RWBY Zero

      Николас Арк откинулся на своей кровати.       — Жон… Жон, ты уверен?       — Это могла быть фальшивка, — выдвинула предположение Сапфир. — Арчер упоминал, что многие Слуги, по какой-то причине, похожи на маму. Возможно, это была одна из них.       — Тогда как она смогла узнать Жона и Мордред? — угрюмо указала Корал. Её плечи опустились в отчаянии, как и у всех остальных, но ум продолжал быть остёр, как и всегда. — Она не может быть даже её другой версией из иной временной линии. Та могла бы знать Мордред, но маловероятно, что она узнала бы Жона.       Сэйбл нахмурилась, её глаза намокли от слёз.       — Тогда… она вернулась? Она — живая?       — Нет, не вернулась, — заявила Мордред с категоричным видом. — Этот… самозванец не был Королём Рыцарей.       Жону не хватило духа указать, что каждый человек, которого Мордред объявила самозванцем с момента прибытия на Ремнант, оказался настоящим.       Он, его Слуга, отец и три старшие сестры собрались в папиной комнате, с Сэйбл, только что вернувшейся с работы. Он счёл за лучшее сообщить им в частном порядке о произошедшем в штаб-квартире «Белого Клыка». Янг и Блейк, без сомнения, рассказали об этом Руби, Озпину и остальным, но ему хотелось узнать мнение других членов своей семьи, прежде чем сообщить об этом младшим сестрам (а также Джейд и Хейзел, потому что, как только они узнают, удержать в секрете это окажется уже невозможно). Он не ожидал, что новость о том, что мама была возрождена как подчинённая Салем, будет принята хорошо. Хоть один раз, он оказался совершенно прав.       Сэйбл отчаянно повернулась к нему.       — Разве мы не можем каким-то образом вернуть её? Разве мы не можем… Я не знаю… раззаразить её или что-то вроде того? Можно ли так?       Жон даже не знал, как ответить. С тех пор как он успел обдумать события, произошедшие в горах, в голове у него всё шло кругом. Он остался с последним Командным Заклинанием, но это было ничтожно по сравнению с другими потерями.       Сан погиб. Он пожертвовал собой. Чтобы спасти его от мамы.       Его мать убила его друга, пытаясь убить его.       Его друг умер.       Но это не было его виной.       Однако это было его ответственностью. Он позаботится о том, чтобы смерть Сана не оказалась напрасной. Он остановит Салем и уничтожит Гримм.       Он обязан.       А это означало, что поиск способа спасти его маму должен быть отложен на второй план. Он будет держать глаза открытыми, но не станет концентрироваться на этом. В первую очередь он был Охотником, а это означало, что люди, которых он поклялся защищать, находились на первом месте. Сан знал это, даже пытаясь спасти Жака Шни (из кого бы то ни было), но не потому, что тот был хорошим человеком, а потому, что Охотники поклялись спасать всех, кого могут. Это не было справедливостью, если она не распространялась на всех.       Но если его мама сейчас здесь, это означает, что ему не придется изменять время, чтобы вернуть её. Пирра оставалась утерянной для него, но если он найдет способ очистить Сэйбер Альтер, то сможет вернуть маму к жизни. Но поскольку Озпин и Арчер понятия не имели о том, как можно изгнать из неё порчу Салем, это значило, что только чудо могло спасти Короля Рыцарей.       К счастью, одно из них находилось в его руках. Если он сможет убедить Мордред помочь ему.       Что, учитывая его мнение по этому поводу, вряд ли пройдёт легко.       — Не может быть никакого раззаражения, потому что этот Слуга — не отец! — выкрикнула Мордред. — Отец никогда бы не пал так низко. Король Рыцарей не мог быть заражён такой отвратительной инфекцией.       — Я не так уверен, — вздохнул Николас. — Артурия как-то рассказывала мне, как она попала на Ремнант. Её протащили через массу чёрной грязи, вышедшей из Грааля, прежней формы этой Салем, я думаю. Она сказала, что единственная причина, по которой это не изменило её тогда больше, заключалась в том, что Гильгамеш был с ней, и тьма сосредоточила всю свою силу на нём.       Мордред нахмурилась.       — Отец слишком скромен. Если Всё Зло Мира не смогло одолеть Короля Героев, то оно бы не смогло даже оцарапать его. Оно никогда не сможет сделать его как… как та ведьма.       У Жона возникло ощущение, что она имела в виду вовсе не Кастер.       — Мордред…       — Заткнись.       — Нет, Мордред, я не собираюсь позволя…       — Заткнись, Мастер! В мотеле новый Слуга!       — Что? — воскликнул Жон. — Уверена, что это не просто Райдер? Вернувшийся после высадки Сиенны Хан?       — Даже Гордиева Колесница не смогла бы так быстро выбраться из города и вернуться обратно, — возразила Мордред. — Вы все, оставайтесь позади меня. Это может быть кто угодно.       Это было мягко сказано. Ни одна из других фракций не должна была знать, где они находятся, но если группировке Салем или Кирею удалось выследить их, это означало, что они будут сражаться либо с Лансером Альтером, либо с Гильгамешем, к чему они были совершенно не готовы.       Жон поднял меч, готовый действовать.       — Папа, возьми остальных девочек и держи их здесь. Мы справимся…       Стук в дверь прервал его. На мгновение внутри все просто замерли, не будучи уверенными, зачем их врагу стучаться. Они с Мордред обменялись растерянными взглядами, прежде чем Слуга выдвинулась вперёд и распахнула дверь.       В дверях стоял очень несчастный Арчер, на его лице застыло выражение огромного, даже для него, недовольства.       — Мистер Арк, найдите всех остальных ваших детей и спрячьтесь здесь, — лаконично велел он. — Жон, Сэйбер… вы захотите это увидеть.

***

      Знаете, когда он не был разъярённым монстром, пытающимся убить её и её друзей, Руби думала, что Берсеркер на самом деле выглядит довольно круто. Как какой-нибудь варвар-авантюрист из прошлого, достаточно сильный, чтобы заставить пасть даже самого могущественного из Гримм, ещё до того, как человечество когда-либо задумывалось об Ауре. Наличие выпуклых мышц и достаточно высокий рост, чтобы царапать потолок мотеля, даже когда он сутулился, разумеется, не шло во вред его образу.       Арчер упомянул, что его звали Геракл, по-видимому, один из самых древних и легендарных героев до того, как мир стал Ремнантом. Одного этого, плюс её предыдущей встречи было бы достаточно, чтобы обострить нервы Руби до предела, но наблюдение за реакцией других Слуг оправдывало её ужас. Арчер не проецировал Каншоу и Бакую из-за страха спровоцировать Берсеркера, но его руки сжимались достаточно, чтобы Руби поняла, что ему хотелось бы их призвать. Мордред и Лансер также держались настороже, их испуганные взгляды не отрывались от Слуги Безумия.       Всё это только усиливало ухмылку Рейвен, и Руби ещё больше обрадовалась, что Янг отправилась с Райдером, чтобы высадить Сиенну Хан.       "Арчер, если начнётся драка, каковы наши шансы?"       "Лучше, чем могли бы, но недостаточно хороши для конфронтации", — дал он совет. — "Судя по рассказу Озпина о силах Дев, Берсеркер, скорее всего, уже восстановил все жизни, отнятые нами у него во время нашей последней стычки. Его Длань Бога делает его неуязвимым для всего, что ниже «А» ранга, и даёт ему сопротивление всему, что может повредить его, что довольно сильно ограничивает наши возможности. И это при условии, что Рейвен не призовёт Ланселота на помощь. С присутствием меня, Сэйбер и Лансера мы всё ещё смогли бы вырвать победу, несмотря ни на что, но я сомневаюсь, что это обойдётся нам даром".       "А поскольку впереди Салем и Гильгамеш, я полагаю, мы не можем позволить себе вырывать победу любой ценой?"       "Знаешь, если бы Янг была тут…"       "Будем благодарны, что это не так. Удача, возможно, на нашей стороне, хотя бы раз".       Руби не испытывала уверенности, насколько верно это было. Хотя было хорошо, что Янг не присутствовала, чтобы действовать в соответствии со своей чрезвычайно обоснованной обидой на её биологическую мать и, возможно, устроить драку, которую они не могли себе позволить, Руби не могла не подумать, что мощное, харизматическое присутствие Райдера окажется полезным, независимо от того, пойдёт ли процесс жёстко или же нет.       Тем не менее, за исключением этих двоих, вся их команда, даже друг-хамелеон Блейк Илия, собралась в одной из общих комнат мотеля. Все они стояли на ногах, не чувствуя достаточно комфорта, чтобы сидеть в присутствии другой стороны.       Рейвен отразила зеркально их позы, доказывая, что, несмотря на её дерзкую ухмылку, она не была полностью высокомерной, находясь в меньшинстве, даже если при ней находился Берсеркер, чтобы защитить её. Она приподняла бровь, глядя на Лансера и Илию.       — Я замечаю удивительное отсутствие рожков среди вашей группы, — отметила она.       Лансер торжественно склонил голову.       — Мастер Адам пожертвовал своей жизнью, чтобы позволить остальным из нас сбежать от наших врагов. Леди Блейк теперь держит при себе мои Командные Заклинания.       — Так, ясно, — заметила бандитка. — Стоило ли ожидать многого от идиота.       — У тебя нет права оскорблять его! — выпалила Илия. — Адам уничтожил врага, который мог парализовать Слуг. Он бы уничтожил тебя. То есть, если у тебя хоть когда-нибудь хватило смелости остаться и биться.       — Парализовать Слу… Хейзела? Адам умер, идя на Хейзела? — Рейвен издала смешок. — Ненавижу говорить тебе это, маленькая ящерка, но Хейзел не умер. Особенно, не от руки Адама.       Глаза Илии и Лансера округлились.       Рейвен посмотрела на Озпина и Кроу.       — Вы не сказали им?       Кроу зарычал.       — Есть много, что скрывать.       — Хватит этих игр, Рейвен, — вмешался Озпин. — Что ты хочешь?       Рейвен ухмыльнулась.       — Я так полагаю, вы покинули убежище, узнав, что Лайонхарт предал вас? Ну, Хейвен под контролем Салем нехорошо ни для кого. Особенно, после того как кто-то сказал им, что я — Дева Весны.       — Если тебе не хотелось этой работёнки, тебе не следовало убивать ребёнка, — сердито нахмурился Кроу.       Что вызвало реакцию. Это было незаметно, но Руби разглядела, что хватка Рейвен на мече сжалась крепче.       — Они послали за моим племенем Слугу, некоего Райдера Альтера. Если бы я прямо не предупредила их, их бы убили.       — Чего ты хочешь, извинений? — огрызнулся Кроу.       — Кроу, — умерил его пыл Озпин, протягивая руку. Он повернулся к Рейвен. — Как ты узнала об этом, Рейвен?       — Как ты сказал, когда наделил нас нашими силами? "Гримм не чувствует животных, а люди не обращают внимания на птицу в окне", — произнесла Рейвен. — Это было не так уж и трудно. Но это только вопрос времени, когда моя удача иссякнет, и они отыщут меня, чтобы сделать предложение, от которого я не смогу отказаться. Я хочу нанести удар до того, как они получат этот шанс, но я не хочу испытывать судьбу против Кастера и тех двух чёрных Слуг.       — Трёх.       — Что?       — Эти чёрные Слуги, Альтеры, их трое, — сообщила ей Руби. — По крайней мере, с теми, с кем мы сталкивались. Ты сказала, что у них есть Райдер Альтер, а мы сражались с Лансером Альтером и Сэйбер Альтер.       Ещё одно напоминание о её неудаче в Биконе. Её почти раздавило чувством вины за то, что её глаза сделали с Артурией, но, теперь, узнать, что случилось с ней в итоге? Знать, что Салем вызвала её, обернув Артурию искажённым чёрным рыцарем, чтобы та убила своих собственных детей? Если бы Жон и Арчер уже не вбили ей в голову, что случившееся при падении Бикона не было её виной.…       …       …       … Наверное, было к лучшему, что Арчер держал при себе Кресент Роуз, когда Руби узнала новости.       — Прекрасно, — сухо заметила Рейвен. — Мои Берсеркеры сильны, но что-то не так… с этими Альтерами. Сражаться с ними в одиночку было бы глупо. Я предлагаю объединить усилия, чтобы убрать Лайонхарта с его поста и выгнать Салем из Мистраля. После этого я открою хранилище Девы Весны, и вы сможете забрать Реликвию Знаний в безопасное место в Атласе, что уменьшит мой приоритет в списке целей Салем.       — И оставит Реликвию уязвимой, — заметил Озпин.       — Лучше ей быть в самом защищённом королевстве, чем в том, где Охотники все мертвы, — возразила Рейвен. — Кроме того, независимо от того, поймает ли меня Салем, их Кастер усердно работала, обходя чары хранилища. Я не знаю, насколько она искусна, но, если уж она добралась до Трона, я сомневаюсь, что она только лает и не кусает.       — Это мягко сказано, — высказался Арчер. — Медея была первоклассной волшебницей в своё время, а это была Эпоха Богов.       Берсеркер пошевелился, его пылающий красный глаз замер на Арчере.       Рейвен приподняла бровь, при виде движения своего Слуги.       — Медея, говоришь?       — Она и ваш Слуга знали друг друга при жизни, — открыл Арчер. — Она и Геракл служили вместе на одном судне.       — Чудесам нет конца, — фыркнула бандитка. Её улыбка потеплела, когда она глянула на своего Слугу. — Геракл? Так вот твоё имя? Оно тебе подходит.       — Давайте дальше, — надавила Мордред. — Может ли эта ведьма прорваться сквозь хранилище?       — Возможно, — с долгим вздохом признал Озпин. — Ведьма Предательства — могущественный и проницательный маг. С силой Слуги и Салем за своей спиной, она вполне в состоянии отыскать способ. На это у неё уйдут месяцы, быть может, даже годы, но она справится.       — Или удивит нас целиком и полностью и наткнётся на ответ уже завтра, — указал Жон. — Если я что и выяснил о магии, так это то, что она совершенно непредсказуема. Но даже если мы добудем Реликвию, как мы доставим её в Атлас? Они закрыли свои границы.       — О, да брось, малыш, неужто ты думал, что вот он хоть когда-нибудь оставит себя без чёрного входа в каждое королевство? — рассмеялась Рейвен, указывая на Озпина. — У каждого из нас есть код, который мы можем дать чиновникам любого королевства, и это вызовет директора той страны, чтобы во всём разобраться.       — Твой с той поры был отозван, — вмешался Озпин.       — Это особенно удобно в Атласе, где Айронвуд, по сути, является королём. Но я уверена, что он хочет попасть туда как можно скорее, так как его жестяная кукла, кажется, ведет себя немного менее бережно с Реликвией Творения, чем ему хотелось бы, по крайней мере, если фестиваль Вайтела на что-то указывал.       Руби удивилась. Фестиваль Вайтела? Какого чёрта он имеет отношение к Реликвии Творения?       — Ясно, ясно, мы поняли. Озпин намутил какие-то теневые делишки. Мы, вероятно, должны что-то предпринять, как только разберёмся с концом света, — проворчала Нора. — Так каков действительный план на это сражение? Собрать всех наших Слуг вместе и бродить с ними?       — Это было бы неразумно, — посоветовал Арчер. — Если мы все уйдём, семья Арк останется без присмотра.       — Это ваша главная забота? — ошеломлённо спросила Рейвен. — Идёт Война. Что может подвергать их такой опасности, что им требуется постоянная охрана?       — Гильгамеш.       Лицо Рейвен застыло.       — Он в городе, — продолжил Арчер, играя на страхе предводительницы бандитов. — Со временем он, в конце концов, выследит нас, и, поскольку он чувствует нездоровое собственничество к матери Жона, он будет очень зол, если найдёт остальных её детей.       Руби вздрогнула. Несмотря на заверения Арчера, что он справится с Королем Героев, она не могла не вспомнить, насколько полно он доминировал во время Падения. Даже Артурия, о мощи которой они только что получили жестокое напоминание, была совершенно бессильна против него.       Очевидно, Рейвен тоже не была в неведении относительно этого факта. Её глаза уставились на пол, на её лице застыл нехарактерный страх.       — Очень хорошо. Думаю, охрана нужна.       Руби в недоумении склонила голову.       "Арчер, она только что согласилась на это вот так скоро?"       "Похоже на то. Она надеется, что нашего присутствия с родными Арка будет достаточно, чтобы занять Гильгамеша, если он обнаружит наше местонахождение. По крайней мере, до тех пор, пока операция не будет завершена и она сама не сможет сбежать из города, прежде чем он узнает, что она остаётся в живых.       "Но он уже знает, что она жива. Янг сказала ему".       "Да. Но она об этом не знает".       Руби нахмурилась. Рейвен пыталась использовать их как отвлекающий маневр, чтобы Гильгамеш не отыскал её, но не осознавала, в какой опасности находится на самом деле. Морально правильно было бы сказать ей, дать понять, что она уязвима. За исключением того, что в тот момент, когда она узнает, что Гильгамеш в городе, и знает, что она жива, она уберется из Мистраля, прежде чем кто-либо из них успеет глазом моргнуть. А это означает, что не будет никаких Берсеркеров, способных обеспечить столь необходимую грубую силу против Альтеров.       Руби презирала себя, но если они не смогут одолеть силы Салем, весь Ремнант окажется уничтожен. Она не ненавидела свою тётю, но если бы это был выбор: предупредить её об опасности или спасти мир… она обязана была выбрать мир.       Кроме того, Арчер говорил, что способен справится с Гильгамешем.       Он мог справиться с ним.       …       …       …       Он мог справиться с ним.       — Сэйбер и Арчера должно оказаться достаточно, чтобы сдержать любое нападение здесь, — предложил Озпин. — Руби и Жону, вероятно, тоже следует остаться, поскольку у них обоих мало Командных Заклинаний. Нора и Рен должны поступить так же, чтобы помочь сохранять семью Арк в безопасности, если что-то случится.       Рен невозмутимо кивнул.       — Мы можем это сделать.       — Да уж! — зааплодировала Нора. — Пока мы рядом, никто не тронет сестёр Мор-Мор и Жона!       Она и Мордред дали друг другу пять.       — Так что остается Лансер, мои Берсеркеры, Райдер, Янг, Оз, Кроу, девушка-кошка, хамелеон, Вернал и я для штурма, — подсчитала Рейвен.       Кроу приподнял бровь.       — Кто, блин, Вернал?       — Её заместительница, — пояснила Илия. — Мы сражались с ней в Ониюри. Она — сука.       — С которой вам пришлось драться вчетвером, чтобы победить, — отрезала Рейвен, неожиданно жёстко защищая свою соплеменницу. — Вам нужно будет дать Лайонхарту причину, по которой вы пришли к нему, чтобы не вызвать у него подозрений. Например, мой разум, наконец, сломался под натиском двух чар Безумного Усиления, и один из моих последователей продал меня из страха перед тем, куда их приведет моё безумие. Говоря гипотетически, разумеется.       — Разумеется, — Озпин саркастично фыркнул. — Наши противники?       — Если мы ударим сейчас, до того, как Райдер Альтер и команда, с которой вы столкнулись в штаб-квартире «Белого Клыка», смогут вернуться, не слишком тяжелые, — пообещала Рейвен. — Со стороны Слуг есть Лансер Альтер и Кастер. Не думаю, что вам удалось также установить личность первого?       — Его зовут Кухулин, — беспечно ответил Арчер. Он указал на Лансера. — По сути это версия его страны…, — показал он на Геракла, — … его.       Лансер округлил глаза.       — Гончая Кулана сражается за наших врагов?       — Да, и он ещё прибавил в мощности. Как будто этот назойливый ублюдок нуждается в этом.       — Они всегда так, — вздохнула Рейвен. — Ладно. Что касается всех остальных, то там, очевидно, сам Лайонхарт, какая-то зеленоволосая девушка…       — Эмеральд, — прорычала Блейк. — Она была товарищем по команде Синдер. Она похитила Вайсс, чтобы Салем… развратила её.       — Постойте, Вайсс Шни?! — воскликнула Илия. — Она с Салем?       — Не по собственной воле, — мгновенно встал Жон на защиту, остановив мягкий взгляд на участнице «Белого Клыка». — Салем схватила её и превратила в Альтер, как и мою маму. Вайсс никогда бы не стала работать на неё добровольно.       Руки Руби в ярости сжались. Наряду с Киреем она считала Эмеральд одной из своих лучших друзей в команде CKSM. И точно так же, как Кирей, та предала её, только вместо того, чтобы едва не убить Янг, Эмеральд предала Вайсс Салем. Теперь разум её партнерши был искажен, пойман в ловушку, в сражении за силы зла, и во всем виновата зеленоволосая девушка.       Лицо Рейвен скривилось от ужаса.       — Ну ... это объясняет, что она с ними делала. Она и Лансер Альтер, кажется, проводят много времени вместе, так что это может стать проблемой, если вы все не готовы выступить против неё.       — Мы выступим, — с нажимом произнёс Кроу, отмечая противоречивые выражения на лицах всех детей, кроме Илии. — Мы можем справиться со злой мини-Снежной Королевой. Есть ещё о ком стоит волноваться?       — Есть один. Это высокий мужчина в красивом костюме и с усами. Кажется, остальные звали его Уоттс. Ни о чём не говорит?       — Есть немного, — подтвердил Озпин. — Доктор Артур Уоттс был выдающимся учёным из Атласа, который впал в немилость, когда его обнаружили практикующим незаконные эксперименты на невольных подопытных. Ходили слухи, что он искал Грааль, так что Саммер и я пытались разыскать его во время предыдущей Войны.       — А теперь он присоединился к Салем, — плоским тоном отметил Жон. — Потому что, конечно, почему бы и нет.       — Эх, — Нора пожала плечами. — Безумный ученый был единственным злым архетипом, которого им всё равно не хватало.       — Если на этом всё, нам нужно немедленно выдвигаться в путь, — предложила Рейвен. — Мы не должны давать им шанс укрепиться.       Озпин нахмурился.       — Янг и Райдер всё ещё отвозят Сиенну Хан.       — Тогда позвони им, расскажи о плане и выходи. Райдер быстрее любого из Слуг, он может выступать кавалерией, — настаивала Рейвен. — Нам нужно выдвигаться сейчас, иначе мы упустим шанс.       — Ты имеешь в виду, Гильгамеш может найти тебя, — ответила Руби ровным тоном. Она спокойно смотрела на лидершу бандитов, даже когда тёмно-красные глаза сердито уставились на неё. — Это правда, не пытайся отрицать. Так вот почему ты все эти годы держалась в стороне? Чтобы было сложнее тебя найти?       Рейвен оскалила зубы.       — Дело в том, что племя, как бы хорошо мы ни были известны, мало кто знает по-настоящему. Мое имя наводит страх на деревни, но никому не ведомо, как я выгляжу.       Она постучала по сложной маске Гримм у талии.       — Эта маска распространяет мою репутацию, где бы она ни оказалась, но под ней может быть кто угодно. "Рейвен Бранвен" — это призрак, страшилка, по крайней мере, по мнению тех, кто не в курсе. Даже если шепот обо мне достигнет ушей Гильгамеша, он быстро отбросит его, как о глупце, пытающимся воспользоваться моим именем. В конце концов, он уже убил меня.       Она нахмурилась.       — Сертифицированная Охотница с другой стороны — общеизвестный факт. Если бы я вернулась на действительную службу, Гильгамеш выследил бы меня, как Саммер.       — Чего бы он не сделал, если бы ты не втянула её в его ограбление, — выпалил Кроу. — О чём ты думала, Рейвен? Ты убила её!       — Ты думаешь, я хотела?! — заорала Рейвен, её глаза вспыхнули буквальным огнём. — Я допустила ошибку. Но, по крайней мере, я хоть что-то делала! — она вытянула руку по направлению к Озпину. — Что бы ты сделал? Слушал идиота, который терпит неудачу с тех пор, как разбилась Луна? Просто ждал и надеялся, что что-то произойдет, чтобы остановить Салем от убийства нас всех? Молился бы о чуде, посылая умирать поколение за поколением? Отправил Янг умирать? Просыпайся, расти! Чудес не бывает! Нет, если только ты не сделаешь чудо, когда появится возможность, как я и поступила.       — Тогда почему Салем ещё не мертва? — парировал Кроу. — Где то поразительное чудо, которое ты сотворила?       Рейвен виновато отвела взгляд. Огонь вокруг её глаз угас.       — Как я уже сказала, я совершила ошибку. Я переоценила Ланселота, но всё по-прежнему идёт по плану.       — По плану? Пытаться убить меня — часть плана? Оставить Тая умирать?       — Не будь идиотом, Кроу. Я не хотела, чтобы что угодно из этого случилось.       — Откуда, чёрт возьми, я должен был об этом узнать? — взревел Кроу.       Руби сглотнула. Она никогда не видела своего дядю таким разъярённым, даже папа когда выбросил его фляжку. Он выпустил наружу многое, вещи, которые, видимо, накапливались в течение какого-то времени. Даже Мордред и Арчер отступили на шаг.       — Ты ничего не рассказываешь нам, Рей! Ты ушла, не сказав ни слова! У тебя была Дева Весны, и вместо того, чтобы дать нам знать, ты убила её! А теперь ты приходишь сюда и говоришь о каком-то секретном плане, который, по-видимому, вынашиваешь уже более полутора десятилетий, и отказываешься сообщить нам о нём первым делом, кроме того, что ты разозлила одно из самых могущественных существ на планете! Ты много жалуешься на то, что Оз хранит секреты, но и ты вовсе не звёздный переговорщик. По крайней мере, он хоть говорит об этом прямо.       — Кроу, — вмешался Озпин. — Довольно. Это не помогает.       Дядя Кроу неохотно сунул руки в карманы и сделал шаг назад, хмуро, не отрываясь, глядя на сестру.       — Рейвен, — тихо проговорил бывший директор, — если ты так уверена в своем плане, почему бы просто не помочь нам? Давай действительно объединим силы, а не будем торговаться по частям, как сейчас.       — Я думала, это очевидно, — призналась предводительница бандитов. — У меня есть своё собственное желание для Грааля.       — Какое? — спросила Руби. Она шагнула вперёд, Рейвен тут же отвела взгляд от неё. — Если это твой секретный план уничтожения Салем, тогда всё в порядке. Это здорово. Но Янг рассказала мне о том, что ты говорила в Вейле. Ты позволишь папе умереть, чтобы ты могла пожелать чего-то, что, как ты говоришь, он поддержит. Что это? Если у тебя уже есть способ остановить Салем, что ты можешь пожелать?       — Саммер.       Руби показалось, что в её живот только что выстрелили из пушки. Её глаза округлились от шока.       Она… она хотела вернуть… она… она… она…       — Нет, — девушка в красном капюшоне опровергла эти слова, её собственный рот онемел, даже когда она говорила. — Нет, это... ты не можешь так поступить. Мама ушла. Она мертва. Мы не можем вернуть её, не изменив прошлого, а это рискует всем миром. Она никогда не захочет этого.       — Она хотела жить, — мягко ответила Рейвен. — Она хотела спасти всех, стать героем. Это заняло…, нам потребовалось так много времени, чтобы пробиться к ней. Ты помнишь, Кроу? Как она, не задумываясь, бросалась навстречу опасности, вне зависимости, кто подходил лучше? Мы ей помогли. Мы убедили её жить для большего, жить моментом, точно так же, как она помогла нам стать лучше. Она хотела создать семью, со всеми нами. Но я нуждалась в её помощи, и из-за этого её втянуло в это дело…       — Это неважно.       Рейвен остановилась. Она уставилась на Руби, на её лице отобразилось замешательство.       — Что?       Руби ничего не могла c собой поделать. Она точно знала, что творилось в голове Рейвен последние два десятилетия. То же самое мелькало у неё в голове после того, как её ошибки привели к гибели Пирры и Артурии во время падения Бикона. То же самое, что мучило Жона с той ночи. Но в то время как Арчер вытащил её из этого состояния, и они оба, в свою очередь, помогли разобраться Жону, Рейвен оставалась со своей ненавистью к себе наедине, спрятавшись в самом тёмном уголке мира. Она не знала, что случится ещё одна Война Святого Грааля, что когда-нибудь появится шанс вернуть Саммер. И поэтому она думала, что убила свою лучшую подругу и разрушила жизнь своей семьи. И когда шанс исправить это, исправить её самую большую ошибку, чудесным образом упал ей на колени, она не могла сделать ничего иного, кроме как броситься на него. Вернуть лучшей подруге всё, ею заслуженное.       Но… иногда люди не получали заслуженное.       — Мы не можем пойти на риск, — произнесла Руби. — Я люблю свою маму, но мы — Охотницы. И она — тоже. А это значит, что мы не можем рисковать невинными людьми ради наших собственных целей. И этот твой план рискует всем миром. И ты это знаешь. Единственная причина, по которой ты даже рассматриваешь его, заключается в том, что ты отчаянно пытаешься избежать своей собственной вины. Но что сделано, то сделано, пути назад нет. Но это не значит, что нельзя ничего исправить. Работай с нами. Расскажи нам об этом своём плане, который вы вдвоём привели в действие, и, быть может, мы сумеем остановить Салем и Гильгамеша и защитить всех, кто ещё жив. Давай снова станем семьей. Все вместе.       На мгновение в глазах Рейвен показались слезы, сожаление и задумчивость отразились на её лице. На мгновение казалось, что преступница снова стала Охотницей.       Увы, это длилось недолго.       Рейвен крепко зажмурилась. Она сжала кулаки и с болью покачала головой.       — Ты вправду такая же, как она, — с сожалением пробормотала она. — Но я зашла слишком далеко.       — Это не значит, что ты не можешь попытаться вернуться назад.       — Ха! — рассмеялась Рейвен, но не самодовольно и не надменно, как в свои предыдущие вспышки смеха. Это звучало просто… устало. — Оз, как ты это делаешь? Целую вечность иметь дело с такими простыми душами, которые просто не перестают быть добрыми. Как ты продолжаешь делать то, что нужно?       Озпин грустно нахмурился, глядя на свою бывшую ученицу с выражением величайшего сочувствия в глазах.       — Я держу их вблизи. И они удерживают меня от захождения слишком далеко. Хотя, мисс Роуз права. Нам грозит забвение. Сейчас не время держаться по отдельности. Что вы с Саммер украли у Гильгамеша?       Глаза Рейвен испуганно распахнулись, её взгляд виновато упал на массивные ножны.       — Оз, чем больше людей знают, тем за большими он пойдёт, чтобы найти это.       — Ох, ради…, — выплюнул Кроу. — Почему мы вообще забавляемся этим? Она будет просто продолжать водить нас кругами.       — Когда ты ушла с нашей последней встречи, перед тем как впервые уйти, — задумался Озпин, — ты сказала, что выиграешь мою войну за меня. Что ты имела в виду…       — Нет.       Руби повернулась к Арчеру, как и все в комнате, недоумевая, почему он прервал переговоры, и ещё больше сбитая с толку тем, что увидела.       Исчезла спокойная, холодная, аналитическая маска её Слуги. Теперь его серо-стальные глаза широко округлились от недоверия, а челюсть практически упала на пол.       — Нет. Нет, нет, нет, нет, нет! — восклицал он, каждому слову вторило полное неверие. — Вы не сделали. Никаких шансов. Никто бы не сделал этого. Никто не мог этого сделать.       — Сделать что? — спросил Жон. — Это одна из тех вещей, которые все уже поняли, просто я туговат?       Нора пожала плечами.       — Возможно? Понятия не имею. Рен?       Последний участник команды JNPR пожал плечами.       — Ничего.       — Есть одна вещь…, — глаза Озпина расширились, а тело содрогнулось. Его ошеломленный взор остановился на Рейвен, даже не скользнув к кофейной кружке, которую бывший директор только что случайно выронил на пол. — Ты ненормальная?       Рейвен вздохнула. Она выхватила свой меч и прорезала портал в воздухе.       — Как я уже сказала, я совершила ошибку. Я переоценила Рыцаря Чести Ланселота. Вернал будет здесь в течение часа. Я отправлюсь дожидаться вашего прибытия.       Озпин протянул руку.       — Рейвен, постой…       Слишком поздно. Предводительница бандитов прыгнула через вращающийся чёрно-красный портал и скрылась, Геракл исчез сразу же после. Мигом спустя улетучился и портал.       Озпин откинулся назад в своём кожаном кресле, по его лицу катился пот.       — О чём она только думала? Я знал, что она в отчаянии, но как она могла рискнуть вызвать его гнев таким образом?       — Как она вообще смогла это сделать? — рассуждал Арчер, задыхаясь. — Он почти никогда не достаёт это ни для чего, и я не могу себе представить, чтобы они надавили на него достаточно сильно, чтобы использовать это. Они вошли во Врата? Как они выбрались? Как? Как?       — Гм, шут, фальшивый Мерлин, — обрезала их Мордред. — Не хотите просветить остальных?       — Ага, — тоненьким голоском обратилась Руби. Простите её за то, что она согласилась с Мордред, но когда и её спокойный директор, и её стальной, вечно невозмутимый дядя были чем-то выведены из себя, это имело тенденцию возбуждать её любопытство. — Что они взяли?

***

      — Я не знаю! Клянусь, я не знаю! — провопил неряшливый бандит. — Она просто сказала, что едет в Мистраль, взяла с собой небольшую команду! Никакой конкретики!       Гильгамеш нахмурился. Ещё одна бесполезная шавка.       — Кирей.       Священник кивнул и сломал никчёмному разбойнику шею, его жалкие крики больше не отвлекали внимания золотого человека.       Король Героев находился в ярости. Он был обманут. Почти два десятилетия его обманывали. Он думал, что первую воришку уничтожило во время её попытки удрать, в уверенности, что Врата Вавилона окончательно обратили её в пепел. Даже позже, когда до него дошли слухи о племени Бранвен и его якобы грозной предводительнице, он сразу же отверг их. Вполне естественно, что разбойники пытались выдать себя более внушающими страх, чем они являлись на самом деле, именами более страшных личностей (Ассасин Кирея из четвертой Войны был одним из многих, кто носил это имя, в конце-то концов). И убогая бандитка, ниже, чем дворняга, которой она могла быть, безусловно, была более компетентной, чем обычные головорезы. Он верил в свои собственные способности.       Возможно, если бы Энкиду присутствовал, он отчитал бы его за то, что его мнение было надменным.       После дискуссии с новой Мастер Короля Завоевателей он немедленно воссоединился с Киреем и отправился охотиться на нечисть. Ассасина отправили с отдельным заданием, способное, по мнению священника, принести плоды, но их было более чем достаточно, чтобы выследить последнюю стоянку племени Бранвен. Даже когда они нашли место заброшенным, а также орду мерзостей, марширующую наружу, Кирею не потребовалось много времени, чтобы выследить трусливых бандитов. А затем начался допрос.       Если ничего другого из этой экскурсии и не получилось, то, по крайней мере, Король Героев извлёк возможность насладиться великолепным развлечением, наблюдая за работой Кирея.       Один за другим, каждый бандит оказался распят на деревьях леса, которым, как они думали, они правили. Затем Кирей избирательно применял как Чёрные ключи, так и магию, чтобы вызвать максимальное количество боли, не убивая цель. Священник потратил много долгих часов, развивая свою технику, в конечном счёте, он получал удовольствие от страданий других, а не просто от их гибели. По крайней мере, в этом мастер короля был тренирован лучше. Собственный стиль допроса Гильгамеша, как правило, оканчивался тем, что он терял самообладание и уничтожал отребье, прежде чем то могло поведать ему, что требовалось узнать, по крайней мере, в вопросах такого личного значения для него.       К несчастью, воровка, похоже, поступила мудро. Она забрала всех, кому доверяла, в Мистраль и оставила только ораву идиотских боевиков. Они перебили их всех, но по-прежнему не приблизились к тому, чтобы найти грабительницу и, как следствие, его сокровище. Если в ближайшее время они не найдут никаких зацепок, он потеряет терпение и начнет действовать по запасному плану.       А это было бы очень прискорбно. Он и впрямь наслаждался мистральскими винами.       — Кирей, есть другие мысли?       Священник с удовлетворённой ухмылкой оглядел своё творение из трупов. Он воздел свою правую руку, украшенную теперь четырьмя Командными Заклинаниями вместо пяти, бывших у него несколько дней назад.       — Есть одна, мой король. Это должно прибыть уже скоро.       Через несколько минут рядом с ними возник Ассасин.       Гильгамешу не нравился Ассасин. Прежде всего, он питал естественное презрение к подобным прокрадывающимся трусам, так что явление глупой дворняги, Мастера Сэйбер, из четвертой Войны не принесло ни удовольствия, ни неожиданности. Ублюдку хватило наглости прервать бракосочетание короля, но его действия также привели к тому, что их доставило на Ремнант. Ради этого и из-за того удовольствия, которое Кирей, казалось, получал от его присутствия, золотой монарх терпел существование этого человека. И если догадка Кирея оказалась верна, эта терпимость скоро принесет свои плоды.       Кирей едко оскалился своему Слуге.       — Ассасин, докладывай.       Сомнительный человек зарычал, явно пытаясь не сказать ничего, но не в силах противиться Командному Заклинанию.       — Как ты приказывал, я последовал за Сэйбл Арк с работы домой в форме духа. По прибытии я продолжал скрывать свое присутствие и наблюдал за группой без их ведома, не пытаясь предупредить их о моем присутствии. Они добавили в свои ряды Лансера четвертой Войны, Диармайда уа Дубне, с Блейк Белладонной в качестве его Мастер.       Шавка под командованием шавки. Как скучно. Видимо, несмотря на навыки Ассасина, он не смог вернуться с какой бы то ни было полезной информацией…       — Они вступили в союз с Рейвен Бранвен, которая, очевидно, контролирует и Ланселота, и Геракла, как Берсеркеров.       Кулаки Гильгамеша сжались. С другой стороны…       Ассасин быстро раскрыл остальную часть состоявшейся дискуссии. О смерти Адама Тауруса от рук Хейзела Рейнарта, кем бы тот не был.       Несколько разочаровывало, что фавн-бык оказался первым Мастером, погибшим в Войне, но, по крайней мере, тот принял слова короля близко к сердцу и стремился к тому, чего хотел, чего бы это ему ни стоило. Из этого можно было извлечь некое отличное развлечение.       Что ещё важнее, воровка теперь знала, что он идёт за ней. И, с её уничтоженным племенем, она скоро сбежит навстречу ветру, и тогда выслеживать её станет утомительно. Он всё равно продолжит преследование, чтобы вернуть себе принадлежащее ему, но было бы предпочтительнее захватить этот отброс сейчас. Она будет настороже, но он точно знал, где она окажется.       — Кирей, ты отправишься в Хейвен и присмотришь за воровкой, — скомандовал он. — Когда она появится и двинется за этой "Реликвией Знания", ты призовёшь меня Командным Заклинанием.       Кирей склонил голову.       — Конечно, мой король. Хотя мне любопытно, почему вы сами не хотите присматривать за школой.       — У меня есть другие дела, — сообщил он ему. — Это печально, но результаты неверности Сэйбер должны быть вычищены. Кроме того, силы, охраняющие Хейвен, непременно почувствуют мое великолепное присутствие и сосредоточатся на мне как на самой опасной угрозе. Истреблять их будет пустой тратой моего времени.       — Несомненно, — признал Кирей. — Однако могу ли я обратиться с просьбой? Я хочу послать Ассасина в мотель прежде вас.       — О. Уж не намекаешь ли ты, что мне, из всех людей, потребуется помощь в борьбе с этими полукровками? Ты, Кирей?       — Вовсе нет. Я просто хочу насладиться… личным удовольствием.       Гильгамеш ухмыльнулся Ассасину, кипящему от злости на своего Мастера.       — Хочешь установить отца против сына? Очень хорошо. Одной дворнягой меньше, чтобы мутить мне глаза.       Кирей поклонился и повернулся к своему Слуге. Ассасин заёрзал, когда священник вытянул руку.       — Моим Командным Заклинанием, Эмия Кирицугу…       Гильгамеш не стал дослушивать остальную часть приказа, вместо этого уставившись вдаль, в сторону Мистраля. Города, где он, наконец, получит ключ к возвращению своего сокровища. Даже если ему придется сжечь столицу и всех Слуг на своем пути до основания, чтобы заполучить его. Ничто не встанет у него на пути.       "Эа. Просто подожди ещё чуть-чуть. Я иду за тобой".