Ночь, утро

— …Для начала как бы познакомимся. Я — ваш любимый преподаватель, воспитатель, надзиратель и надругатель. Кир Булычёв. Звёздный пёс

Выйдя из кареты, Полумна не забыла погладить упряжных фестралов по загривку, и те благодарно фыркнули. Она засмеялась и скормила каждому по загодя припасённой морковке. Пускай их и считают хищными, но никто не откажется от такой сладости! — Бр-р-р, смотреть не могу, как ты с ними играешь, — поёжилась Джинни. — По-моему, они довольно жуткие, пусть добрые и всё такое. — Но ведь характер важнее внешности, разве нет? — удивилась Полумна. — Наверное, ты права, — кивнула Ханна. — Тот же Малфой… его многие девчонки называют симпатичным, хотя в душе он тот ещё подлец! — Гляньте-ка, — произнёс Невилл, — нас снова досматривать собираются. — Опять? — удивилась Джинни. — Они там что, совсем повёрнутые? На входе всех обследовали при помощи вредноскопа. Полумна решила, что искали запрещённые артефакты, ну или кто-то подумал, будто можно пронести Гарри в кармане. Интересно, а багаж тоже станут досматривать? Во время поездки Рольф продемонстрировал свой чемодан, там точно можно было спрятать Гарри и ещё парочку студентов так, что тесно им не окажется. Полумна вошла в Большой Зал и пристально осмотрела стол преподавателей. Вместо Дамблдора теперь был Снейп… да, она до последнего думала, что он просто не может оказаться плохим! Полумна очень редко ошибалась в людях. — Ну, мы пойдём. До завтра, — сказал Невилл. — Ах… да. Пока всем! — попрощалась Полумна и направилась к столу Рэйвенкло. — Привет, Эвелин. Ты сегодня очень грустная, — произнесла она, усаживаясь рядом с подругой. — Розали решила не приезжать в этом году, — вздохнула Эвелин. — Осталась с родителями в Германии. — Сложно её за это винить. — Полумна кивнула в сторону преподавательского стола. — Вон та в чёрном, с краю, Алекто Кэрроу. А её брата я пока что не вижу. — Прелестно. Наши новые преподы-Упиванцы, — отозвалась Эвелин. — Вот это не Амикус ли вошёл? — Ага. Он самый. Наверное, сейчас принесёт шляпу и начнётся распределение. Полумна внимательно изучила обоих Кэрроу. Даже мозгошмыгов вокруг них витало меньше. Совпадение или они и впрямь глуповаты? А может, Упиванцы мозгошмыгам попросту противны? Во время сражений у Полумны как-то не было времени уделить достаточно внимания этой проблеме. Во всяком случае, у Снейпа с мозгошмыгами всё в порядке. Ага, вот и первогодки, и Рольф вместе с ними. Интересно, куда он попадёт? Полумна полагала, что ему подходит только Рэйвенкло. Эвелин немедленно заинтересовалась новичком, и Полумна объяснила, кто он и откуда взялся. Когда Рольф направился к Шляпе, Полумна решила ему подмигнуть. Пускай знает, что на её факультете его уже ждут! Прошло меньше тридцати секунд, и вот Шляпа уже выкрикнула свой вердикт. Слизерин? Но почему? Ей показалось, Рольф не питал особой приязни к этому факультету. Всё равно надо подружиться с ним! Как минимум потому, что Рольф магозоолог, а значит, его можно увлечь всеми теми созданиями, которых видит Полумна. Но не только… А скептицизм — не беда, с этим она справится. Жаль, что Невилл, Джинни, Ханна и остальные теперь наверняка примутся считать Рольфа врагом! Надо будет тогда их переубедить, но выйдет ли? — Кажется, Снейп решил нарушить традицию и прочитать речь до праздничного ужина, — отвлекла её Эвелин. Полумна взглянула на поднявшегося с места директора. Что же толкнуло его на убийство Дамблдора? Ненависть? Желание выслужиться? Полумна решила, что этого она знать не желает: результат наверняка окажется удручающим. — Итак! — произнёс Снейп тяжёлым, лишённым эмоций голосом. В зале сразу воцарилась тишина. — Я хочу напомнить всем собравшимся здесь, что главной целью вашего нахождения в Хогвартсе является учебный процесс. Остальные активности, которые вам захочется проявить, второстепенны и не всегда будут поощряться мной и моими коллегами. Ведите себя крайне осмотрительно и думайте трижды перед тем, как совершить какой-либо проступок: последствия могут оказаться значительно хуже, чем вы способны себе вообразить. В этом году вновь возобновляет действие Декрет об образовании номер двадцать четыре, согласно которому все ученические организации распускаются и для воссоздания должны быть утверждены директором, и Декрет номер двадцать семь, согласно которому владение журналом «Придира» и его распространение является тяжким проступком. Полумна улыбнулась. Да, вот за это Снейпу спасибо! Непросто было бы придумать лучший способ снова поднять популярность папиного журнала! — Вдобавок к упомянутым вступает в силу Декрет номер двадцать девять, разрешающий в надлежащих случаях применять телесные наказания в отношении особо провинившихся учеников, — продолжил Снейп. — Хочу также обратить ваше внимание, что у нас произошли некоторые изменения в преподавательском составе. Профессор Амикус Кэрроу будет обучать вас защите от тёмных искусств. Профессор Алекто Кэрроу займётся преподаванием магловедения, отныне обязательного предмета для всех учеников с первого по седьмой курсы. Я настоятельно не рекомендую вызывать неудовольствия новых профессоров — как и я сам, они не переносят тех вольностей от учеников, которые иногда терпели мои прежние коллеги. На этом я закончу. Как только Снейп опустился на место, зал наполнился разговорами, а тарелки — едой, но аппетит у Полумны отшибло напрочь. Опять придётся таиться для собраний ОД? Хотя это было ожидаемо… Но телесные наказания? Что под этим подразумевалось? Розги? Или Круциатус? Полумна считала, будто она плохо переносит боль, но правильнее было сказать, что в жизни ей вообще крайне редко причиняли боль. — Он упомянул телесные наказания? — недоверчиво проговорила Эвелин. — Это же ужасно! У нас не средневековье! Или просто пугал? «Особо провинившиеся ученики»… кто это? — Эвелин, Снейп и Кэрроу — Упиванцы, и ты это знаешь. — Полумна вздохнула. — Лучше не переходить им дорогу. Думаю, они не погнушаются и Круциатусом. — Что? — Эвелин побледнела. — Какой кошмар! Не может быть! — Надеюсь, ты права, — кивнула Полумна и принялась вяло ковыряться в тарелке. Следовало сытно поесть после долгой дороги, пусть даже и не очень хотелось. — Полумна, — побледнела Эвелин, — я боюсь. Да, без лучшей подруги Эвелин сразу сделалась куда более робкой и неуверенной в себе. Хорошо что у неё, Полумны, всё не так, и хотя бы Невилл с Джинни здесь, в Хогвартсе. Без них было бы просто ужасно! Она ободряюще погладила Эвелин по руке. — Не беспокойся. Если ты будешь вести себя примерно — как раньше, кстати! — то ничего страшного не случится. — Они Упиванцы! А если, — Эвелин нахмурилась, — если они заставят кого-то из нас наказывать тех, кто провинился? Пытать Круциатусом? Что тогда? — Скажешь тоже, — поёжилась Полумна. — Это слишком жестоко даже для Упиванцев! — Будем надеяться, — вздохнула Эвелин и принялась изучать содержимое своей тарелки. Взгляд Полумны же зацепился за знакомую девушку, сидевшую с самого края стола преподавателей, рядом с мадам Помфри. Это же Кэти! Интересно, что она тут делает?

***

Хогвартс, наконец-то! Здесь Драко лишится львиной доли внимания со стороны Лорда и тётушки. В конце концов, ему надо сдать ЖАБА и окончить школу. А там — посмотрим, что будет, главное, впереди ещё целых девять месяцев с небольшими перерывами на каникулы! Только войдя в зал, Драко сразу обратил внимание, сколь изменился преподавательский стол. Жалкий полукровка Хагрид не решился в этом году садиться со всеми, и правильно! Его место где-то рядом с Флоренцом, который трапезы в зале не посещал. На директорском стуле восседал Снейп, слева от него была Алекто. Место справа пустовало — очевидно, оно для Амикуса, но он сейчас, наверное, занимался первокурсниками. С краю стола же сидела… Белл?! Какого Мордреда она тут забыла?! Впрочем, после августовского случая Малфой смотрел на Белл уже не с таким трепетом. Были теперь в его жизни происшествия и пострашнее… Слагхорн, МакГонагалл, Флитвик, Спраут и прочие преподаватели сохранили свои посты, не считая того, что заместителем директора стал Амикус. И замечательно, ведь всем известно, что МакГонагалл подыгрывает гриффиндорцам, просто тщательно это скрывает. Хотя… Драко ещё в прошлом году осознал, что единственная по-настоящему важная роль межфакультетского соревнования — поддерживать престиж собственного факультета. Но в этом году Слизерин точно будет в фаворе! Церемония прошла несколько более скоротечно, чем раньше, поскольку в этом году не распределяли грязнокровок. Обычно их попадалось два-три человека на набор. Драко аккуратно ел запечённую курицу и пристально изучал новичка, которому, очевидно, предстояло стать его одноклассником. Скамандер… фамилия известная, хотя такой чистокровностью, как у Малфоев или тех же МакМилланов его род похвастаться не мог. Драко думал, уж не за происхождение ли МакМиллана назначили старостой школы вместо него? Или Лорд считал, что у Драко будет чересчур много дел вне Хогвартса. Хорошо бы это оказалось не так… — Кажется, Гринграсс уже успела заграбастать себе новичка, — с отвращением проговорила Панси. — У меня создаётся впечатление, будто они знакомы. И когда успели?! — Да хотя бы в поезде. Что думаешь про Скамандера? — Кажется, он не из наших, — Панси прищурилась, — мне он представляется довольно общительным. Наверняка любит быть в центре внимания и, держу пари, нормально относится к маглам и грязнокровкам. В общем, отличная компания для Гринграсс. — Не слышал, чтобы Гринграсс когда-нибудь признавалась в любви грязнокровкам и маглам. — Ты так часто с ней общаешься? — Панси нахмурилась. — Не больше, чем с другими слизеринками, — открестился Драко. Только скандала ему тут не хватало. Панси упорно считала его своим, хотя Драко не понимал, с чего это она так уверена. Но разубеждать не торопился. Вдруг пригодится? — Она теперь ещё и староста школы! — скривилась Панси. — Вот за какие такие заслуги, а? Я бы подошла на эту роль куда лучше! А Гринграсс… она и так королева, а ей всё мало. Ненавижу! — Может, им понадобилось больше ответственных личностей, — рискнул предположить Драко. — Но тогда странно, что вместо МакМиллана не назначили кого-то, кто не был бы старостой. — Кстати, Драко, ты же теперь капитан нашей сборной? — спросила Панси. Драко обрадовался, что она перевела разговор на менее опасную тему. — Ага. И мне позарез нужны два охотника и вратарь. Думаю, отборочные испытания следует провести пораньше. Никогда не знаешь, когда и зачем вызовет Лорд. — Ой, Драко, ты такой молодец! — При упоминании Лорда Панси привычно порозовела. Наверное, она считала службу чем-то романтичным, как и сам Драко когда-то. Переубеждать её не хотелось. — Вы все молодцы, вместе с Крэббом и Гойлом! Истинное лицо и гордость Слизерина, не то что всякие там маглолюбивые королевы. — Спасибо, Панси. — Драко вежливо кивнул. — Кстати, как насчёт отбить новичка у Гринграсс? Мне кажется, это пока реально. А если грамотно действовать через новых преподавателей, то у нас получится поссорить с ней и близняшек! Останется только с Дэвис и сестрёнкой. Как тебе? Ох уж эти планы Панси по завоеванию влияния на факультете! Драко считал, что посягать на авторитет королевы не очень правильно, но и Панси понимал. Она любила командовать и изо всех сил пыталась выставить себя главной, не стесняясь грязных приёмчиков. И если сейчас прикинуться, будто планы Панси Драко не интересуют, она вдвое дольше не отвяжется… — Что предлагаешь? — Для начала — подселим новичка к тебе. Ты же сможешь повлиять на него? Узнаешь этого Скамандера получше, выяснишь, что ему нравится, а что нет, и расскажешь гадостей про Дафну по ситуации. Ну, не мне тебя учить. Стоп-стоп, а вот это уже ни к чему! Драко до сих пор радовался тому, что в прошлом году жил один, иначе бы он растерял своё влияние на факультете и лишился всего уважения. Кто знает, что его ожидает в этом году? Нет, на такое он не подписывался! — Хм, Панси, а тебе не кажется, что это чересчур? Я привык жить один, это добавляет мне авторитета в глазах остальных! — Да у тебя, благодаря Лорду и убийству Дамблдора, его и так уже полно! — отмахнулась Панси. — Кроме того, на Слизерине нет грязнокровок и фениксовцев, так что свободных спален может и не сыскаться. — Я… — Драко задумался. Мордред, а ведь Панси права! К нему почти наверняка подселят новичка, и выбор стоял только между ним и Теодором с Блейзом, которые наверняка не обрадуются расселению. Но может, получится запугать Скамандера? — Ладно, Панси, хорошая идея. Посмотрим, что я смогу сделать. — Чудесно! Я знала, что ты поможешь мне наконец прищучить эту задаваку Гринграсс! — радостно улыбнулась Панси, в очередной раз неприятно напомнив Драко тётушку. Всё случилось так, как и опасался Драко. Новичка подселили в комнату, которую он привык считать своим единоличным владением. Драко мрачно изучал деловито обустроенную кровать, пустовавшую до этого не менее шести лет. Сам новичок в данный момент пялился в окно, выходящее, как и остальные в спальнях, в самые глубины Чёрного озера. — Эй, как тебя там… Скамандер? — окликнул его Драко, стараясь говорить как можно более начальственным тоном. — Скамандер, — кивнул новичок, оборачиваясь. — Но вообще-то моё имя Рольф. Это у вас… в смысле, на Слизерине фетиш такой — всех по фамилиям называть? Скамандер подошёл и протянул руку. Драко вспомнил, как однажды его проигнорировали в схожей ситуации. Могло бы всё сложиться иначе, попади Поттер сразу под его влияние? Драко ответил на рукопожатие. — Драко Малфой. — Вот и отлично. Давай не будем называть друг друга по фамилиям? В первую очередь, ты же больше воздуха сэкономишь, — улыбнулся Скамандер. — Твой отец — Люциус Малфой? Неужели ты из этих… из Упиванцев? Ага, значит, что-то о нём новичок слышал. Надо этим воспользоваться! — Да, и так уж вышло, что мы в этом году будем в фаворе у школьных властей! Потому веди себя поосторожнее… Рольф. — Конечно, — кивнул Скамандер. — Я обещал маме не издеваться над Упиванцами слишком сильно. А слово надо держать! Честное, невозмутимое лицо. Он всерьёз говорит или шутит и очень, очень хорошо притворяется? — Хорошая шутка. Вот только лучше бы тебе не произносить её при новых преподавателях. Они, знаешь ли, могут и не оценить. — В каждой шутке есть доля правды. Но жить в одной комнате с Упиванцем — это не одни сплошные минусы, как подумало бы, наверное, большинство волшебников. Это ещё и отличная возможность узнать одну из главных действующих сил в Британии изнутри! Это правда, что вы больше всего на свете ненавидите маглов и маглокровок?! — с чётко написанным на лице любопытством поинтересовался Скамандер. — А за что их любить? Низшие люди. Недостойные быть волшебниками или вовсе не способные колдовать! — Неосмотрительное заявление! — покачал головой Скамандер. — Представь, что ты плаваешь в море, Драко. И разглядываешь разных морских обитателей — рыб, черепах, моллюсков. Среди них попадаются и опасные. Чего следует бояться в море больше всего? Странный вопрос. Но Скамандер же магозоолог. У него, наверное, все ассоциации про животных. Можно ответить. — Акул? — Неверно. Вероятность встречи с акулой крайне мала. Но в море есть вещь, которая присутствует повсюду, и которая намного опаснее любой акулы. Она может заставить тебя задохнуться или разбить твоё тело о скалы. Но при купании ты вовсе не ощущаешь этой незримой опасности, не так ли? — Ты говоришь, что мне стоит бояться воды? — рассмеялся Драко. — Десять тысяч, Драко. Именно столько маглов, в среднем, приходится на одного волшебника. Они, подобно воде, наполняют мир, в котором живём мы. Они производят за нас кое-какие продукты, снабжают материалами и изобретениями, и иногда рождают из себя новых членов волшебного сообщества. Ненавидеть их глупо, бессмысленно и в конечном счёте опасно для нас самих. — Ты не сделаешь меня маглолюбцем, Скамандер! — рассмеялся Драко. — И вообще, на Слизерине такое не поощряется. Скамандер смерил его тяжёлым взглядом. — Хорошо, тогда пойдём другим путём. Хотя бы одну книжку, написанную маглами и про маглов, ты почитать согласишься? Я бы не стал упорствовать, но поверь мне, многие вещи, о которых там рассказывается, перекликаются с текущими реалиями волшебного мира и могут даже подсказать кое-что о нашем будущем! — Смотря какая книжка. — Драко пожал плечами. Читать он любил, пусть и не всё подряд. — О, это пространный экскурс в одно примечательное время магловской истории. Я слышал, здесь, в Хогвартсе, кошмарно преподают историю магическую. И в результате никто не интересуется этой замечательной наукой! Подожди меня, я сейчас! Скамандер открыл свой чемодан и спустился вниз. Занятно, у Драко дома стояли два или три похожих сундука. Он с трудом подавил желание захлопнуть крышку и посмеяться над новичком, рассудив, что наверняка в чемодане есть механизм, позволяющий открыть его изнутри. Вскоре Скамандер показался с обещанной книжкой… даже с двумя. — Вот, — прокомментировал он. — Сначала прочти эту. Там довольно хорошим языком и не очень путано рассказывается о магловской Германии периода тридцатых и сороковых годов этого века. Происходившее там напоминает творящееся в нашей волшебной Британии сегодня. Тебе придётся сложновато: всё-таки, хорошо бы знать прошлое этой страны, и многие магловские термины покажутся тебе в новинку, но можешь спрашивать меня о всяких непонятных вещах в любое время! — А вторая? — спросил Драко. — О, вторая… — Рольф посмотрел на него так, что стало неуютно. — Вторая расширяет и углубляет кое-что, упомянутое в первой. Переводит сухой язык фактов и цифр в свидетельства очевидцев, если так можно выразиться. Я пойму, если ты не сможешь её осилить. Драко сравнил два томика. Первый казался намного объёмистее. — Почему? — Увидишь. Это Чёрная книга. Драко демонстративно оглядел светлую обложку и перелистал белые страницы. — Что-то не похоже, Скамандер. — Это так. Но станет похоже, когда начнёшь читать. А сейчас предлагаю уже ложиться. Нам завтра рано вставать, если я верно запомнил расписание. Скамандер переоделся, лёг в кровать, укрылся и отвернулся к стене. Драко изучающим взглядом окинул обе его книги. Время ещё будет. А сейчас и вправду пора спать.

***

2 сентября 1997 года, Хогвартс Как и в прошлом году, ЗОТИ у шестикурсников-пуффендуйцев проходила вместе с когтевранцами. Когда Ханна вошла в класс, Полумна приветливо помахала ей и указала на место рядом с собой. — Ну вот, знакомые лица. — Ханна подмигнула. — Я мало общалась со своими новыми одноклассниками раньше. — Говорят, у нас сейчас будут невербальные? — поинтересовалась Полумна. — Так было в прошлом году на первом уроке, — пожала плечами Ханна. — О, вот и наш новый чудесный профессор-Упиванец. Громко хлопнув дверью, в класс вошёл Амикус Кэрроу. Разговоры и перешёптывания тотчас смолкли, а Упиванец быстрым чеканным шагом проследовал к преподавательскому столу и резко развернулся, тяжёлым взглядом окидывая учеников. — Встать! — скомандовал он. Все нехотя поднялись. — Разве вас не учили, что нужно вставать, когда преподаватель входит в класс в начале урока?! Сядете через пять минут! Кэрроу сделал отрывистое движение палочкой, и в воздухе появился голубоватый круг, наполовину рассечённый тёмной полоской, которая тут же начала медленно расширяться в сектор. — Итак, меня зовут Амикус Кэрроу, и я должен продемонстрировать вам, что собой представляют Тёмные Искусства. Защита? Забудьте это слово на наших уроках, вы уже долго её изучали, но до сих пор смутно представляете себе, от чего защищаетесь. Моя задача — показать вам, сколь это бесполезно. Зло можно победить лишь ещё большим злом! — внезапно вскричал он. — Этим и займёмся. Наивысшей ступенью Тёмных Искусств, их торжеством, являются Непростительные заклятья. К ним мы перейдём позже, а сегодня изучим другой великолепный способ смутить вашего противника, запутать его и вывести из боя. Вы уже наверняка проходили боггарта раньше. Так вот, это лишь детские игрушки в сравнении с заклинанием, которое вы увидите сегодня! Оно позволяет погрузить оппонента в самый страшный кошмар в его жизни. Для этого нужно взмахнуть палочкой вот так, — Кэрроу сделал резкое и быстрое движение вперёд, будто пытался кого-то заколоть, — и произнести: «Тремендо Террорум!» В момент исполнения заклинания вы должны думать о собственномплохом воспоминании, желательно, из наихудших. Если всё сделано верно, вы увидите, как голову вашего противника окутывает чёрное облако. Эффект будет держаться до тех пор, пока вы не разорвёте контакт, либо пока не окончится кошмар вашей жертвы. Избавиться от заклинания самостоятельно можно исключительно при помощи окклюменции. А теперь… мне нужен доброволец, чтобы я мог продемонстрировать всё на практике. Кэрроу усмехнулся, сложил руки на груди и скользнул взглядом по притихшим ученикам, будто смотря в душу каждому. — Что, нет желающих? Совсем? Тогда пойдём по алфавиту… — Кэрроу уставился в список, лежащий на столе. У Ханны на лбу выступили капли пота. Полумна ободряюще сжала её ладонь. — Аббот, Ханна! Выйти вперёд! На трясущихся ногах Ханна поднялась и медленно пошла к Кэрроу. — Чего такая бледная? — ухмыльнулся Кэрроу. — Мы даже не Круциатус сегодня тренируем. Встань ровно, вот здесь. Да, вот так. А теперь… Тремендо Террорум! Прозрачно-чёрный луч несётся ей прямо в лицо, и кабинет ЗОТИ сменяется совсем другой картиной. Прошлый год. Безобидный, казалось бы, урок Гербологии. Они тогда изучали чину дремоносную, Ханна очень хорошо это запомнила. Вот она размешивает специальное удобрение в блюдце, а Эрни в это время делает ямку вокруг кустика чины, которая должна быть строго определённой формы и глубины. «Эй, Ханна, поторопись! Здесь тебе не зельеварение!» — кричит Эрни. «Вот именно, мы же хотим вырастить растение, а не просто получить хорошую оценку, так что подождёшь!» — отвечает Ханна. Профессор Спраут улыбается им. Ханна заканчивает составлять удобрение и идёт с блюдцем к Эрни. Вдруг в дверях появляется профессор МакГонагалл с крайне скорбным выражением лица. Она смотрит прямо в глаза Ханне, дыхание перехватывает. «Мисс Аббот, — сообщает профессор МакГонагалл, — сегодня вашу мать нашли мёртвой в собственном доме. Мне очень жаль». Ханна вздрагивает, блюдце вываливается из рук, летит наземь и разбивается. Она вдруг чувствует небывалую слабость в ногах и валится на пол, но Эрни реагирует быстро, подхватывает её под руки и она встаёт, опираясь на него. Взгляды однокурсников полны ужаса и сочувствия. Эрни оборачивается куда-то — наверное, к профессору Спраут — и та, очевидно, кивает ему. Он выводит едва переставляющую ноги Ханну из теплицы, которая вновь сменяется кабинетом ЗОТИ. Не в силах стоять, Ханна садится на ближайший стул, на глаза её наворачиваются слёзы. Кэрроу глядит на неё и ухмыляется. — Что ж, я вывел вашу однокурсницу из строя на три минуты, и сейчас она явно не в состоянии мне противиться. Можете садиться, кстати, — произносит Кэрроу. Ненависть захлёстывает Ханну. Она резко вскакивает со стула, заносит палочку и атакует ненавистного Упиванца Оглушающим. Тот не без труда отражает атаку, уворачивается от следующего заклятья и метким движением выбивает палочку из рук Ханны, не прибегая к магии. Она чувствует резкую боль в руке, и та сгибается под странным углом. «Как минимум, вывих», — отстранённо думает Ханна. — Сомневаюсь, что ты хочешь начать учебный год с отработок, — холодно глядит на неё Кэрроу. Боль отрезвляет, ненависть понемногу уходит. — Палочку подними и марш на место! Ханна подобрала палочку левой рукой и вернулась к Полумне. Та смотрела на неё и едва заметно плакала. Она прикоснулась собственной палочкой к правой руке Ханны и произнесла: — Эпискеи! Боль тут же прошла. — Эй, ты! Да-да, ты! — крикнул Кэрроу, указывая на Полумну. — Как там тебя? — Полумна Лавгуд. — Выходи, ты следующая. Закрепим, так сказать, материал, — усмехнулся Кэрроу. С безмятежным выражением на лице Полумна вышла вперёд. — Тремендо Террорум! — вновь прокричал Кэрроу, и Ханна вздрогнула. Но облачко, возникшее вдруг вокруг головы Полумны, оказалось вовсе не чёрным, а сероватым, и развеялось в мгновение ока. — Простите, профессор, — насмешливо произнесла Полумна, — кажется, я не могу применять это заклятье или ощущать его действие. У меня в жизни не было очень плохих воспоминаний. — Это дело поправимое, — сплюнул Кэрроу. — Садись на место! А теперь делитесь на пары и пытайтесь наслать заклинание друг на друга! Я не удивлюсь, если у вас не будет получаться, но и отлынивания не потерплю! Увижу, как халявите — получите Круциатус! Почти все вздрогнули. — У тебя же тоже… мама… — удивлённо прошептала Ханна, когда Полумна вернулась на своё место. — Да, — кивнула она. — А теперь нужно притвориться, будто мы ищем себе пару. И всем сообщать, что противодействие заклинанию — думать о чём-нибудь очень счастливом, когда его на тебя насылают. Как при Патронусе. — Ты прямо сейчас догадалась?! — изумилась Ханна. — Уж очень новое заклинание похоже на Патронуса наоборот. Но у нас мало времени, — откликнулась Полумна. «Да, Рэйвенкло — это Рэйвенкло!» — подумала Ханна и принялась «подыскивать» себе пару для отработки заклинания, попутно сообщая всем встречным метод противодействия. В конце она вновь встала напротив Полумны. И хотя большинство шестикурсников в классе никогда не посещало занятия ОД, Ханна видела, что тёмные облака возникали перед глазами учеников довольно редко, и ещё реже они оказывались действительно чёрными, чаще серыми или тёмно-серыми. Впрочем, заклятье оказалось не сильно проще Патронуса и удавалось далеко не с первого раза. — А какое облако было у меня? — поинтересовалась Ханна. — Непроглядное. Ужасно даже смотреть, — ответила Полумна. — Это в прошлом, Ханна. Всё будет хорошо. — Верится с трудом, — вздохнула Ханна, указывая на Кэрроу. Мало-помалу урок подходил к концу, и хотя кое-кто едва сдерживал слёзы, Ханна решила, что в конечном счёте метод Полумны дал хорошие результаты. На дом Кэрроу задал практиковать жуткое заклинание побольше, пообещав, что в скором времени они смогут испытать его в более натуралистичных условиях. — Кажется, он решил наказывать им провинившихся на отработках, — поёжилась Ханна. — Но мы знаем, как этого не допустить, верно? — сказала Полумна. — Не дошло до Круциатуса, и на том спасибо. Ну ладно, мне пора. Пока! — До встречи! — кивнула Ханна. Да, первый урок ЗОТИ с Упиванцем был поистине кошмарным! Интересно, магловедение окажется столь же отвратительным? Но наверное, там хотя бы не надо будет испытывать на одноклассниках разные отвратительные заклятья!

***

Невилл с тяжёлым сердцем оглядывал изрядно поредевшие ряды одноклассников. Гарри нет, Гермионы нет, Рона нет, Дина нет… из мальчиков остались только он да Шеймус. А вот в полку слизеринцев даже прибыло. Рольф, который вначале показался ему неплохим парнем, распределился на враждебный факультет. Сейчас новичок остался один, поскольку без него слизеринцев как раз набиралось чётное число, но его это не смущало. Рольф то и дело переговаривался с Дафной и… Трейси, кажется, сидевшими впереди него. Невилл поглядел на Малфоя — тот, как всегда, был с Паркинсон и сосредоточенно изучал какую-то книгу. Вот он нахмурился и повернулся к Рольфу, чтобы спросить о чём-то. Тот с охотой ответил. Точно! Больше ни у кого книг в аудитории не было. Где же учебники, по которым они будут заниматься? Для чего вообще Волдеморту понадобилось Магловедение? Совсем скоро станет ясно… В класс как раз вошла Алекто Кэрроу, неприятно шурша по паркету длинными полами красно-коричневой мантии. — Встать! — скомандовала она, и все нехотя подчинились. — Можете садиться. Я — Алекто Кэрроу. Итак, большинство из вас впервые присутствует на уроке Магловедения, и это хорошо. Остальных же попрошу забыть всё, о чём вам рассказывали раньше. Предыдущие преподаватели проявляли крайнюю некомпетентность в своём предмете. Лаванда подняла руку. — Вы хотели о чём-то спросить, Браун? — Да, профессор Кэрроу. Это правда, что профессора Бербидж у-убили? — едва не дрожа от страха, поинтересовалась она. — На знаю, кто вам сообщил такую чушь, но хорошо, что вы спросили. Чарити Бербидж была уличена в сочувствии идеям Ордена Феникса, многие из которых, кстати, эта негодница активно распространяла на своих лживых уроках. Сейчас она отбывает срок в Азкабане. Именно поэтому тем, кто посещал Магловедение раньше, придётся сложнее. А пока поговорим о маглах. Итак, может ли кто-то дать точное определение слову «магл?» Да, Скамандер? Невилл оглянулся на новичка. Тот взирал на Кэрроу с некоторой насмешкой и любопытством. — Магл — это представитель вида Человек разумный, не способный владеть магией. В настоящее время маглами представлено около девяноста девяти целых и девяноста девяти сотых процента людей на Земле. Кэрроу смерила Рольфа презрительным взглядом, а тот всё так же продолжал её изучать. — Неверно! Немало чистокровных волшебников полагает, будто маглов вообще нельзя называть людьми. Но мы с вами будем пользоваться терминами «низшие люди» либо «недолюди». Теперь Рольф, кажется, с трудом сдерживал смех. Невилл не услышал в словах Кэрроу ничего весёлого. Что ж, если речи этой мерзавки так смешат Рольфа, то он и впрямь достойный последователь Слизерина! — Как я вижу, слишком многие из вас считают маглов едва ли не ровнёй нам, волшебникам. Моя цель — развеять столь прискорбное заблуждение. Ну же, кто со мной не согласен? Поднимайте руки смело, наказания не последует. Рука Невилла взметнулась вверх, наряду с прочими гриффиндорцами. Он с удивлением отметил, что и Рольф не замедлил присоединиться к ним. — Ничего другого от Гриффиндора, — скривилась Кэрроу, — я и не ожидала. А вот вы, Скамандер, меня разочаровываете. Очень надеюсь, что товарищи по факультету займутся вашим просвещением наряду со мной. Итак, прошу всех достать перья и записать основные положения первой части нашего курса. От разговоров и вопросов на это время следует воздержаться. Итак, первое. Маглы не являются людьми в той же мере, что и волшебники. В классе раздался нестройный скрип перьев. Невилл задумчиво изучал своё, раздумывая, писать ему этот бред или нет. — На следующем уроке будет проведена контрольная работа, — вдруг произнесла Кэрроу. — Неудовлетворительный результат станет основанием для применения телесного наказания. Скрип тут же усилился. Невилл демонстративно сложил руки на парте и стал глядеть в тетрадку Шеймуса, который как раз закончил конспектировать первый пункт. — Второе. Магическая сила является высшим даром, передающимся только с кровью. Третье. Получение истинного магического дара любыми способами, иначе как от одного из предков, невозможно. Четвёртое. Любой недочеловек будет завидовать вашему магическому дару и стремиться его всячески приобрести. Пятое. Волшебная палочка — символ владения магией. Шестое. Недолюди пытаются заполучить себе магический дар, отнимая палочки у волшебников. Седьмое. Магловские выродки — недолюди, которым удалось завладеть волшебной палочкой. Восьмое. При невозможности обзавестись палочками недолюди будут стремиться уничтожить владеющих ими. Девятое. Недолюди достигли значительных успехов, но не смогли победить волшебников. Десятое. Цель недолюдей — уничтожение или рабство для волшебников. Итак, этими темами мы займёмся в первой части курса, а затем рассмотрим, как именно мы станем мстить недолюдям и возвращать волшебникам былое величие. Лонгботтом, я смотрю, у вас пустая тетрадь. Надеетесь всё запомнить? Невилл дерзко посмотрел в глаза Кэрроу. — Надеюсь, что мне незачем будет запоминать разный мерзкий вздор! Кэрроу противно рассмеялась. — Незачем?! Что ж, поглядим на следующем уроке! А пока перейдём к новой теме. Итак, вы собрались здесь, юные волшебники и волшебницы. Вы все способны владеть магией. Это ключевое различие, которое автоматически создаёт непреодолимый разрыв меж вами и маглами. Эти недолюди вынуждены прибегать ко множеству примитивных ухищрений, дабы добиться лишь подобия того, что волшебники могут творить безо всяких усилий! Люмос! Одно слово — и на кончике палочки появляется огонёк. Просто, не так ли? А теперь рассмотрим, что должен сделать магл для получения аналогичного эффекта. Вначале маглы сжигают огромные количества дерева или угля в специальных местах, называемых лектростанциями. Там они производят особую силу, которая является лишь жалким подобием настоящей магии, недоступной недолюдям! Она называется лектричеством. Это лектричество нужно передавать в каждый дом с помощью запутанных устройств, и в итоге маглы лишь смогут осветить свои дома, но не смогут взять свет с собой куда угодно, как это с лёгкостью делаем мы, волшебники! — Вот это она брешет! — тихо протянул Шеймус и поднял руку. — Да, Финниган? — Простите, профессор, но маглы тоже могут взять свет с собой! У них есть такая штука под названием «фонарик». — Да, есть, — кивнула Кэрроу. — Но именно, что им придётся взять фонарик для света, а шланг — для создания потока воды там, где нам поможет одна лишь палочка! Маглы — тупые недолюди, которые вынуждены пользоваться различного рода устройствами ради компенсации своей ущербности. Продолжим… Весь урок Кэрроу в том же духе расписывала, насколько маглы жалки в сравнении с волшебниками, задав на дом описать в сочинении не менее пяти действий, выполняемых одним заклинаниям, для которых маглам приходится всячески ухищряться. — Шеймус, я тут подумал, — произнёс Невилл, выходя из класса, — может, ты и другие полукровки на грядущих занятиях ОД будете рассказывать остальным, в чём именно лжёт нам эта Кэрроу? — Хорошая идея, Невилл! — улыбнулся Шеймус. — Да, мы объясним тебе и всем желающим, как же она и прочие Упиванцы заблуждаются! Вдруг в коридоре будто из ниоткуда возник Снейп. Все притихли. Его пристальный взгляд буквально заставил замереть каждого ученика в толпе. — Мне нужна мисс Гринграсс, — проговорил Снейп и повернулся к Кэрроу, только что покинувшей кабинет. — Алекто, вы тоже идите с нами. Мисс Гринграсс — именно тот человек, о котором мы вчера беседовали.

***

— Эти гады хотят тебя куда-то забрать! — возмутился Рольф. — Спасибо, я и сама вижу. — Дафна закатила глаза. Действительно, зачем она могла понадобиться Упиванцам? Как-то неуютно… но с другой стороны, есть ли смысл покушаться на слизеринку, никогда особо не замеченную в сочувствии фениксовцам и дамблдоровцам? Хотя, если задуматься… становилось ещё больше не по себе. Неизвестность иногда пугает хуже прочего. — Зачем вам Дафна, сэр? — поинтересовался Рольф, подходя к Снейпу. Он что же, её защищать вздумал? От Снейпа? — Вас это не касается, мистер Скамандер. Мне и профессорам Кэрроу надо кое-что обсудить с мисс Гринграсс, и не пытайтесь идти за нами и подслушивать. В мой кабинет вам всё равно не попасть. — Я здесь, директор Снейп, — сказала Дафна. — Отлично, пойдёмте. Краем глаза Дафна заметила, как Рольф подошёл к Трейси. Наверное, решил разузнать путь к кабинету директора. Прогулка туда заняла некоторое время. Снейп и Кэрроу шли молча. У дверей их уже ждал второй Кэрроу. Снейп жестом приказал горгулье отодвинуться и ступил на лестницу в открывшемся проходе. Дафна поднялась следом. Она никогда не бывала здесь прежде и принялась с любопытством осматриваться. Она знала, что одной из главных достопримечательностей кабинета являются живые картины-советники, изображающие предыдущих директоров Хогвартса. Сейчас немалая их часть была завешана чёрными полотнищами, включая и самый большой портрет напротив входа, почти наверняка изображавший Дамблдора. — Присаживайтесь, — скомандовал Снейп Дафне и Кэрроу. Она осторожно опустилась на один из стульев, спиной ко входу. — Итак, коллеги, прежде, чем переходить к делу: вы хорошо знаете, что собой представляла Инспекционная Дружина? — О, вы говорите о группе весьма достойных и инициативных учеников факультета Слизерин, помогавших Долорес Амбридж поддерживать порядок в Хогвартсе. Преимущественно чистокровных, — кивнула Алекто. — Это же, кажется, именно они надавали по шее дамблдоровцам, — добавил Амикус. — Всё верно, — согласился Снейп. — Мисс Гринграсс также состояла в Дружине. Помнится, вчера вы жаловались мне, что не имеете особого желания и времени заниматься перлюстрацией. А именно этому делу и посвящала себя мисс Гринграсс в рядах Инспекционной Дружины. И мадам Амбридж отзывалась о её работе весьма положительно. Так что хочу предложить её вам в этой роли и на грядущий год. — Вы хотите, чтобы я просматривала письма учеников? — недоуменно уточнила Дафна смутно знакомое слово. Надо же, ей всё ещё доверяют! — Именно, мисс Гринграсс, — кивнул Снейп. — Если мои новые коллеги не будут против. — Думаю, это отличная идея, — улыбнулась Алекто. Бр-р-р, как же она противно выглядит при этом! — Гринграссы не запятнали себя маглолюбием или предательством крови, — согласился её брат, — хотя и придерживались иногда излишне умеренных взглядов. И не стоит забывать о… — Я почти не общаюсь с Сандрой и её семьёй, — быстро отозвалась Дафна. Конечно, не общается, но вовсе не из-за того, что Сандра — полукровка, просто в сравнении с ней Драко — лишённый всяких амбиций затюканный кроткий первокурсник! Кузина совершенно невыносима! — Вот и отлично, — сказала Алекто. — Так вы согласны помочь нам, мисс Гринграсс? — С одним условием. Если в Дафне так нуждаются, может же она попросить что-то лично себе? — Каким же, мисс Гринграсс? — насмешливо поглядел на неё Снейп. — Меня не станут ругать за неисполнение обязанностей старосты школы! Пускай МакМиллан один отдувается. А все претензии направляйте Слагхорну, этому нарушителю всех традиций! — Профессору Слагхорну, — поправил Снейп. — Коллеги, если вы не слышали, мисс Гринграсс в настоящее время является королевой Слизерина. — Вот как! — задумчиво произнесла Алекто и поглядела на неё с уважением. — Лично я не против. С новыми обязанностями мисс Гринграсс и впрямь придётся сложно. — Так и решим, — сказал Снейп. — Как и два года назад, вам придётся вставать незадолго до завтрака и просматривать корреспонденцию, которую направляют ученикам Рэйвенкло и Хаффлпаффа. Особое внимание уделяйте членам ОД. Гриффиндором же я займусь сам. Касательно Слизерина — не думаю, что их письма нуждаются в досмотре. Мои бывшие подопечные вряд ли станут сочувствовать фениксовцам. Снейп едва заметно улыбнулся. Дафне показалось, что немного грустно. — Я бы не согласилась, — вдруг произнесла Алекто. Дафна нахмурилась. Ну что, Скамандер, говорили же тебе: не лезь к Упиванцам, не спорь с ними! — Рольф Скамандер ещё не проникся духом факультета Слизерин, а в его родне имеются некоторые нежелательные персоны. — В мои обязанности входит и присмотр за новичками, независимо от их возраста, — решила вмешаться Дафна. — Я работаю над Скамандером, пытаюсь подружиться с ним, могу последить и за его почтой. У него, знаете ли, весьма примечательная сова, магозоолог всё-таки! — Думаю, это будет наилучшим выходом. — Снейп кивнул. — У кого-нибудь есть возражения? Ну, тогда до встречи, мисс Гринграсс. Дафна не была удивлена, обнаружив у входа Рольфа и Трейси. — Пойдёмте-ка куда-нибудь в тихое место. Поговорим, — предложила она и жестом указала Рольфу следовать за собой. Трейси, ясное дело, отправилась за ними. Найдя подходящий пустующий класс, Дафна дождалась, пока все войдут, закрыла двери и наложила чары от подслушивания. — Так, Скамандер! Сколько раз я предупреждала, чтобы ты не перечил Упиванцам, ну и чем ты, позволь спросить, занялся на первом же уроке Магловедения?! — Но я не могу сидеть спокойно, пока эта Кэрроу несёт полную чушь! — возмутился Рольф. — И вообще, чего ты такая нервная? У в… нас на Слизерине что, в порядке вещей предлагать одним ученикам устранять других, неугодных?! — Не смешно. Ты вызвал подозрения у Алекто. Ты знаешь, что все письма, кроме отправленных слизеринцам, просматриваются? Но ты, кажется, станешь исключением… Я не желаю отвлекаться ещё и на тебя, когда под моим присмотром целая толпа младшекурсников. Я думала, что ты, как человек разумный, будешь вести себя осмотрительнее и сразу последуешь моим советам. Рольф нахмурился, а затем недоверчиво поглядел на Дафну. — Погоди-ка. Досмотр писем? А откуда такая осведомлённость? Мерлин, ты что, занималась этим на пятом курсе и собираешься продолжить сейчас?! — Я… это не совсем то, о чём ты думаешь, Скамандер! Ну вот что за догадливость там, где её вовсе не требуется, а? — Ясно-понятно. Знаешь, а ты показалась мне приличным человеком, — выпалил Рольф и встал, очевидно, собираясь уйти. — Нет, погоди, — вдруг попросила Трейси. — Дафна, ты же сама говорила, что ему можно доверять. — Но не в таком же… ладно, хорошо. Послушай, Скамандер, на самом деле я не читала чужих писем. Просто додумывала про всех невинные подробности пореалистичнее на основании моего знания людей и сообщала Амбридж. Ничего такого. И меня ни в чём не заподозрили. — Честно? — спросил Рольф. — Да, если тебя не смущает, когда такое говорит слизеринка. — Нет. И ты думаешь, будто в этот раз такое прокатит? На счёт Кэрроу сомневаюсь, а вот Снейп наверняка будет поумнее Амбридж! Докладывать ты же станешь лично ему? — Как-нибудь справлюсь, мне не впервой, — отмахнулась Дафна. — И, надеюсь, ты понимаешь, что об этом нельзя никому рассказывать? Знает только Трейси, и теперь — ты. — Можешь на меня положиться, — кивнул Рольф. В следующий раз Дафна застала Рольфа уже вечером, у факультетской доски объявлений. — Что-то интересное? — спросила она. — Ага. Смотри, Драко в эту субботу назначил отбор в нашу сборную. Пишет, что не хватает сразу двух охотников и вратаря. Я неплохо умею летать… а также ловить всяких мелких и не очень созданий! Не думаю, что квоффл поймать будет сильно сложнее. К доске подошла и Тори. — А ведь точно! — воскликнула она. — А я хочу в охотницы! Я же, в отличие от некоторых, никакая не королева и могу спокойно играть в команде! — За такие слова можно и по лбу получить, — пригрозила Дафна. — Можно, — ослепительно улыбнулась Тори. — Бладжером, на ближайшей игре. Но можно и не получать, я вёрткая! — Ты уже тренировалась забивать? Хоть где-нибудь? — спросил Рольф. — Конечно, у нас дома и здесь иногда, — покивала Тори. — Может, пойдём потренируемся, если уроков нет? Раз уж мы не прочь оба поиграть в команде! — предложил Рольф. — А что, пойдём! — согласилась Тори. — Я знаю, где нам достать квоффл. Только сначала за формой схожу! Да, такие непохожие на обычных слизеринцев! Тори попала сюда потому, что очень хотела к Дафне на факультет. Рольф… наверное, это была какая-то странная прихоть шляпы. Дафна с грустной улыбкой поглядела вслед Тори. И внешностью, и характером она напоминала больше Сандру, чем саму Дафну или мать. Интересно, как там поживает её несносная кузина?..