Нежданные подарки судьбы-2

      Леди Гисборн устало потерла виски и беспомощно уставилась на Алана. Тот сочувственно хмыкнул. С самого утра Маргарет выслушивала просьбы и жалобы вилланов из Гисборн-манора — она и представить не могла, как их много.       В то время, как его молодая жена мучительно раздумывала о способах облегчить жизнь крестьянам, сэр Гай Гисборн также пребывал в тяжелых раздумьях, правда, совсем по другому поводу. Он старался как мог — привозил подарки, которые, по его мнению, могли бы порадовать его супругу. Маргарет благодарила, но Гай не мог избавиться от чувства, что по-настоящему удовольствие смог ей доставить только в тот единственный раз, когда согласился оставить в поместье Сета. А по ночам … о да, жена всегда была покорна. Но Гаю каждый раз казалось, что она вздыхала с облегчением, когда он наконец отодвигался на свою половину кровати. А ему хотелось большего. Пожалуй, впервые ему было небезразлично, что чувствует женщина в его объятиях. А леди Гисборн, казалось, к распоследнему конюшонку расположена больше, чем к законному супругу.       Гисборн свирепо двигал челюстями, уставившись на блюдо. Не было необходимости поднимать голову, чтобы понять, что жена к жаркому даже не притронулась, рассеянно водя пальцем по кромке серебряного кубка из своего приданого. Маргарет задумала устроить праздник для деревенских в день святого Георгия, но сэр Гай вовсе не желал задарма кормить бедняков — этак они сами скоро по миру пойдут. — Вчера на прогулке я видела, милорд, — нарушила тягостное молчание Маргарет, — как эти люди, люди из нашей деревни, дерутся за объедки на заднем дворе монастыря. Это ужасно … на стоимость одного этого кубка можно было бы кормить всю деревню почти полгода. — И разумеется, мы оба помним, чьими щедротами Вам было обеспечено такое приданое, — процедил Гисборн, окончательно лишаясь аппетита. Он резко встал из-за стола, отшвырнул нож и вышел из комнаты.       Наверное, он все-таки заснул, вдоволь наворочавшись на постели в ожидании жены. Уснул, чтобы провалиться в удушливый кошмар, много лет назад преследовавший его почти еженощно, да и теперь возвращавшийся время от времени. — Это всего лишь сон, дурной сон, — бормотала Маргарет испуганно. Она стояла босиком прямо на полу, прижимая к груди кувшин. Она что — всю воду на него вылила? Гай медленно сел, вытер лицо и уставился на свои дрожащие руки. — Мне было около десяти, когда погиб отец. Сюзерен его созвал своих вассалов, чтобы разрешить спор с соседом. Отец был человеком мирным, занимался семьей и поместьем, все свободные деньги тратил на книги. Он не хотел участвовать в «бессмысленной бойне», так он говорил, но присяга … он погиб, и мать осталась с двумя детьми — у меня была сестра, Изабелла, двумя годами младше. Матушка была еще молода и очень красива, нашлись рыцари, предлагавшие ей руку … но я никого не хотел видеть на месте отца, огрызался как волчонок… теперь-то я понимаю, как трудно ей было управляться со всем одной. Через два года после смерти отца матушка отправилась к нашему сюзерену, тому самому, просить взять меня оруженосцем. На обратном пути ее захватил бастард лорда Брэквуда. «Чертов бастард» так его у нас называли. Брэквуд признал его, но имел троих законнорожденных сыновей. Бастард заставил мать выйти за него и даже лег с ней при свидетелях, — Гисборн тяжело перевел дыхание и продолжил, — в первый же вечер он избил меня до полусмерти. Мать сразу поняла, что законный сын бывшего хозяина этому ублюдку ни к чему. Как только я слегка оправился, она заставила меня сбежать и отправила к своим родичам с просьбой о помощи. Слуга, посланный со мной, сбежал на первом же постоялом дворе почти со всеми деньгами, и дальше я пошел один. Мне удалось наняться на один корабль … ты видела сама, как я переношу качку. Капитан взбесился и едва не выбросил меня за борт… один наемник вступился за меня. Его звали Брайан. Он был одним из лучших мечников, что я знал. Почти всем, что я умею, я обязан ему. Мы все-таки добрались до замка моих родичей, де Мервилли, так их зовут… но старший брат матери и слушать меня не стал. Сестра опозорила семью, связавшись с полунищим англичанином, так он сказал, и не может рассчитывать на их поддержку. Мне оставалось надеяться только на себя. И вот я прибился к Брайану, учился у него исступленно. Просил поехать со мной, чтобы убить бастарда, да только тот отказался. Он и так был в неладах с законом … и вот однажды ночью я забрал кошель с деньгами, свой меч, лучшего нашего коня и сбежал. — Вы обокрали его? — Маргарет прижала к щекам руки, только заметив, что они мокры от слез. — Верно. Обокрал единственного человека, который проявил ко мне доброту. Вернулся домой. Только я опоздал. Мать умерла от лихорадки … или же ей помогли. Сестра … сестру нашли однажды в реке. Наш старый священник настоял, что это был несчастный случай, и ее похоронили в освященной земле. Я дождался, когда бастард со своими приспешниками устроят очередную пирушку. Слуг в такие вечера он выгонял в свинарник, берегся, — Гисборн оскалился, — запер двери, обложил дом хворостом и поджег. Больше мне там делать было нечего, и я ушел. Я … я поклялся себе, что больше не буду никого любить. Это слишком больно, когда любишь — и теряешь. А потом встретил Вас. И теперь теряю Вас. Вы смотрите на меня, как на чудовище. Да я, наверное, и есть чудовище.Лорд Ричмонд был прав … он всегда оказывается прав в конечном итоге… — Не надо, — Гисборн дернулся, когда жена попыталась дотронуться до его плеча. — Я … я устал. Он встал с кровати и ссутулившись вышел из спальни.