Ночь, утро

Кто контролирует прошлое — контролирует будущее, кто контролирует настоящее — контролирует прошлое. Джордж Оруэлл. 1984

2 августа 1997 года, остров Мэн, окрестности города Пил, дом Абботов Проснулась Ханна от резкого и неприятного перестука. Она огляделась и увидела жутко сердитую почтовую сову, принёсшую свежий «Пророк». Та что есть мочи долбила клювом в стекло. Ханна же вчера сама закрыла окно, комары уже смерть как заели, никакие заклинания не спасают! Она впустила сову и заплатила ей, а та в отместку не забыла ущипнуть её клювом за ухо. — Ай! Вредная птица! Однако укушенное ухо сразу сделалось наименьшей из проблем, стоило лишь Ханне поглядеть на заголовок, красовавшийся на передовице. Ярко-алыми буквами! Впервые в чёрно-белом «Пророке»! «ВЕРОЛОМНОЕ НАПАДЕНИЕ НА МИНИСТЕРСТВО МАГИИ УСПЕШНО ОТРАЖЕНО», — прочла Ханна. Чуть ниже — подзаголовок: «Акция террористической организации, известной как Орден Феникса, обернулась сокрушительным провалом!» На той же странице в боковых полосах обнаружились не менее пугающие слова: «Как изменится текущий курс Министерства? Как привнести безопасность в волшебное сообщество? Читайте продолжение на стр. 4» и «Руфус Скримджер признал себя недостаточно компетентным для борьбы с новой угрозой. Новым министром избран Пий Тикнесс. Подробнее — стр. 3» Не укрылось от глаз Ханны и рекламное объявление внизу: «В ожидании бестселлера! Завтра в печать выходит новая книга Риты Скитер «Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора»! Аннотацию и обзор см. на стр. 8». Ханна придвинула к себе газету и принялась за первую полосу. «Уважаемые читатели и читательницы! Вас, бесспорно, уже шокировал заголовок, и вы, верно, задаётесь вопросом: а не преувеличение ли это, как иногда бывает в прессе? Увы, мы вынуждены ответить: НЕТ! Вчера, 1 августа 1997 года, произошло возмутительнейшее событие, которое, несомненно, навсегда войдёт в историю. Многие из вас не понаслышке знают, что мы имеем в виду, остальным же скажем: такого вы ещё не читали, и, даст Мерлин, больше не прочтёте! Итак, в результате тщательно и втайне спланированной акции, практически все сотрудники Министерства, пришедшие на рабочие места, были усыплены при помощи неизвестного зелья либо заклятья. Мы полагаем, что данный сон стал результатом воздействия мощной чёрной магии. К счастью, некоторые волшебники, наиболее чистые и надёжные, смогли избежать тлетворного влияния злых чар. Именно они, эти герои, и дали отпор прибывшим в Министерство незнакомцам. Полагая, будто Министерство падёт к их ногам без особого труда, они столкнулись с ожесточённым сопротивлением! Страшно подумать, что случилось бы, возьми негодяи верх! Несомненно, многие неугодные им личности оказались бы убиты или заключены в Азкабан. Теперь же эта участь ждёт самих террористов — да, мы будем называть их именно так в дальнейшем, поскольку иначе как терактом их омерзительную выходку не назовёшь! Имена террористов не разглашаются в интересах следствия — мы предполагаем, что по всей стране могут скрываться сочувствующие им. Однако вы спросите, уважаемые читатели и читательницы: неужели ничего не известно про этих террористов? Ответим: известно! Скорбь по Альбусу Дамблдору ещё не прошла, но его подопечные уже сорвались с цепи! Мы говорим про Орден Феникса, негосударственную организацию, занимавшуюся неподконтрольным Министерству силовым противостоянием Сами-Знаете-Кому и его приспешникам во времена прошедшей войны, а также недавних хорошо известных событий. Очевидно, лишь великий ум и авторитет Альбуса Дамблдора держал членов Ордена в узде. Теперь же, когда его больше нет с нами, фениксовцы решили начать распространение взглядов Дамблдора (скорее всего, превратно истолкованных) путём угроз и насилия. Они не стали мелочиться и сразу попытались вероломно захватить Министерство Магии, надежду и опору всего волшебного сообщества! Теперь, когда им это не удалось, фениксовцы постараются добиться своих целей не менее устрашающими, хотя и не столь масштабными акциями. Но заверяем вас: Министерство всегда будет стоять на страже и сможет вовремя отразить все нападения! Полные описания членов Ордена и сочувствующих им в настоящее время готовятся к оглашению, однако одно мы можем сказать точно: опасайтесь Гарри Поттера! Этот юный неуравновешенный волшебник и протеже Альбуса Дамблдора уже не раз привлекал внимание волшебного сообщества экстраординарными выходками. На этот раз нам доподлинно известно: ГАРРИ ПОТТЕР БЫЛ РЯДОМ С АЛЬБУСОМ ДАМБЛДОРОМ В МОМЕНТ ЕГО УБИЙСТВА. Как многие из вас помнят, сам «мальчик, который выжил» обвинил в этом ужасающем деянии Северуса Снейпа, преподавателя Зельеварения в школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Но правда ли это? Из многих источников нам известно, что Гарри Поттер враждовал с профессором Снейпом с самого первого года обучения. Не исключено, что он всего лишь воспользовался предлогом и решил таким образом отомстить. Мы, конечно же, не берёмся утверждать, что Гарри Поттер повинен в смерти Дамблдора, но можем уверенно заявить: ГАРРИ ПОТТЕРА СЛЕДУЕТ ДОПРОСИТЬ ОТНОСИТЕЛЬНО ОБСТОЯТЕЛЬСТВ СМЕРТИ АЛЬБУСА ДАМБЛДОРА. Юные неокрепшие умы часто попадают под влияние харизматичных и сильных личностей, коими являются некоторые члены Ордена Феникса. Скорее всего, обаятельного и милого мальчика, победителя Сами-Знаете-Кого, уже давно нет, и вместо него в нашем сплочённом волшебном сообществе появился очередной опасный террорист, сочувствующий разрушительным идеям Ордена Феникса. Возможно, и самого Дамблдора устранили именно потому, что сочли слишком сдержанным! Так или иначе, мы просим и предупреждаем вас, уважаемые читатели и читательницы: КАЖДОМУ СОЗНАТЕЛЬНОМУ ВОЛШЕБНИКУ ИЛИ ВОЛШЕБНИЦЕ НЕОБХОДИМО ДОКЛАДЫВАТЬ КОМПЕТЕНТНЫМ ЛИЦАМ О ЛЮБЫХ ПЕРЕДВИЖЕНИЯХ И НАБЛЮДЕНИЯХ ГАРРИ ПОТТЕРА. Колдография Гарри Поттера и список особых примет приведены на стр. 2. Награда от Министерства ждёт всякого, кто сообщит достоверные сведения о местонахождении Гарри Поттера. Будьте бдительны и не позволяйте лживым поползновениям Ордена Феникса смутить ваши свободные умы! Устремимся к безопасности, порядку и процветанию вместе! Искренне ваши, Пий Тикнесс, Министр магии Корбан Яксли, глава Департамента Магического Правопорядка Долорес Амбридж, старший заместитель Министра магии». Напротив каждого имени красовалась размашистая роспись, а перевернув страницу, Ханна обнаружила колдографию Гарри едва ли не во весь лист. Лицо его было в грязи, по нему стекали капли воды, и общий вид оказался не слишком притязательным. Уж не на Турнире ли сделали фото? Но как же это всё кошмарно! Какая возмутительная чушь здесь написана! Ханна едва нашла в себе силы позавтракать, ей до ужаса хотелось обсудить статью хоть с кем-нибудь. И тогда она вспомнила о монетках Эрни. Точно! Надо позвать его и Сьюзен! Она достала монетку, прикоснулась к ней палочкой и прошептала: — Встретимся у меня в полдвенадцатого. Это важно! Произнесённое немедленно отобразилось на монетке. Ханна удовлетворённо кивнула и отправилась готовить всем ланч, не забыв предупредить бабушку и братика, что она ожидает друзей. Большая светлая гостиная в доме расположилась на втором этаже, там же устроили и камин, через который прибывали гости. Широкие и высокие, почти от пола до потолка, окна на северной и западной стенах создавали неповторимое чувство простора, которое холодными вечерами ещё и удивительным образом совмещалось с уютным теплом от тихого потрескивания дров в камине. Отсюда открывался чудесный вид на море и восточную половину острова Сент-Патрик вместе с замком Пил. А ясными тёмными ночами, если смотреть прямо на север, над самым горизонтом сиял голубоватый огонёк маяка на мысе Галловей. Когда мамы не стало, Ханна часто сидела здесь ночью и смотрела на этот огонёк. Маяк — символ надежды… надежды на то, что всё будет хорошо, несмотря ни на какие невзгоды. Иногда мыс было видно и днём, как узкую тёмно-синюю полоску, но сегодня погода для этого выдалась неподходящей. Над морем гуляли рваные низкие светло-серые тучи, из которых временами моросил дождь, а стёкла все покрылись крохотными капельками. Со стороны камина послышался звук, какой бывает при прибытии гостей, а затем и голос Эрни: — Привет, Ханна! Ну и хмуро у тебя тут сегодня! А у нас с утра солнце вовсю жарило. Камин снова сработал на приём. — Вот проклятье! А я-то хотела хотя бы раз уделать тебя по части пунктуальности, Эрни! Привет всем! — Moghrey mie. — Ханна обернулась к Эрни и Сьюзен. — Хотя не доброе на самом-то деле. Вы уже поняли, зачем я решила с вами встретиться? — Обсудить шедевр враждебной пропаганды? — предположила Сьюзен, доставая из сумочки экземпляр «Пророка». — О чём это вы? — не понял Эрни. — Что там такого в свежем номере? А то я привык читать его во время ланча. — Так ознакомься, я как раз всё приготовила, — сказала Ханна, передавая ему газету. — Закончишь — обсудим. Ханне, как и Сьюзен, есть особо не хотелось, они просто попили кофе с выпечкой, отошли в дальний край комнаты и уселись совсем рядом с окном на пару мягких пуфиков. Эрни читал газету, время от времени оглашая комнату возгласами удивления или возмущения. — Эрни в последнее время себе места не находит, — тихо проговорила Сьюзен. — Может, скажем ему? — Нет, — усмехнулась Ханна, — пускай ещё помучается. Иногда так смешно наблюдать, как он пытается всё от меня скрыть! Тебе самой не обидно? Ведь своим поведением он намекает, что мы — лучшие подруги! — можем не доверять друг другу. Возмутительно! — Это да, — признала Сьюзен, — но, мне кажется, ты слишком строго его судишь. Мальчишки всегда такие стеснительные, когда речь идёт о любви! А он просто боится тебя задеть. — Знаешь, если он думает, будто отношения между двумя моими лучшими друзьями могут меня задеть, то пора окунуть его головой в холодное море! — Ханна кивнула за окно, где упомянутое угрюмо-серое море пенилось барашками. — Но, так и быть, до начала учебного года я ему всё объясню. — Спасибо, Ханна. Я удивляюсь, как ты сама до сих пор не дала ему хороший подзатыльник! — Эй! — позвал Эрни. — Я закончил! Ханна, растопишь камин? Мне очень хочется кинуть туда эту жалкую газетёнку! — Ну уж нет, Эрни! — возмутилась Сьюзен. — Не знаю, как ты, а я не собираюсь извозиться в саже, когда буду возвращаться домой. — А… ну да, — смутился Эрни, задумчиво глядя на свою как всегда аккуратную одежду. — Так что за новые веяния? Они меня пугают! Выходит, у них там Амбридж теперь за главную? А вся эта чушь про Орден Феникса? Мои родители всегда его уважали, его члены не могли натворить всего, чего им приписали эти лживые гады! — Нас не Амбридж должна волновать, — покачала головой Сьюзен. — Яксли — вот фамилия пострашнее! Тётя рассказывала, как сильно она переживала, когда ему удалось отвертеться от обвинений. Куда больше, чем из-за старшего Малфоя, к примеру. Он — Упиванец, крайне опасный и жестокий! Я уверена: немало нераскрытых смертей маглорождённых в Первую войну — на его совести! — А третий, Тикнесс? — поинтересовалась Ханна. — Про него что-нибудь известно? — Он был одним из тётиных подчинённых, а затем сменил её на посту. — Сьюзен пожала плечами. — Она про него никогда не рассказывала, наверное, это обычный волшебник. — В одной упряжке со старой жабой и Упиванцем? — скептически отозвался Эрни. — Да ещё и министр? В лучшем случае он под Империусом, в худшем — очередной карьерист и подлец наподобие самой Амбридж. — Скорее всего, — согласилась Ханна. — Сьюзен, так ты понимаешь, что к чему в этой истории? Учитывая рассказанное тобой о Яксли, походит на попытку захвата власти Упиванцами, да так, что со стороны это покажется законным. И заодно они ловко подставили Орден Феникса. — Я уверена: так и есть, — ответила Сьюзен. — У Сами-Знаете-Кого не осталось другого выхода. После победы над Гриндевальдом были приняты определённые соглашения на уровне Международной Конфедерации. Попытка развязать в Британии полномасштабную магическую войну привела бы к реакции со стороны других государств. Но теперь Сами-Знаете-Кто сможет законно творить любой беспредел, какой пожелает. — Например, убивать маглокровок или сажать их за решётку, — предложил Эрни. — «Наиболее чистые и надёжные» волшебники не поддались чёрной магии? Что это вообще значит? Уверен, если попытаться раскопать, кто это, там окажутся сплошь чистокровные! — Думаю, ты прав, Эрни. — Ханна кивнула. — Тогда они должны начать гонения на маглорождённых? — Наверняка! — согласилась Сьюзен. — Но формально всё должно быть по закону. Иными словами, им придётся писать об этом в газетах! — Надо предупредить Джастина, — решил Эрни, — по-моему, лучше ему покинуть Британию заранее! Кто-нибудь в курсе, магическое закрытие границ возможно? — Насколько я знаю, да, — сказала Ханна. — Технически, можно сделать так, что единственным способом покинуть Британию станет официально утверждённый международный портал. Можно даже повесить завесу, которая будет лишать мётлы их свойств, представляете? Но магловский транспорт вряд ли окажется по зубам Министерству. — Надеюсь, другие маглокровки сообразят, что грядут тяжёлые времена. — Сьюзен покачала головой. — Лжи про Гарри, надеюсь, никто не поверил? — чуточку даже воинственно спросил Эрни. — После того бреда, который они несли два года назад? Да только последний идиот рискнёт подумать, будто Гарри и вправду в чём-то виноват! — фыркнула Сьюзен. Ханна тяжёлым взглядом смерила лежавший на столе «Пророк». Да, иногда во вполне безобидной газете можно найти вещи не менее горькие, чем в самом грустном письме! Но рано предаваться пустым размышлениям. Вдруг кто-то из друзей знает больше о том, что именно случилось в Министерстве? По крайней мере, теперь ясно, почему папа, с его-то должностью, вчера написал, что задерживается на одну, а то и на две ночи.

***

4 августа 1997 года, Лондон, больница Святого Мунго Сегодня была очередная бессонная ночь… восьмая или девятая? С тех пор, как убили Лианну, Кэти то и дело снился кошмар… вернее, два. В первом просто повторялась горькая реальность. Во втором она являлась в собственный дом и находила тела родителей. Кэти не знала, какой из двух хуже, но увидев любой, не могла заснуть остаток ночи и плакала до утра, а потом вставала и весь день ходила невыспавшаяся, грустная, огрызающаяся на всех. Алисия и Анджелина пытались её утешать, но ей было слишком плохо. А три дня назад, когда что-то произошло в Министерстве, Алисия послала весточку, что теперь вынуждена скрываться. Она временно поселилась у матери Рольфа, который был сейчас в отъезде вместе с отцом. Вчера Кэти наконец переговорила с Алисией и узнала правду о захвате Министерства. Ну надо же, хоть что-то Упиванцы умудрились сделать почти бескровно. Предсказание Дамблдора и этой… Дафны Гринграсс становилось пугающей реальностью. Сбудутся ли прочие? Если захват Министерства представлялся предприятием весьма сложным, то остальное будет осуществить куда легче. Сегодня, как и в первый раз, Кэти ответственно отнеслась к своей внешности, но синяки под глазами всё равно не скрыть полностью. Она постучала в знакомую дверь и, услышав разрешение, вошла. — Здравствуйте. — Рада приветствовать вновь, мисс Белл. Это моя дочь, Дафна. Рядом с миссис Гринграсс сидела знакомая внешне Кэти девушка, именно её имя она пыталась, но не могла вспомнить последние месяцы в Хогвартсе, замечая за столом Слизерина. — Кэти. — Дафна с улыбкой кивнула. — Присаживайся, я хоть и слизеринка, но тебя не съем. Приветливую слизеринку она тоже встречала едва ли не впервые. Дафна обычно старалась сдерживать эмоции за столом, а больше они почти не пересекались. Интересно, что из этого — маска? Кэти подошла и села, продолжая изучать собеседниц. — Так что, мисс Белл? — спросила миссис Гринграсс. — Наш уговор в силе? — Конечно! А почему я должна отказываться? — Я знаю, вы не так давно пережили… большую потерю, — проговорила миссис Гринграсс. — Я не раз видела, как мисс Шармант приходила к вам сюда. И мне очень жаль. Мне, к сожалению, несколько раз доводилось наблюдать, как люди, перенеся сильное потрясение, очень резко менялись. Моя предшественница рассказывала мне о пациенте, которого страшное горе лишило магии. Такое иногда бывает, и она ничем не смогла ему помочь. Никто бы не смог. Ну конечно, миссис Гринграсс известно о Лианне. Она видела их с Кэти вместе. А Дафна, если она и вправду такая, какой описывает её мать, могла наверняка знать и про их отношения, и рассказать об этом. — Нет, миссис Гринграсс. Я буду покрепче. — Очень хорошо. Тогда, вы не против, чтобы я немного поспрашивала вас по книгам? Я понимаю, вы не готовились, ну так и я не собираюсь изображать комиссию по приёму ЖАБА. Кэти неплохо ответила на все вопросы — после убийства Лианны она лишь плотнее засела за медицинскую литературу, готовясь к будущему призванию. К тому же, это помогало отвлечься. — Замечательно! — подытожила миссис Гринграсс. — Вижу, вы и впрямь серьёзно отнеслись к моим указаниям. Что ж, теперь я попрошу вас ещё кое о чём. Мадам Помфри согласна принять вас в качестве ученицы, и вы отправляетесь в Хогвартс — она просила прибыть вас на день раньше учеников. Но хочу напомнить, что вы пропустили несколько важных тем, пока лежали здесь. И было бы неплохо, если бы вы наверстали упущенное по Зельям и Гербологии. Уверена, профессора Слагхорн и Спраут охотно позволят вам работать с седьмыми курсами на уроках. — Конечно, миссис Гринграсс. Я тоже чувствовала себя неловко из-за этого. — Вот и отлично. По пятницам в первой половине дня вам будут читать лекции здесь, в Мунго, вместе с коллегами по обучению. А всё остальное находится в ведении мадам Помфри. До сентября рекомендую вам купить и хорошенько изучить анатомический атлас — книжку занудную и скучную, но крайне полезную. Такую желательно иметь каждому целителю. Маленький секрет: так как мы внутренне ничем не отличаемся от маглов, то «Флориш и Блоттс» закупает атласы их производства, меняет обложку и распродаёт по заоблачным ценам. Поэтому просто подсмотрите там, какой атлас нынче в ходу у волшебников, а затем найдите его же в любом магловском магазине. Выйдет намного дешевле. — Это жуткая книжка с кучей рисунков и запредельным количеством терминов на латыни? — уточнила Кэти. — Мама в детстве наказывала меня за шалости, открывая какой-то список в конце и заставляя заучивать сочетания всяких бессмысленных слов! Но зато я натренировала память и это потом пригодилось мне в учёбе. Миссис Гринграсс рассмеялась. — Вот как! Ну что ж, тогда вам будет легче. Жаль, я сама не додумалась до этого, когда моя Тори была ещё маленькой! Но кем же тогда работает ваша мать? — Она магл, судебный медик. Устанавливает причину смерти в сложных случаях, а у маглов таких — пруд пруди! Меня ещё с детства начала интересовать медицина, а когда я поступила в Хогвартс и узнала о целительстве… в общем, прошлогоднее проклятие стало лишь последней каплей. — Интересно! Хотела бы я пообщаться с вашей матерью, мисс Белл, но это следует отложить до более спокойного времени. Мне кажется, что сейчас чистокровных волшебников, уличённых в подобных связях, по головке не погладят, а магла могут и вовсе убить. Но когда всё кончится… скажем так, я запомню! — Думаете, кончится? — Кэти вздохнула. — Даже уверена. — Миссис Гринграсс улыбнулась. — В прошлую войну нас спасло чудо по имени Гарри Поттер. В полуторагодовалом возрасте. Сейчас этому чуду семнадцать лет, то есть мистер Поттер способен действовать самостоятельно. Я бы поставила скорее на него, чем на Сами-Знаете-Кого. Но такие разговоры опасны, имейте в виду. А сейчас я хотела бы, чтобы вы пообщались с Дафной. Я пока оставлю вас. Миссис Гринграсс изящно поднялась и покинула кабинет, напоследок сотворив какое-то незнакомое Кэти заклятье. Дафна, за всю беседу не проронившая ни словечка, пристально взглянула на Кэти. — Ты понравилась маме. Но по мне… Излишне общительна и разговорчива. Умеешь ли ты хранить секреты, Кэти? Кэти удивилась. Она не привыкла к тому, чтобы незнакомые люди говорили с ней настолько прямо. Чего же нужно этой Дафне? — У меня в жизни было не слишком много всяких тайн. — Плохо. В Хогвартсе тебя будут воспринимать по-особому. Тебе будут доверять, потому что такой уж ты человек, я вижу. И кое-кто может попытаться использовать это в своих целях. К тебе будут втираться в доверие, а ты рискуешь не понять этого. Не каждый из тех, кто покажется тебе другом, будет им на самом деле. — Зачем ты говоришь это? — Предупреждаю. На тебе ответственная миссия, Кэти. Я должна указать на твои недостатки… те, которых ты сама можешь не замечать, чтобы ты не потерпела поражение. Тебе придётся противостоять врагам, настоящим, если я хоть что-то понимаю. — Мне одной? А как же ученики и преподаватели? — На всех деканов, кроме Слагхорна, положиться можно, на остальных преподавателей я бы смотрела с осторожностью, у них есть свои недостатки, иногда существенные. Что до учеников — я про то и говорю, кое-кто вполне может начать сотрудничать с новыми школьными властями и тем подложит тебе свинью. А в Хогвартсе наверняка примутся хозяйничать Амикус и Алекто Кэрроу. Я — хорошая подруга их племянниц. Близняшки Флора и Гестия, может, обращала внимание? Они похожи, как две капли воды, не только внешне, а даже речью и движениями. Но не характерами! Я несколько дней тщательно опрашивала их об Алекто и Амикусе. И составила это для тебя. Дафна достала из-под стола две какие-то бумажки и протянула Кэти. — Это характеристики их личностей. Я прошу тебя прочесть их и хорошенько обдумать. — Прямо сейчас? Дафна вздохнула. — Нет, я же сказала, «хорошенько». Считай это заданием на остаток каникул. И, ради Мерлина, никому не показывай! Там содержатся определённые вещи, неизвестные широкому кругу волшебников. — Так странно, — покачала головой Кэти, принимая досье, — одни слизеринцы убивают всех неугодных, а другие… наоборот. — Не слизеринцы, а мерзавцы и преступники. К тому же, ты слабо себе представляешь, каково это — служить Тёмному Лорду. А вот у меня есть информация из первых рук. — Малфой? — В том числе. Он очень сильно изменился за последний год. Служение Лорду ни для кого не оборачивается благом. И насчёт тебя он очень переживал потом. Хотя был слишком горд, чтобы показать это. — Ты серьёзно? Никогда не думала, что Малфой стал бы сокрушаться по поводу случайных жертв. Он же… — …слизеринец? — докончила Дафна. — Думаю, отнюдь не слизеринцы замалчивали побег из Азкабана, Кэти. Люди бывают разные. И ты, как целительница, должна будешь научиться отыскивать подход к каждому из них. — Я поняла тебя. Хорошо, я попробую составить представления о Кэрроу. — Можешь обращаться ко мне за помощью в Хогвартсе в любое время. Там разберёмся, как будем встречаться. И я тебя очень прошу, Кэти: не позволяй предрассудкам одержать верх над тобой. Некоторые из них — например, о превосходстве чистокровных над остальными, или о злобности слизеринцев — до добра не доводят. Дафна сильно впечатлила Кэти. Она раньше никогда не общалась с такими людьми, и вообще недолюбливала слишком замкнутых и скрытных, какими ей представлялось большинство слизеринцев. Но Дафна оказалась интересной и необычной собеседницей. Может быть, следовало переменить своё отношение хотя бы к некоторым представителям змеиного факультета?

***

8 августа 1997 года, агломерация Глазго, Пейсли, дом Томасов «Чёртовы слизеринцы! Превратили-таки в свой филиал всё Министерство!» — думал Дин, отбрасывая невербальным Депульсо свежий «Пророк» прямиком в мусорную корзину. «Маглорождённые — предполагаемые союзники Ордена Феникса. Чем они опасны?» Ну да, отличный заголовок, всё равно, что написать: «Министерство захвачено лично Волдемортом! Грязнокровки, вам карачун!» Но ведь до первой части, как был уверен Дин, большинство не додумается, а потому пренебрежёт опасностью, скрытой во второй. Он сам, конечно, был не таким и пристально следил за стремительно менявшимся курсом Министерства. В конце концов, об официальном преследовании ещё не объявлено, а когда оно начнётся, Дин будет готов. Рано или поздно враждебно настроенные волшебники явятся к нему домой, но вряд ли такое произойдёт завтра! И вообще, сегодня не время предаваться унынию и тяжким размышлениям! День рождения у Дина или нет? Прощай, Надзор, здравствуй, розыгрыш века! — Это была магия?! — услышал Дин голос Луизы. Та сидела с открытом ртом и неверяще глядела на мусорную корзину. — Так точно, мелкая! Теперь я взрослый и мне можно колдовать направо и налево! — А покажи ещё что-нибудь, Дин! Что-нибудь совсем классное! — Совсем классное, говоришь? Ну хорошо, мелкая, сейчас ты увидишь величайшую светлую магию, какая только есть на свете! Дин сосредоточился и произнёс: — Экспекто Патронум! Из кончика палочки вырвался светящийся серебристый орангутан и запрыгал по комнате. На восторженные крики Луизы заглянула Викки, и они вдвоём принялись его ловить. — Мам! — позвала Викки. — Мам, иди скорее сюда, тут Дин чудеса показывает! Мама вошла в комнату и тоже отдала должное искусству Дина. — Что это за заклинание? Зачем оно? — поинтересовалась она. Серебряный орангутан ещё немного попрыгал и развеялся. — Это Патронус. Он умеет отпугивать дементоров и других тёмных созданий. — А, я вспомнила! — воскликнула Викки. — Ты рассказывал нам про него. — Да, например, что он отражает внутреннюю суть волшебника. — Мама улыбнулась. — Это был шимпанзе, Дин? — Вообще-то, орангутан. — Дин нахмурился. — Ух ты, Дин внутри — орангутан? — спросила Луиза. — В душе, — поправила мама. — А что, очень похоже на правду! — Ну спасибо! — отозвался Дин. — А папа-то где? Опять отсыпается? — Да, — кивнула мама, — раньше полудня его ждать не стоит. Дин в меру тихо отпраздновал день рождения с семьёй, иногда выполняя те или иные заклинания на заказ благодарных зрителей. Особенно «на ура» пришлись чары Левитации, при помощи которых он ловко накладывал куски торта и бутерброды всем желающим. Сам Дин старался не очень много есть, ведь вечером планировался ещё пикник с друзьями. Как и всегда, Дин пригласил Шеймуса, Фэй, Эвана, Уоррена и Дэвида, но сегодня к ним должна была присоединиться и Аркадия. У Дина сложилось впечатление, будто Уоррен всерьёз взялся за Ади, они часто гуляли вместе, много общались, и Эван даже пригрозил расстрелять Уоррена из пейнтбольного ружья за вероломное дезертирство из давней компании. Но сегодня все должны были прийти невзирая на любые привязанности! Дин ждал друзей на краю игрового поля. Шеймуса с Фэй он попросил аппарировать в сторонке и прийти пешком. Сначала явились Эван, Уоррен и Дэвид вместе с Ади, со стороны Пейсли-Сент-Джеймс, а затем откуда-то из придорожных кустов показались Шеймус и Фэй. — Amigos! — крикнул Дин. — Ади, ты у нас новенькая, поэтому не пугайся — сейчас мы пойдём на местное болото, где у нас оборудована берлога! Шеймус, ты прихватил секретный припас? — Как обычно, Дин. — Что за секретный припас? — полюбопытствовала Ади. — Специальное устройство для отпугивания комаров, — пояснил Эван. — Мы всё пытаемся разузнать, как оно работает, но Шеймус молчит, как рыба. — Сегодня вы наконец узнаете эту страшную тайну, — пообещал Дин. — Итак, все готовы? Тогда вперёд! Дин с друзьями прошёл наискось через поле, затем под двумя мостами, вышел на узкую обочину дороги, не обращая внимания на сердитые гудки автомобилей, пробежал по мосту и нырнул в густые заросли, ведомый известной лишь избранным тропкой. Здесь, на болотах, построенное по крайнему слову техники, физики, химии и всего остального, находилось тайное логово. Оно уже порядком обветшало, хотя всё же неплохо сохранилось со времени детских игр, но и теперь не было забыто: друзья продолжали собираться здесь по важным поводам. Что Уоррен, что Дэвид, что Эван проводили здесь опыты или испытывали механизмы, которые не рискнули бы тащить домой. Один недостаток: электричество сюда явно не провели, ну так кто отменял генераторы? Шеймус включил свой распугиватель, и все расселись на плетёных креслах вокруг деревянного стола. — Итак, мои магловские amigos, — торжественно объявил Дин, — сегодня мне исполнилось семнадцать лет, а это означает, что вас ждёт самое большое потрясение в жизни! Дин картинным жестом извлёк волшебную палочку. — Шесть лет вы считали, будто мои рассказы про школу — не что иное, как изящный художественный вымысел, слегка приправленный правдой! Смею объявить, что это не так! Закон сохранения массы-энергии, ты был нам надеждой и опорой, но твоё время прошло! Авис! Как и полагается, из палочки Дина вылетела стайка разноцветных птичек, немедленно рассевшихся на деревянном поручне. — Что это было?! — первым не сдержался Эван. — Магия .— Дин усмехнулся. — Всего лишь магия. Выбери закон природы на твой вкус, только не слишком мудрёный, и я поиздеваюсь над ним так, как не снилось даже Эйнштейну! — Но это невозможно! — воскликнул Уоррен. — Ты сотворил живых существ из ниоткуда?! — Да, но я при этом отнюдь не Бог, хотя и мог бы помериться с ним обаянием! — Дин, а тебя не смущает, что ты демонстрируешь магию маглам? — забеспокоилась Фэй. — Нет, я им доверяю как себе. — Дин отмахнулся. — Надеюсь, вы не расскажете об этом вонючкам из Министерства? Хотя как по мне, у них сейчас полно других забот! — Отличная шутка, Дин, — ухмыльнулся Шеймус. — Надеюсь, нам не придётся приводить твоих друзей в чувство? — Сила трения! Отмени силу трения! — вдруг попросил Дэвид. — Легче лёгкого! — Дин кивнул. — Дэвид, надеюсь, ты не сомневаешься, что вот этот кусок пола — деревянный? Дэвид демонстративно повозил по полу кроссовком, произведя тихий шуршащий звук. — Отлично! А теперь — Глиссео! Всё, сила трения отключена! Дэвид провёл свой нехитрый тест ещё раз и едва не сверзился с кресла. — Но это же бесподобно! Почему тогда маги скрываются от нас? — спросил Уоррен. — Потому что иначе нами будут пользоваться в корыстных целях. И станут бояться нас и ненавидеть, как более сильных, — пояснила Ади. — Погоди-ка. Ты сказала «нас?» — Уоррен нахмурился. — Я тоже волшебница. — Ади кивнула. — И ты бы мне не призналась, если бы не Дин?! — возмутился Уоррен. — Может, и сказала бы, — смутилась Ади, — но… позже. — Да, моя мама сообщила отцу, что она колдунья, только после свадьбы! — Шеймус кивнул. — Вот ему тогда весело пришлось! — Нет, так не годится! — заявил Уоррен. — Я встречаюсь с волшебницей и даже не пользуюсь этим?! Пора заняться планомерной программой исследования магии и её возможностей, если уж она реальна! Подопытные у нас есть, даже два. Эван, Дэвид, поможете мне составить план? — Обязательно, — кивнул Эван. — Дин, готовься, мы тебя так загоняем, как ещё ни одной белке в колесе не снилось! — Вот что бывает, когда волшебники попадаются в руки магловских исследователей! — заявила Фэй. — Повезло, что они твои друзья, Дин! Слушайте, занимайтесь своими исследованиями, но никому о них не рассказывайте! Иначе вам сотрут память, а у Дина начнутся проблемы с законом! — Мы умеем хранить тайны. — Уоррен кивнул. — Погодите-ка, — сказал Дэвид, — если все твои рассказы — правда, то и про этого Вол… — Молчи! — Шеймус подскочил, молниеносно подкрепляя приказ невербальным Силенцио. Дэвид испуганно косился на сидящих вокруг волшебников и разевал рот. — Дин, ты с ума сошёл, называть его по имени?! — возмутилась Фэй. — Ну а что тут такого? Гарри вон называет, и ничего! — У тебя просто нет родственников среди волшебников, — вздохнула Ади. — На его имя наложили Табу. Произнесёшь — и тебя загребут под белы рученьки и отволокут в Министерство. Так они ловят фениксовцев. — А… вот оно что, — смутился Дин и навёл палочку на Дэвида. — Фините! — Так что у вас там с этим… Саруманом местного разлива? — поинтересовался Эван. — Если коротко, — вздохнул Дин, — то неделю назад он захватил власть и установил в магической Британии марионеточное профашистское правительство. Маглокровки и приравненные к ним, как я, теперь на положении евреев в Третьем Рейхе. Судя по газетам, их вот-вот начнут увольнять из Министерства и запретят им работать там впредь. Преследования и убийства маглокровок, состоящих в браке с волшебниками более чистой крови, идут уже давно. А там и до Азкабана недалеко, он у нас вместо концлагеря будет. Или вовсе до газовой камеры в виде поцелуя дементора. — Ну вот. А я уж рассчитывал на весёлый мир фей, где все едят радугу и какают бабочками, — вздохнул Уоррен. — А вместо этого у вас, кажется, Министерство Мира, Изобилия, Любви и Правды в одном лице. И пролы с волшебными палочками. Генерал МакАртур, не пора ли нам готовиться к визиту Полиции Мыслей в дом Дина? — Надо будет — устроим этим Упиванцам сладкую жизнь, — пообещал Эван. — Спасибо, amigos, — кивнул Дин. — Но пока ещё глаз Большого Брата не обратился на меня. А когда такое случится, я лучше уйду из дома! Не хочу, чтобы Упиванцы что-то сделали с моими родителями или сестрёнками. — Ну, ты можешь поселиться у любого из нас, — предложил Дэвид. — С родителями как-нибудь объяснимся! А если делать это попеременно, тебя никогда не найдут! Он переглянулся с остальными, и те закивали. — Спасибо большое, — улыбнулся Дин, — но если Министерство станет по-серьёзному охотиться за маглокровками, и такие меры могут не помочь. Вот создай кто-нибудь сопротивление, так я бы сразу туда вступил! Но уж слишком унылые темы у нас пошли! Давайте-ка поговорим о чём-то более весёлом! И завершился день замечательно. Фэй, как самая «волшебная» из всех, не забыла вручить Дину часы — как оказалось, таков традиционный волшебный подарок на совершеннолетие. А Ади, которой, наверное, было неловко из-за Уоррена, преподнесла Дину специальный браслет. Она предупредила, что любовь, вероятно, должна начинаться как-то по-другому, но всё равно: браслет, по её словам, принялся бы едва заметно светиться при близком общении с человеком, который мог стать твоей «второй половинкой». Дин немедленно опробовал его на Фэй с нулевым результатом, и это было неудивительно, учитывая, какие взгляды та кидала на Шеймуса примерно так с апреля. Ну ничего, с кем-нибудь наверняка повезёт. Вот только если избранница окажется рыжей, Дин браслету всё равно не поверит! Спать он отправился в приподнятом настроении, обрадованный как подарками, так и поддержкой друзей. Даже интересно, какие ещё неприятные сюрпризы собирается преподнести Министерство?

***

9 августа 1997 года, побережье графства Восточный Суссекс, Гринграсс-хаус Дафна снова покосилась на заголовок сегодняшнего «Пророка», гласивший: «Обеспечить достойное образование нашим потомкам — новая цель Министерства!» Она отправила его к остальным, вместе заголовки первых полос начали складываться в настоящую хронику, которая выглядела так: 2 августа. ВЕРОЛОМНОЕ НАПАДЕНИЕ НА МИНИСТЕРСТВО МАГИИ УСПЕШНО ОТРАЖЕНО 3 августа. Шокирующая правда о Дамблдоре! Великий Светлый или Великий Обманщик? 4 августа. Гарри Поттер — Нежелательное лицо №1 5 августа. Масштабная реформа в Министерстве! Высокие посты — надёжные люди! 6 августа. Как опознать фениксовцев и сочувствующих им 7 августа. Новая акция Ордена Феникса задавлена в зародыше! 8 августа. Маглорождённые — предполагаемые союзники Ордена Феникса. Чем они опасны? В свежей статье утверждалось, что «любой волшебник, родившийся на территории Соединённого Королевства, Ирландии и принадлежащих им владений, отныне обязан отучиться в Хогвартсе». Это был умный ход, хотя и в более спокойные годы лишь некоторые уезжали учиться за границу и считанные единицы оставались на домашнем обучении. Но теперь, когда многие могли догадаться, что скрывается за новым курсом Министерства, Хогвартс рисковал недосчитаться изрядного количества учеников. А ведь дети более доверчивы, им проще промыть мозги. На месте нового правительства Дафна тоже издала бы аналогичный указ. И древние идеалы Салазара Слизерина всё ближе к воплощению. Грязнокровок скоро как минимум не будут допускать в Министерство на работу, а там и уголовное преследование не за горами. Дафна недолюбливала их за недостаточное знание волшебного мира и его традиций, но считала, что проблема должна решаться на уровне Хогвартса. Существует же Магловедение, направленное в первую очередь на чистокровных? Вот и для маглорождённых следовало сделать аналогичный предмет. Причём обязательный, а не факультативный. Часы можно отнять у Гербологии — по мнению Дафны, её изучали чересчур углублённо, особенно если взглянуть на близкий по духу УЗМС. Дафна ещё раз тщательно проверила все руны — не должно быть ни малейшей ошибки! — и спустилась вниз. Мама прихорашивалась перед зеркалом, наверное, собиралась на работу. Сегодня? — С днём рождения! — Большое спасибо, Дафна. Что это? Похоже на булавки, но какие-то не острые. — Да, но в ткань они всё равно хорошо войдут, в отличие от нашей кожи. Я нанесла на них примерно те же руны, как на мои резинки для волос. Одежда с ними должна остаться в безупречном состоянии, даже если попасть в грозу с песчаной бурей посреди гнилого болота! — Хм, надеюсь, мне такого не грозит. Но всё равно очень полезная вещь. — Ты идёшь на работу? Сегодня ещё и суббота, вообще-то! — Прости, но кое-кто из авроров, поступивших в прошлую пятницу, до сих пор в тяжёлом состоянии. — А… — Дафна замялась. — А их тоже потом заберут прямо в Азкабан? — Увы, я этому помешать не смогу, зато сумею облегчить их участь. Здоровый там протянет намного дольше больного. К тому же, дементоров стало меньше, как я слышала. Авроры должны справиться с тяготами Азкабана. — Будем надеяться. Пока! Мама отправилась на работу, а Дафна наскоро приготовила завтрак и разбудила Тори. После завтрака она снова отправилась на кухню. Сегодня Дафна много времени планировала провести там: в честь дня рождения мамы можно было наготовить уйму необычных вкусностей! — Рикси! — позвала Дафна. — Чего желает госпожа? — поинтересовался домовик. — Госпожа желает книгу рецептов, — усмехнулась Дафна. — Рикси опять пренебрегают! — полушутя-полувсерьёз вздохнул домовик. — Какую именно книгу? — Все тащи! Буду выбирать методом волшебного тыка. Вскоре Дафна разложила перед собой несколько поваренных книг — французскую, немецкую, испанскую, русскую, китайскую… хоть географию изучай. В сегодняшнее меню Дафна решила включить суп, жаркое, салат, какой-нибудь несладкий пирог и десерт. Давно испытанный метод выбора принёс следующие результаты: гуляш, жульен с грибами, пастель де чокло, итальянский салат с блинами и цугский вишнёвый торт… стоп, последнее не годится, этой прелести они и так наелись, когда ездили к папе. Тогда… паштел-де-ната. Всё, можно приступать! Так, вроде процессов длиннее варки здесь нет, слоёное тесто готовое, но вот этот специфический перуанский пирог заставит её попотеть! Ой, здесь же начинка долго тушится, с неё и надо начинать! Да, Дафна рискует не успеть за несколько часов, если будет одна. Наверное, придётся звать Рикси! Но эльф явился сам. — Госпожа, у дверей дома юный Малфой. Он только что аппарировал. — Один? — уточнила на всякий случай Дафна. — Да, госпожа. — Веди его сюда! У меня сегодня слишком насыщенный день, чтобы заниматься гостеприимством! А потом сразу же неси из погреба маслины и паприку! Остальное на кухне вроде есть… — Д-дафна?! — вскоре раздался за спиной голос Малфоя. — Что ты делаешь? — Готовлю, — отозвалась Дафна, не оборачиваясь. — Думал, у нас только домовик кухарит? Ну, какое у тебя дело? Надеюсь, важное? Мне сегодня весь день работать. — Я… я вчера убил, Дафна. — Что?! — Она обернулась, едва не выронив палочку, которой «командовала» аккуратным разрезанием лука на мелкие кусочки. — Кого?! Как?! Вид у Драко оказался растрёпанный: глаза на мокром месте, мантия помята и в разводах, как будто ею пользовались вместо носового платка. Драко трясся, словно в истерике, но слёзы, кажется, уже кончились, и он только судорожно сглатывал и облизывал пересохшие губы. — Мы… с т-тётей Беллатрисой… Лорд ре-решил, будто пора меня на-натаскивать, или что-то вроде… послал нас рас… расправиться с парочкой маглов на её у-усмотрение… там жена и муж были, на-наверное… женщину она сразу у-убила, а… а потом он взял этот… пистолет, кажется… н-направил на тётушку… и я… Сектум… семпра… хо-хотел в руку, но… г-горло. Дафна обняла Драко за плечи, повела его в гостиную, усадила на диван и сама присела рядом, продолжая обнимать и развернув к себе так, чтобы видеть его лицо. — Рикси, принеси воды, пожалуйста. И виски… наверное. Ага, спасибо. Драко, выпей, ты скоро говорить не сможешь. Вот так, молодец. Виски будешь? Нет? Ну, как хочешь, я слышала, помогает, но самой проверять не доводилось. — Дафна, я… я теперь стану, как они? Как тётя? — Нет, не думаю. Уверена, что не станешь. Слушай, Драко, ты убил из самозащиты. Даже у маглов подобное не редкость. Ужасно, да, но иногда и вполне обычным волшебникам доводится совершать такое. Взять хотя бы оборотней: они тоже люди, но за убийство оборотня в полнолуние ещё никогда никого не судили, и это разумно. Сейчас тебе очень больно, но не бойся, это правильно и хорошо. Ты осознаёшь, что убийство для тебя — вещь неприемлемая, и знаешь, что будешь чувствовать, если, не дай Мерлин, такое повторится снова. На твоих глазах ведь раньше убивали? Не только Снейп, но и Лорд, и та же Беллатриса? Драко кивнул. — Но ты хоть раз видел, чтобы они вот так сокрушались? Нет, я уверена: им убийство доставляет радость. У тебя такого никогда не будет! — Снейп был страшнее всего, — вдруг отозвался Драко. — На его лице я вообще ничего не прочитал. — Главное, что ты не такой! Не смотри на них, смотри на себя! Тебе плохо, в отличие от всех убийц, которых ты знаешь. Это главное. — А если… если Лорд продолжит… натаскивать меня? — Твоя мать наверняка может хоть как-то повлиять на Беллатрису. Пускай займётся этим! Драко, тебе надо продержаться всего три недели. Потом — начало учёбы. В Хогвартсе Лорда уже не будет, помни об этом! — А вдруг меня снова куда-нибудь пошлют? Прямо завтра… — Ты должен обсудить всё с миссис Малфой! Скажись больным, хотя бы! Можем дождаться моей мамы, она подскажет, что именно надо симулировать и как это правильно делать. Главное — не ставь на себе крест. Поттер вон, по слухам, ещё на первом курсе профессора Квирелла угрохал, тоже из самозащиты, и ничего, вроде не сокрушался особо, в чудовище не превратился и живёт как-то! Так что давай, приходи в себя и поговори с матерью. — Вау, Драко! Вы тут обнимаетесь?! — удивлённо воскликнула Тори, входя в гостиную. — Не то, о чём ты подумала, Тори, — грустно усмехнулась Дафна. — Я просто помогаю Драко не развалиться на части. — И у тебя получается, — шепнул Драко. — Ожил, стало быть? — Это всё твоя сестра. У неё какой-то непостижимый талант переводить всё в несерьёзную плоскость. — Тут ты прав на все сто. Мне заранее страшно, как она себя будет вести во время свадьбы, скажем. Не завидую её будущему жениху! Кстати, Драко, есть ещё одно проверенное средство в таких случаях, как твой. Отлично помогает отвлечься! Так что вставай, снимай свою жуткую пыльную мантию, и пошли на кухню! Ближе к вечеру Рикси доложил о прибытии Нарциссы Малфой. Дафна решила выйти к ней лично. — Добрый день, Дафна! Драко случайно не у тебя? — У меня, миссис Малфой. — И где же он? Я могу с ним поговорить? — На кухне, занимается трудотерапией. Вскоре вернётся моя мама, и мы будем пожинать плоды нашего совместного с Драко труда. Но к десерту мы только-только приступили, так что можете помочь, если хотите. — Как он? — Я поговорила с ним, но вас ему никто не заменит. Хотя, как мне кажется, следует отложить серьёзную беседу до возвращения моей мамы. Я чувствую: вы вместе сможете ему помочь наилучшим образом. — Доверяю твоему чутью. — Миссис Малфой кивнула. — Мне ли не знать! Дафна с неожиданными помощниками смогла уложиться в срок, и Рикси подал праздничный ужин на стол за несколько минут до возвращения мамы. Дафна отметила, что на этом ужине присутствует на одного человека больше, чем обычно: мама предпочитала праздновать день рождения в семейном кругу и не любила громких торжеств. Но папу настигли неотложные дела в Конфедерации, зато вместо него здесь оказалось сразу двое Малфоев! Все отдали должное кулинарным талантам Дафны, только Тори пожаловалась, что всё, кроме десерта, слишком острое, за что её волосы были немедленно окрашены в ярко-зелёный цвет невербальным заклятьем. После ужина Драко переговорил с миссис Малфой и мамой и вышел из комнаты куда более счастливым и успокоившимся. Перед сном Дафна ещё раз прошлась взглядом по подборке заголовков «Пророка». До «заграничных» школьников указ Министерства, верно, не достанет. А что насчёт тех, кто на домашнем обучении? Много ли их? Появятся ли у Дафны новые однокурсники, и если да, то на какой факультет им суждено попасть?