Мимикрия

      Если бы утро детектива началось с кофе, то сей напиток в миг бы оказался за шиворотом того, кто его принёс. Однако суровая реальность оказалась такова, что Гэвина разбудил требовательный писк, оповестивший о пришедшем смс. И он бы спокойно продолжил спать, но только одно существо в этом мире могло долбиться в его отключенный телефон. Детектив разлепил глаза и, включив смартфон, проверил сообщения.       «Приду в гости с детьми. Только попробуй сбежать или спалить ещё и этот дом! Только. Попробуй. Удали сообщение, как прочтёшь.»       Откинув телефон к пингвину-полтергейсту на полставки, Гэвин сел на кровати и потянулся. Звонки или сообщения вне рабочего времени никогда не сулили ничего хорошего. А в рабочее время — особенно. Рид специально вчера отрубил все способы связи с собой и нафыркал на андроида, чтобы тот даже не думал его будить. Ричард только кивал с довольной лыбой, которая после вылазки на природу вообще не сползала с его лица… Даже когда тостер отжал место водителя на мотоцикле и Гэвин злобно ворчал всю дорогу, тыкая в твёрдый бок чисто из вредности, ведь андроиды не чувствуют щекотки. Посмотрев из окна на свой байк, детектив подпер плечом стену и, сложив руки на груди, прикрыл глаза.       Где-то в гостиной кошка довольно драла диван, а на кухне снова что-то шкварчало и шипело, но запах ещё не успел достать до этой комнаты. Надо предупредить железку, что сегодня их снова ждёт семейный обед или ужин — Ричард наверняка захочет в этот раз впечатлить гостей чем-то большим, чем чай из пакетика. Рид прислушивался к возне андроида на кухне, стараясь угадать, что на этот раз андроид решил приготовить. Губы невольно растянулись в улыбке, представляя эту огромную машину для убийств за сковородкой в голубом фартучке хорошей женушки. Гэвин усмехнулся, не понимая, когда все это успело стать таким привычным, естественным и… правильным?       Как вообще можно описать их отношения? Напарники, которые живут вместе и ходят на фальшивые свидания? Гэвин откинул голову назад, глухо ударяясь затылком в стену. После вчерашнего, он наконец полностью сдался и признал неизбежное — ему нравится Ричард. Рид старательно задвигал все подобные мысли в дальний ящик своего сознания, но долго продолжать это оказалось невозможно… Особенно, когда Ричард каждое утро стоит на кухне — такой домашний, такой уютный и милый, что хочется сжать в объятиях до скрипа шестеренок, до треска жёсткого корпуса, до сползающего скина.       Пока Рид медленно перебирался из пижамы в обычную одежду, он пытался понять, в какой момент он свернул не туда. В какой миг  он стал чувствовать нечто большее чем просто благодарность за помощь? Сложно было сказать. Возможно, когда он первый раз увидел смущенную улыбку Ричарда или когда рука в чёрных перчатках в очередной раз пригладила его волосы, а может когда он стал замечать, с какой заботой тостер смотрит на него каждый день. Андроид не долбил Гэвина нотациями, что тому нужна помощь, не таскал его по психологам и в клубы анонимных алкоголиков. Сам алкоголь, правда, уничтожался без тени жалости, зато тостер не пытался подкинуть ему в еду антидепрессанты. Ричард слушал его, когда детектив говнился и шипел, даже задавал уточняющие вопросы, давая человеку возможность выплеснуть всю свою желчь. А когда Рид уходил в мрачные мысли, вновь и вновь прокручивая старые воспоминания бесцветным фильмом, андроиду остро начинала требоваться помощь, да так сильно, что весь мир подождёт. И Гэвин был избранным — единственным, кто может открыть банку шпрот и спасти вселенную.       Детектив все чаще стал задаваться вопросом — а что он может сделать для Ричарда? Рид старался помогать андроиду со всеми вопросами про эмоции и даже прочитал пару статеек по психологии, хотя этого явно было мало. У тостера в голове была вся сила гугла, но железка упрямо лезла с вопросами именно к Гэвину. Сам Рид не особо понимал причин такой популярности, но отвечал в меру своего опыта, стараясь не привить андроиду свою ненависть к людям. Получалось так себе, но Ричард, похоже, неплохо фильтровал слова детектива, раз все ещё не перестрелял всех кожаных ублюдков вокруг.       В остальном же человек мало что мог сделать для андроида… Хотя со свиданием он откровенно переборщил. Надо было закончить эту игрушечную свиданку ещё в океанариуме и никогда больше о ней не вспоминать, но он не смог сдержаться. Да и как тут удержишься, когда железка восхищенно таращилась на рыбок, а уже через несколько минут выглядела едва ли лучше побитой собаки?       Гэвин удалил сообщение от Элайджи, надавливая на экран сильнее, чем нужно. Он злился на свой необдуманный поступок, пока пальцы сами открыли галерею, чтобы с небольшого экрана Ричард снова улыбался также беззаботно и счастливо. Рид вздохнул, понимая, что он ни о чем не жалеет… Ну, может совсем немного. Он обещал себе, что не будет лезть к андроиду, который наверняка не сможет отличить поцелуй от попытки откусить лицо при зомбиапокалипсисе. Собственно, поэтому у Рида были серьёзные опасения, что если бы все дошло до поцелуя, то Ричард мог начать кусать его за губы пытаясь сожрать. Но даже так, он бы не смог отстраниться, лишь зарыться рукой в мягкие волосы и прижать андроида ближе. Так близко, насколько вообще возможно, до дрожи в руках, до мурашек вдоль позвоночника, до бабочек, пытающихся разорвать его изнутри и вырваться наружу.       С тихим шлепком Рид припечатал ладони к лицу и провел вверх по волосам, укладывая растрепанные после сна пряди в подобие причёски. Самое время засунуть все свои мысли в ментальную мусорку и жить обычный новый день в роли обычного напарника-сожителя, который совсем не пускает слюни на своего соседа. План — херня, но других у Гэвина не бывает. На кухне его ждал Ричард, все такой же прекрасный, только теперь улыбающийся ещё шире.       — Боже, у тебя что-то в микросхемах коротнуло что ли? — Рид подхватил свой кофе и опустился на стул, стараясь не смотреть на светящегося ярче лампочки андроида. — Если будешь с таким лицом гнаться за преступником, его инфаркт настигнет раньше чем правосудие.       — Доброе утро, Гэвин. — Ричард спокойно поставил яичницу с беконом перед хмурым детективом и сел рядом. — И нет, я не буду так улыбаться всем на работе. Только тебе.       Рид поперхнулся кофе и закашлялся до покрасневшего лица. Точнее, он сам пытался доказать себе, что дело только в тяжёлом натужном кашле. Гэвин уткнулся лбом в стол, чтобы не видеть лицо андроида и не дать железке просканировать себя полностью. Вот как он должен понимать эти слова? Вряд ли Ричард умеет делать тонкие намёки. Да и вообще любые намёки — андроид этого ещё не проходил, диктанты не писал и экзамен ему не сдавал.       — И что это значит? — Рид поднялся и принялся сверлить взглядом тарелку, словно там была не яичница, а ответ, кто убил Кеннеди.       — Улыбка является личным жестом, который применяют чаще в отношении к близким людям, нежели к незнакомцам. Я улыбаюсь коллегам сдержанно, это скорее знак вежливости, я не могу делать это искренне перед кем-то ещё кроме тебя. — Девятый наклонил голову, рассматривая напряженное лицо человека. Разве он сказал что-то неправильно?       — Да ну, а как же Тина? Вы с ней разве не бегаете на перерывах поболтать о своём девичьем? — Гэвин буквально кожей ощущал сканирующий взгляд, от которого хотелось сползти под стол.       — Офицер Чэнь — интересный человек, она приятна в общении и имеет хорошие социальные связи… Но я бы отнёс её к категории приятелей, а не друзей.       — Вот как… А в какой я категории? — Теперь уже Гэвин с любопытством смотрел на андроида, который отвел взгляд в сторону.       — Это сложно определить. Наверное, ближе всего к нашей ситуации будет категория «друзья», но мы уже были на свидании…       — Дак это же было понарошку! Друзья, значит друзья. Отлично, прекрасно, белиссимо. — Детектив принялся за свой завтрак, не замечая сведенных к переносице бровей и свинцовых туч в серых глазах.

***

      Новость о гостях обрадовала Ричарда, который сразу же подорвался в магазин за продуктами. Гэвин предложил девятому по пути купить что-нибудь, что не является чёрной рубашкой, а то андроид уже задолбал ходить в трауре, будто у него хомячок сдох. Собственно, за это он получил тряпку, швабру и много указаний по поводу уборки. У себя дома Рид намывал полы примерно никогда, обычно он протирал их своей в хламину бухой или уставшей рожей. Главным по пыли и моющим средствам в доме был Ричард, так что детектив просто надеялся, что насыпал в ведро не стиральный порошок. Учитывая, как сильно все вокруг начало пениться, Гэвин явно промазал с выбором. Плюнув на такие мелочи, Рид принялся елозить шваброй по полу.       Шейла пришла в восторг, увидев кучи пузырей, и с удовольствием скользила когтями по ламинату за очередным неопознанным летающим объектом. Сам Рид периодически фигурно падал то на зад, то на спину, то целовал скользкий пол своим многострадальным носом. В конце концов, он устал от попыток моющего средства посадить его на шпагат, сгреб пену в одну огромную кучу и развалился в ней на полу. Надежда, что эта маскировка спасёт его от гнева андроида, была крайне мала, так что услышав звук открывающейся двери, детектив замер в ожидании.       Первое, что осознал Ричард, когда вошёл — в доме была абсолютная тишина. Это был дурной знак. Чтобы отнести продукты на кухню, нужно было сначала зайти в гостиную и андроид решительно направился к цели, однако пораженно замер в коридоре. На ламинате везде пузырились кучи пены, кошка ползла на своём лысом пузе по направлению к миске на кухню, а Гэвин валялся в самом огромном белом облаке. Несмотря на широкую улыбку, детектив тревожно поглядывал, как тостер сбрасывает пакеты на пол и прикладывает ладонь к лицу. Плечи Ричарда вздрогнули, затем ещё раз и ещё… Андроид смеялся громко, с редкими помехами, даже согнулся пополам от сотрясающего хохота.       — А я говорил, что надо было лысого мужика из рекламы позвать. — Рид понял, что неиллюзорные пиздюли ему не светят, поэтому расслабленно перевернулся на бок, подперев щеку кулаком.       — Хах, Гэвин, я оставил тебя… Всего на сорок три минуты… — Андроид присел возле развалившегося на полу человека и взъерошил влажные от пены волосы. — Решил вместо огня попробовать на этот раз воду?       — Не люблю повторяться. — Довольно ухмыльнувшись, Гэвин попробовал встать, не заработав новый синяк.       Получалось так себе — ноги предательски разъехались в стороны и если бы Ричард не подхватил неуклюжего человека, то увидел бы идеальный шпагат в исполнении Рида. Тина верно сказала про него когда-то — ловкость кошки, грация картошки. Андроид вернул Гэвина в стандартное положение человека прямоходящего, но детектив продолжал ощущать чужие руки у себя на талии. Твёрдые ладони не только не спешили покидать свою дислокацию, но и упрямо скользнули на спину, прижимая ближе.       — Кхм… Ричард? — Рид напряжённо рассматривал крайне интересную фактуру чужой чёрной рубашки, не желая поднимать глаза выше.       — Коннор говорил мне, что люди — хрупкие создания… — Рука андроида провела по напряжённым мышцам, огладила плечи и остановилась на шее, считывая скачущий пульс человека. — Я не хочу, чтобы ты упал и поранился. Друзья ведь переживают друг о друге, верно?       — Я же не старикашка, у которого от резкого движения кости сломаются и песок из задницы посыпется! — Гэвин начал недовольно крутиться, стараясь сбросить руки железки. Особенно с шеи.       Детектив не говорил Ричарду, что тот играл главную роль в значительной доле его кошмаров, чтобы не расстраивать тостер. Андроид с горящими глазами из кошмаров не имел ничего общего с его Ричардом. Чужие руки выпустили Рида из невольных объятий, и он осторожно пошёл за оставленными в коридоре пакетами. Знакомое ощущение пристального взгляда прожигало затылок, но когда Гэвин повернулся, андроида уже не было в комнате. Детектив достал прохладную бутылку с водой и прижал к щеке — было хреново и хорошо одновременно.       Ричард помог Риду с уборкой, а тот с готовностью ассистировал на кухне, не забывая давать железке полную свободу действий. Конечно, он все равно незаметно пробовал каждое блюдо на степень съедобности, чтобы гости не провели большую часть времени, изучая состав освежителя воздуха у них в туалете. Даже учитывая полное отсутствие вкусовых рецепторов, получалось у тостера неплохо, что не могло не радовать его учителя. Но больше всего его радовала темно-синяя рубашка, устроившая цветную революцию в чёрном царстве одежды андроида.       Камски с детьми завалился в дом после обеда, принося с собой целый вагон суеты и пару тележек довольного смеха. Гэвин терпеть не мог гостей, но этим он был рад всегда, хоть и скрывал это за хмурым лицом и показательным закатыванием глаз.       Лили с порога набросилась на детектива, так что Рид едва заставил мелкую отлипнуть и нетерпеливо выпрыгнуть из своего голубого пальто и красного шарфа. Причина такой неуемной активности стала ясна, когда девочка с сияющей улыбкой протянула Гэвину кактус. Детектив с благодарностью принял странное растение — кактус был полупрозрачный, а внутри плавали едва заметные белые точки. На разукрашенном яркими цветами горшочке были приклеены небольшие записки: «Я колючий, но сердце у меня пушистое», «Жалю с любовью», «Я не злой — я защищаюсь».       Эти белые точки оказались растительноядными рачками и водорослями, которые ещё и светились в темноте. Лили гордо рассказала, что это чудо сделал Вилен. Тот самый худенький прутик, готовый сломаться пополам от одного порыва ветра или треснуть подобно фарфоровой кукле. Хотя сейчас пацан уже не был похож на обтянутый кожей скелет с глазами испуганного олененка. На щеках появился здоровый румянец — похоже, малая хорошо его откормила, а глаза блестели жизнью. Андроиды не были погибелью человечества, как сначала казалось Гэвину. Они — его спасение. Машины, в которых человечности больше, чем в большинстве людей на этой земле. И если для нас ещё, на самом деле, не все потеряно, то всех ждёт лучший мир.       Парень оказался умен, хотя что ещё делать, кроме чтения книжек, когда ты прикован к креслу. Однако поэтому он смог зацепить внимание Камски. Рид не стал мешать этим двум заучкам болтать о прогрессе и цифровом бессмертии за лазаньей. Он просто тихо радовался, что Эл нашел себе другую жертву и не будет клевать его мозги. Брат не был занудой, но иногда он забывал, что перед ним не доктор всех возможных и невозможных наук, а просто Гэвин. Когда Рид переставал понимать значения больше половины слов, выливавшихся потоком из Камски, это было знаком — он мог спокойно отойти выпить чаю минут на десять. Теперь у Элайджи появился собеседник, который понимает этот эльфийский и даже сам говорит на нем.       Рид слушал рассказы Лили о том, как Маркус помог подобрать им приёмную семью, чтобы Вилена не забрали в детский дом, как они подрабатывают в стареньком музыкальном магазине и что хозяин с радостью разрешает им репетировать свою песню. Звуки музыки и пение, льющееся из лавки привлекают посетителей, заставляя магазинчик оживать. Они навещали мать паренька в лечебнице, где им сказали, что при должном лечении есть высокий шанс вернуть женщину к нормальной жизни. Рид с тёплой улыбкой слушал радостное щебетание, изредка кивая и угукая на особо эмоциональных моментах рассказа. Он видел, что Лили была счастлива и её жизнь наладилась. Хоть и не известно до конца, что будет с андроидами дальше, но глядя на воодушевленные синие глаза, Гэвин понимал простую истину —  порой стоит просто жить настоящим и ценить этот хрупкий миг счастья. Не задумываясь, когда оно кончится, маниакально подсчитывая минуты до конца. И Рид был готов вовсю ценить и счастливо жить настоящим, если бы его напарник не пялился своими стальными глазами ему в черепушку, сбивая весь настрой.       Ричард был тих, немногословен и чаще либо слушал чужую беседу, либо составлял компанию Клеменсу — да, они потратили пол часа, чтобы назвать кактус Клеменс. Шейла обнюхала нового жильца, но как только поняла, что он не съедобен, сразу же потеряла к нему всякий интерес. Кактус устроился на подоконнике, возле которого стоял андроид, и было непонятно, кто из них лучше изображал молчаливое растение. Рид иногда искоса поглядывал на тостер, приклеившего к себе привычную маску булыжника, с которой ходил большую часть времени на работе.       Гэвин переживал, что кроме него, андроид больше никому не показывает свои настоящие эмоции, но не хотел сильно давить. С Ричардом приходилось возиться долго и кропотливо — нельзя просто так взять и чувствовать, железке всегда нужно было изучить каждую эмоцию, её причины, интенсивность, контекст и проявления. Иногда Рид засыпал на диване в гостиной, заваленный листами, на которых он пытался по простому объяснять, почему если хочется разбить кому-то лицо стулом, то не стоит этого делать. Сложнее всего шла тема любви… В основном, потому что Гэвин никогда не любил и запрещал себе ввязываться в это дерьмо. Влюблённости под властью гормонов были, но Ричарда в последнее время все чаще интересовала не физическая любовь, а духовная, которую боготворят и проклинают в романах. Здесь полномочия Рида заканчивались, так что тостеру приходилось разбираться самому.       Когда у пацана уже начали плавиться мозги, а  мелкая рассказала все свои секреты и новости, Ричард отправился с детьми в зал, чтобы включить им мультфильмы. Пока андроид включал телевизор, ему пришло сообщение по внутреннему каналу связи с предложением начать чат. Девятый покосился на Лили, которая невозмутимо продолжала выкладывать из сумки цветные карандаши и бумагу.       «Знаешь, не стоит так настойчиво сканировать Гэвина — тут же дети.»       Девчушка тихо рассмеялась, а Вилен даже не обратил внимания на внезапный смех и жёлтый диод. Видимо, привык уже к андроидским причудам.       «Это лишь фоновое сканирование окружающего мира, включенное в функционал моей модели.»       «Тогда твой мир начинается на лице Гэвина и заканчивается на его ягодичных мышцах.» — Лили тихо усмехнулась и с интересом посмотрела на Ричарда, что равнодушно настраивал канал. — «Почему ты ещё не добавил его в базу Иерихона?»       «Детектив Рид — свободный человек.»       «Меня не вчера активировали! Я видела, как ты смотрел на меня и Гэвина в участке, когда я сидела у него на коленях.» — Светлые брови опустились к переносице, придавая детскому лицу забавную серьезность. — «Ты никого не подпустишь к своему человеку, даже меня терпишь с трудом, хотя я нашла Вилена. Я уверена, что ты уже отгонял других андроидов от него.»       Мелкая довольно ухмыльнулась, замечая смятение Ричарда и его желание отвернуться от чужого взгляда. Девятый включил первую серию детского мультсериала и вздохнул. Тихий вздох сквозил обреченностью и смирением, причин которых Лили не могла понять.       «Да, ты права. Но я не стану удерживать детектива возле себя, если ему понравится кто-то другой… Я не смогу обеспечить Гэвина той эмоциональной отдачей, которая нужна людям в отношениях. Мои эмоции навредят ему.»       «Если любовь искренняя и настоящая, как она может навредить? Это какая-то ошибка.»       «Любовь? Не думаю, что этим словом можно описать мои чувства. Многое произошло… Я не уверен, что детектив когда-нибудь сможет полностью принять меня.»       Примерно в это же время на кухне Рид намешал нечто, что под определённым углом можно было назвать кофе. Детектив медленно отпил из своей треснутой кружки, равнодушно смотря на Камски. Элайджа же наоборот со странной веселостью и хитрыми смешинками в голубых глазах наблюдал за Гэвином и выжидал.       — Ну, чего тебе? — Рид всегда проигрывал в этих странных гляделках, он ненавидел ждать.       — Ты же пригласишь меня на свой девичник? — Встретив недоумение на лице брата, Эл лишь выразительно поиграл бровями. — Но даже не зови быть подружкой невесты, а то слишком скандальная свадьба получится.       Гэвин подавился бурдой из кружки, ощущая, как щеки начинают предательски гореть от расползавшегося румянца.       —  Мы живём в одном доме, но это ничего не значит… — Детектив злобно сверкнул глазами, но это нисколько не смутило Элайджу.       — Ещё бы. — Эл с довольной лыбой поднял брови, только сильнее раздражая Гэвина.       — Я серьёзно, ничего нет! Мы едва ли друзья. — Рид вообще не верил своим словам, что упрямо вдалбливал каждый день себе в голову.       — Ага. — Камски с выражением вселенского понимания театрально кивнул, наслаждаясь тем, как Гэвин бесится.       — И почему это я в роли невесты?! — Рид нагнулся над столом, попытавшись достать до наглого засранца, но этот гений заранее занял достаточно далекое положение.       — По вам сразу видно, кто в семье голова, а кто жопа. — Камски весело усмехнулся, отпивая свой кофе, и тут же скривился. — Теряешь кулинарную хватку.       — Ну спасибо, пфлять. — Детектив вернулся на свое место, нервно сложив руки на груди. — Так зачем ты на самом деле пришёл?       — Хм… Мне просто хотелось узнать одну вещь.  — Элайджа покосился на вернувшегося к ним Ричарда. — Между Иерихоном и властями Детройта начался новый виток дебатов и переговоров о том, можно ли андроидам покидать пределы города, пока ситуация в других местах не станет более благополучной. И мне стало любопытно — связано ли это как-то с тем, что ты вчера выезжал из города?       — Пфе, разумеется, нет! Ты знаешь, что я далек от политики, как ты от кулинарии.       — Вчера детектив был со мной на свидании и взял разрешение, чтобы вывести меня за пределы города. Есть большая вероятность, что этому разрешению предшествовали несколько скандалов с возможным участием Маркуса и несколько разбитых лиц.       — Всего один нос, но этот говнюк сам напросился. — Рид не удержался и несильно стукнул андроида в плечо, когда тот проходил мимо. — И напомни, чтобы я научил тебя врать.       — Я умею скрывать информацию. Но не вижу смысла утаивать что-то от вашего брата. — Теперь настала очередь Камски плеваться сомнительным кофейным напитком. Ричард, казалось, наслаждался удивлением кожаных мешков.       — Солнце моё… — Элайджа улыбнулся своей фирменной рабочей улыбкой, за которой мог скрываться целый план, как без свидетелей закопать тебя в лесу. — у меня всего один вопрос. Как?       — Мои возможности значительно расширены в сравнении с прототипом. Я могу производить все возможные тесты с применением ДНК, а вы… наследили. Вы могли не знать этого, потому что не принимали участия в моей разработке. — Ричард спокойно выдержал холодный взгляд, анализировавший его прямо как андроид. — Я не собираюсь ни с кем делиться данной информацией и мне бы не хотелось, чтобы меня из-за этого разобрали. Быть живым мне как-то больше нравится.       Камски хрипло рассмеялся и махнул рукой, давая команду расслабиться. Раз уж этот андроид связался с Гэвином, то его душевное спокойствие будет для Ричарда ценнее любой иной выгоды.       — Между прочим, вот ты тут ржёшь, а твоя кофеварка уже захватила департамент и устроила там железную диктатуру. — Эл заинтересованно поднял брови и Рид продолжил, — 28-й рассчитал для каждого сотрудника норму кофе в сутки и не выдаёт больше, чем рекомендовано. Ещё эта падла сразу видит, если ты пил кофе в кофейне и тогда ничего кроме родниковой водицы тебе в этот день не светит. Ревнивец.       Дети смотрели сериал про поней, радугу и блёстки, пока взрослые дети обсуждали свои взрослые дела. Гэвин специально старался молчать, чтобы Ричард и Камски больше говорили друг с другом. Он так и не понял, какие отношения были между этими двумя раньше, но тостер и человек постепенно разговорились. Единственное, что смущало детектива, так это периодические нашептывания Элайджи какой-то фигни на ухо андроиду, после которых девятый кидал взгляд на Рида и коротко кивал. Гэвин только  скептически фыркал, демонстрируя красоту и величие среднего пальца, после чего возвращался к уничтожению остатков лазаньи.       В этот раз гости засиделись до поздна, так что Лили сделала умоляющую мордашку, прося остаться до утра. Рид страдальчески вздохнул, после чего мелкая с радостным воплем ухватилась за коляску Вилена и дети понеслись ураганом громить спальню. Камски тоже попытался строить Гэвину глазки, но детектив упрямо отвечал, что скорее пристрелит Элайджу и закинет его разделанный труп в холодильник, чем будет спать с ним на одном диване. Пока Лили звонила приёмной семье, чтобы предупредить их о внезапной ночевке, Камски вызвал себе такси.       — Не думаешь, что девочка обрадуется, если ты возьмёшь её в семью? — Элайджа с Гэвином стояли на пороге дома, дожидаясь транспорт.       — Где семья и где я… Нет, спасибо, мне хватает своей детины почти под два метра ростом. И вообще мне Коннор чуть башку не открутил, когда мелочь научилась ругаться. — Рид вспомнил полный ярости крик, сотрясавший стены Иерихона и поежился. — А я ведь ни в чем не виноват — они сами учатся! Это все прогресс, кто я такой, чтобы мешать ему?       — Кстати да, насчёт твоего андроида… — Камски довольно усмехнулся, замечая огни подъезжавшего такси. Эл встал напротив Гэвина и положил руки на плечи брата. — Слушай меня внимательно, Гэв. Я понимаю, что я старший родственник и фактически отец, поэтому я готов взять на себя эту ответственность… Я благословляю вас!       Громкий хохот вместе с матерными ругательствами на короткий миг всколыхнули дремлющий в сумерках город. Такси уже давно уехало, но детектив не спешил заходить в дом, пытаясь успокоиться и избавиться от пекущего щеки румянца. Полный и беспросветный пиздец, собственной персоной.

***

      Гэвин наконец смог уломать Фаулера и взял дело с потенциальным маньяком. Радовался он недолго — только до того момента, когда в очередной захламленной подворотне Детройта не пришло осознание, что это практически висяк. У погибших андроидов были разные модели, разное поколение, даже места смерти кардинально отличались. Ответ из Иерихона тоже ничего не прояснил — тостеры не общались друг с другом и были связаны с разными людьми. Общим был лишь факт, что у железок вырвали тириумный насос и забрали с собой.       Гэвин собирал косынку на мониторе и размышлял, мерно покачиваясь на стуле. Он уже успел понять, что в подавляющем большинстве их дел главными мразями были люди, а андроиды практически всегда были жертвами. Конечно, убийство ради самозащиты — это все ещё убийство, но тенденция явно проклевывалась. Возможно, это мог быть андроид, который ищет замену повреждённой детали? Но ведь Иерихон бесплатно помогает с починкой любой железки, и вряд ли тостер с барахлящим насосом способен долго протянуть, да ещё и грохнуть парочку андроидов. Значит, ищем человека… Может сердца — это символ?       — Похоже, некоторые ходят на работу поиграть в древние игрушки и выхлебать весь кофе в округе. — Проходивший мимо офицер показательно скривился, прожигая неприязнью затылок Гэвина.       Парень явно был из новичков, которые не знали, какие порядки царили в офисе. А порядки были предельно просты — если тебе хочется сохранить свои зубы и кости целыми да ещё и в полном составе, то не стоит лезть к Риду. Не столько из-за самого Гэвина, который с каждым днем становился все адекватнее, сколько из-за его андроида. Детектив никак не отреагировал на попытку укусить его. Зато Ричард, который отошёл за утренней дозой кофеина для человека, не собирался терпеть подобного отношения к его напарнику.       — Перед тем, как лезть в чужие методы работы, советую достичь хотя бы половины  работоспособности детектива. — Андроид бесшумно подошёл к офицеру, отчего тот резко отшатнулся, но отступать не собирался.       — Подумаешь, статистика… За этот бесполезный мешок мусора все делает андроид! Тина, я ведь прав, скажи? — Человек самодовольно поглядывал то на девушку, то на голубой диод девятого, видимо, считая себя в полной безопасности.       — Три… Два… Один. — Офицер Чэнь довольно наблюдала, как андроиды осваивают новые способы применения кофе для поддержания сотрудников в тонусе путем выливания напитка на голову.       Ричарду пришлось сходить за новой порцией кофе, но в конце концов, стаканчик с тихим стуком опустился на стол детектива.       — Это что было, тостер? — Гэвин отхлебнул кофе с непривычным привкусом лимона. Но даже этот вкус не был таким странным как поведение андроида. Ричард обычно был спокоен и рассудителен, будто словил дзен или улетел в нирвану, а тут такие эмоции и страсти.       — Ничего особенного, просто мне не нравится, когда мешают работать. — Андроид с привычной невозмутимостью и лицом лица занял свое место и начал рыться в базе данных.       — Ну да, ну да… — Рид усмехнулся, но больше  ничего не сказал.

***

      Напарники всю неделю и ещё немного мотались по всяким трущобам, клоповникам и вонючим закоулкам в поисках зацепок. В какой-то момент Гэвин просто начинал бродить по тёмным улицам в надежде случайно наткнуться на своего маньяка. Но чуда не происходило, и им пришлось взять ещё одно дело, дожидаясь нового шага от преступника.       К сожалению, подарки судьбы приходят только когда их не ждёшь и подарки эти больше похожи на удар битой по печени. Вызов с утра пораньше и тот оказался ложным. Ну, или все успели набить друг другу морды и разойтись без помощи полиции, утащив с собой все трупы, о которых так неистово кричала женщина по телефону. Пнув железную банку из-под газировки, Гэвин выругался и решил пройтись до ближайшего магазина, чтобы купить энергетик. Тупиковое дело не давало ему нормально спать и зудело в мозгу, требуя раскрытия. Кофе уже было мало, чтобы заставлять свои мозги с натужным скрипом ворочать шестерёнки и генерировать мысли.       В одну из подворотен вел характерный голубой след. Учитывая репутацию района, такому не стоило удивляться, железкам даже заявляли, что те сами виноваты, раз пришли сюда. Тириум ещё не успел испариться, став невидимым для человека, значит, это свежачок и преступник мог быть все ещё на месте преступления. Рид рукой позвал  андроида к себе и не дожидаясь, пока Ричард подойдёт, шагнул в проулок. Осторожно двигаясь вдоль потрескавшихся стен, Гэвин следовал за синей мазней на асфальте, словно андроида волокли по земле. Это был неутешительный знак, что железка, скорее всего, уже отправилась на свои пластиковые небеса. Детектив замер, услышав за углом треск и чвякающие звуки.       — Полиция Детройта, руки вверх! — Рид выскочил из-за угла и направил пистолет на замотанную в чёрные тряпки фигуру, нависавшую над растерзанной тушей без скина.       У андроида был пробит корпус в области груди, все провода торчали из разодранного нутра и только тириумный насос смог более менее уцелеть. Догадка ярко вспыхнула в голове, затмевая все мысли и не давая вовремя среагировать, когда преступник засунул обмотанную тканью руку в складки одежды. Детектив рванул в сторону, когда в тусклом свете показался отблеск пистолета. Рид подобрал с земли какой-то кусок мусора и запустил в человека, давая себе время, чтобы подобраться ближе и выбить пистолет из скрюченных пальцев.       — Поднимай руки вверх, гнида. — Гэвин снова навёл пистолет на согнувшуюся пополам фигуру, что пыталась спрятать лицо.       У преступника, похоже, совсем инстинкт самосохранения отбило, отчего тот ухватил детектива за ногу и дёрнул на себя, опрокидывая на асфальт. Оружие в тот же миг выбили из рук, и когда Рид пришёл в себя, открыв глаза, он увидел занесенный над собой нож. Гэвин выставил вперёд левую руку, помня, что там есть хоть какая-то защита и ощутил, как по коже прошлось лезвие, заодно разрывая его куртку. Краем глаза он заметил, как кольцо с красным светодиодом покатилось по земле — видимо, шнурок тоже задело. Внезапно тяжесть слетела с детектива вместе с телом преступника. Рид резко сел, наблюдая, как его андроид навалился на человека, закручивая его в захват. Гэвин вздохнул, расслабляясь, когда ухом он уловил тревожный писк. Девятый находился спиной к детективу, заламывая преступнику руки… Возможно, несколько сильнее, чем стоит.       — Ричард? — Детектив поднялся, бросая беспокойный взгляд то на бьющееся в припадке кольцо, то на железку.       Андроид ничего не ответил, продолжая медленно заводить руку злоумышленника под неестественный угол. Послышался сдавленный скулеж, от котого Гэвин содрогнулся всем телом, ощущая предательскую дрожь в ногах.       — Рич… — Детектив хотел достучаться до железки, которую опять накрыло, но девятый не дал ему времени, одним движением вывернув левую руку до хруста, вырывая из человека отчаянный крик.       Рид рванул на андроида, сбивая того с преступника и надеясь, что ему самому ничего не выдернут. У него даже получилось повалить железку на землю, отчего на него уставилась пара горящих алым светом глаз.       —  Ричард, мать твою КиберЛайф, отца твоего Камски! — Гэвин сдавленно шипел, хватаясь за ворот чёрной рубашки и желая как следует тряхнуть тостер, чтобы выбить из него всю дурь. Но шуршание за спиной и вид убегающей фигуры не дали совершить задуманное, заставляя Рида рвануть следом за беглецом.       Удивительно, как сломанная или вывихнутая рука добавляет мотивации и скорости. Детектив несколько раз почти догнал этого ублюдка, но человек резко заворачивал в новый закоулок, вновь отрываясь от погони. Где-то за спиной слышались другие бегущие шаги и Гэвин надеялся, что это не по его душу. Преступник кое-как перелез через хлипкий забор и помчался к автомагистрали, что приравнивалось к самоубийству. Но Рид не собирался его так просто отпускать, в нем горела справедливость и, возможно, совсем немного — желание дать в нос за испорченную любимую куртку. Он уже вцепился в металлическую сетку, но тут детектива подхватило нечто и утянуло от забора.       — Пусти, железка! — Гэвин пытался вывернуться из цепких лап андроида, но напарник только сильнее вдавил человека в твердый корпус.       — Не пущу. Тебя собьёт машина с вероятностью восемьдесят девять процентов. Я могу сам попытаться догнать цель. — Ричард спокойно удерживал раздраженного детектива, без каких-либо признаков былой нестабильности.       — Вот ещё! Если тебя расплющит, мне второго такого не пришлют, так что стой здесь. — Рид прожигал ненавистью скакавшего между несущихся машин мудилу, который, походу, не в первый раз проделывает этот маневр.       Напарники вернулись к месту преступления, где уже была целая толпа народу. Их маньяк всегда работал чисто и этот раз не был исключением — никаких следов, даже волосинки не нашлось. Этот говнюк замотался так, что нельзя было распознать ни лицо, ни каких-то отличительных черт. Гэвин  шарился вдоль стен и куч хлама, но его интересовали далеко не улики. Он пытался найти свое кольцо, которое оставил на земле, когда подорвался за преступником. Светящейся безделушки нигде не было, наверное, её кто-то подобрал себе. Рид сжал челюсти, борясь с желанием со всей дури вмазать по кирпичной стене. Блядство.       — Детектив Рид, вы что-нибудь нашли? — Ричард осторожно подошёл к детективу, отмечая крайне высокий уровень стресса человека.       — Нет… Ничего я не нашёл. — Гэвин тихо выругался и пошёл за своим напарником, осознавая, что теперь его жизнь станет гораздо сложнее.

***

      Рид стоял на кухне и тихо шипел, смывая подсохшую кровь с руки. Спасибо защитной пластине — пострадала только кожа и куртка, хотя в его коллекции наверняка появится новый шрам. Ещё одно напоминание, что надо сначала думать, а потом делать… Хотя его уже даже могила не исправит. Гэвин был крайне раздражен, но не этой мелкой царапиной, не зудящей надоедливой болью и даже не тем, что они упустили их неуловимого маньяка. Это все было пустяком на фоне главной проблемы. Он просрал индикатор кукухи своей железки и теперь не сможет понять, когда крыша тостера будет на низком старте, чтобы опять съехать в закат.       — Гэвин… — От сканирующего взгляда не укрылось, как детектив нервно вздрогнул, услышав голос андроида. — Даже если рана не слишком глубокая, её нужно обработать.       Рид посмотрел на девятого с аптечкой в руках и нехотя кивнул. Он не видел смысла плясать вокруг такой мелочи — у него бывали травмы и хуже, но не стал бороться с жесткой решимостью стальных глаз. На кухонном столе было достаточно места и Гэвин положил левую руку на стол, позволяя андроиду делать, что тому захочется.       Ричард осторожно обработал края раны перекисью водорода и антисептиком под недовольное сопение, внимательно осматривая на наличие инородных тел. Порез оказался чистым, поверхностным, без повреждения мышц, нервов или крупных сосудов. Наложение шва только сильнее повредит ткани, кровь уже не идёт, рана без проблем затянется сама. Андроид накрыл порез стерильной салфеткой и взял бинт. Конечно, для подобного хватило бы и обычных пластырей, но тогда бы все закончилось слишком быстро… Ричард нарочито медленно наматывал очередной тур бинта, скользя ладонью по тёплой коже, обводя контуры мышц, поднимаясь вдоль выступающих вен. Красиво… Люди с их анатомией были очень интересны, ведь даже несмотря на то, что андроиды созданы по человеческому подобию, их строение существенно отличалось. Девятый чувствовал покалывающие импульсы под пальцами, приятно расползавшиеся по системе, пока разминал расслабленные податливые мышцы, ощущая мелкую дрожь под кожей, отмечая проступившие мурашки. Гэвин старательно делал вид, что не замечает этих манипуляций андроида, от чего Ричард слабо улыбнулся.       — Гэвин, ты поступил сегодня очень опрометчиво. — Ричард ощутил, как мышцы под рукой закаменели, выдавая раздражение человека.       — Не стоит читать мне лекции по безопасности, тостер, оставь это дело кэпу. — Рид хотел высвободить руку из хватки андроида, но механические пальцы сжались на запястье. Вторая рука девятого успокаивающе и немного щекотно погладила большим пальцем в локтевой ямке, заставляя детектива примирительно вздохнуть. — Мы напарники, так что просто прикрывай мой зад, когда придётся.       — Вот как… — Голос девятого бесцветно прошелестел, резанув по уху Гэвина. — Это было опасно, в следующий раз держись позади.       — Сюрприз, пфлять, я работаю в полиции — моя работа всегда будет опасна. И нет, я не собираюсь мять булки у тебя за спиной, пока ты в очередном припадке скручиваешь людей в сраный бублик! — Рид с тяжёлым вздохом припечатал свободную ладонь ко лбу. Как же он устал за эту неделю. — Боже, за что мне достался такой глючный тостер?       Детектив ощутил, как пальцы андроида дрогнули и хватка на коже сразу ослабла, отпуская руку человека. Гэвин виновато посмотрел на девятого, когда до него дошло, что он сказал. Ричард всегда болезненно переносил любые намёки на его дефектность или нестабильность. Рид знал, каково это — бороться с чувством, что с тобой что-то не так и знал, насколько сильно ранят даже случайно брошенные слова. С Ричардом на самом деле была целая куча всего не так, он отличался от других андроидов и ему было тяжело адаптироваться к этой жизни, столь привычной для всех остальных. Андроид выглядел как обычно, но сжатые в тонкую полоску губы выдавали, что слова Рида задели его.       — Прости… Я не это имел в виду, ты же знаешь. — Короткий молчаливый кивок только плеснул новую порцию жгучей вины в душу Гэвина.       Ричард всегда был с ним терпелив, осторожен, словно боялся сделать лишнее движение. Он заботился о бесполезном кожаном мешке, принимал детектива со всеми его недостатками и помогал, ничего не требуя взамен. Рид знал, что рано или поздно ударит андроида по больному, но почему-то ему самому от этого стало невыносимо горько. Чужая печаль раздирала изнутри, пока вина просачивалась сквозь свежие раны, разъедая глубже, добираясь до закаменелого сердца. Чужая боль врезалась в жёсткую породу, сдирая слой за слоем черствую корку прошлых обид, давних разочарований и былых потрясений. Чужие чувства обнажили израненное, но мягкое сердце, которое все ещё было способно любить. Андроид смотрел в стол, заканчивая перевязку практически вслепую, хотя для машины это вряд ли было проблемой. Когда Ричард затянул раздвоенный конец бинта в аккуратный узелок, Рид накрыл ладонью руки андроида.       — Ричард… Посмотри на меня. — Дождавшись, когда андроид поднимет на него печальный взгляд, Гэвин мягко сжал чужие пальцы. — Ты ведь знаешь, что я не считаю тебя сломанным, правда? Я не хотел тебя обидеть, но у меня все ещё плохо получается следить за языком. Ты намного лучше любого андроида в департаменте, в Детройте, да хоть во всем мире! Знаешь, если бы у андроидов был свой ПлэйБой, то твоя рожа была бы на каждой его странице.       — Гэвин, не стоит… — Губы Ричарда невольно дернулись, изображая подобие улыбки. Андроид аккуратно освободился из плена рук детектива и принялся собирать вещи обратно в аптечку. — Люди не меняются сразу, для этого нужно много времени, а ты уже делаешь большие успехи. К тому же мы оба знаем, что со мной и правда многое неправильно…       — Ох, знаешь… Правильные парни никогда не были в моем вкусе. — Гэвин довольно усмехнулся, ловя удивлённый взгляд девятого.       Подсев ближе к Ричарду, детектив положил ладонь на стол и двумя пальцами «пошёл» к руке андроида. Рид видел, как железка изо всех сил старается подавить усмешку, наблюдая за этим ребячеством. Не встретив никакого сопротивления, ладонь человека накрыла чужое запястье и погладила сквозь перчатки. Гэвин поднял руку андроида и с хитрым прищуром поднёс к лицу. Не отрывая взгляда от настороженных серых глаз, Рид прижался губами к костяшкам, обтянутым чёрной тканью. Ричард удивленно уставился на детектива, ощущая поднимавшуюся изнутри волну эмоций, грозившую накрыть с головой, забирая рассудок. Андроид дернул рукой в робкой попытке вырваться, но Гэвин вцепился зубами в перчатку, не позволяя сбежать. Ричард рассматривал хищный оскал и голодный блеск в глазах человека, затягивающих в свою опасную глубину на самое дно.       — Что ты делаешь? — Андроид старался говорить как можно тише, чтобы не было слышно треска помех, проскакивающих в низком голосе.       — Я сниму её, ты ведь не против? — Рид не собирался ждать разрешения, но потемневший грозовой взгляд уже ответил ему лучше любых слов.       Гэвин поцеловал раскрытую ладонь андроида и скользнул губами по чёрной ткани вдоль пальцев. У конечных фаланг, детектив снова прихватил зубами перчатку и отклонил голову назад. Бархатистая ткань нехотя сползала миллиметр за миллиметром, обнажая бледную кожу, на которую случайно просыпали редкие родинки. Рид не отрываясь следил за лицом андроида, наблюдая, как Ричард прикрыл глаза, едва повернув голову в сторону, будто стыдясь того, что происходит. Гэвин полностью стянул ненавистную перчатку и с усмешкой разжал зубы, роняя её на пол. Андроид все ещё доверчиво сидел перед ним с закрытыми глазами и детектив даже передумал кусать железку за палец, как изначально планировал. В сознании Рида все это казалось чем-то более интимным, чем если бы тостер сейчас начал танцевать стриптиз на кухонном столе.       Ричард сосредоточенно анализировал свои ощущения, жёстко подавляя любые ростки нестабильности. Незнакомое чувство снова разливалось в районе груди, ожидая шанса, когда можно будет со всей силой обрушиться  на систему. Достаточно было тени слабости, всего одной трещины в неприступной стене, чтобы эмоции затопили сознание, забирая контроль. Он не мог отдать штурвал чувствам, опасаясь последствий, которые он даже не мог спрогнозировать. Нужно было разобрать ощущения на части, рассчитать их уровень, просканировать…       Горячее дыхание обожгло беззащитную кожу, срывая анализ, кроша в пыль цифры вероятностей. Ричард ощутил как к ладони прижались мягкие губы, отчего стресс и нагрузка на систему резко подскочили до опасных значений. Система охлаждения заставила андроида сделать прерывистый вдох, чтобы облегчить работу программ. Андроид поднял веки наталкиваясь на довольный взгляд, светившийся светлой зеленью, за молодыми листами которой затаилось нечто новое, что девятый никогда ещё не видел в глазах человека.       Гэвин прижался щекой к бледной ладони и потерся колючей щетиной словно кот, выпрашивающий ласку. Механические пальцы погладили теплую кожу, и детектив мягко поцеловал каждый из них. Ему до мурашек нравилось ощущать мелкую дрожь, пробегавшую импульсами по руке андроида от каждого прикосновения. У Ричарда не расширялись зрачки, не краснели щеки, но Рид замечал, как девятому нравится то, что он делает по ускорившемуся дыханию, дрожащим ресницам. Собственно, тот факт, что ему ещё не прилетело в нос тоже можно было считать за знак.       Гэвин выцеловывал каждый участок кожи андроида, до которого мог достать. Оставляя влажные дорожки, он переходил на тыльную сторону ладони, прикусывал твёрдые костяшки и возвращался обратно. Горячие губы нежно скользили по дрожащей руке, словно умирающий от жажды трепетно собирал утреннюю росу с листьев. Рид изучал, в каких местах Ричард вздрагивал сильнее всего, чтобы заставить эти бледные губы вновь ухватить лишнюю порцию воздуха. Кончик языка, ласково прошёлся по подушечке пальца, вырывая из андроида нечто похоже на механический стон.       Облизнув пересохшие губы, Гэвин захотел любой ценой снова услышать это. Он поцеловал запястье Ричарда и затем провел языком по всей ладони. Ловкий язык скользнул между фалангами пальцев, поднимаясь к кончикам и с нажимом прошёлся по чувствительным сенсорам.  Андроид зажмурился и задрожал, его губы сильнее приоткрылись, дыхание стало тяжелее, сбиваясь с идеального ритма. Таким Ричард нравился человеку однозначно больше, но этого было недостаточно. Влажные губы обхватили указательный и средний пальцы, утягивая в рот. Гэвин прикрыл глаза, с наслаждением обвивая их языком и лаская мягкую кожу, оглаживая подушечки пальцев и слегка прикусывая зубами. Рид наконец услышал желанный, шелестящий помехами стон. Шершавый язык вновь скользнул по пальцам андроида, однако в этот раз они ощущались иначе. Поверхность стала более гладкой и жесткой, отчего детектив открыл глаза. С руки Ричарда сполз скин, обнажая белые детали, слабо подсвеченные голубоватыми искрами. Гэвин поражённо охнул, выпуская пальцы изо рта и припоминая, что что-то подобное он уже видел у андроидов во время репортажа в ночь революции.       Ричард тоже вернулся в реальность, поднимая веки и резко выдергивая ладонь из рук детектива. Девятый завёл руку за спину, опустив взгляд в пол, и выглядел ужасно смущенным. Подхватив свободной рукой аптечку, андроид поспешил сбежать в ванную, чтобы привести себя в порядок.       Уткнувшись лбом в зеркало, Ричард сжал дрожащую руку в кулак и прижал к груди, где тириумный насос безумно бился о жёсткий корпус. Он был на грани, новые ощущения, которых он не знал прежде, расходились волнами по системе. Это была не боль, это было нечто тёплое и невозможно приятное. Но даже так, андроид не мог позволить этому взять над собой верх. Только не сейчас, только не после недавнего срыва прямо перед Гэвином.       — Ричард, ты в порядке? — Рид прислонился к  дверному косяку, буравя беспокойным взглядом напряженную спину. Едва заметный кивок детектива не устраивал в качестве ответа. — Что я сделал не так?       Андроид мотнул головой, но так и не обернулся к человеку. Гэвин недовольно фыркнул и подошел ближе, хлопнув девятого по плечу. Он собирался спросить, что вообще  происходит с тостером, когда Ричард резко развернулся и прижал детектива к стене. Рид тихо прошипел, когда затылок уткнулся в твёрдую плитку, но только довольно усмехнулся. Он уже готовился ко всяким горячим признаниям и чувственному поцелую как в кино, но андроид бездвижно замер. Гэвин посмотрел на Ричарда и ему не понравилось то, что он увидел. Девятый смотрел на него, словно Рид только что пнул андроида по яйцам. Ну, если бы у железок были яйца.       — Что происходит? — Детектив хмуро прищурился, рассматривая обречённость в идеальных чертах.       — Гэвин… — Ричард наклонился ближе к лицу человека, но вместо поцелуя бледные губы оказались над ухом детектива. — Ты разговариваешь во сне.       Рид вообще не понимал, к чему были сказаны эти слова, пока рука, на которой все ещё была чёрная перчатка, не коснулась его шеи. Детектив дёрнулся, но тяжёлая туша андроида только сильнее вдавила его в холодную плитку, заставляя нервничать. У него больше не было кольца и он даже не представлял — тостер специально делает это или у него снова сорвало тормоза. Один из бесчисленных кошмаров скользнул липким страхом по коже вместе с бархатистой тканью, посылая вдоль позвоночника волны мурашек. Гэвин сжал руки, впиваясь ногтями в ладонь, закусил губу и зажмурился до ярких кругов перед глазами. Он твердил себе, что это не сон, что этот безумный андроид с алыми глазами не Ричард.       Мягкая ткань оглаживая шею, иногда обвивая пальцами горло, накрывала дрожащий кадык, заставляя сглатывать вязкий ком. Рид рвано вдыхал полной грудью, стараясь успокоиться, но очередное движение пальцев андроида на его горле и  все внутри снова сворачивается в узел, а онемевшие ноги едва не подгибаются.       — Ты все ещё боишься меня. — Низкий шепот обдавал отчаянием и тихой болью. — Поэтому ты всегда носил с собой мой диод.       — Ты знал? — Рид поморщился от того, насколько слабо и хрипло звучал его голос.       — Догадывался… Все хорошо, я понимаю твои чувства. — Ричард отстранился от детектива и отвернулся.       Нет… Гэвину хотелось вцепиться в черную рубашку и кричать, что он ничего не понимает, что все не так. Но ноги не могли сделать шаг навстречу, руки отказывались подниматься, а голос предательски замер комом где-то в горле. Андроид вышел из ванны, прикрыв за собой дверь. Рид сполз по плитке на пол, уткнувшись лбом в колени и вцепился рукой в тёмные волосы, до боли сжимая пряди в кулак. Блять, да что с ним не так?!       — Я останусь сегодня в департаменте на ночь, чтобы проанализировать все камеры в районе, где произошло преступление. — Гэвин слышал глухой виноватый голос за дверью, но промолчал. Ричард постоял какое-то время возле двери и, не получив ответа, направился к выходу. Андроид хотел бы поговорить обо всем этом, но сейчас ему было слишком больно, а работа всегда была хорошим средством, чтобы забыться.       Рид поднялся на негнущихся ногах и посмотрел на свои дрожащие как у наркомана руки. Детектив с яростным криком вмазал кулаком по стене и с шипящей руганью прижал сбитые костяшки к губам. Металлический привкус крови полоснул по нервам, отчего Гэвин едва не оторвал кран, открывая холодную воду. Плеснув на лицо воды, Рид посмотрел на себя в зеркало.       — Мы сегодня так наебенимся, ты даже не представляешь. — Отражение горько усмехнулось в ответ и детектив пошёл за пострадавшей курткой, которая сможет хоть немного защитить его от бившегося в окна дождя.