Vita sine libertate, nihil или Жизнь без свободы — ничто.

- Эй, ты скоро? Спирс перепрыгнул через поваленное дерево. Сатклифф отставал уже порядочно, зато его шумное дыхание и неуклюжие шаги были слышны издалека. Передвигался Грелль по лесу чуть тише, чем медведь. Он то и дело ломал какую-нибудь ветку, наступал на колючку или просто падал, запнувшись о кочку. Что-то подсказывало Уильяму, что даже его вдрабадан пьяный папаша прошел бы по лесу быстрее и тише. - Долго еще? Запыхавшийся мальчишка наконец догнал Спирса. Тот задумчиво смотрел куда-то вверх, то и дело наклоняя голову набок, будто проводя какие-то расчеты. Сатклифф, отдышавшись, тоже поднял голову, вглядываясь в покрытые зеленью ветви. Прошло минуты две. Грелль уже отказался от попыток найти смысл в этой странной игре и теперь просто разглядывал яркие зеленые листья и просвечивающие сквозь них лучи. Изредка налетал ветерок, чуть раскачивая верхушки деревьев, и тогда из просветов получались игривые солнечные зайчики, скачущие по кустам, веткам и лицам мальчишек. - Яблоки любишь? Грелль чуть не подпрыгнул от неожиданности. Спирс, до этого казавшийся статуей, отмер и теперь выжидающе смотрел на мальчика. Сатклифф поджал губы и мысленно треснул Уилла по макушке. Ну вот какого-такого черта они торчали тут неподвижно все это время, разглядывая ветки?! Так еще оказалось это никакая не игра, просто Уилли-тормоз никак не мог решить, хочет он яблоки или нет. - Нет, - дуясь, ответил аловолосый. - Жаль. А я люблю. Подождешь меня? Парень вновь вперился взглядом в ветки. Грелль вздохнул. Его так и тянуло из чистой вредности сказать "нет", но это бы означало, что он собирается продолжить путь один, а Уилли его потом догонит. Все бы ничего, но... Сатклифф уже давно и надежно заблудился. - Ладно, подожду. Спирс кивнул будто сам себе и пошел к дереву, легко пружиня при каждом шаге. Приблизившись к дереву, он мягко подпрыгнул и, уцепившись за ветку, мгновенно подтянулся, исчезнув в густой кроне. Грелль, слегка офонарев, разглядывал дерево. На том не шевельнулось ни листочка. Нигде не мелькнуло ни тени. Спирс будто испарился. Мальчик обошел дерево по кругу, вглядываясь в крону. Ничего. Пусто. Аловолосый остановился рядом со стволом и задрал голову. - Эй, Уилл, ты где? Сквозь просветы между ветками было видно солнышко. Мальчишка забеспокоился. Где же он? Грелль опустил голову и сделал шаг назад. "Наверное, он с другой стороны дерева", - успокаивал себя Сатклифф. - Гав!- из листвы мгновенно показалась голова Спирса. Мальчик перепугано отскочил и упал на траву. Парень засмеялся. Учитывая то, что висел он вверх ногами, выглядело это странно. Опомнившись, Грелль подскочил. До него уже дошло, что ему не грозило заблудиться, оставшись в лесу в одиночестве. Спирс никуда не уходил, а просто развлекался за его счет. - Я тебя прибью! - изменившимся голосом зашипел мальчишка. - Эй, ты чего? Я же пошутил. Лицо Уильяма удивленно вытянулось. Перекувыркнувшись, парень спрыгнул на землю и оглянулся на Сатклиффа. Увиденного ему хватило, чтобы на полной скорости побежать в сторону самых густых зарослей. - А ну стоять! - завопил мальчишка, глядя на ускользающую добычу. Добыча и не подумала послушаться, и Грелль понесся следом, горя жаждой мести. Спирс легко пробирался сквозь лес. Зато, если судить по звукам, доносящимся от его преследователя, то у Сатклиффа было не все так радужно. От одного десятилетнего мальчишки шума было столько же, сколько от толпы индейцев. Он ломал ветки, орал что-то угрожающее, но не совсем внятное. А красное, в каких-то черно-зеленых разводах лицо мальчишки говорило Уиллу о том, что он в общем-то не промахнулся, сравнив Грелля с краснокожими. Спирс влетел на желанную полянку и остановился рядом с кустами, поджидая. Послышались приближающиеся крики. Сатклифф, продираясь сквозь кусты, споткнулся о ногу Спирса и кубарем влетел на поляну. Не теряя времени попусту, Уилл подскочил к Греллю и, усевшись сверху, прижал его руки к земле. Сатклифф задергался и взвыл раненым зверем: - Пусти, придурок! - И не подумаю. Подергавшись немного, Грелль поднял мрачный взгляд на Спирса. Поджатые губы и сведенные брови придавали мальчишке вид комический, но Уилл стоически держался. Если он сейчас засмеется, его точно не простят. - Может, хватит ерепениться? Я всего лишь пошутил. И тишина в ответ. Грелль пилил его взглядом, периодически прищуриваясь, что, по-видимому, должно было означать большую степень устрашения. Спирс закусил щеку изнутри и отвел взгляд. Не смеяться становилось все сложнее. - Ну, Грелль... Предлагаю мир и историю. Аловолосый недоуменно поднял глаза на Уилла: - Какая история? Парень медленно отпустил запястья мальчишки, словно боясь, что тот тут же начнет драку. Но Аловолосый лежал смирно. Уилл, встав с земли, отряхнулся и протянул руку Сатклиффу. - Мир - и ты слушаешь. Аловолосый задумчиво разглядывал ладонь брюнета. Любопытство боролось в нем с обидой. С одной стороны, Спирс не был болтлив и услышать от него рассказ было событием. А с другой стороны, упускать законный шанс пообижаться и выпросить что-нибудь получше рассказа... Аловолосый колебался. Хотя... Лучше синица в руках, чем журавль в небе. Грелль тяжело вздохнул и схватился за протянутую руку. Уилл потянул, и мальчишка оказался на ногах. - Пошли на дерево. Там удобней. Не дожидаясь согласия Сатклиффа, Спирс развернулся и пошел в глубь полянки. Аловолосый, опешив на мгновение, поторопился за ним. - Но учти, Уилл, если мне не понравится твой рассказ, я на тебя все равно обижусь. Парень хмыкнул. Чего-то подобного он и ожидал. Подходя ближе к дереву, он все больше и больше замедлял ход, пока не остановился вовсе. Дерево было прекрасно. Его ствол уходил высоко в небо и там разрастался кроной, пышным зеленым одеялом листьев. Несколько ветвей стелились почти по самой земле, образуя невероятно удобное для отдыха место. Усевшись на одну из веток, Спирс облокотился на ствол, устраиваясь поудобнее, и кивнул Греллю на место рядом с собой. - Только не перебивай! Перебьешь - я замолчу... Раньше существовала такая легенда... в общем... - Спирс тяжело вздохнул, пытаясь получше сформулировать мысль. - Жил был мальчик. Жил он в веке так XII - XIII, никто не знает точно, когда это было. Знают только то, что тогда было сильно влияние церкви, и инквизиция ходила по домам, отлавливая еретиков и колдунов. Мальчик тот жил с мамой, которая была травницей и умела людей от разных недугов лечить. Но вот пришла инквизиция и решила, что мама мальчика - ведьма, и увезли травницу за город, и больше ее никто не видел. А мальчик остался один, и так как он был сыном "колдуньи", его не могли отпустить так просто. Ребенка схватили и отвели в темницу. Там мальчика долго мучили и требовали, чтобы он рассказал тайны ведьм, полученные от матери, а иначе его ждет "железная дева". Но сын "ведьмы" ничего не говорил, потому что не знал. И тогда мальчика решили запугать. Отвезя его за город, мальчика поставили рядом с костром на котором горела "ведьма" и пообещали, что если он все расскажет, то их вдвоем с "ведьмой" отпустят. Но мальчик не послушал инквизицию. Увидев, что женщина нуждается в его помощи, он прыгнул в костер и исчез. Исчезла и женщина. Говорят, что исчезнув в одном мире, он возник в другом. Параллельном. И что теперь он сам решает жизни людей, помогая в этом самой госпоже Смерти. Что каждый, кто умер, помогая другому, становится помощником того мальчика. Свободным и независимым вестником самой Смерти, носящимся по миру и собирающим души людей. Уилл замолчал, ожидая вердикта. В воздухе повисла тишина... Через некоторое время Сатклифф отмер. История заворожила его, и он не сразу понял, что Спирс закончил рассказ. Уилл приподнял брови, явственно намекая на то, что он ждет реакции. Грелль выдохнул, оказывается он невольно задержал дыхание, и перевел взгляд на парня. Спирс все еще ждал. - Класс! Интересная сказка. Ты ее сам придумал? Парень недовольно поджал губы, нахмурился, а потом вздохнул. - Нет. Мне ее рассказала мама... Брюнет хмыкнул и слез с ветки. Отряхнув штаны и вытащив пару листков из волос, он повернулся и, глядя сверху вниз на застывшего Грелля, продолжил со странной улыбкой: - И это не сказка.