Юнмины

      - Ну и что это такое? Ты действительно думаешь, что…       - Замолчи, пожалуйста, - Чимин смущенно улыбается и сжимает мою руку в своей чуть сильнее.       Я все еще не понимаю, какого черта мы здесь делаем. Я, конечно, знаю, что его постоянно заводят какие-то неординарные вещи, но это…       - И как много здесь…       Чимин не дает мне договорить, - и, закрыв дверь на замок, прижимает меня лопатками к стене, хитро заглядывая в глаза, и, закусывая губу, тихо спрашивает меня, приблизившись к моему лицу максимально близко:       - И что ты мне сделаешь, Мин Юнги, м?       Он улыбается, глядя на мое растерянное лицо, и наверняка прекрасно ощущая мои слабые ладони, что легли на его талию по привычке.       Он, кажется, прав… Что я могу сделать?       Он целует меня медленно и навязчиво-нагло – я утопаю в сладковатом привкусе его губ, закрывая глаза и сжимая его узкую талию чуть сильнее.       Let's have hotel sex       Lock the door and get both undressed       Make the other rooms so jealous       From the sound of you moanin'       We'll leave it all till the morning       Давай займемся сексом в отеле,       Закроем дверь на замок и разденемся оба       Заставим другие номера завидовать,       Звуком твоих стонов.       И покинем это место утром.       Его бедра по обе стороны от меня, он сидит сверху, полностью контролируя ситуацию, а я лишь перехватываю его горячие губы, что дразнят меня, отстраняясь иногда в улыбке. Я лежу на самом краю кровати, прижатый к ней Чимином, сидящим на мне сверху, - и я ни капли не жалею, что все-таки пришел сюда сегодня с ним.       - Может, поможешь мне немного?.. – Я чувствую, как мои щеки краснеют, и мне искренне неловко; но Чимина, кажется, все это только забавляет. Пытаюсь хотя бы расстегнуть ширинку, но это движение оказывается перехваченным небольшой, но ловкой ладонью: Чимин прижимает меня к кровати сильнее, стаскивает с себя верх, и наклоняется снова, убирая мои руки и переплетая пальцы:       - Потерпи еще немного, папочка… мне так нравится играть с тобой. – Он склоняется к моей шее и легко целует, едва касаясь кожи, задевая острым кончиком языка горло; все, как я люблю…       Не выдерживаю и издаю приглушенный низкий стон; чувствую, как губы Чимина улыбаются в поцелуй, моя шея горит под ними, но я молюсь, чтобы это не прекращалось как можно дольше.       Heavy       The only word that comes to mind - Am I ready?       Rollercoaster up and down on your body,       As soon as our eyes lock you know that you got me       Yeah you got me       Тяжело –       Единственное слово, что приходит на ум. Готов ли я?       Скользить вверх и вниз по твоему телу,       И как только наши взгляды встречаются – ты уже знаешь,       Что поймал меня, я попался.       Да, ты уже владеешь мной.       Он дразнит меня, кажется, бесконечно долго, не позволяя ни прикоснуться к себе, ни сделать с ним то, что мне хочется сейчас больше всего… «И что ты мне сделаешь, Мин Юнги?», - отдается эхом в моих ушах; на него просто невыносимо смотреть снизу вверх. На то, как он медленно гладит свои бедра и мой пресс, поднимаясь к груди и плечам; как легко двигается на мне, покачиваясь, плавно опускаясь ниже, позволяя входить глубже, но при этом не на всю длину, продолжая меня мучить – прекрасно понимая, что я хотел бы большего. На мои попытки приподнять бедра навстречу и толкнуться сильнее – поднимается выше, наклоняясь вперед и поднимаясь медленными влажными поцелуями к груди и шее, оставляя дорожку следов на моем животе.       Он оставляет руку на моем горле, едва ощутимо сжимая пальцы, а я глотаю очередной просящий большего стон, закрывая глаза и понимая, что не выдержу больше ни минуты этой пытки…       Venom in your bite - put it on my lips       You're the holy grail - let me have a sip       Wake the neighbors up - don't apologize       We don't need no alibi.       Яд в твоем укусе - оставь его на моих губах       Ты – мой святой Грааль: позволь сделать лишь глоток…       Давай разбудим соседей – и не будем извиняться,       Нам не нужно алиби       Он смотрит с почти нескрываемым восторгом на мое просящее лицо, но я, глядя на его блестящие глаза, искусанные и покрасневшие губы, ощущая запах его кожи так близко и чувствуя эту слабую, все еще чертовски дразнящую хватку на своей шее, - понимаю, что лимит исчерпан.       - Хватит, - говорю я немного севшим голосом, и пусть это звучит грубовато – кажется, Чимина это по-своему заводит: он вскидывает брови и, прежде чем спросить что-то, оказывается через секунду прижатым к постели, и вот уже я сверху.       Я целую его губы настойчиво и почти грубо, кусая и оттягивая их, скользя языком и заставляя сдавленно постанывать в поцелуй. Мои руки раздвигают его бедра, я придвигаюсь ближе к его ягодицам, что так невыносимо легко и медленно терлись только что о мой чл*н, - и Чимин послушно разводит ноги, будто только этого и ждал. Я запрокидываю его голову сильнее назад, заставляя упереться в постель и сжимая волосы на его затылке крепче; вхожу быстро и настойчиво, кусая Чимина за горло – в отместку за все его следы поцелуев на моем теле, что все еще остывают, оставляя прохладные и нежные отпечатки.       Он почти вскрикивает и я замираю на секунду, боясь причинить боль; однако в следующее мгновение он скрещивает ноги за моей спиной и прижимает меня к себе теснее. В его взгляде я замечаю хитрый блеск, и кусаю нарочно сильно за мочку уха – принимая нарочно грубый и быстрый темп, заставляя Чимина стонать громко и пошло, почти грязно, прекрасно понимая, что нас наверняка слышно в соседних номерах; но нам так плевать… Я не могу думать ни о чем другом, кроме того, как сильно я хочу его прямо здесь и сейчас, и о том, как сильно я люблю его… именно таким.       Cautious       A word that never comes to mind when we're touching       You love to fuck my head up like a concussion       As soon as our lips lock - it's end of discussion       No discussion       Осторожность –       Слово, которое никогда не приходит на ум, когда мы касаемся друг друга       Ты так любишь тр*хать мне мозги, затр*хал бы досмерти, -       Но, как только наши губы соприкасаются – конец всем разговорам,       Никаких разговоров.       …Его стоны навсегда останутся здесь, кажется, они впечатались в рисунок обоев (прямо как следы его горячих щек, когда я прижимал его к стене, дыша тяжело и почти хрипло в затылок), эти стоны рассеялись в отсвете ламп (вместе с безумно блестящими глазами, устремленными на меня и просящие не останавливаться), - эти его почти выкрики, царапающие своей отчаянной нежностью окна и шторы, растворяясь вокруг. Я хватался за его горячий и почти мокрый от пота торс, прижимая к себе ближе, держа крепко, до боли в пальцах; заставлял прогибаться сильнее, стоя сзади и глядя, как ладони Чимина судорожно цепляются за подоконник, а его горячие выдохи оставляют мутные разводы на холодном оконном стекле.       Это было так безумно… это было, бл*ть, великолепно.       Стыдно признаться, но я скучал по такому. Давно мы с ним никуда не выбирались вдвоем на целую ночь.       Думаю, после этого в тот отель мы больше не сможем приехать.       Но я не жалею.       Let's have hotel sex       Lock the door and get both undressed       Make the other rooms so jealous       From the sound of you moanin'       I'm so obsessed       Давай займемся сексом в отеле,       Закроем дверь и разденемся,       Сделаем так, что другие комнаты будут завидовать этой,       Из-за твоих стонов…       Я так одержим тобой.