Глава рода

В конце осени я стал замечать изменения в доме. Вначале исчез учитель танцев. Затем сократилось число слуг, а охранников осталось четверо вместо двадцати. Напоследок и гувернантку выставили, сообщив, что слишком много ей платят, а толку никакого: Хиля по-прежнему не знает элементарных вещей, не разбирается в истории и политике государств. Допустим, политику и я вначале с трудом понимал. Но изучив географию этой планеты, примерно стал представлять ситуацию. Здесь не было крупных континентов. Множество островов на экваторе и шестнадцать небольших материков в умеренной полосе. Северное королевство, так именовалась страна, где мы проживали, имело на континенте еще двух «соседей»: пустынников и царство Турр. С последними королевство неплохо торгует, но только через морской путь. По суше к южному государству преграждают путь те самые пустынники. Само название уже подразумевает, что большую площадь этой страны занимает пустыня. А еще там процветает рабство. И если воровать людей на юге у пустынников не получается по причине того, что неприступные горы преграждают путь, то Северное королевство имеет большие проблемы. Горы опоясывают этот континент почти полностью по побережью, защищая от ветров и непогоды, делая климат умеренным, а в центральной части даже жарким. Именно общий участок пустыни между горами порядка двухсот километров охранять сложнее всего. Несколько крепостей не могут обеспечить полную защиту рубежей. А пустынники, пользуясь этим, таскают через такую «прозрачную границу» людей и товары. Наверняка латийский шелк отца украли местные бандиты, а потом перепродали пустынникам. В общем, я и без помощи гувернантки находил полезную информацию. Отец совсем перестал меня замечать. Я же ничего не просил и не требовал. Пошитой летом одежды мне хватало. Куда-то далеко за пределы дома я не ходил. Пока было тепло, я любил посидеть на берегу пруда в парке. И представляете, отыскал лепесток силы! Побольше того, что был в поселке. Этот лепесток я не только отчетливо видел, но и ощущал, как будто держал в руке гибкую лиану. Магия в меня уже впитывалась хорошо. И также хорошо выходила из ладони правой руки. Пристраивать её куда-то я не умел. Может, и не стал бы заниматься таким бесполезным делом, но случайно заметил, что мои внутренние потоки силы стали шире. Конечно, сразу не поверил, решил, что показалось. Но после двух месяцев медитации на берегу пруда убедился в этом. Кстати, у господина Бесника было немного магических сил. Еще в самом начале я решил проверить всех домочадцев на наличие магии. У биологического родителя оказались зачатки магии. Проявлялись они в виде редких всполохов нитей на руках. То, что у меня было потоком серебристого цвета, у него чуть мелькало в моменты гнева или злости. У меня же был шанс, как говорил знакомый маг, раскачать свою силу. Но мне его не дали воплотить. Парк вместе с прудом зимой продали соседям. Теперь во владении Бесников остался только особняк с небольшим двором и конюшней. Не думаю, что этих денег хватит надолго. Отец, конечно, бдит, не пускает супругу ни на какие приемы, пошив обновок прекратил. Но поздно он спохватился. Раньше нужно было за женой следить. А ведь он мне обещал школу оплатить. Впрочем, я на это уже и не рассчитывал. Но как оказалось, у господина Бесника имелся еще один «туз в рукаве». Гостей в особняке не принимали уже давно. На моей памяти точно не случалось такое событие. И вдруг на тебе, гость. Повариха умоляла нанять ей помощников, потому что не успевала приготовить какие-то кулинарные изыски. Но госпожа отправила свою служанку, сообщив, что мне и Хиле прислуга не понадобится, пусть девка на кухне поможет. — Да что же за дура такая мне в жены досталась?! — не стеснялся в выражениях родитель Илли, когда узнал об этом. — Ты думаешь, что господин Нисий Лесиан придет на твои прелести смотреть?! По поводу этого господина я пребывал в счастливом неведении вплоть до того, пока упомянутый мужчина не поднялся по ступеням парадного входа. Страдающий излишним весом господин преодолел семь ступеней и еле-еле отдышался. Зато меня оглядел сразу. Этот плотоядный взгляд красноречиво сказал мне сразу и всё. Кажется, я знаю, для чего он прибыл. Пора мне бежать из особняка. Давно собирался. Меня удерживала библиотека. Я же знаний об этом мире не имел. Илли прожил в замкнутом пространстве поселка и был наивным подростком. Потому я и терпел все наказания розгами на конюшне. Но похоже, что пора закругляться с этим придурковатым семейством. После коротких расшаркиваний в гостиной мы все перешли в столовую. Я привычно занял свое место, а толстяк плюхнулся рядом, попутно потрепав меня по щеке. Хиля запнулась, не зная куда сесть. Но вскоре сориентировалась и расположилась напротив. Обед начался с подачи запеченной птицы. Нисий Лесиан все столовые приборы проигнорировал, предпочитая разрывать тушки руками. Меня чуть не стошнило от такого способа поглощения пищи. Госпожа Бесник хмурилась, но молчала. Отцу было без разницы, он у себя в голове явно подсчитывал прибыль с моей продажи. Интересно, как они это собираются устроить? Рабство только у песчанников практикуется, а не у нас в Северном королевстве. Про Хилю за столом все позабыли. Девчонка без надзора гувернантки совсем распустилась. Вот уж кому не помешало бы получить розгами по заднице. Улучив момент, Хиля решила дотянуться до меня ногой. Я предусмотрительно свое сиденье не стал близко придвигать к столу. Еще и ноги убрал под стул. Хиля честно старалась, почти вся сползла и так увлеклась, что в один момент рухнула, опрокинув стул, тарелку и соусник на себя. — Мама! Ты видела, как он меня сбил?! — тут же завопила девчонка, скользя по разлитому на полу соусу. Господин Нисий Лесиан, сидевший в непосредственной близости от меня, с недоумением оторвался от куриной ножки. — Девка сама весь обед задницей по стулу елозила, а когда упала, почему-то моего мальчика обвинила, — сообщил он. — Наймите дочери опытную гувернантку, чтобы следила за ее манерами. Старшие Бесники покладисто угукнули, а Хилю отправили переодеваться. Вернулась она, когда мы переместились снова в гостиную. Служанка подала десерты с напитками, и предполагалось, что будет вестись более предметный разговор. — Так значит, этот красавчик пятого уровня магии, — ущипнул меня за бок толстяк, особо не церемонясь. — Покажи-ка свой медальон, малыш. Я вопросительно взглянул на отца. Хиля мне тогда медальон так и не вернула. Он мне до этого и не нужен был. Честно говоря, я и забыл о том случае. Еще несколько минут все выясняли, где медальон сейчас и почему я не могу продемонстрировать магическую вещь. — Я отдала ему. Он врет! — доказывала Хиля. Нужно отдать должное господину Лесиану, тот сразу разобрался, что произошло. — Милая девочка, я глава рода, — начал он. — Если ты не в курсе, то спроси отца, кто такие главы родов. У меня два младших мужа, надеюсь, скоро еще один прибавится, — кивнул он в мою сторону. — Я давно научился различать, когда говорят правду, а когда лгут. Но если ты так настаиваешь, то мы сходим в центральный храм столицы к камню правды. Заплатить сотню золотых мне несложно. А вот тебя, когда изобличат во вранье, отправят на перевоспитание в монастырь. Хиля притихла, распахнув от удивления глаза, но пробормотала себе под нос, что магии у нее нет и в монастырь ее не сошлют. — Так где медальон? — повторил громко вопрос господин Лесиан. — Нет его у меня! — выкрикнула Хиля. — Я его сразу в пруд выкинула. Ищите сколько хотите. — Мы сходим в храм и получим новый медальон, — засуетился отец. — Хорошо, поговорим подробно, когда у мальчика будет подтверждение его способностей, — сообщил мой «жених» (вот же засада!) и с трудом приподнял свой толстый зад из кресла. Бесники подхватились, чтобы проводить уважаемого господина, заверяя, как они были счастливы лицезреть его у себя в гостях. Но стоило тому покинуть особняк, как отец дал волю чувствам. Прежде всего залепил дочери смачную оплеуху. Потом наорал на жену, которая кинулась защищать Хилю. — Две дуры! Одна другой лучше! — бесновался он. — Дочь, ты не медальон выкинула, а принятие нас в род и двадцать пять тысяч золотом. Именно столько обязался заплатить Нисий Лесиан за твоего брата. — Этот ублюдок мне не брат, — выпятила нижнюю губу Хиля. Я, ошарашенный всеми новостями, вообще дар речи потерял. Нужно валить подальше из этого дурдома, пока меня не отдали толстому любителю молоденьких мальчиков. Еще и третьим мужем! Сбежать сразу не получилось. Четверо охранников следили, чтобы никто не покинул особняк без специального разрешения хозяина. Наверное, я бы смог отыскать способ сбежать, но теперь уже сам был заинтересован в возвращении медальона. Не зря же толстяк настаивал на его демонстрации. А сбежать я и по дороге из храма смогу. Все свои ценности в виде кристаллов грозовика я сразу взял с собой. Еще и оделся продуманно. Чтобы и удобно было, и не слишком бедно. В первом же храме нас с отцом ошарашили новостью, что медальон повторно не выдается. — Считается, что подростковая раскачка сил продолжается до первого совершеннолетия, — пояснял храмовый служащий. — Следующая проверка случится, когда мальчику исполнится шестнадцать. — Почему нельзя устроить эту проверку раньше? — возмущался родитель. — Какая вам разница? Не говорите никому, что он младше по возрасту. Оказалось, что не так все просто. Храмы связаны сетью амулетов. Появившаяся в одной книге запись дублируется во всех храмах магией. Родитель не поверил и потащил меня в следующий храм. Там ему почти слово в слово повторили, что выдать амулет повторно не могут. Правда, здешний служащий просветил, что если мой уровень за время получения первого медальона не изменится, то мне не выдадут повторно медальон и в шестнадцать лет. — Вашему сыну нужно усиленно раскачивать магию, чтобы получить шестую степень через год, — пояснял храмовник. — Иначе он останется без медальона и подтверждения сил. Эту силу я видел визуально и был уверен, что она у меня подросла. А вот отец запаниковал. Стал расспрашивать, как силу раскачивают и что для этого нужно. Храмовый служащий не то скучал, не то действительно был добрым сам по себе. Он вынул откуда-то блокнот с рунами. — Это связующие руны. Они не активируются без основных. Но для раскачки силы годятся. Храмовник проверил, как я умею вбирать магию левой рукой, а затем продемонстрировал, как писать руны стилом на листе бумаги, попутно сливая в них силу. Блокнот со стилом обошелся отцу в пятьдесят серебряных монет. — Чтобы по полдня тренировался, — давал родитель наставления по пути домой. Я безропотно слушал и передумал сбегать. Планы поменялись. Медальона у меня нет, женитьба, похоже, отменяется. А мне раскачивать силу и упражняться лучше в спокойном и комфортном месте. Особняк идеален в этом плане. Нисий Лесиан посетил нас через несколько дней. Снова повариха готовила, как на роту солдат и почти всё это было съедено в одну толстую морду. Проблемы семьи Бесник господина не волновали. Он сыто рыгал после обильного обеда, вальяжно устроившись на диване в гостиной, слушал оправдания отца, кивал, ковырял палочкой в зубах и не соглашался выплачивать деньги. — Как-то у вас все слишком нарочито. То не было наследника, то вдруг появился, то ли есть у него магия, то ли нет. — Илли, принеси блокнот, что тебе в храме дали, — потребовал отец, а потом рассказывал, что это упражнение на раскачку сил. — И где тут магия? — недоумевал господин Лесиан. В этом он был, конечно, прав. Это я видел нити силы, остальным такая возможность была недоступна. Мужчины снова взялись торговаться касательно меня, а я продолжал охреневать. — Две тысячи, и я возьму на год Илли в качестве наложника. Если он мне понравится, то следующим летом оформим женитьбу. Отца, понятное дело, такая сумма не устраивала. Он подозревал, что если отдаст меня сейчас, то остальные деньги не получит. Типа Лесиан «поматросит и бросит». Разочаровывать никого из оппонентов я не спешил. Сбегу. Выберусь этой же ночью со второго этажа спальни. Свяжу простыни и спущусь по ним. К моему счастью, торгующиеся стороны не договорились. Господин Лесиан ушёл ни с чем. Семейство Бесник тоже осталось без прибыли. Адела шипела, как разъяренная кошка, но помня последнее предупреждение толстяка о том, что на мне не должны появиться новые шрамы и синяки, сдерживалась. Отец же, проводив вероятного родственника, помчался куда-то на второй этаж. Супруга вскоре поспешила за ним следом. А Хили с нами в гостиной не было. Я потоптался немного в коридоре и решил, что подслушать будет полезно. Собственно, мне и таиться не пришлось, чтобы понять, что происходит. Родитель выгребал драгоценности жены, та орала как резаная. К ее воплям вскоре присоединился визг Хили, это уже ее шкатулки с драгоценностями потрошил отец. — Мы с Хилей уезжаем к моим родителям! — кричала Адела. И действительно, на следующий день служанка упаковала нарядов, сколько поместилось в багажном отделении экипажа, а уже к обеду мать с дочерью покинули особняк, увозя попутно семейное средство передвижения и лошадей. Отец убыл еще раньше. Никак побрякушки пристраивать. Я остался предоставленный сам себе. Красота! Полдня добросовестно тренировался в написании рун и перекачке сил из одной руки в другую. После скудного обеда в виде гарнира, оставшегося с предыдущего дня, я засел в библиотеке. На книгу по законам королевства я давно поглядывал. Настало время проштудировать этот документ. Выбрал только основное, что волновало меня. В очередной раз порадовался, что я такой предусмотрительный. Три раза «ха-ха-ха» тому жирному борову. Я же маг (пусть и не обученный). В храме от меня потребуют клятву и заверение того, что я согласился на брак добровольно. У обычных людей подобная процедура упрощена. Если же я возле алтарного камня заявлю, что не желаю вступать в брак, то меня с позором выгонят из семьи. Просто мечтаю, чтобы «с позором» и «из семьи». Согласитесь сами, есть большая разница, если я сбегу сам из дома, буду прятаться, вздрагивать каждый раз, встречая городскую стражу, или меня выгонят официально. Второй вариант мне нравился больше. Так что поживу до шестнадцати лет, а после устрою папочке сюрприз. Он, кстати, стал мне все реже встречаться в особняке. После отъезда жены родитель активно продавал все что можно. Вечером, проходя мимо его кабинета, я ощущал едва уловимый запах алкоголя, но определенную черту отец не переступал и не опускался. Не имею представления, сколько он выручил, продав драгоценности, но на оплату скудного числа прислуги денег хватало. Таких осталось немного: повариха, служанка, конюх и четыре охранника. Охранников я вначале видел редко, а потом решил подружиться, заодно и собачек приручить. К тому же мне не помешают не только магические тренировки, но и физические. За те месяцы, что я болел, тело ослабло. В своей прошлой жизни я не привык быть таким задохликом. Толстяк предупредил, чтобы меня не били, но по поводу физкультуры ничего не упоминал. А я повадился заниматься по утрам с охранниками. Они, конечно, вокруг особняка не бегали, на самодельном турнике не подтягивались, но приемы самообороны и метания ножа мне показывали. Отец один раз застал меня на тренировке и махнул рукой, поскольку я все время в поле зрения охранников. Им не скучно и мне польза. Правда, стал скучать, когда отец продал библиотеку. Особняк медленно, но верно пустел, обрастая пылью и паутиной. Единственная служанка убирала личную спальню господина, гостиную и столовую. В мою комнату она не заходила, но мне было не в напряг раз в два-три дня проводить влажную уборку. Когда не стало книг, а вместе с ними источника знаний, я даже чаще стал убираться, не зная, чем себя занять. Я сильно сожалел, что не припрятал часть книг. Кто же знал, что их так быстро вывезут? Особенно мне одна книга запомнилась. Исторические хроники, но почему-то корешок книги в магическом зрении искрился силой. Я хотел разобраться, в чем там дело, но не успел. Идея поискать что-нибудь магическое (конечно, за исключением бытовых амулетов), пришла мне в голову, когда я устал от безделья и начал напрашиваться поварихе в помощники. Особой работы у женщины не было. Но что-то принести из дальней кладовки она меня просила. Обитатели особняка потихоньку подъедали запасы. Почти все стеллажи были пустыми, только в дальнем углу стояла парочка коробов с крупами. Заодно я решил подтащить поближе мешки с мукой. Их осталось всего три. Кладовая совсем опустела. Пользуясь светильником, я обошел все углы. Заглядывал за стеллажи. Вдруг чего полезного там завалялось? И к огромной радости обнаружил настоящий потайной ход! Может, не совсем, конечно, потайной. Дверка просматривалась, но ее раньше было не видно за заставленными полками. В этот вечер я с нетерпением ждал, когда обитатели особняка уйдут спать. В доме на первом этаже ночевали повариха, служанка и конюх. Охранникам положено было отдыхать в сторожке, выпуская на ночь во двор собак. Вечерами в темных и гулких коридорах даже мне становилось не по себе. В особняке всего двенадцать спален и только две из них использовались в настоящий момент. Мебель из гостиных первого этажа почти вся была распродана. Комнаты пустовали, добавляя неприятных ощущений. Подозреваю, что и женщины опасались этого пустого дома и вечером торопились запереться у себя в комнатах. В общем, я мог спокойно, хоть до утра, изображать из себя привидение, шастая по потайным ходам. К ночной вылазке я подготовился основательно. В кладовке взял пустую флягу, набрал в нее воды, утащил кухонный нож, конечно же, не забыл осветительный амулет и отправился исследовать потайную дверь.