Мимикрия

      Стоило напарникам только войти в офис под конец рабочей смены, как Фаулер позвал их к себе. Наверное, весь департамент слышал, как шеф орал на Рида и андроида. Детектив сначала было удивился, с чего это такая честь, ведь для него опаздывать уже стало своеобразным ритуалом на удачу. Лучше опоздать на разборки и беседовать с трупами чем успеть под пулю или чужой нож. Пораскинув мозгами под белый шум чужого негодования, Гэвин довольно быстро нашёл ответ. Нервы капитану натянула цветочная ярмарка, которая будет на следующей неделе. Это было первое официальное мероприятие людей и андроидов, поэтому защита граждан обоих рас станет настоящей головной болью для всех. Гэвин перешёл в состояние амебы — он сидел, поглощал кислород, иногда моргал и полностью игнорировал окружающую действительность. Один раз он кинул быстрый взгляд на напарника, который также изображал одноклеточное. В конце концов, шефу надоело орать на два пенька со стеклянными глазами, и он отпустил их, предварительно обеспечив бумажной работой на дом.       Рид ненавидел работу с бумажками, но ещё больше он ненавидел работать в выходные. Но люди меняются! Сейчас детектив был готов хоть горох от фасоли перебирать, чтобы не казалось, что они с девятым неловко молчат дома все выходные. Ричард ничего не сказал Гэвину о его походе в бар, даже осуждающего взгляда не нашлось. Но Риду все равно было стыдно настолько, что хоть головой о стену бейся. Андроид больше месяца постоянно следил, чтобы детектив не присосался к бутылке, а Гэвин свел эти старания к нулю за один вечер. Что сказать, тут нужен талант, который уж точно не пропьешь. Рид злился на себя — за слабость, за все свои вредные привычки, за то, что все никак не возьмёт себя в руки. Он понятия не имел, что думает об этом Ричард и разочарован ли он в детективе… Но он точно знает, что разочарован в себе сам. У него всегда была целая куча проблем и недостатков, но обычно он предпочитал не замечать их, игнорируя растущий снежный ком.       Девятый обращался с Гэвином так, будто он никогда не был токсичным мудаком — без пренебрежения, неприязни, как с обычным нормальным человеком. Это заставило Рида поверить, что он может быть адекватным, может стать лучше, и даже найти свое место в мире. В свое оправдание он может сказать, что правда старается. Гэвин и никогда не думал, что не поливать окружающих грязью и едкими подъебами будет выматывать его сильнее чем часовая пробежка. Но этого все равно недостаточно… Он обязательно станет лучше — для себя и для Ричарда. Главное, чтобы у андроида хватило на него терпения.       Ну, а пока что Рид пошёл в архив набирать себе чтива на выходные, оставляя девятого заканчивать проверку камер. Гэвин заодно забрал стопку своих старых отчётов, чтобы переделать, так как большинство из них были практически нечитаемы. И не только из-за почерка. За спиной раздалась знакомая тихая поступь. Гэвин скривился как от зубной боли.       — Чего тебе, Коннор? — Детективу не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что андроид стоит и лыбится фирменной улыбкой хорошего мальчика.       — Что ты думаешь о Ричарде? Он ведь тебе нравится. Насколько твои чувства серьёзны? — Восьмисотый знал, что Ричард не одобрил бы этого разговора, но он просто не может оставить все на этих двоих.       — Ох, неужели ты ревнуешь? — Гэвин повернулся, нервно усмехнувшись. Коннор в архиве навевал не самые приятные воспоминания. Тостер, похоже, тоже вспомнил их «милую беседу» и плавно подошёл ближе. — Ничего я о нем не думаю, а если бы и думал, то тебе уж точно не сказал бы.       — Хочу, чтобы ты запомнил одну простую вещь, Гэвин. — Андроид встал практически вплотную, смотря сверху вниз на дерзкий прищур зелёных глаз. — Если ты обидишь Ричарда, я верну тебе его боль в десятикратном размере. Даю слово.       — Ещё бы в нашем мире слово что-то значило. — Рид фыркнул, не отводя взгляда от сурово сведенных бровей и тёмных карих глаз. — Успокойся, мамочка, я суров и грозен, но с тостером буду мягче, так и быть.       — Да… Особенно с пингвином в руках — было очень грозно. — Коннор издал полумеханический смешок, наблюдая за разливавшимся на щеках детектива румянцем. Люди слишком предсказуемы.

***

      Рид провозился в архиве, пока не закончилась рабочая смена. Возможно, совсем чуть-чуть, специально. По дороге домой, напарники в основном молчали, изредка обмениваясь сухими фразами. Лицо андроида было несколько задумчивым, хотя Гэвин не был уверен. Он никогда не всматривался в эмоции Ричарда подробнее чем нужно. О состоянии девятого всегда сообщало кольцо и детектив уже привык, что всегда знает, когда андроид нервничает, а когда спокоен.       Сейчас Риду впервые приходится присматриваться к чужим жестам, мельчайшим изменениям в мимике. Ричард все ещё вёл себя сдержанно, словно боялся лишний раз разозлиться или засмеяться во весь голос, ограничиваясь короткими смешками. Лишь изредка он мог услышать настоящий смех андроида — с тихим шелестом помех и низкими хриплыми нотами. Отчасти Гэвин очень хорошо понимал причину такой зажатости, но это же не значит, что нужно вообще не проявлять никаких чувств! Ричард хотя бы дома позволял себе быть более человечным, но Рид часто замечал, как андроид давит в себе эмоции и на это было больно смотреть. Детективу иногда до скрипа в зубах хочется вывести железку из себя, чтобы Ричард наконец смог закричать во всю механическую глотку, но его пыл всегда сбивала перспектива не дожить до больницы от последствий.       Гэвин посмотрел на сосредоточенное лицо андроида, жёсткие черты и стальной взгляд, осознавая, что совсем не знает девятого как личность. Ричард постоянно задавал вопросы про эмоции, но почти никогда не рассказывал, что чувствовал он сам, а Рид и не интересовался. Есть ли у его андроида любимые вещи или музыка? Что вообще нравится или не нравится Ричарду, есть ли у него какие-то амбиции и мечты?       — Рич… — Детектив привлёк внимание андроида, но в итоге молча шёл вперёд. В голове сразу появилось столько вопросов, столько всего, чего он ещё не знает, но обязательно должен узнать…       — Ты что-то хотел сказать, Гэвин? — Прошла минута, за ней следующая, а Рид все не мог решить, какой вопрос важнее.       — Да, хотел. Хотел спросить. Это… Какой у тебя любимый цвет? — Гэвин хотел приложиться головой об асфальт, но вместо этого только накинул капюшон серой толстовки, которую он надел вместо повреждённой куртки — благо сейчас июнь.       — Любимый цвет? — Ричард посмотрел на смущенного человека с таким удивлением, будто тот начал светиться у него на глазах.       — Да ладно, не отвечай, мне все равно. — Рид натянул капюшон максимально низко, чтобы скрыть свое покрасневшее лицо. Господи, любимый цвет, ему сколько лет вообще? Напарники продолжили идти в тишине и вскоре показалась крыша их дома.       — Зелёный… — Андроид тепло улыбнулся удивлённому детективу, выглянувшему из-за края капюшона. — Мне очень нравится зелёный цвет.       Дома Гэвин торопливо закинул в себя ужин и, сославшись на усталость, быстро капитулировал в спальню. Детектив порылся в ящике и достал тонкую однотонную тетрадь с ручкой. Усевшись с ногами на кровать, Рид открыл первую страницу и вывел неровным почерком:

«Любимый цвет — зелёный»

      Постучав задним концом ручки по тетради, Гэвин сделал ещё несколько заметок о Ричарде. Проблемы с контролем эмоций, стремление объяснить необъяснимое, готовка как возможное хобби, постоянно убирается и контролирует местоположение каждой вещи, следит за ним во сне, иногда гладит по волосам и обнимает. Конечно же, по-дружески. Осмотрев короткий перечень, детектив раздосадованно цокнул — он правда почти ничего не знает об андроиде. Рид поставил себе задачу — использовать все свои навыки детектива, чтобы как можно лучше узнать настоящего Ричарда и научиться понимать его тараканов без кольца.       Гэвин засунул тетрадь под подушку и, скинув толстовку, залез в футболке и штанах под одеяло. Детектив посмотрел на приоткрытую дверь шкафа, где валялась мягкая игрушка, и затем на выход в гостиную. Ему стало интересно — придёт ли андроид к нему сегодня ночью? Рид накрыл себя одеялом с головой, оставляя небольшую щелку для воздуха и обзора. Он планировал не спать всю ночь и поймать тостер с поличным.       Вспомнилось далёкое детство, снежные зимы, яркие огни гирлянд и венки на стенах. Время, когда люди становились добрее, их сердца теплее и везде витала вера в рождественское чудо. Даже в их доме отмечали этот праздник, независимо от ситуации с бюджетом, хотя настоящая ёлка была всего один раз. Мелкий Гэвин в праздничную ночь отчаянно пытался не уснуть, чтобы поймать Санту, отобрать все подарки и продать. На вырученные деньги он планировал вытащить его с матерью из бедности и наладить их жизнь. Что только Рид не делал, чтобы не уснуть — и тыкал в руку вилкой, и бил себя по щекам, но рано или поздно тело становилось тяжелым, голова ватной, а веки все дольше оставались закрытыми. После одного такого моргания он раскрывал глаза уже утром с подарком под боком. Любой ребёнок бы обрадовался такому чуду, но Гэвин лишь сжимал зубы, стараясь удержать слезы от подступившей горечи и разочарования в проваленной операции. В итоге мама каждое утро рождества уже ждала его на кухне с какао и неизвестно откуда найденными сладостями, чтобы успокоить наивного плачущего сына. Детектив погрузился в воспоминания о теплых объятиях, заботливой ладони на макушке, не замечая, как сознание медленно ускользало в темноту.

***

      Душный полумрак, сырой воздух пахнет землёй и железом. Гэвин прислоняется к холодной стене с облезшей краской и длинными уродливыми царапинами вдоль потрескавшихся кирпичей. Как и зачем он здесь оказался? Рид опускает взгляд на свои руки, которые оказываются неожиданно детскими — пальцы размыты, их изображение искажается, не давая сосчитать количество. Сон, это просто сон. Новый кошмар. Облегчённо выдохнув, Гэвин садится на пыльный пол, надеясь, что никуда не вляпался. Помещение было похоже на подвал, никаких окон и огромные трубы, что раскинулись на потолке паучьей сеткой, спускались к полу и вгрызались в потрепанные стены, уходя в неизвестность. Ржавый металл натужно поскрипывал, словно пытаясь перевести звуки в слова, но Рид не прислушивался к надоедливому шуму. Он все равно рано или поздно проснётся, поэтому нет смысла идти к двери у дальней стены и выбираться наружу…       Трубы начали скрипеть сильнее, теперь этот раздражающий звук нельзя было просто игнорировать — он проходился поездом по мозгам, прижигал оголенные нервы раскаленным металлом. Гэвин подскочил с пола и в порыве злости пнул ближнюю трубу потертым кросовком. На мгновение раздался противный скрежет, разнесшийся эхом по всему замкнутому помещению и затем металл в нескольких местах лопнул. Из трещин хлынула чёрная, дегтеобразная жидкость, она тягуче капала с потолка, пульсировала из труб на стенах, и затапливала небольшое пространство, медленно подбираясь к Риду. Он понял, что знатно проебался и рванул к двери с ведущей наверх лестницей. Может из-за детского тела, а может из-за вязкой тёмной жижи под ногами, но каждый шаг давался с трудом и был словно в замедленной съёмке. Казалось, что ноги вязнут в смоле, но детектив даже во сне обладал поразительным упорством и присущей ему вредностью. Да, может он проснётся раньше, если это болото его засосет, вот только это его сон и никакая конча осьминога просто так не получит его тушку. Когда Гэвин наконец добрался до лестницы, чернота достала до половины бедра, но кое-как он мог забраться на ступени. Самодовольно фыркнув, Рид обернулся и показал жиже средний палец.       А потом понял, что лучше бы остался на месте, чтобы его засосала эта чёрная дыра, потому что из-под вязкой толщи на него уставились два красных глаза. Когда чёрная, корявая рука с длинными как лапы паука пальцами вылезла из жидкости, Гэвин хотел заорать прямо как в фильмах ужасов. Только голос пропал, а его личный ужастик сжал худощавыми пальцами одну из труб и рванул на себя. Из отверстия хлынул поток чернухи, заставляя уровень подниматься намного быстрее, пока тварь плавно поплыла в сторону Рида. Детектив рванул по ступеням так, как никогда ещё не бегал, теперь его ноги ничто не удерживало, но и темнота не отставала, поглощая ступени, едва нога Гэвина успевала с них подняться. За спиной что-то хрипело и булькало, но Гэвин запретил себе оборачиваться. Он был готов бежать вечность, но довольно быстро увидел крышку подвала и начал молиться, чтобы та была открыта.       И о да — она была открыта! Рид практически выбил дверь из петель, вылезая из этого погреба и падая на траву. Он оказался ночью на узкой лесной поляне, от которой в разные стороны отходили кривые тропинки, освещенные то факелами, то кривыми фонарями, то вообще летающими огоньками. Гэвин не собирался выбирать вообще ничего, но за спиной что-то рыкнуло и он с новой силой сорвался с места, бросившись к тропинке с голубыми лампочками. Ноги не уставали, продолжая глухо нестись по опавшим иголкам, взметать сухие листья и перепрыгивать через извилистые корни. Рид не оглядывался, но точно знал — оно следует за ним, петляет между кривыми деревьями, трещит иссохшими ветками и наблюдает из темноты. Может ему только казалось, но иногда он видел боковым зрением красный отсвет, мелькавший между дальними деревьями, куда не доставал свет лампочек, которые теперь были жёлтыми.       Гэвин продолжал бежать, гадая, когда же он наконец проснётся. Лампочки стали попадаться все реже, а их свет сменился тревожным красным, но детектив не останавливался, даже когда откуда-то стал доноситься тихий писк. Звук становился громче, лился со всех сторон в голову Рида, давя на мозги. Когда звук стал невыносимым, детектив закрыл уши руками, но это не помогло — писк словно шёл теперь у него из головы, желая свести с ума. Гэвин упал на жухлую листву, но даже не услышал за пронзающим шумом звука смятых листьев. Он попытался закричать, чтобы заглушить шум своим голосом, но не услышал ничего. Свернувшись калачиком и обхватив раскалывающуюся голову руками, Рид молился, чтобы это чёрное чудище наконец достало до него, скорее раскрошило ему череп. Он даже сам звал его, лишь бы это все быстрее закончилось.       Гэвин проснулся, ощущая, что кто-то активно трясёт его за плечи. Взгляд сфокусировался на лице Ричарда, в глазах которого читалась неприкрытая паника. Ухватившись дрожащей рукой за чужое плечо, Рид резко поднялся и вжался в андроида, вцепившись в складки рубашки как в спасательный круг. Адреналин исчезал, детектив постепенно начинал чувствовать свои напряжённые мышцы, слышал загнанное дыхание и саднившее горло. Гэвин попытался дышать ровно, и взять себя в руки. Он никогда так не радовался, что Ричард водит хороводы к нему в спальню каждую ночь.       Андроид осторожно гладил вздрагивавшего человека по спине и волосам, считывая бешеный пульс, прислушиваясь к хриплому дыханию. Ричард крепче прижал к себе человека, вспоминая, как сначала ему из кухни показалось, что детектив болезненно стонет. Чем ближе он подходил к спальне, тем громче становились восклицания Гэвина и когда девятый вбежал в комнату, человек кричал, чтобы все прекратилось. Ричард просканировал Рида ещё раз, отмечая, что тот успокоился, но не отпускал. Ему казалось, что стоит только разжать руки и с Гэвином случится что-то плохое. Кошмары были частыми гостями во снах детектива, но такого раньше не было.       — Гэвин… — Андроид повернул голову в сторону, чтобы не встречаться взглядом с человеком. — В твоём кошмаре был я?       — Нет, тебя там точно не было. — Рид отпустил смятую рубашку и ухмыльнулся, оглядывая Ричарда. — А где же пингвин, м?       — Хорошо, когда ты будешь кричать во сне в следующий раз, я обязательно сначала пойду за мягкой игрушкой. — Девятый плохо понимал концепцию юмора, но судя по тихому смешку, он делал успехи. Андроид отпустил Гэвина и тот сразу свалился обратно на кровать. — Я могу чем-то помочь тебе?       — Не уходи… Останься, чтобы сразу разбудить меня, если это начнётся опять. — Рид ни разу не верил, что снова сможет уснуть, воспоминания о кошмаре все ещё ярко проносились в памяти и он не хотел сейчас быть один.       — Конечно. — Ричард удобнее сел на край кровати и, задумавшись, положил ладонь возле запястья детектива. — Я могу отслеживать пульс, чтобы как можно раньше заметить кошмар, если ты не против.       — Кхм, а тебе удобно будет так сидеть всю ночь? Никакие провода не пережмет? — Гэвин посмотрел на свободный участок двуспальной кровати. Ричард проследил за его взглядом и хитро прищурился.       — Очень неудобно. Андроидам вообще вредно надолго замирать в неестественных позах, от этого сбивается координация. — Ричард поднялся и медленно обошёл кровать под внимательным взглядом детектива, остановившись возле противоположного края. — Спасибо за приглашение, это очень мило с твоей стороны.       — А я тебя ещё никуда не приглашал. — Рид тихо усмехнулся, отодвигаясь на свою половину, и улегся на спину. — Залезай уже, тостер.       К его удивлению, андроид решил забраться под одеяло, устраиваясь на боку, но не пересекая невидимой границы в центре. До Гэвина наконец дошло, насколько неловко выглядела их ситуация, но ничего уже не изменить — Ричард лежит с ним в одной кровати, будто они ближе чем просто друзья и коллеги. Хотя друзья ведь могут просто лежать рядом? Почему нет — законом не запрещено, так что все легально. Не то, чтобы Рид был сильно против, даже очень за… Только он не знал, как отреагирует андроид, если вдруг увидит особую заинтересованность его персоной у детектива ниже пояса. Пока все было спокойно, но Ричард разлегся тут такой красивый и совсем рядом — нужно только протянуть руку. Гэвин был ни разу не святой, да и терпением особо не отличался… хотя это у него в голове полно всяких непристойных мыслишек, а андроид просто хочет дать детективу выспаться. Только вряд ли тостер понимал, что чем ближе он к Риду, тем дальше от человека сон.       — Так что, будешь держать меня за ручку всю ночь? — Нервно хмыкнув, Рид повернул голову в сторону андроида, замечая светлые глаза непривычно близко. Из-за своего цвета они будто светились в темноте мягким бледным светом, как ночная лампа в стальной оправе, притягивая к себе беспечных мотыльков. Пара неосторожных взмахов и призрачные крылья сгорят, но они продолжают очарованно тянуться к свету. Гэвин понял, что он серьёзно попал…       — Да. — Рука Ричарда осторожно скользнула под одеялом и запястья едва коснулась мягкая ткань перчаток. — Если тебе будет неприятно или неуютно от того, что я прикасаюсь к тебе, то скажи сразу, хорошо?       Гэвин нехотя кивнул, насупившись. Подумаешь, он его испугался пару раз — железка теперь с ним  что ли как с обморочной барышней носиться будет? Он уже большой грозный детектив со своей кошкой и домашним кактусом, между прочим. Негодование Рида разбилось о ладонь Ричарда в бархатистой перчатке, аккуратно обвившей его запястье. Детектив почувствовал лёгкую тяжесть на руке, но та не ощущалась чем-то лишним или неудобным.       Прикрыв глаза, Гэвин сосредоточился на чужом присутствии и это успокаивало.  Андроид всегда был рядом. В беззвучной темноте Рид размышлял о том, насколько огромную часть его нынешней жизни занимает эта железка и, пожалуй, это лучшая её часть. Разум неторопливо перебирал воспоминания о проведённых вместе днях и детектив был удивлен, как легко и непринуждённо у них получается общаться и жить вместе. Обычно люди пытались выброситься в окно или придушить Гэвина уже после одной недели совместной работы. Но Ричард не относился к категории «обычно» ни одним параметром. Детектив ещё с первых дней совместной работы беспокоился, что железка прикопает его под клумбой в качестве удобрений, но на деле Ричард ни разу даже не ударил его. А там было за что — уж он точно это знал. Его андроид был с приветом, но Гэвин знал, что не променяет такое чудо ни на один адекватный тостер. Десятки лет он не позволял себе влюбляться или привязываться, но, как оказалось, он всего лишь встречал недостаточно долбанутых созданий. Гэвин фыркнул и открыл глаза, осматривая своего андроида.       — Что-то не так? — Ричард растерянно посмотрел на хмурого детектива, неуверенно разжимая ладонь на горячем запястье.       — Цыц! — Рид перехватил чужую руку и закинул себе на поясницу, вторгаясь на чужую территорию и прижимаясь к андроиду. Тот ничего не сказал и совершенно не сопротивлялся, когда Гэвин обхватил его руками и уткнулся лбом в твёрдую грудь. — Ничего не знаю, ничего не слышу — у меня кошмары, мне сегодня можно.        Рид услышал тихий низкий смех над ухом и зажмурился до пятен перед глазами от ощущения, как все внутри сладко сжалось. Он точно попал. Что с этим делать он придумает завтра, или послезавтра… или никогда. Зачем все усложнять, когда и так все хорошо? Детектив прислушивался к спокойному ритмичному дыханию андроида, ощущая, как постепенно к нему подкрадывается сон. Гэвин все ещё держал в голове мысль, что Ричард может одним мизинцем переломить ему позвоночник, но подобные мысли больше не напрягали. Было скорее забавно, что такая машина со сверхчеловеческой силой сейчас гладит его по макушке, думая, что человек уже уснул. Передовая модель для превращения лиц преступников в фарш, которая готовит ему по утрам завтрак и подсовывает мягкую игрушку по ночам — такая революция ему по душе. На лице невольно растянулась счастливая улыбка и детектив задремал, окончательно расслабившись.

***

      Утро пробивалось слабыми лучами через узкую щель между плотными шторами, ложась сияющей полоской на кровать. Гэвин смотрел как пролетающие сквозь свет пылинки становились видимы всего на мгновение, чтобы потом робко скрыться в темени. Андроида не было на кровати, но среди сонной тишины ленивого субботнего утра до детектива доносились звуки возни на кухне. Улыбка никак не сползала с лица Рида, он ещё никогда не чувствовал такого умиротворения и спокойствия на душе. Шейла запрыгнула на кровать и стала топтаться по спине Гэвина, пока не нашла достаточно мягкое место, с довольным мурчанием сворачиваясь в калачик. Детектив осторожно потянулся и продолжил валяться, пока не послышались тихие шаги.       — Доброе утро? — Ричард сел на край кровати и просканировал состояние Рида. Вид отдохнувшего и счастливого человека вызывал приятные искры, разбегавшиеся по системе.       — Доброе. Я сейчас немного обездвижен, так что когда именно утро для меня начнётся, не могу сказать. — Гэвин усмехнулся, едва заметно кивая на кошку, что уже тихо посапывала, изредка дергая лапами.       — Не знал о подобных способах, но приму на вооружение. — Ричард улыбнулся детективу в ответ и плавным движением пригладил растрепавшиеся во сне волосы человека. — Кофе сварился, может, хотя бы в этот раз он успеет остыть до того, как ты обожжешься.       Когда андроид поднялся и направился к выходу, Гэвин прикусил губу и едва удержался, чтобы не ляпнуть лишнего. Раньше Рид легко кидался признаниями в любви, ведь они все ничего не значили для него на самом деле. Врать было легко и удобно, ведь чужие отказы и резкие слова никак не ранили его. Сейчас детектив больше всего боялся где-то налажать и все испортить. В прошлом у него не было опыта счастливых отношений — все было гладко разве что первую неделю. А потом их «любовь» плавно скатывалась к упрекам, скандалам и взаимной ненависти. В итоге никто не хотел жрать кактус и они расходились также быстро, как и познакомились. Он бы не стал орать на девятого или поливать грязью, но это не слишком улучшает ситуацию. Прошлый опыт ярко показывал, что детектив просто не способен построить отношения с кем либо, поэтому он сдался. Ему больше не хотелось раз за разом терпеть неудачу, ещё сильнее разочаровываясь в себе и в других. Но с Ричардом многое было не так. Конечно, Гэвин все ещё не подарок, у него набор шероховатостей и недообломанных колючек, но андроид каким-то немыслимым образом умудряется медленно стачивать эти острые углы. Детективу даже иногда кажется, что с Ричардом у него может что-то получиться.       Он не был слепым, да и тупым тоже — Рид замечал, что со стороны андроида есть некоторая симпатия. Но его не покидало противное ощущение, что как только они переступят эту тонкую невидимую черту, все опять пойдёт по одному половому органу. Не хотелось разрушать этот хрупкий баланс в их жизни, поэтому… Пусть уж лучше все останется таким как есть.       Как бы сильно Гэвин не любил свою лысую кошку, рано или поздно ему пришлось повернуться на бок, потому что спина уже начинала болеть. Под неодобрительным сонным взглядом Шейлы детектив подцепил из шкафа оранжевую толстовку. Рид не ставил себе цели собрать толстовки всех цветов радуги, но из-за своего удобства именно данный вид одежды населял большую часть его шкафа. Куртка пришла в негодность, а это значит, что Гэвину придётся идти в торговый центр, в котором он бывает от силы пару раз за полгода. Может и Ричарда удастся затащить? Рид не был дальтоником, но издалека ему было сложно отличить черную рубашку тостера от темно-синей. За завтраком Гэвин решил озвучить свое предложение пройтись по магазинам. Андроид смутился, сказав, что сегодня не сможет, так как у него появились планы.       — Неужели нашёл себе пластиковую подружку? — Рид испытал облегчение в душе, когда Ричард от его вопроса только страдальчески закатил глаза.       — Нет, мне нужно встретиться с Коннором и ещё парой андроидов, чтобы обсудить одно важное дело. — Андроид так улыбнулся, что детектив невольно представил, как тостеры будут строить коварный план по захвату мира.       — Так позови к себе в гости — в чем проблема? Если стесняешься своего кожаного мешка, то я сегодня все равно уйду по делам в город. — Гэвин прикидывал, куда ещё он мог бы заодно зайти. В голову пришла довольно сомнительная идея, но чего не сделаешь ради знаний.       — Я не стесняюсь тебя, Гэвин, просто наша беседа будет… Не для людских ушей. — Ричарду идея позвать к себе гостей понравилась, поэтому он отправил приглашения по связи.       — Точно мир собрались захватывать… Людей я не особо люблю, так что флаг вам в руки. — Усмехнувшись от скептичного взгляда андроида, Рид показал большой палец, выражая всю возможную поддержку будущим завоевателям.       Детектив не стал терять время и сразу после завтрака отправился по слишком важным делам, чтобы помочь девятому с уборкой. Конечно, Ричард разгадал его попытку улизнуть от домашних дел, но все равно отпустил человека. Видимо, пенная вечеринка в гостиной заставила андроида пересмотреть свои взгляды на роль детектива в бытовых делах. Гэвин прошёлся по улице, наблюдая за просыпающимся городом, и достал телефон. Длительные гудки ритмично вбивались в мозг и Рид уже было решил, что ему не ответят. Логичнее ожидать, что его добавили в чёрный список, но раздражающий гул резко прервался.       — Доброе утро, детектив Рид. Чем могу помочь? — Гэвин едва удержался от язвительного комментария о том, что у лидера девиантов слишком много свободного времени, чтобы помогать всяким детективам.       — Предлагаю положить пластиковый болт на все важные и не очень дела на пару часов. — Наткнувшись на гробовое молчание, Рид обречённо вздохнул. — Я хочу поговорить о Ричарде.       — Хорошо, мне тоже хочется узнать, как он сейчас. Надеюсь, в два часа дня будет удобно, так как у меня больше нет окна.       — Без проблем. — Гэвин пнул какой-то камень, размышляя, чем ему забить лишнее время.       — Тогда буду ждать в кафе Магнолия в два часа. Думаю, вы помните это место.       — А можно не устраивать встреч в местах, где меня видели пьяным?! — Смех с той стороны означал, что ему все же придётся краснеть за себя и за свое бухое подсознание, цеплявшееся в тот вечер к каждому тостеру, у которого все ещё был диод. Ну и ладно, пусть Маркусу тоже будет стыдно за то, с кем он пришел пропустить стакан голубой жижи.

***

      Андроиды сидели на кухне с сосредоточенными лицами, но серьёзнее всего выглядела Лили. Коннор и AP700 изучающее осматривали друг друга, пока Ричард расставлял бутылки с тириумом на круглый стол.       — У меня есть вопрос… — AP700 посмотрел на девочку, которая не спускала напряжённого взгляда с андроида. — Я понимаю, что ты собрал нас, чтобы мы помогли тебе с человеком… Но зачем тут EM500?       — Между прочим, я знаю Гэвина дольше тебя. — Малая нахмурила брови, ещё подозрительнее осматривая незнакомого гостя. — Ты кто вообще?       — Моё имя — Роберт, я управляющий в Магнолии и друг Ричарда. — Девятый удивленно поднял брови, но возражать не стал.       Андроид предпочитал молча сидеть, позволяя гостям самим перезнакомиться между собой. Сначала все пошло не очень гладко, но во время истории Роберта о том, как именно он познакомился с детективом, девианты сначала скромно улыбались, а под конец уже открыто смеялись. AP700 оказался очень общительным андроидом и умел преподнести историю так, чтобы она была увлекательна. Ричард невольно завидовал такой открытости, живой мимике и свободным жестам.       — Он правда залез через окно? — Ага, ещё показал свое удостоверение… Вверх ногами. Я успел познакомиться с самыми разными людьми, но такое видел впервые. —  Роберт усмехнулся и вздохнул с наигранной усталостью. — Едва мне стоило отвернуться, его приходилось снова искать по всему кафе. Я тогда впервые пожалел, что у нас столько залов. Пришлось попросить охрану присмотреть за человеком, пока я звонил по телефону. Что вы думаете? Когда я повернулся, его снова не было!  Охранники молча стояли столбами и у них были такие лица… Они второй раз девиантами стали, я уверен.       Андроиды снова рассмеялись, даже Ричард присоединился к общему веселью, представляя рассказ девианта в реальной жизни. Лили уже не могла генерировать звуки и просто стучала ладошкой по столу, уткнувшись в сложенные руки. Каждый познакомился с Гэвином по-разному, поэтому вслед за рассказом AP700 андроиды решили поделиться своими историями. Роберт с Лили до последнего не могли поверить, что Рид ударил Коннора, а Ричард кинул осуждающий взгляд на моменте, где андроид вырубил детектива в архиве. Коннор не стал отрицать, что выбери он другой вариант, драки можно было бы избежать, но Гэвин в те дни был просто невыносимым засранцем. Только восьмисотый знал детектива до знакомства с Ричардом и ему было с чем сравнивать. Сам девятый вообще знал о первых днях своей жизни по рассказам других, но слышал, что Рид был не в восторге и от него. Было сложно понять, что заставило детектива изменить свое мнение.       — Ты спас его. Люди вообще ценят, когда их жизнь спасают, ведь их память нельзя перенести на другой носитель. Им сложно жить и легко умереть. — Коннор вспомнил свой выбор на крыше здания, когда он предпочёл жизнь Хэнка интересам расследования и улыбнулся своим воспоминаниям. — Люди редко жертвуют чем-то ради друг друга, так что высоко ценят такие порывы, считая… Человечными, я бы сказал.       — Поразительно насколько детектив изменился. — Роберт ободряюще хлопнул девятого по плечу. — Ты молодец, Ричард.       — Гэвин всегда был таким, просто не хотел показывать. — Андроид вызвал скептичный смешок Коннора и одобрительный взгляд Лили. На этом знакомство было окончено и девианты перешли к главной теме их собрания.       — Какова обстановка на данный момент?       —  Вероятность положительного исхода признания составляет меньше сорока процентов. — Ричард достал свои записи и расчёты, окидывая печальным взглядом.       — Так мало? Вы уже успели снова поссориться?       — Исходящие от ra9 сигналы сбивают результаты к более низким значениям — это самые точные цифры, что мне удалось вычислить.       — Вероятно, это тревога или страх. Ричард, ты не сможешь дать объективную оценку, так как являешься заинтересованным субъектом. — Коннор забрал несколько листов себе и стал делать правки на полях.       — Но что мне делать, если больше половины программ анализа, расчёта и реконструкции не работают? Я не могу действовать без опоры на данные.       — Люди обычно начинают со знакомства, но этот этап вы уже прошли… — Роберт положил тонкий планшет на стол и активировал голографическое изображение поискового окна в воздухе. — Дальше идёт период ухаживаний за предполагаемым партнёром. Стратегии для мужчин и женщин несколько различаются — вряд ли детектив оценит цветы или украшения.       — Обычные подарки тоже подойдут. — Коннор не отрывался от бумаг, с довольной улыбкой перечеркивая какую-то диаграмму. — Мы с лейтенантом постоянно дарим небольшие интересные вещи друг другу.       — Я думал, что подарки дарят только на праздники… — Ричард проверил календарь и расстроенно поджал губы, так как до ближайшего праздника было слишком долго ждать.       — Мы не привязываем это к определённым дням. Зачем ждать, если хочешь порадовать дорогого человека? Хэнк так редко улыбается, я бы хотел видеть его довольным чаще… — Андроид вздохнул, делая себе пометку зайти после встречи в магазин.       — Подарки значит… Коннор, я могу взять у тебя в долг, если что?       — Ты ведь не собрался покупать ему яхту или личный самолёт? —Восьмисотый подозрительно покосился на Ричарда. Ему точно стоит лучше следить за своим братом.       — Нет, но я не так давно работаю — у меня нет больших накоплений.       — Думаю, подарок не обязательно должен быть дорогим. Покажи через него, что ты заботишься о человеке и хочешь сделать ему приятно. — Роберт мигнул жёлтым диодом и вернулся к разговору. — Я попросил своего помощника подменить меня завтра, так что я помогу тебе с выбором.       — Спасибо… Но что я могу сделать сейчас, чтобы заинтересовать Гэвина?       — Делай что угодно, но только не флиртуй с ним… — Коннор серьёзно посмотрел на Ричарда и даже отложил карандаш в сторону. — Ты, конечно, последняя модель, но вспомни, сколько ты учился улыбаться. А флирт намного сложнее, поверь, ты ещё не готов. Это тонкое искусство, где все должно выглядеть легко и непринуждённо… В твоём случае это будет выглядеть как молотком по хрустальному стеклу — интересно, но лучше не надо.       — Ну, можно начать хотя бы с комплиментов. Только не надо хвалить его за каждый раз, когда он сделал шаг и не споткнулся. — AP700 ухмыльнулся и продолжил пролистывать сайты с нечеловеческой скоростью.       — Все оказывается гораздо сложнее, чем я думал… — Ричард обречённо вздохнул. Хорошо, что у него есть те, кто смогут помочь, иначе он точно все испортит.       — Я знаю, что тебе надо сделать. — Лили, сидевшая до этого молча у другого плеча девятого, наклонилась ближе с хитрой улыбкой. — Поцелуй его!       — Я… Я это уже делал. — Ричард растерянно повернулся на смешок восьмисотого.       — Нет, ты целовал бревно, которое выглядело как детектив. Поцелуи во сне не считаются.       — Тебе это лейтенант объяснил, да? — AP700 беззлобно рассмеялся от смутившегося Коннора, у которого на лице была счастливая улыбка, не смотря на все.       — Не важно, сколько раз было до этого — целуй его, пока он не сдастся! — Улыбка мелкой стала ещё коварнее. — Ну, или пока он не попросит пощады, но это тоже победа.       — Мне кажется, что лучше начать со знаков внимания… — Роберт смотрел на Лили с долей опаски, решив для себя, что с EM500 стоит быть осторожнее.       — Чем же это не знак внимания? — Девчушка надула губы от того, что её великий план отвергли.       — Не такого агрессивного внимания… — Коннор примирительно улыбнулся обиженному андроиду. — Никогда не знаешь, что понравится человеку, а что отпугнет.       — Вы все только усложняете. — Лили разлеглась на столе и слушала в пол уха, как девианты разрабатывают модели поведения и стратегии по сближению Ричарда с детективом. А ведь все можно сделать намного проще…

***

      Гэвин потягивал остывший кофе, медленно подходя к дому и надеясь, что тостер не кинулся искать его по городу вместо того, чтобы просто позвонить. Они с Маркусом неплохо задержались в кафе и даже тихие смешки за спиной не помешали ему выпытать все про своего андроида. Риду хотелось узнать, как жилось девятому до департамента и почему этот тостер стал девиантом только когда детективу надавали по лицу и по ребрам. Там было что послушать… После их разговора Гэвин под предлогом поиска новой куртки петлял среди толпы по торговому центру и думал. Куртку он так и не нашёл.       В итоге Рид добрался до дома только к вечеру, обнаружив в коридоре три пары лишней обуви. Незаметно пройти в спальню не получится, так что придётся поздороваться с гостями железки. Зайдя на кухню, детектив обнаружил совет круглого стола во главе с Ричардом. Когда андроиды одновременно повернули головы, Гэвин немного струхнул… Когда они синхронно улыбнулись ему, Рид понял, что ну нахер это все и молча вышел из кухни задним ходом. Детектив вообще не хотел знать, о чем говорили железки — ему ещё пожить хочется.       Подхватив кошку в качестве компании, Гэвин достал  свою тетрадь и сел на кровать, сосредотачиваясь на новой информации. Ричарда нашли в башне КиберЛайф на сборочном станке и у них даже вышло включить андроида, только волшебное прикосновение Маркуса или Коннора не смогло сделать тостер девиантом. Ко всему прочему девятого пришлось калибровать и учить многому с нуля. Кроме базовых социальных правил, что убивать и воровать плохо, всем движениям и паркуру его обучал лично Маркус. Ричард шел на контакт неохотно, постоянно молчал и никак не хотел заражаться чувствами. В каком-то смысле Рид мог его понять. Он бы тоже не особо хотел общаться с какими-то незнакомыми перцами, которые однажды завалились к тебе домой, разбудили и такие: «Ты короче идёшь с нами, мы тебя девиантом делать будем». Как-то не располагает к активному общению.       Из коридора начали доноситься голоса, видимо, андроид провожал своих верных рыцарей наружу. Ричард зашел в спальню и выглядел так, будто это он весь день шлялся пешком по городу. Рид редко видел девятого таким уставшим, вернее, заторможенным.       — Что, неужели мир отказался упасть к вашим ногам по первой просьбе? —  Гэвин похлопал по кровати, приглашая железку прилечь.       — Да, возникли некоторые трудности с… покорением. — Ричард слабо улыбнулся и медленно подошёл. Они успели разработать больше сотни возможных стратегий, но андроиду от этого стало только сложнее определиться со своими действиями. Система была перегружена новой информацией, требуя уйти в гибернацию.       Пока андроид грузно опустился на край кровати и скидывал обувь, Рид незаметно засунул тетрадь под подушку. Не слишком надёжно, но приходилось действовать быстро. Когда Ричард лёг лицом в подушку, Гэвин не удержался и провел ладонью по мягким волосам. На шее нашлась ещё пара родинок, расчетливо разбросанных по всему скину. Об этом Рид тоже обязательно напишет в тетради.       — Слушай, Ричард, я хочу сказать одну глупость, ты не против? Рич?.. — Гэвин потряс андроида за плечо, но тот вообще никак не отреагировал. Детектив только усмехнулся от перетрудившегося тостера. — Впрочем, ничего важного.       Рид вытащил одеяло из-под тяжёлой туши и накинул сверху. Записав ещё пару заметок, он бережно запрятал тетрадь в шкаф среди одежды. Шейла уже нашла себе место для сна, устроившись на голове Ричарда. Гэвин приложил все силы, чтобы не засмеяться, но фотографию на телефон сделал. Рид залез под одеяло и аккуратно пристроился под бок к андроиду, потому что железка помогала от кошмаров лучше любых таблеток и игрушек.

***

      Утром Рид снова не обнаружил своего андроида рядом. Видимо, отвис и пошёл делать великие дела. После вчерашней прогулки вставать не хотелось совершенно, но когтистый массаж пятки от кошки хорошо бодрит. Ричард нашёлся на кухне вместе с… тортом. Гэвин посмотрел на андроида с немым вопросом, потому что челюсть у него если не отвисла, то точно замерла в шоке. По самодовольному взгляду девятого, детектив понял, что железка сделала это своими руками.       — А как же здоровое питание? Или у этой штуки начинка из овощей на пару? — Рид осторожно подошёл к кондитерскому изделию. Он его этому точно не учил, а значит, результат мог быть абсолютно любой. — Может это… Сначала на животных и добровольцах испытать?       — Мне нужно будет сегодня уйти на неопределённое время… — Андроид взял нож, но когда обернулся, Гэвин уже утащил весь торт на стол, прихватив с собой ложку.       — Да брось, ты все равно не будешь его есть. — Рид довольно ухмыльнулся и зачерпнул часть от целого торта. — Черт, вкусно… Если бы тебя уволили из полиции, то ты бы работал в кафе или ресторане, да?       — Предпочитаю не быть уволенным. — Ричард налил в чашку кофе из турки и с резким стуком поставил к раковине. — Я хочу приносить пользу, выполняя то, для чего предназначены мои функции. Есть девианты, которые изучили новые профессии, но это очень долгий и трудоёмкий процесс. Большинство андроидов предпочитают заниматься тем, для чего они созданы.       — Получается, хобби? — Получив короткий кивок, Гэвин принял кружку из рук андроида и сразу отпил, обжигая язык.       Ричард закатил глаза под тихие ругательства детектива на горячий напиток, но не мог сдержать улыбки. После завтрака андроид сразу ушёл, предоставляя детектива самому себе. Гэвин сделал ещё пару записей в тетради о том, что девятому нравится готовить и у него особенно хорошо выходят сладости. Пошатавшись по дому, Рид решил посмотреть, что с его курткой — может её удастся починить. Но он так и не смог найти вещь, хотя перевернул практически каждый угол дома. В итоге ему ничего не осталось, кроме как заняться работой. Расположившись на кухне, он поставил справа стопку бумаг, а слева растерзанный торт, приготовившись разбираться в своих старых каракулях.

***

      Ричард вернулся домой поздно, но был очень доволен подарком, который он смог сделать с АP700. Дом встретил андроида непривычной тишиной и только из кухни до коридора доносился слабый свет. Ричард испугался, что детектив снова нашёл себе проблем и пошёл на кухню не разуваясь. Гэвин тихо сопел на столе в окружении старых отчётов и съеденного на половину торта. Андроид облегчённо выдохнул и растолкал детектива за плечо.       — Тщерт… Бумажная работа всегда действует лучше любого снотворного. — Рид потянулся, зевая во всю пасть и посмотрел на пакет в руках девятого. — Если там ещё одна тёмная рубашка, я лично её сожгу, клянусь…       — Нет, это… Подарок. Я хочу подарить тебе одну вещь. — Ричард протянул пакет Гэвину, и тот осторожно заглянул внутрь, будто на него могло выскочить чудовище.       — А я все думал, куда она пропала! — Достав из пакета куртку, детектив осмотрел одежду и проверил рукав. — Офигеть, даже не видно, где был порез. Это в каком месте так хорошо чинят вещи?       — Секрет. — Андроид улыбнулся, наблюдая как эмоции стремительно сменяли друг друга на лице Гэвина. Человек сразу примерил куртку и выглядел очень довольным.       — Знаешь, мне кажется, она стала свободнее… Хотя так даже лучше, я купил её ещё давно и успел немного подкачаться. — Рид развернулся и обнял Ричарда, как можно сильнее сжимая в объятиях. Тостер все равно не треснет от его потуг. — Спасибо, Рич! Я тоже должен что-нибудь подарить, чего тебе бы хотелось?       — Это не вещь, а просьба… — Андроид осторожно обнял детектива и наклонился к уху. — Тогда на свидании ты пообещал, что мы сделаем кое-что в другой раз… Я все ещё хочу этого.       Ричард почувствовал, как Гэвин на мгновение напрягся и затем разжал руки. Андроид ожидал ответа, но детектив приложил ладонь к его груди и попытался мягко оттолкнуть. Тириумный насос замер, сбиваясь с ровного ритма и начал взволнованно биться о корпус. Механические руки послушно опустились, освобождая человека. Рид все ещё молчал и смотрел в пол, не поднимая взгляда и Ричард  ощутил, как уровень стресса опасно подобрался к своему порогу.       — Я понимаю… Что тебе интересно, как все это происходит у людей. — Гэвин сжал ладони в кулаки и засунул в карманы куртки, наблюдая за узором кафельной плитки. — Но в этот раз я не смогу помочь тебе с изучением эмоций… Ставь свои эксперименты с кем-то другим.       Рид услышал, как из девятого вырвался вздох вперемешку с металлическим скрежетом. Он был очень похож на тот, что детектив слышал у моста. Гэвин закусил губу и молча обошёл замершего Ричарда, не глядя на андроида. Кое-как добравшись до своей комнаты, Рид упал в куртке на кровать, понимая, что из-за этой ситуации и из-за вечернего сна он вряд ли уснет сегодня. Это было даже хорошо — детективу не хотелось, чтобы андроид приходил к нему ночью. А может он боялся проснуться утром и больше не увидеть в руках этой одержимой сатаной мягкой игрушки.