RWBY Zero

      — Итак, пожалуйста, дайте мне знать, всё ли я правильно понял, — вслух проговорил генерал Айронвуд, сидя в своем командирском кресле. — Рейвен Бранвен — Дева Весны, и она, и Реликвия Знания находятся во владении Кирея Котомине и Гильгамеша, самого могущественного из всех Героических Духов, хотя у него и нет какого-то разрушающего мир меча. Я прав до сих пор?       — Ага.       — Чудно. А кроме того, Салем убила Жака и Уитли и испортила Вайсс какой-то злой грязью. И эта новая злая Вайсс…       — Вайсс Альтер.       — Вайсс Альтер вызвала трех Альтер-Слуг, чтобы поддержать их силы, в дополнение к Кастер и Хейзелу Рейнарту, самый слабый из которых способен вызвать десятитысячную армию псевдо-Слуг. И Озпин — у них. Это всё?       — В значительной степени.       Айронвуд откинулся на спинку стула, его обычно спокойные и сосредоточенные глаза были парализованы шоком.       — О боги.       — К черту богов, Джеймс, их здесь нет. А если бы они и были, то они находились бы в таком же дерьме, как и мы, — отрезала Кристал Шни со своего инвалидного кресла, её собственный холодный взгляд был прикован к полу, а кулаки сжались от ярости. — Эта сука… она убила моего сына и превратила мою дочь в свою извращенную марионетку… она умрет за это.       Руби оценила её упорство. Оно было резким и сосредоточенным, как и целеустремлённость Вайсс в Биконе, говорящее о бессилии, которое не может быть преодолено, что, определённо, было очевидно, так как глава семейства Шни была не в состоянии сражаться. Девушке в красном капюшоне никогда не приходило в голову, что она никогда не думала расспрашивать свою партнёршу о её матери, и те немногие упоминания, которые она получила о привычках этой женщины к выпивке, достаточно отвлекли её от этой темы.       И все же она не думала, что могла бы принять эту женщину за кого-то, кроме родительницы своей старой подруги. Даже если отбросить в сторону знаменитые белые волосы Шни, в Кристал присутствовала грация, элегантное самообладание, сохранявшееся даже тогда, когда она сидела, сгорбившись, в инвалидном кресле, свойство, которое Руби отметила в Вайсс и Винтер, даже во время пиков их надменности, непреклонное упорство делать все, что в их силах, ради достижения их целей.       Отсутствие этого качества в Винтер было, пожалуй, самой обескураживающей реакцией на историю группы. Руби, Жон и Блейк сидели перед столом Айронвуда, за которым сидели он и Кристал, а Винтер и Пенн…«П-2» — по сторонам. Точно так же Кирицугу, Мордред и Диармайд стояли позади своих Мастеров.       Винтер, которую Руби впервые увидела стоящей в идеальной военной позе, когда спускалась с дирижабля, прислонилась к задней стене, её обычно ледяные глаза были разбитыми словно стекло. Грудь девушки вздымалась и опускалась, когда её дыхание громко входило и выходило из легких, рука в перчатке поднялась, чтобы схватиться за лоб.       — Это… это разложение…, — она запнулась, совсем не похожая на властную Охотницу, какой была раньше. — Есть ли лекарство? Есть ли какой-нибудь способ удалить его?       — Насколько нам известно, нет, — неохотно призналась Руби. — Если бы мы его знали, то уже воспользовались бы им.       — Но есть и другие варианты, которые мы можем изучить, — внезапно вмешалась Блейк. — Мы просто… мы работаем над этим.       Руби подняла бровь. О чем говорила Блейк? Они не обсуждали никаких возможных вариантов освобождения Вайсс. Обсуждать было нечего. Она пыталась дать им ложную надежду, использовать её ради манипуляций? Нет, это было не в стиле Блейк. Кроме того, они не могли позволить своим союзникам не знать об опасности, которую представлял их товарищ по команде. Если они оставят её в живых, когда появится шанс покончить с ней, это может обернуться катастрофой.       — Однако мы не знаем, сработают ли наши возможности к тому времени, когда мы доберемся до владений Гримм, — тактично продолжила Руби. — Если это случится…       — Вы попытаетесь убить её, — с горечью заявила Кристал, не отрывая глаз от пола.       — Что? — ахнула Винтер. — Вы не можете! Её похитили против воли, бросили в эту грязь! Возможно, ещё есть способ достучаться до неё….       — Она убила дядю Кроу, — прямо высказалась Руби, остановив специалиста и даже заставив глаза Айронвуда широко раскрыться. — Я видела рану. Я знаю клинок Миртенастера лучше, чем кто-либо другой, за исключением самой Вайсс. Она пронзила его прямо ему в сердце.       — Это мог быть кто-то другой, — возразила Винтер. — Вы сказали, что не видели это, кто-то другой мог схватить оружие во время боя.       — Возможно, но маловероятно, — ответила Руби. — При всем моем уважении, Винтер, ты её не видела. Эта Альтер, она уже практически даже не Вайсс. Салем исказила её, задушила её лучшие качества и выдвинула на первый план всё, что она ненавидела в себе. Она убьет столько людей, сколько прикажет Салем, и будет убивать с улыбкой на лице. Она — чудовище, и если в ней все еще есть что-то от настоящей Вайсс, то мы обязаны сделать так, чтобы на её руках больше не было крови.       Она не хотела причинять Винтер больше боли, чем уже причинил её отчет. Охотнице говорили, что её младшая сестра, которую она практически вырастила, стала демоном на службе у королевы Гримм, и, конечно же, ей хотелось бы спасти Вайсс. Руби тоже хотела спасти её. Вайсс заслуживала спасения.       Но люди редко получают по заслугам. Она не хотела убивать свою напарницу, но не видела иного пути для войны. Не было никакого конца сказки, где и её испорченная подруга, и всё остальное человечество оставались бы в живых.       — Если мисс Шни была ответственна за вызов этих Альтер-Слуг, то нам придется удалить её из сил Салем, если мы хотим помешать им вызвать еще кого-нибудь, — указала «П-2». — Однако спасти её и излечить от этой порчи было бы предпочтительнее, чем покончить с ней. Вполне возможно, что она и специалист Шни могли бы вызвать помощь с Трона.       У Руби ёкнуло сердце. Она, возможно, была бы несколько смущена этим фактом, если бы остальная часть её группы, включая Кирицугу и Мордред, немедленно не округлила бы глаза.       — Подожди, что? — спросил Жон. — Постойте секунду. Что ты имеешь в виду, говоря, что Вайсс и Винтер могли бы вызвать поддержку с Трона?       — Именно это, хотя это только теория, — объяснила «П-2». — По какой-то неизвестной причине глифы призыва Шни способны проникать в Трон Героев и вытягивать Героических Духов, подобно тому, как наш враг создает Гримм.       — Создает... Гримм — это Слуги? — заикаясь, проговорила Блейк. — Это... как? Даже самые слабые Героические Духи намного сильнее обычных людей или даже Охотников. Разве мы все не должны были уже умереть?       — Даже самый могущественный Дух мало что может сделать, когда ему дают низшее тело. Пока она не соединила свои способности с способностями Вайсс, видимо, Салем не могла обеспечить своих солдат телами или умами, способными обеспечивать их истинную силу. Поскольку отдельные Шни гораздо менее могущественны, чем Мать Гримм, лучшее, что они могут сделать, — это возобновить Слуг в формах, которые они уже убили, — пояснила «П-2». — Или создать подходящую замену.       — Откуда ты вообще все это знаешь? — спросил Кирицугу. — Человечество сражалось с Гримм в течение многих лет, и все же только сейчас вы обнаружили их истинную природу?       — Формально, я — Рулер, — напомнила ему «П-2». — Хотя мне нет места на Троне, мое Определение Истинного Имени столь же эффективно для Гримм, как и для любого другого Слуги, Кирицугу Эмия. После этого оставалась только простая логика.       — Прелестно, хотя вы поднимаете еще один отличный вопрос, — Кирицугу повернулся к Айронвуду и Винтер. — Как, черт возьми, вы создали искусственную Слугу?       — Случайно, — поняла Руби, не сводя глаз с «П-2». — Достойная замена… ты не должна была обладать разумом. Ты должна была стать оболочкой, — она прищурилась, когда её серебряные глаза вспыхнули. — Пенни должна была стать оболочкой.       Айронвуд вздохнул. Он поднялся на ноги и подошел к окну, отвернувшись, уставившись на снег.       — Проект "Полендина" возник как средство создания искусственной Девы, — пояснил генерал. — Озпин всегда верил в избранных девушек, но это никогда не устраивало меня, возложение на них подобного бремени. Кристал пришлось практически сдаться Жаку, чтобы укрыться, предыдущая Дева Весны сломалась под давлением. Оз сделал все, что мог, много веков назад, но я думал, что мы можем сделать большее. Мы были защитниками мира, мы не могли позволить ни в чем не повинным, потенциально гражданским женщинам взвалить на себя этот груз из ниоткуда.       — Значит, ты создал Пенни, чтобы нести это бремя? — поинтересовался Жон.       Руби не отрывала сурового взгляда от спины генерала, но она видела и другие преимущества, повлиявшие на его решение. Какими бы могущественными они ни были, Девы всё ещё оставались людьми, а потому обладали теми же слабостями, что и люди. Их можно было отравить, измотать, заколоть во сне, ударить дюжиной различных способов, которые не дали бы им шанса ответить огненным шаром. И они боялись, подвергались панике и бежали. Машина, по идее, должна быть верна до конца и не оставлять никого в опасности.       Вот только Пенни не была машиной.       — Фестиваль Вайтела должен был стать её первым полевым испытанием, — продолжил Айронвуд. — Мы хотели посмотреть, как Пенни справится с лучшими Охотниками грядущего поколения, прежде чем послать её разбираться с Гримм. Едва только мы убедились бы, что она справится сама и получит достаточно известности, я рассказал бы Озпину всю правду и порекомендовал бы сделать её нашим новым хранителем. Очевидно, так далеко дело не зашло.       — Не шутите, — отрезала Руби.       — Как вам вообще удалось провернуть такое? — спросил ошеломленный Жон. — Я знаю, что наука Атласа — лучшая в мире и всё такое, но создание жизни? Полноценного человека? Это кажется немного за гранью.       — Наука вряд ли является моей специальностью, этим занимается доктор Полендина, — сообщил им Айронвуд. — Но, хотя его замыслы, безусловно, были бесценны, он не был способен создать существо уровня Пенни без некоторой... помощи.       — Какая помощь могла бы сотворить нечто подобное?       — Реликвия Атласа, — догадалась Блейк. — Творение, верно?       Айронвуд кивнул.       — Именно так, мисс Белладонна. С помощью посоха мы смогли создать тело Пенни и активировать её. И после того, как в Биконе началась новая Война, мы использовали её и данные, которые Николас Шни собрал у своей Слуги в Пятой войне, чтобы построить тело, способное поддерживать Героический Дух в полную силу.       — Единственная проблема заключалась в том, что такое тело требовало гораздо больше энергии, чем первое, — сказала Кристал, пожимая плечами. — Пришлось потрудиться, но со временем, Джеппетто сумел перенести силу Девы Зимы из меня в «П-2». Все, что оставалось — это вызвать дух Слуги и поместить его в тело.       — Почему вы не можете просто использовать человеческое тело? — спросил Жон. — Я имею в виду, это, вероятно, не было бы идеально, но….       — Героический Дух — это существо из легенд, Мастер, — вклинилась Мордред. — И с этой легендой приходит сила, которая бросает вызов законам реальности. Было бы чудом, если бы человеческую душу не уничтожило по прибытии. И даже если бы Героический Дух смог каким-то образом обрести равновесие или просто сохранить контроль после того, как первоначальный владелец ушел, тело не смогло бы справиться с напряжением. Простое существование, не говоря уже о том, чтобы вызвать Благородный Фантазм, испепелило бы плоть.       — О, — заметил Жон, — тогда ладно.       — Но ты сказала, что ты — Фальшивая Рулер, — припомнила Блейк, косясь на «П-2». — Я так понимаю, процесс вызова прошел не по плану? Было ли твое тело несовместимо?       — Это тело вполне обладало способностью соответствовать предыдущему Героическому Духу Николаса Шни, спецификациям Жанны Д'Арк, — ответила «П-2». — Проблема была с её стороны. Был какой-то... блок на пути класса Рулер от Грааля, ограничение, удерживающее чашу от простого вызова арбитра самостоятельно.       — Кирей, — прорычал Кирицугу. — Он сказал мне, что после вмешательства Рулер в прошлую Войну они с Гильгамешем изменили ритуал призыва, дабы предотвратить подобную проблему на сей раз.       Руби сжала кулаки. Даже когда они не знали, что играют в эту игру, ублюдок был на два шага впереди них.       — А, это все объясняет, — отметила «П-2». — И все же Грааль хотел, чтобы мы преуспели. Он не оценил хаоса Войны и особенно махинаций Салем, — она указала на свой аметистовый глаз. — Хотя Жанна не могла полностью прибыть в этот мир, она была в состоянии пробиться кусочками копии, что должна была прийти, воспоминаниями и навыками, по большей части.       — Благородные Фантазмы? — осведомился Кирицугу.       «П-2» покачала головой.       — Доктор Полендина пытался скомпенсировать осложнения, насколько это было возможно, — объяснил Айронвуд, наконец снова повернувшись к ним. — Он сопоставил воспоминания Жанны с восстановленными воспоминаниями Пенни и написал новую программу для управления телом. С силой Девы, обеспечивающей энергию, она, по крайней мере, физически так же сильна, как Жанна, даже без Luminosite Eternelle и La Pucelle. Мы уже несколько месяцев мобилизуем все возможные силы для нападения на земли Гримм. Основная цель просто должна будет перейти от спасения Вайсс и Уитли к ликвидации Кастер.       — Сэр? — испуганно спросила Винтер.       — Мы понимаем, Джеймс, — горько вздохнула Кристал. Матриарх Шни посмотрела на Руби и Блейк. — Она говорила о вас двоих, когда вернулась в Атлас. Мне так много пели дифирамбы о вас, что у меня даже мелькнула мысль, не связано ли это с чем-то большим, чем дружба. Если придется… делайте, что должно, она бы этого хотела. Но, эти ваши альтернативные варианты, если вы не исследуете их все до того, как придет время, тогда, вне зависимости от того, все ли мы альтеризуемся в конце концов или нет, я приду за вами.       Руби кивнула в ответ на угрозу пожилой женщины. Она понятия не имела, что это за альтернативные методы, о которых упоминала Блейк, но у неё не было никаких возражений против их изучения. Она просто знала, что они будут пустой тратой времени. Не было никакой надежды спасти Вайсс.       Или была? В конце концов, она думала, что Пенни потеряна для неё, но теперь та стояла прямо перед ней….       Нет. Она проявляла сентиментальность. Как бы «П-2» ни походила на Пенни, это было лишь поверхностное сходство, и даже тогда вряд ли оно было совершенным. Фальшивая Рулер не была злой, но она была сосредоточенной, профессиональной и военной, что сильно контрастировало с её счастливым другом-роботом, вытащившей её наружу посреди ночи, чтобы поговорить со светлячками. Атлас взял остатки её подруги и перестроил их в их абсолютное оружие, мешанину из Пенни и этой Жанны Д'Арк. Она даже не могла сказать, что винит их, учитывая, насколько все было плохо.       Но... если какая-то часть её старой подруги была внутри модернизированной модели, тогда, возможно,…       Нет, она снова думала как ребенок, маленькая девочка, желающая воплощения своей сказки в жизнь. Но это было даже близко не похоже на правду. Не важно, как сильно она хотела, чтобы что-то было правдой, во имя лучшего, ей следует иметь дело с миром таким, какой он есть.       Верно?       Винтер нахмурилась, но заставила себя отсалютовать.       — Генерал, вы хотите отправиться немедленно?       — Именно так, — скомандовал Айронвуд. — Теперь, когда мы все вместе, нам нельзя терять ни минуты. Чтобы добраться до владений Гримм, потребуется несколько дней, так что к ночи мы уже должны быть в воздухе, — он повернулся к Блейк, его лицо было немного неуверенным. — Ты уверена, что «Белому Клыку» можно доверять?       Блейк кивнула.       — Илия связалась с Сиенной в Аргусе. Она уже в пути.       — Замечательно, — прокомментировал генерал. — Никогда не думал, что буду рассчитывать на подмогу от террористов, но, думаю, мы не можем позволить себе роскошь быть разборчивыми. Пусть твой друг пришлет ей координаты нашей точки входа, и они встретят нас там.       — Прошу прощения, сэр, — вмешался Диармайд. — Но, хотя я понимаю, что природа «Белого Клыка» делает публичный союз с ними... проблематичным, нет никакой гарантии, что они прибудут к месту вторжения одновременно с нами.       — Лансер прав, — вмешался Кирицугу, заработав прищуренный взгляд копьеносца. — Мы должны встретиться с ними в отдельном месте и объединить наши силы. Тогда мы сможем выработать стратегию….       — У нас нет на это времени! — гаркнул Айронвуд.       Руби приподняла бровь. Айронвуд был вспыльчив, но обычно ему удавалось держать себя в руках, и он был не из тех, кто бросается в бой, очертя голову, по крайней мере, если имеется выгодный вариант обойтись без этого. Она хотела нанести удар по Салем сильно и быстро, но оставлять всё на волю случая до прибытия всех их сил было просто глупо. Если не…       — Чего вы нам не сказали? — задала она вопрос.       Айронвуд пристыженно опустил глаза.       — Озпин или Кроу когда-нибудь рассказывали тебе, как связаны Девы и Реликвии?       — Они сказали нам, что Девы могут открыть Хранилища своих Реликвий, — ответила Руби. — И что их существование в надлежащем носителе удерживает их от автоматического возвращения к Салем. Сила удерживает их от телепортации обратно к ней. Вот почему она получила Реликвии Шейда и Бикона, когда Девы Лета и Осени были… уничтожены.       Глаза Кирицугу расширились.       — Твою мать.       — Что? — спросил Жон, явно испуганный, что выругался обычно тихий Ассасин. — Что не так?       — Мы предполагали, что как только сила Девы Зимы будет передана, она признает «П-2» своей новой владелицей, — объяснил Айронвуд. — Мы были не совсем правы. В то время как сила все еще существует внутри Рулер, обеспечивая её энергией, её связь с остальной частью защиты рухнула из-за технической неспособности найти официального владельца.       Жон побледнел.       — Подождите, это значит…       — У Салем есть Реликвия Творения, — раздраженно проворчала Руби. — У неё есть три Реликвии, в том числе и та, которая может создавать тела, способные содержать Слуг.       — Даже ей на это потребуется время, — сообщил Айронвуд. — Тот факт, что она рискнула вызвать только трех Альтеров при помощи своей собственной силы, доказывает, что она не всемогуща. Но нам нужно действовать быстро, иначе наше преимущество исчезнет.       — Ну что ж, — прорычала Руби. — Давайте выдвигаться. Мир не спасет себя сам.

***

      Жон всегда слышал рассказы об чудовищной величине армии Атласа, но видеть её воочию было чем-то другим, особенно из окна самого высокого коридора штаба Высшего Командования. На плацдарме собралось, должно быть, больше миллиона солдат, все они маршировали в свои различные челноки и носители в идеальном строю. Затем летательные аппараты поднимали их сквозь вихри в десятки боевых кораблей, господствующих в сером небе, легионы людей, дронов, роботов и паладинов уже были на борту и ожидали развертывания. Он думал, что оперативная группа, присланная в Бикон, была впечатляющей, но полная мощь вооруженных сил королевства оказалась просто ошеломительной.       — Айронвуд говорил, что вызвал всех солдат, которых смог найти, — заметил он. — Просто не ожидаешь… такого.       — Их, конечно, больше, чем было бы в мое время, надо отдать им должное, — отметила Мордред рядом с ним. — Но сколько среди них легенд?       Жон нахмурился. Какими бы впечатляющими ни были численность и технология Атласа, они все равно врывались на родину Гримм. И у тех будет десятикратное превосходство, если не выше. Большинство людей, за которыми он наблюдал, гордо марширующих за свою отчизну, никогда больше не увидят её снегов.       Но это произойдет в любом случае, если они потерпят неудачу. Эти люди имели право сражаться за свое королевство и свою жизнь. Он не мог сдержать их из-за какого-то ложного желания не дать им умереть за него. Они будут делать свою работу, чтобы он и другие хозяева и Слуги могли свободно делать свою. Это не было идеально, но это было то, что у них было.       — Жанна Д'Арк.       — Что? — Жон повернулся к Мордред. — Рулер, которую Айронвуд пытался вызвать? Что она?       Слуга удивленно подняла бровь.       — Жанна Д'Арк. И тебя зовут Жон Арк.       — Так?       — Так, они ведь совершенно одинаковые! — раздраженно выкрикнула Мордред. — Неужто ты этого не замечаешь?       Жон пожал плечами.       — Нет, они — не схожи. Она была девушкой. Я — парень. Есть разница.       — Значит, ты не думаешь, что, быть может, отец, назвавший тебя в честь святой, имеет большее значение?       — Жон — старинное имя фамилии Арк. Папа дал его мне. Возможно, это просто совпадение.       — В такой жизни как у нас?!       Жон рассмеялся.       — Единственное совпадение в нашей жизни. Они случаются, знаете ли.       Мордред закатила глаза.       — Говорит идиот, вызвавший гомункула своей матери, о существовании которого он даже не подозревал.       — Это не было совпадением, — заметил Жон. — Я использовал себя, маминого сына, в качестве катализатора, поэтому я получил другого маминого сына. Это не было запланировано. Но вряд ли это была случайность.       — Ты невозможен, — провозгласила Мордред. Она повернулась к нему спиной и пошла прочь. — Мы должны добраться до "Мантла", убедиться, что нам достанутся лучшие койки, ближайшие к кафетерию, иначе вся хорошая еда достанется Райдеру.       — Мордред, подожди, — окликнул её Жон, заставив остановиться. — Нам нужно кое о чем поговорить.       — О чём, Мастер?       — О твоём желании.       Плечи Мордред напряглись.       — Не беспокойся об этом, Мастер. Уверяю тебя, я сдержу слово, данное твоей сестре, и постараюсь, чтобы отец вернулся к вам.       — Я знаю. И я еще больше благодарен тебе за то, что ты знаешь, — сказал ей Жон. — Но не могу сказать, что я не удивлен.       — Чему же тут изумляться? Я — рыцарь. Помогать людям — это то, что мы должны делать.       — Мордред, пожалуйста, не говори со мной, как с другими людьми, — произнёс Жон. — Я тебя знаю. Твое желание значит для тебя больше, чем что-либо. Шанс вытащить Калибурн из камня, доказать, сколь многое ты освоил. Ты не откажешься от этого, по крайней мере, не так скоро.       — Если это единственное, что тебя беспокоит, то я легко могу это уладить, — ответила Мордред. — Я отказался от этой глупой мечты прямо перед тем, как мы отправились в штаб «Белого Клыка».       Жон прищурился.       — Ты... отказался от неё? Почему?       — Выбери причину, — фыркнула Мордред. — Вся эта история с Экскалибуром в лесу, мои новые поиски "кто такой Мордред" и тому подобная чепуха, или поиск чего-то еще, чего мне хотелось бы больше. Все они работают просто отлично.       — Нашел что-то, чего хотел больше? — спросил Жон. — Что это? Ты сказал, что отбросил своё желание перед штабом «Белого Клыка», ещё до того, как мы узнали о Сэйбер Альтер.       — Это не имеет значения, — прорычала Мордред, поворачиваясь к нему. — Как только мы выследим Кастер, и я одолею остальных в бою, я использую своё желание, чтобы очистить Сэйбер Альтер от порчи и вернуть тебе и твоим сестрам вашу мать.       — Почему?       — Что значит "почему"? Потому что это правильно.       — Не надо мне тут этого, — возразил Жон, глядя ей прямо в лицо. — Ты решил изменить свое желание только после Хейвена, а это значит, что между ними было что-то, чего ты хотел, мечта, ради которой ты готов был отказаться от Калибурна.       — Как я уже сказал, сейчас это не важно. Я спасу отца.       — Зачем?       — Потому что это то, чего ты хочешь! — проорала Мордред, отшатываясь от Жона. — Ты и Сапфир, и Сэйбл, и Коралл, и Лаванда, и Корал, и все вы! Черт, даже Николас, я уверен. Он просто слишком мил, чтобы просить после того, как сделал свое предложение в перв...       — Предложение? — перебил Жон. — Какое предложение?       Мордред, нахмурившись, отвернулась в сторону.       — Я делаю то, что лучше для твоей семьи. То, что я хочу, не имеет значения.       — Они и твоя семья тоже, — настаивал Жон. — Может, они и шокированы твоим и маминым прошлым, но они не хотят, чтобы ты так мучила себя.       — Да. Я знаю, — проинформировала его Мордред. — Николас ясно дал это понять. Вот почему он предложил мне остаться.       Жон удивленно моргнул и сделал шаг назад.       — Он предложил... твое желание.… ты хотела остаться. Остаться с нами?       — Похоже, это место не хуже любого другого, — с горечью заметила Мордред. — Но есть только одно желание, и это означает, что вместе ни я, ни отец больше не увидим Ремнанта. И только один из нас — король, который нужен этому миру.       — В этом мире уже как сто лет не было королей! — рявкнул Жон. — И, кроме того, как насчет Сэйбер Альтер? Вернуть маму можно только в том случае, если её душа продолжает находиться на этом плане бытия, и мы оба знаем, что, скорее всего, нам придется….       — Не жалей меня, Мастер. Я понимаю реалии этой Войны, — торжественно ответила Мордред. — Но если возникнет такая ситуация, а, учитывая нашу групповую склонность к маловероятному, это вполне правдоподобно, тогда я сделаю то, что от меня требуется, ради мира, ради нашей семьи и ради тебя.       — Я ничего от тебя не требую, — возразил Жон. — Никто из нас не просит тебя отказаться от своей мечты. Ты тоже член семьи.       Мордред прищурилась.       — А если бы тебе пришлось выбирать между матерью, которая родила тебя, вырастила, умерла за тебя, или незаконнорожденным братом, о существовании которого ты не знал до четырех месяцев назад, который бил тебя по лицу больше раз, чем кто-либо из нас может вспомнить, человеком, убившем твою любимую мать в её первой жизни, кого бы ты выбрал?       Жон со стыдом отвернулся. Они оба знали, что это не было выбором. Он хотел сказать, что выбор мог бы быть, но, даже несмотря на то, что он заботился о Мордред, как и об всех остальных сестрах, его мама все равно оставалась его мамой. Несмотря на все их споры, несмотря на все их ссоры, она вырастила его, научила ездить на велосипеде, сделала тем, кем он был. Он искал способ вернуть её обратно с самого Бикона, постоянно искал, несмотря на постоянные удары реальности от Арчера. Сейчас же его чудо находилось прямо перед ним, и единственный человек, который мог встать на его пути, благородно стоял в стороне.       И при этом отбрасывая себя прочь в процессе.       Мордред вздохнула, её плечи обреченно опустились.       — Так я и думал. Не могу сказать, что виню тебя. Я бы не выбрал себя. Не важно, кто я, кто будет, когда есть Король Рыцарей?       — Нет.       — Что?       — Я сказал "нет", — заявил Жон, его голубые глаза были тверды, как сапфиры. — Я не выберу маму.       Мордред сердито посмотрела на него.       — Не смей лгать мне, ублюдо…       — Я не выберу маму, потому что ты не выбираешь между семьёй, — смело продолжал он. — Ты имеешь такое же право на жизнь, как и мама, и такое же место в нашей семье. Я не собираюсь снова обрекать тебя на смерть.       — Ты — идиот! — взвыла Мордред, тряся головой. — Как ты думаешь, что произойдет?       — Не знаю, — признался Жон. — Но если я и научился чему-то за эту Войну, так это тому, что позволять вине управлять собой никому не помогает. Рейвен позволила, и она угодила под перекрестный огонь двух самых могущественных существ на планете. Руби и я почти сделали это после Бикона, и только благодаря Арчеру мы избежали падения на подобную дорожку. Если ты хочешь спасти маму, это прекрасно, я буду более чем благодарен. Но если ты хочешь этого, это должно быть потому, что это то, чего ты и взаправду хочешь. Ни я, ни папа, ни кто-либо из наших сестер, ты, Мордред.       Он отстегнул от пояса Авалон и Экскалибур и протянул их брату.       — Первенец короля Артура.       Мордред отпрянула от меча в ножнах, как от чумы, но она все равно не могла отвести от него глаз. Её рука бессознательно потянулась к нему, прежде чем она спохватилась и оттянула запястье назад.       — Я отдал их твоему отцу не просто так. Я не могу позволить, чтобы меня определяли они или сам король Артур.       — Я понимаю, — заверил её Жон. — Я понимаю это больше, чем ты думаешь. Но только потому, что это не всё, что ты есть, не означает, что они — не часть тебя, часть, которой ты можешь гордиться, независимо от твоих ошибок. Нет ничего постыдного в том, чтобы стоять на чужих легендах, если ты сражаешься, чтобы почтить их дело.       Мордред снова заколебалась, но медленно протянула руку, пока, наконец, не схватилась за лазурную рукоять легендарного клинка.       — Он не примет меня, — прошептала она. — Я — недостоин.       — Я тоже, — напомнил ей Жон. — Почти уверен, что никто, кроме мамы, на самом деле не является таковым в его глазах. Но это никому не приносит пользы. Меч сильнее как щит.       — У меня уже есть меч.       — И у меня тоже, — ухмыльнулся Жон. — Но я не из тех, кто обычно метает их в драке.       — О, ха-ха, очень смешно, — отрезала Мордред, выхватывая клинок из его руки. Она привязала Авалон к своему боку и извлекла Экскалибур, его сверкающая серебряная сталь завораживала в искусственном свете, сыновья Короля Рыцарей не могли отвернуться от меча, хотя оба знали, что победа далека от обещанной.       — Жон? — обеспокоенно пробормотала Мордред. — Мне нужно, чтобы ты пообещал мне кое-что.       Блондин приподнял бровь.       — Конечно. Что угодно.       — Не умирай.       Жон нахмурился.       — Ладно, пять секунд назад ты сказал, что понимаешь реалии войны…       — Я знаю, идиот, я говорил это! — рявкнула Мордред. — Я знаю, что никто из нас не может гарантировать, что мы справимся, но мне нужно, чтобы ты дал мне метафорическое обещание, понимаешь? Нравится нам это или нет, но если мы не найдем способ приобрести новые тела и перенести в них наши души, мы с отцом оба уже мертвы. Мы прожили свою жизнь, какой бы она ни была. Но ты, леди Нора, Рен, Руби, Блейк, Янг и все вы? Пришло ваше время. Новый мир, который выйдет из этого бардака, будет твоим.       — Я уже говорил тебе, что не собираюсь становиться королем.       — Тогда будь щитом, как ты и обещал. Или учителем, или кем-то еще. Просто пообещай мне, что будешь жить в нём, ладно?       Жон улыбнулся и успокаивающе положил руку на плечо родственницы.       — Только если ты пообещаешь остаться со мной до тех пор. Ты можешь сделать свой выбор, когда мы доберемся до Грааля, но до тех пор мне нужно, чтобы ты был рядом.       Мордред засунула Авалон обратно за пояс и вложила Экскалибур в ножны. Она оскалилась ему.       — Конечно, я тебе пригожусь. Как будто мой Мастер-балбес будет знать, что нужно делать в первую очередь в зоне боевых действий без лучшего из рыцарей на своей стороне.       Жон рассмеялся, услышав её хвастовство.       — Скорее всего. Того самого единственного рыцаря, когда-либо превзошедшего Короля Рыцарей.       — Вот именно! — просияла Мордред. — А теперь пошли, Мастер. Как я уже сказал, я не позволю Райдеру заполучить себе лучшие койки!       Она схватила его за руку и умчалась прочь в граде алых искр. Даже когда ветер с силой взметнул его волосы и пронесся мимо лица, Жон не смог удержаться от смеха. Быть влекомым вперед своей сестрой, выглядело таким нормальным, когда ты игнорируешь все окружающие обстоятельства. Так невинно.       И всё же, даже когда его разум блуждал, вспоминая ад, в который они собирались войти, он обнаружил, что не испытывает ужаса. Да, был страх, был трепет, но он знал, что готов. Он мог смотреть в лицо тому, что надвигалось. Он мог смотреть в темноту и мог смотреть в лицо матери. Так или иначе.       В конце концов, он отправится туда не один.       Мордред приземлила их на флагман Атласа, "Мантл", и они отправились на войну.