку, сразу протягивая мне. На ватных ногах несу драгоценный свёрток на кровать, где Ли, вся в слезах, держит нашего сына, а тот, громко причмокивая, старается присосаться к её груди. Лиззи уступает мне место, и я сажусь рядом с женой. Смотрю на свою крошечную дочь и вдруг чувствую, как слёзы градом начинают катиться по лицу неконтролируемым потоком, капая на мягкую пелёнку.       Лиззи и Розита выходят из комнаты, и с нами остаётся только Дени, который и для меня теперь стал настоящим членом семьи. Ли ободряюще сжимает моё плечо, ничего не говоря, а я просто прижимаю к себе малышку и реву, впервые за семнадцать лет.