В поисках свитков Мерлина

      Дух древнего волшебника опёрся на свой посох и окинул всю разношёрстную компанию глубоким пронзительным взглядом. От чего, признаться, всем стало не по себе. Впечатление усиливало полностью безэмоциональное выражение лица Саши, по-прежнему стоявшей рядом с Мерлином и своим видом подобной прекрасной лесной фее из кельтских сказаний.       — Люди… Гаргульи… И девушка из племени зверолюдей… Что привело вас сюда, во тьму ночей?       — Ищем помощь, — сказал МакГайвер, — вернее, мои друзья ищут, а я пытаюсь им помочь.       — Саша нас сюда привела, — подал голос все еще обиженный Шерлок, — чтобы найти ваши записи.       Остальные ребята промолчали, очарованные происходящим.       — Нас прокляли, — высказался Рассел, — какая-то ведьма, поклоняющаяся Чёрной Козе. Теперь мы превращаемся в гаргулий каждый месяц, на две недели.       — А Саше говорили её знакомые волшебники, что только ваши заклинания могут спасти нас, — робко подал голос Стю.       Мерлин мягко улыбнулся.       — Увы, истории о свитках моих лишь сказания древности. Ибо бессилен даже я сам супротив Древних.       — И что ж, мать вашу, выходит, — Мёрдок оскалился, — зря мы горбатились и хер знает куда пёрли?!       Гаргулья-гитаристка лишь тихо заплакала в плечо Джону.       — Не думаю, что все потеряно… — начал было Шерлок.       — Надо поймать эту черную козу, — бесцеремонно прервал Холмса Джиген, — и кишки выпустить…       — Тогда она нам нехера не скажет, — мрачно ответил на это заявление Люпен III.       — Снять проклятие Древнего сможет лишь сам Древний, — таков был ответ волшебника, — ежели смилостивится над жертвой своей.       — Древние — сволочи! — вынес вердикт Джон.       — Успокойтесь, — невозмутимо продолжил дух, — путь ваш был отнюдь не напрасен. Прознала уже обо всём Шуб-Ниггурат. И скоро будет она здесь.       — Мама… — пропищал гаргулья-солист.       — Главное, чтобы она этого придурка простила, — авторитетно заявил на это Шерлок, — а если Мёрдок опять своим клювом не защелкает…       — Но не бойтесь, дети нынешних веков, — вновь улыбнулся волшебник, — могучее оружие, сам Экскалибур отныне в ваших руках. И не одни будете вы в горе своём. Великие рыцари Круглого стола и Гвиневра прекраснейшая будут бороться за вас. Они уже здесь!       — Саша, чтоль? — поинтересовался Джон, — ну-ну…       — Смотрите же! — Мерлин вытянул руку к противоположному берегу.       И тут словно всё вокруг вспыхнуло ясным, серебристо-холодным светом. Из глубины чащи, по водной глади Лох-Катрин что было сил неслись лошади. На каждой восседал величественный, широкоплечий, облачённый в тяжёлые латы, воин. И люди, и кони — все были такими же полупрозрачными, воздушными и сияющими, как сам Мерлин. Забрало у каждого всадника было поднято, так что коренные британцы без труда признали их.       — Ух ты, вон Пенсиваль! — радостно закричал Стю, — а вон Ланцелот! И Мордред! Точно, они! Я в учебнике видел!       — История! — глаза Шерлока сияли как две луны; он так был захвачен происходящим, что про Чертоги Разума забыл.       — Недоказуемая… — пробурчал Джон и получил затрещину от детектива всея Британии.       — Партнер, а таких приключений мы еще не видели, — усмехнулся Джиген и закурил.       — Да, но это же великолепно! — Люпен III отобрал сигарету у приятеля и жадно затянулся.       А МакГайвер ничего не сказал. Таращился на происходящее и улыбался.       — Так вот они какие, герои ваших сказок? — слабо улыбнулась гаргулья-гитаристка.       — Да, они такие… — Джон вернул улыбку.       — Во, полюбуйся, Расс! — хохотнул Мёрдок, — не то, что твой дядька Сэм в трениках.       — Ты мне старика не трогай! — набычившийся гаргулья-барабанщик показал лидеру увесистый кулак.       — Тихо! — остановил перепалку МакГайвер, — тут чудеса происходят, а вы всю атмосферу разрушаете.       Призрачное воинство окружило Сашу, по-прежнему стоявшую неподвижно, и все они почтительно склонили головы.       — Вы вернулись, Ваше Величество, — произнёс кто-то из них. По-видимому, Ланцелот.       — Может тоже преклоним колени? — шепотом предложил Люпен.       — Погодь, — остановил его Шерлок, — надо разобраться.       — Королева Гвиневра вернулась к нам, на время воскреснув в девственном теле её, — разъяснил волшебник, — но нет причин бояться за подругу вашу. Ибо жизни и разуму её ничего не грозит.       — А… — выдохнули все четверо, — это хорошо…       — Когда встретите вновь зловещую козу с горящими адовым пламенем глазами, не убивайте её, — вдруг обратился ко всем Мерлин с весьма интересной просьбой.       — Но… как? — поразилась Нудл, — она же нас чуть…       — Не демон это, а было когда-то дитя человеческое, — был ответ, — попросила она когда-то саму Шуб-Ниггурат вернуть к жизни родную мать, в мир иной ушедшую. Но прогневался Свет на неё, за то, что к Тёмным силам обратилась. И в наказание облекли бедное дитя в плоть чудовища и отныне она у Шуб-Ниггурат в услужении. Преграды ставит тем, кто к её госпоже за милостью явился.       — Да уж. А мы ее пристрелить хотели, — истерически засмеялся Джон, чувствуя, что сейчас или ржать начнет, либо рыдать. Но выбрал последнее. Разрыдался.       — Тихо, Джон, тихо, — Шерлок обнял его за плечи, а на откровенно издевательские и недоуменные взгляды пояснил, — истерика у Джона. Слишком много откровенных нелогических нестыковок.       — Ежели смилостивится Чёрная Коза, то и несчастная девица тоже свободна будет.       — Мы должны спасти всех! — с одушевлением заявил Мак.