Навеки в моём сердце

7 глава

      Борзо погоняя лошадей, ямщик ловко лавировал по заснеженной дороге среди таких же шустрых повозок. Зимний Шарлоттаун был поистине ожившей сказкой. Чуть ли не прижимаясь щекой к небольшому окошку, завешенному ажурной шторкой, что укрывала путников от посторонних глаз, Энн восторженно рассматривала яркие огоньки, сверкающие на витринах магазинов, словно сошедшие с небес звёзды. Чудный звон колокольчиков, который сопровождал цоканье копыт, превращался в затейливую мелодию, встречаясь со встречными повозками. Морозный февраль по-хозяйски расположился плотным заснеженным ковром на улочках города, вынуждая почтенных горожан то и дело выстукивать от снега сапоги и обходить препятствия в виде сугробов. Кажется, только дети не заботились о приличиях, весело разбегались и скользили по льду, бесцеремонно расположившемуся прямо на тротуаре. Энн с искрящимися от волнения глазами на секунду представила себя снова маленькой двенадцатилетней девчушкой и мысленно прокатилась по скользкой дорожке. Восхитительно!       Энн была так увлечена увиденным, что даже не заметила, как кучер плавно подвёл лошадей к коновязи. Оторвав свой взгляд от веселящихся детей, она обратила внимание на вывеску, которая гласила, что они, наконец, прибыли к доктору Уорду. Что ж, ещё один шаг к мечте сделан.       Хранивший всю дорогу молчание Блайт вышел из повозки и, обогнув её, открыл дверцу для Энн. Что бы она ему ни наговорила, хорошие манеры никогда не подводили Гилберта Блайта. Энн со смущённо-виноватой улыбкой приняла его протянутую руку и спустилась с повозки. Возможно, у неё ещё получится загладить свою вину? Энн очень на это надеялась.       Пару шагов по заледенелому тротуару — и вот Энн стоит у двери, готовая сердобольно расспрашивать доктора Уорда о методах диагностики различных заболеваний и эффективных способах их лечения. Каждая крупица знаний, которые она сможет добыть, сделает её ещё на шаг ближе к заветной цели. От предвкушения руки Энн задрожали.       Пронзительный вскрик резко выдернул Энн из своих фантазий. Пока она искала источник шума, Гилберт действовал куда быстрее: подхватив поскользнувшуюся рядом прохожую, он аккуратно помогал ей встать на ноги. Несчастная отчаянно вскрикнула, пытаясь переместить вес своего тела на правую ногу.       — Мисс, кажется, вы подвернули ногу, — Гилберт был обеспокоен её состоянием, — позвольте вам помочь. — Здесь, — он махнул свободной рукой на вывеску, всё ещё поддерживая другой рукой талию незнакомки, — как раз принимает доктор. Ручаюсь, лучшего врача в Шарлоттауне не найти.       И та, аккуратно придерживая шляпку на светлых локонах, с благодарностью приняла помощь Блайта.       Эта ситуация, происходившая на глазах Энн, вызвала в её сердце ещё большее уважение к нему. Не оставить в трудную минуту даже чужого для него человека… это так в его духе. Словно рыцарь из сказки, спешащий на помощь к принцессе, попавшей в беду. Лишь ещё одно чувство зарождалось в душе. Острый укол… ревности?.. Энн старалась игнорировать и затолкать это неприятное новое для нее чувство в самый глубокий ящик в своём сердце.       — Мистер Блайт, наш будущий доктор, рад вас видеть, — доктор Уорд отлучился на секундочку от пациента, чтобы поприветствовать своего ученика, но увидев девушку, которую Гилберт старательно придерживал, пытаясь облегчить её состояние, осёкся, — что же вы стоите, проходите скорее в соседний кабинет. Что с вами произошло? — обеспокоенный доктор окинул девушку профессиональным взглядом и остановился на правой ноге, которую та старательно пыталась держать навесу.       — Думаю, мисс… — доктор Уорд вопросительно взглянул на девушку.       — Мисс Роуз.       — Думаю, мисс Роуз, что у вас обычное растяжение. Но нужно удостовериться. Мистер Блайт, — доктор уверенно обратился к своему ученику, — не могли бы вы провести первичный осмотр, пока я закончу приём последнего пациента?       — Конечно, — и сосредоточив внимание на девушке, которую он сейчас обнимал, Гилберт участливо произнес, — давайте я вам помогу, мисс Роуз, нам в эту дверь, — Гилберт аккуратно перенёс бо́льшую часть веса девушки на свою руку.       — Можно просто Уиннифред, — смущённо улыбнулась девушка, всё ещё опираясь на руку, которая крепко её обнимала.       — Уиннифред, — Блайт попробовал на вкус новое имя, полушёпотом произнося его по пути в кабинет, — вам очень идет это имя. Меня зовут Гилберт Блайт.       — Вы очень добры, мистер Блайт. Гилберт… могу я к вам так обращаться? — поинтересовалась Уиннифред, плавно присаживаясь на кресло, и аккуратно приподняла подол утеплённого кашемирового платья, чтобы высвободить пульсирующую от боли стопу. Даже в таком незавидном положении её движения оставались утончёнными и аккуратными.       — Было бы просто замечательно… Уиннифред, — Гилберт вежливо улыбнулся и, опустив взгляд на её лодыжку, добавил, — позвольте, я осмотрю вашу ногу?       Улыбка Уиннифред стала чуть шире:       — Разве я могу перечить своему лечащему врачу, доктор Блайт?       «Доктор Блайт? Хах, с чувством юмора у этой девушки всё в порядке». Гилберт усмехнулся своим мыслям и принялся за осмотр, аккуратно ощупывая тонкую лодыжку.       — Так больно? — он чуть сильнее нажал большим пальцем на ушибленное место, внимательно наблюдая за реакцией. Милое личико слегка сморщилось от боли, но мисс Роуз старалась достойно перенести все испытания:       — Разве что чуть-чуть, доктор, — и опять эти игривые лучики в её глазах.       «Да ей нравится смущать меня!» — Гилберт пытался держаться профессионально, но то и дело улыбка проскальзывала на его сосредоточенном лице.       — Это растяжение, Уиннифред, вашей ноге нужен покой. У доктора Уорда где-то здесь была обезболивающая мазь, — Блайт открыл шкафчик и среди обилия стеклянных флаконов пытался найти необходимый. — Вот! — торжествующе произнес он, — я обработаю вашу лодыжку. И ручаюсь, вам скоро станет лучше.       — Очень мило с вашей стороны, Гилберт, — Уиннифред плавно опустила ногу на пол, принимая более удобную позу, — вы мой спаситель. Спасибо.       — Не мог же я оставить одинокую девушку в столь ужасном положении. Рад, что смог помочь, — говорить с Уиннифред было так свободно, Блайт не задумывался, что может сказать глупость или что сердце подведёт его в самый неподходящий момент, предательски начиная неистово отбивать бешеный ритм. С Уиннифред было просто и легко. Не как с... другой, не как с... Энн.       Потирая руки, в кабинет вошёл доктор Уорд, сопровождаемый Энн, изучающий взгляд которой, казалось, прожигал пару насквозь.       — Вижу, вы прекрасно справились без моей помощи, мистер Блайт, — доктор Уорд взглянул на открытый флакон, — и правильно использовали нужное лекарство. Поощряю! — он дружески похлопал Гилберта по плечу. — Из вас выйдет прекрасный доктор. Как, кстати, и из вашей спутницы, которая за короткий промежуток времени уже успела засыпать меня уймой вопросов, впрочем, весьма интересных, — заметив смущение мисс Ширли-Катберт, добавил доктор Уорд.       — Мистер Блайт был весьма компетентен и любезен, — Уиннифред приняла руку Гилберта, аккуратно вставая на ноги. — Чувствую, я упала в достойные руки, мистер Уорд.       Улыбка доктора стала еще шире:       — Так и есть, мисс Роуз, так и есть.

***

      Повозку нещадно трясло, ледяной снег тысячами острых игл стремился дотянуться до сидящих внутри неё девушки и ее спутника. Казалось, что природа сменила свою щедрость на разочарованную всепоглощающую морозную ярость.       «Значит, доктор? И с каких пор девушки падают к тебе в объятия, Блайт?» — Энн сама не могла объяснить ту ярость и раздражение, что испытывала, и злостно смотрела на Блайта. Ведь он фактически спас незнакомку и оказал первую медицинскую помощь, что было весьма благородно с его стороны. Мысли шальным ураганом метались в её голове: досада, отчаяние, злость, испуг, беспомощность… ревность?       Гилберт изогнул удивленно бровь, стараясь понять, что же так разозлило Энн:       — Извини?       — Приехал взять интервью для статьи, а сам заигрываешь с незнакомками! — «прикуси уже свой язык, Энн Ширли-Катберт» — Энн пыталась добиться хоть какого-то понятия самоконтроля. Ведь Гилберт имел полное право знакомиться и общаться с кем угодно, Энн ему всего лишь одноклассница.       — Я смотрю, ты при любом случае хочешь вспылить, — не выдержал Блайт, глядя на вспыхнувшие щёки и горящие негодованием глаза Энн. — Темперамент у тебя под стать волос. Такой же… жаркий, — на последнем слове взгляд Гилберта на долю секунды опустился с горящих глаз, выражающих калейдоскоп эмоций, бурлящих в сердце девушки, к чуть приоткрытым губам. «Энн Ширли-Катберт — страстная девушка», — он улыбнулся, погружаясь в свои мысли.       Задохнувшаяся от возмущения Энн не нашла, что ответить на такое упоминание о своих волосах. Да как он смеет задевать за живое? И гордо отвернув голову к окну, она старательно делала вид, что ей вовсе не интересен Гилберт Блайт. Совсем. Абсолютно. Ни капельки! Ни одной мысли о нём больше не появится в её голове. Ни единой мысли о его улыбке. Ни единой фантазии о глубоких глазах. Ни единого желания оказаться в его объятиях вместо той незнакомки… Уиннифред Роуз. «Чёрт, Энн Ширли-Катберт, — чуть не простонала Энн, — сейчас же прекрати думать о Гилберте Блайте!»