The Third Domain / Третье Царство

      И вот так просто утро стало особенным. Азирафель сегодня был честнее, чем, возможно, когда бы то ни было в своей долгой-долгой жизни. Их губы сошлись грубо и вскоре языки уже переплетались друг с другом, а стоны послышались сразу.        — Сейчас, Кроули, ты для меня везде — даже внутри меня ты, — сказал Азирафель. — Сегодня все, о чем мы с моим телом способны помыслить — это ты. Ты обволакиваешь меня. Прижимаешься ко мне, окутываешь меня — я ощущаю как твои руки и губы ласкают меня, чувствую твое горячее дыхание… даже твой голос, твои стоны все еще откликаются во мне бесконечным эхо. Я весь состою из тебя, моя кожа пропитана тобой… быть может, ты и есть моя кожа. Я не чувствую ничего, кроме тебя, и не хочу, чтобы это кончалось.       Кроули был бесконечно, невыносимо благодарен за то, что Азирафель только что сказал. За любовь, прямоту, желание открыться, обнаружить свою слабость, чувственность и выразить все это образно, но в то же время скромно и осторожно. Вся его сущность трепетала и молила: «Коснись, коснись еще, не останавливайся! Испей это чувство до дна!» …как вдруг откуда-то послышался звук помех.       Азирафель отстранился:        — Это еще что такое?        — Черт, — процедил Кроули. — Это телик.        — В смысле?        — Ну, телевизор, радиоприемники — так со мной связываются из Ада. Поэтому я не держу никаких приемников на кухне.        — Оу, — ответил ангел и тяжело сглотнул. — Тогда понятно.        — Прости, ангел. От признаний голубоглазого спутника тело Кроули за малым не дрожало от желания, но он поднялся со стула и прошел в коридор. Жажда близости, мучившая его не одну сотню лет, теперь накатывала приступами и так внезапно, что демон и сам удивлялся. Всего минута телячьих нежностей — пусть интенсивных, но в сущности безобидных — и он уже едва держится на ногах. Хотя прошлую ночь безобидной не назовешь. Так или иначе, нужно либо успокоиться, либо чудесным образом избавиться от эрекции до того, как его увидит существо с экрана. Для этого нужно отлипнуть от Азирафеля, потому что сам вид кашемирового халата, и стойкий шлейф сладкого ангельского аромата… Кроули тряхнул головой, отгоняя неуместные мысли.        — Кроули, чертов змий! — орала Вельзевул из другой комнаты. — Я знаю, что ты там! Покажись!        — Если и есть что-то более далекое от определения «сексуальный»… — пробормотал он под нос, чувствуя, как возбуждение улетучивается и уступает место тревоге, — Спасибо, лорд Вельзевул, вы меня выручили.       Азирафель вышел за ним в коридор.        — Чего мы ждем?       Кроули оглядел друга и задержал взгляд на выпуклости на сером халате.        — Вот этого, — прошептал он, быстро отводя взгляд, — убери это и только потом выходи.        — Ох, точно! — шепнул ангел в ответ.        — Само то, что на тебе сейчас этот халат… — зашипел Кроули.        — Знаю, знаю, — сказал Азирафель, и лицо его исказилось сожалением. — Господи, ну почему я просто не оделся нормально?        — Замолчи! Мы оба знаем, почему, — прервал демон. — Сделанного не воротишь. Но и пойти в спальню переодеться тебе тоже нельзя — увидят. Так что, пожалуйста, не заходи в комнату, пока ты… в игривом настроении.        — В игривом настроении? — словно оскорбившись, переспросил ангел. — Теперь это так называется?        — Я серьезно!        — Знаю!       С этими словами Кроули шагнул вперед. Он вальяжно вплыл в гостиную и увидел на экране Вельзевул — сегодня она была чем-то раздражена, хотя обычно ее лицо всегда выражало лишь скуку. Но когда он посмотрел на вторую половину экрана, то брови его против воли поползли вверх.        — Лорд Вельзевул и… архангел Михаил? — в неверии спросил он.        — Здравствуй, Кроули, — поприветствовала его Михаил, присаживаясь рядом с Вельзевул в комнате, похожей на квартиру Шелдона и Леонарда из «Большого Взрыва». — А где Азирафель? Мы знаем, он наверняка с тобой.        — Да, он сейчас будет, — небрежно ответил Кроули, поборов порыв посмотреть в коридор, где стоял Азирафель и, закрыв глаза, пытался успокоиться. — Что ж… странновато видеть вас вместе. Я полагал, что все межведомственные отношения были приостановлены в связи с… ну вы понимаете.        — Да, таков был план, — ответила Михаил. — Однако в свете недавно открывшихся фактов обе стороны сочли уместным объединиться и предпринять определенные действия. Тут вошел Азирафель.        — Здравствуй, Михаил.        — Здравствуй, Азирафель. Красивый халат.        — Благодарю. Красивая укладка.        — Ты там сказал, что странно видеть нас вместе, — громко вклинилась Вельзевул. — Уж кто бы говорил! Ты лучше любого демона понимаешь выгоды работы с оппозицией. Ты, как никто другой, знаешь, что «рука руку моет».       Михаил самодовольно и блаженно улыбалась и продолжала сверлить Азирафеля взглядом.        — Судя по виду, я смею предположить, что наши друзья уже давно прошли тот этап. Или же они понимают это выражение совсем иначе, чем мы.        — Вы ревнуете? — спросил Кроули.        — Давайте просто перейдем к делу, — вмешался Азирафель, — что вы обе здесь делаете, тем более в телевизоре Кроули и тем более сегодня?        — Пожалуй, — согласилась Михаил, убрала ухмылку с лица и выпрямилась. — Полагаю, Азирафель, тебе интересно, почему перемены не произошло.        — Перемены… эм-м…        — Насколько я помню, тебе сообщили, что у тебя было время до полуночи, однако очевидно, что этот срок продлили, — продолжала она.        — Д-да… — неуверенно ответит тот. Они с Кроули переглянулись в попытке скрыть удивление. — Мне… нам обоим было интересно.        — Что ж, вчера ночью Вельзевул вышла на связь с Гавриилом и передала сведения, которые мы сочли очень интересными, — объяснила Михаил. — Она сообщила нам о Третьем Царстве.        — Вот как, — ответил Азирафель и тяжело сглотнул.        — Излишне упоминать, что Гавриил был в совершенной растерянности.        — Хотелось бы посмотреть.        — Сам факт того, что на протяжении шести тысяч лет существовала некая третья обитель, сокрытая от Рая и Ада, внушает беспокойство. Пока мы не до конца понимаем, что с этим делать.        — Равно как и мы, — присоединилась Вельзевул.        — Есть добро, есть зло. Какие еще могут быть интересы у третьей стороны? — спросила Михаил. Повисла гнетущая тишина. Кроули переводил взгляд с Азирафеля на телевизор и обратно.        — Вы… у нас спрашиваете?        — Как знать, — ответила Вельзевул. — Может, чем поделитесь?        — А может… не поделимся? — ответил Кроули.        — Большего мы и не ждали, — спокойно сказала Михаил. — Ведомствам Рая и Ада предстоит продолжительное сотрудничество и такое же продолжительное исследование, если мы действительно хотим выяснить истинные мотивы Третьего Царства.        — Истинные мотивы? — спросил Азирафель.        — В отношении нас. Или вас, — ответила Михаил. После паузы добавила. — Так что… идеи есть?        — Никаких, — так же безэмоционально сказал Азирафель.        — Нам понадобится выяснить его мотивы, структуру, … изучить сотрудников, — подчеркнуто сказала Михаил.        — А затем выяснить, как на них напасть, — словно ножом по натянутой ткани резанула Вельзевул. — Если есть третья сторона, столь же могущественная, как Рай или Ад, и она чего-то ожидает — то мы нападем первыми.        — Что ж, с этим мы не согласны, — вставила Михаил. — По крайней мере, формально. Все произошло довольно быстро, и Всевышняя еще не высказывалась по этому поводу. Выдвигать дальнейшие идеи без ее ведома было бы неслыханной наглостью и тяжким грехом. Именно поэтому на данный момент мы работаем на добровольных началах.       Кроули засмеялся:        — На добровольных началах? Интересно. Уж она-то точно не стала бы уничтожать какую-нибудь обитель без особой на то причины, да?        — Молчи, демон, — наставительно, но беззлобно прервала его Михаил.        — Присоединяюсь, — добавила Вельзевул. Кроули продолжал смеяться:        — Ладно, ладно.        — Таким образом, я посоветовала Гавриилу приостановить все изменения в составе небесного штата до получения более подробных сведений. Он согласился, — пояснила Михаил.        — И-и-и?        — И поэтому Азирафель останется в своем прежнем статусе до получения дальнейших инструкций. Что Кроули, что Азирафель заметили, что Михаил осторожно ограничивается формулировкой «в своем прежнем статусе» и избегает «в статусе ангела»: видимо, она и сама гадала, что он вообще теперь такое. Они приостановили «изменения в составе небесного штата», так как не были уверены в принадлежности Азирафеля к небесным существам, как и не были уверены, могут ли они вообще его откуда-то выгнать. Возможно, они боялись, что преврати они его в демона, Азирафель решит отомстить.        — Полагаю, что сейчас я должен сказать «спасибо»? — с долей горечи спросил Азирафель.        — Полагаю, что да, — ответила Михаил. Азирафель прищурился, и они с архангелом с минуту поизучали друг друга.        — Михаил, ведь это ты проголосовала против моего изгнания, не так ли?        — Мне не дозволено обсуждать это, — ответила та, отводя взгляд.        — И ты же заставила их оставить мне звание.        — В интересах исследования, разумеется, — ответила она. — Буквально ради всего святого.        — Что ж, тогда… спасибо тебе.        — Не будем об этом. Правда, не стоит. Он кивнул.        — Так как же рука руку моет у вас? — спросил Кроули. — Вельзевул поделилась с вами сведениями о третьем Царстве, но что же Повелительница Мух получила взамен?       Михаил с Вельзевул притихли и только смотрели на него с экрана.        — Ой, дайте-ка угадаю, — продолжил Кроули. — Пророчества Агнессы Псих?       Фигуры на экране заметно напряглись — Кроули попал в точку.       Азирафель позади чуть слышно охнул, внезапно оживился — и выпрямился настолько, насколько мог.       Кроули это почувствовал и обернулся посмотреть на друга. Он увидел широко раскрытые глаза ангела, будто тот в одно мгновение осознал что-то. Что-то нехорошее.        — Михаил, Вельзевул, — с вежливой улыбкой начал Азирафель, хотя Кроули видел, что за ней прячется сильнейшая тревога. — Любопытства ради можно узнать, во сколько точно Ад впервые вышел на связь с Раем?        — Какого Дьявола это тебя интересует? — буркнула Вельзевул.        — Ох, что ж, — Азирафель притворно усмехнулся. — Не интересует, просто я, видите ли, немного педант — по крайней мере, мне все так говорят… вот и интересуюсь.        — Ты не педант, ты — идиот, — парировала она.        — Точно, так и есть! Отличное замечание, лорд Вельзевул! — неловко ответил он. — И все же… будьте так любезны.       Михаил с Вельзевул переглянулись и последняя пожала плечами.       Михаил посмотрела на свою руку, и в ней материализовалось устройство прямоугольной формы, похожее на стеклянную плитку. Она посмотрела на него и нажала, как на телефон.        — Судя по рабочему графику Гавриила, Вельзевул вышла на связь с Сетью Архангелов вечером в одиннадцать часов пятьдесят восемь минут по Гринвичу. Как раз вовремя для тебя, Азирафель.        — А что, и правда. Ты права, Михаил! Нужно благодарить Бога и за малое, а? — слова вылетали из уст Азирафеля пулеметной очередью. — Или кого-то там нужно благодарить, да?        — Да что с тобой? Успокойся, — едва слышно шикнул на него Кроули сквозь зубы.        — Что ж, если других вопросов у вас нет, то я, пожалуй, продолжу заниматься своими делами. Бог ты мой, да я даже не одет!        — Больше ничего, — ответила Михаил.        — Полагаю, мы не прощаемся, — с натянутой улыбкой сказал Азирафель.        — Вы уже узнали все, что вам необходимо было знать, — ответила Вельзевул.        — Понятно, — оживился Азирафель. — Что ж, рад был с вами увидеться, всего хорошего! Кроули повернулся к дивану, нашел пульт и выключил телевизор. Две фигуры и сцена из «Теории Большого Взрыва» исчезли.        — Что на тебя нашло? — спросил Кроули не в меру встревоженного ангела.        — Кроули… пророчество.        — В смысле? Какое пророчество?        — Пророчество про фею Динь-Динь, — объяснил Азирафель. Слова не хотели идти у него с уст. — Ты мне прочитал его в Тадфилде, и я тогда сказал, что оно про Динь-Динь, но понятно же, что-        — Что ты был пьян в стельку. И что с того?        — Мне нужно посмотреть на него еще раз. С этими словами Азирафель повернулся и побежал в кабинет Кроули, где на компьютере хранился второй том пророчеств. Обычно он выказывал заметное презрение по отношению к современным технологиям, подобым этой, и порой даже притворялся, что не помнит, как ими пользоваться, хоть бы ему показали это только вчера. Однако сегодня времени на игры не оставалось. Он сел в троноподобное кресло, поднял крышку ноутбука и без особых усилий открыл необходимые пророчества на компьютере.        — Черт, да тебе вожжа под хвост попала, не иначе, — пробормотал Кроули, наконец догнав его. Азирафелю казалось, что найти пророчество будет не так уж сложно — уж как-нибудь его ангельская сущность подскажет ему путь прямо к этому снимку. Да и у самой госпожи Псих способности, казалось, были неподвластны времени. И он не ошибся. Нажав клавишу вперед, он не отпускал ее около пяти секунд. А когда отпустил, то перед ним на экране возникло изображение именно этого пророчества, написанного каллиграфическим почерком самой госпожи Псих. Азирафель вслух зачитал пророчество в верхней части страницы: «Когда спаситель смертных, долготерпеньем славный раб Обители Блаженных, вернется к своему Началу, оставив позади аскезу и сомнения — твердь Третьего Порядка начнет мир постигать»       На несколько секунд в воздухе повисла тишина, и затем Кроули спросил:        — Ангел, я чего-то не понял. Чего ты так переполошился из-за этого пророчества?       Ангел неотрывно смотрел на экран.        — Подожди минуту, Кроули. Мне нужно подумать. Что-то в этом пророчестве мне знакомо, хоть я и не до конца понимаю, что именно. Кроули тоже склонился над компьютером и вчитался в слова пророчества.        — Твердь Третьего Порядка… — начал он. — Стоп, погодите-ка…        — Это же Третье Царство, — докончил Азирафель, — посмотри в любом словаре — термины взаимозаменяемые!        — Ого… Вот теперь это уже интересно, — сказал демон.