Пламенное сердце.

Танджиро не мог сомкнуть глаз до самого рассвета. Он лежал в мягкой просторной кровати и тонул в своих мыслях. Ему хотелось, чтобы альфа был рядом, но с другой стороны… омега был обижен на Кёджуро. Он просто ушёл в ночь, которая должна была стать для них особенной. Если его муж ушёл, то у него должна была быть веская для этого причина. И утром Танджиро обязательно об этом спросит! Заснул омега только к утру и проспал недолго, потому что его потрясли за плечо, вырывая из яркого и приятного сна. — Эй, моя нежная жёнушка, пора вставать, — ласково шепнул на ухо мягкий голос. Танджиро резко открыл глаза, уставившись в лицо склонившегося над ним альфы, даже не сразу вспомнив, что они женаты. А когда вспомнил, то к лицу прилил жар, а во рту стало сухо. — Что такое? — обеспокоенно спросил омега. — Ещё ведь темно. — Нам пора в путь, — Кёджуро отбросил одеяло в сторону. — Я помогу тебе собраться, и мы выезжаем. — Что? Собраться? Куда мы поедем? — Танджиро ничего не мог понять, но послушно встал и позволил Кёджуро заняться его волосами. Почему не слуги заплетают его? Альфа ловко соорудил несложную причёску у него на голове, используя лишние пряди. Ему теперь постоянно придётся пользоваться искусственным волосом. — Когда твои волосы отрастут, никто, кроме меня, не будет их касаться, — пообещал альфа, поцеловав омегу за ухом. Танджиро вздрогнул, краснея. Он поджал губы, чтобы не улыбаться. В груди было приятно. И да, ради этого стоило отрастить собственные волосы. Впервые омега не чувствовал недовольства к чужим волосам на своей голове. — Вот, надень юкату. Я так понимаю, ты не умеешь держаться в седле? — Кёджуро всучил ему мягкую ткань. — Нет, — сознался омега. — Мы должны ехать верхом? И я ещё не умылся. А Сенджуро поедет с нами? Кёджуро смотрел на мужа в полутёмной комнате и испытывал сильное желание завалиться с ним в кровать, никуда не ехать и несколько часов предаваться пылкой и страстной любви. Показать этому невинному мальчишке другую сторону жизни. — Мы едем вдвоём, путь неблизкий, — Ренгоку отвернулся, боясь, что для него будет большим искушением наблюдать за тем, как его жена одевается. Танджиро послушно надел юкату и повернулся к альфе. Он испытывал неловкость и странное желание близости. Будто он что-то недополучил. Омега неслышно подошёл со спины и, зажмурившись, прижался сзади, обхватив мужа руками и спрятав лицо у него где-то в районе лопаток. Ренгоку хрипло выдохнул, зажмурившись и нервно сцепив кулаки. Танджиро, что же ты делаешь? — Нам пора, — альфа высвободился из объятий жены и пошёл к выходу. — Пойдём, тебе нужно умыться и перекусить. Танджиро испытал обиду. Неужели Кёджуро было противно? Почему он избегает его? Явно же, что избегает. Спросить у него об этом? А что, если Ренгоку подтвердит его догадки, как тогда с этим жить? — Хорошо, — омега послушно пошёл вслед за мужем. Танджиро быстро умылся и перекусил, они пошли к конюшне, где их уже ждала запряжённая лошадь. — Поедем вместе, — сказал Ренгоку, указывая головой на двойное седло. Сперва он посадил омегу, а затем и сам сел сзади. Танджиро сначала сидел как на иголках, но альфа приобнял его за плечи, прижав к себе. — Можешь опереться на меня, — сказал Кёджуро. — Нам предстоит долгий путь, и ты можешь устать. — Хорошо, — омега улыбнулся, ощущая приятное тепло. Танджиро чувствовал странное чувство безопасности. С Кёджуро было хорошо где угодно. Можно было закрыть глаза и задремать. Запах альфы чувствовался очень слабо. Всё это потому, что он принимал специальные настойки. Причиняют ли они ему неудобство? Если Танджиро спросит, ответит ли ему муж? Нет, лучше поговорить о другом. — А родители знают, куда мы поехали? Надолго мы? — Не волнуйся, мы на пару дней. Кое с кем познакомишься, — говорил альфа, улыбаясь и поглядывая на омегу. — Отец знает, остальным сообщат. Просто наслаждайся поездкой. Если хочешь, я как-нибудь научу тебя ездить верхом. Танджиро ещё не знает, хочет ли он этого. Поэтому омега предпочитает насладиться поездкой и теплом своего мужа. Так можно было бы и уснуть, но Танджиро боялся доставить альфе много проблем, если внезапно начнёт заваливаться набок. — Ты не жалеешь? — неуверенно спросил омега. — О чём? — Что взял меня в жёны, — отчасти Танджиро даже был рад, что не видит лица мужа. — Я не так красив, у меня есть дефекты, я совершенно ничего не умею… как омега, я из низкого сословия. И ты был против свадьбы. Кёджуро устало выдыхает. Как бы он хотел, чтобы омега не думал так о себе. — Я не хочу, чтобы ты думал о себе плохо, — альфа легко целует жену в ухо. — Ты прекрасен, Танджиро. И твой шрам особенный, не стесняйся его. А ещё, я уверен, что без одежды ты ещё красивее. Я захотел взять тебя в жёны, как только увидел. — Но ты не взял меня в течку… — Потому что ты не хотел, потому что я уважаю твои чувства и твоё желание быть верным мне. Это очень приятно, на самом деле. Я хочу провести с тобой течку, но только уже в нашем браке. Как скоро она у тебя начнётся? Омега замялся, начиная краснеть. Ох, у него наконец-то спросили про течки, хотя Танджиро уже не думал, что Ренгоку заговорит об этом. Почему сейчас? Потому что он сам поднял эту тему? — На самом деле у меня сбитый цикл, — признался омега. — Самый долгий промежуток был в девять месяцев, а самый короткий в две недели. — Девять месяцев, — отстранённо произнёс альфа, не представляя, как можно прожить девять месяцев и просто облизываться на своего омегу. Это же смерти подобно! Нет, он не выдержит этого. — А вчера… случилось что-то серьёзное? — осторожно спросил Танджиро. Ренгоку на миг прикрыл глаза. Он ожидал, что омега спросит об этом, но ещё не знал, стоит ли ему говорить правду. Вдруг Танджиро решит, что Кёджуро ищет предлог или выдумывает повод, лишь бы не быть с ним? Его жена очень впечатлительная натура. И точно напридумывает себе всякого! Лучше доверить такое дело доктору, как они вернутся домой. — Да, это было очень важно, — Ренгоку не хотел бы врать, но не видел сейчас другого выхода. Оставшиеся часа два они проехали в молчании, и Ренгоку решил сделать небольшой привал, он даже свернул с дороги, зная, что они потеряют двадцать минут времени, но он хотел показать Танджиро это место. Они остановились возле небольшого озера. Альфа слез первый, а потом спустил омегу. — Так красиво, — Танджиро подошёл к прозрачной водной глади, наблюдая за плавающей рыбой. — Что это за место? — Счастливое озеро, — сказал Кёджуро, подходя к жене со спины и заключая в крепкие объятия. — Здесь мой отец сделал моей матери предложение. — Да? — удивился Танджиро, не думая, что Шинджуро-сан способен на романтические поступки. — И она ему отказала, — усмехнулся Кёджуро. — Все первые три раза. Но отец умел быть настойчивым. Омега повернул голову, посмотрев на мужа. Хоть у них началось по-другому, будут ли они счастливы? Сможет ли Танджиро сделать его счастливым? И будет ли счастлив сам? — Я… — Танджиро хотел сказать об этом, но Ренгоку наклонился, мягко целуя. Омега смотрел в открытые глаза мужа и боялся вздохнуть. Поцелуй оказался настолько неожиданным, что выбил все мысли из головы. Кёджуро развернул его к себе, обхватив ладонями лицо, и углубил поцелуй, заставляя жену зажмуриться. Танджиро вцепился в одежду Кёджуро, пытаясь ответить на поцелуй, но альфа только усмехнулся, прихватывая его нижнюю губу зубами и немного оттягивая. — Мне столькому придётся тебя научить, — довольно улыбается Ренгоку. Лишь бы самому не оплошать в этом плане. И он снова поцеловал Танджиро, в этот раз целуя более напористо. Танджиро обессиленно застонал ему в рот, чувствуя, что колени подкосились. Почему простые поцелуи так кружат голову? Кёджуро разорвал поцелуй, отворачиваясь. Что он сам, чёрт возьми, творит? Почему Танджиро так быстро его возбуждает? Это же простой поцелуй! — Давай перекусим, и нам нужно выдвигаться в путь. Танджиро лишь мог молча на всё соглашаться, потому что находился под магией чувств. Они перекусили довольно быстро, не обронив ни слова, и выдвинулись в путь. За время пути супруги обменялись парой фраз. Танджиро напрягся, когда они подъехали к воротам чужого поместья. Они въехали внутрь. Слуги приветствовали Кёджуро, значит, он здесь частый гость. Ренгоку подъехал к конюшне, спешившись, и спустил мужа. — Я не поверил, когда мне сообщили, что меня навестил Ренгоку-сан со своей женой, — Танджиро вздрогнул, услышав позади чей-то громкий голос, и обернулся, встречаясь взглядом с мужчиной. Он был высоким, и волосы его были удивительного персикового цвета, а на лице был шрам. Альфа, понял Танджиро, когда его окутал сильный запах. Колени снова стали подгибаться, и омега вцепился в одежду мужа, чтобы устоять на ногах. Ренгоку придерживал его за локоть, но не выглядел обеспокоенным. — Обижаешься, что не пригласил на свадьбу? — Кёджуро смотрел в лицо другу. — Танджиро, познакомься, это Сабито… — Идиот, — его чем-то острым ткнули в бок, и Танджиро уже забрали из рук альфы. — Не видишь, ему плохо? Мой муж хоть и связан со мной, но даже его запах может повлиять на немеченого, особенно на «чистого». Ты вообще меня не удивляешь, Ренгоку. — Какой же ты злюка, — Кёджуро недовольно поглаживал бок. — Танджиро, прости, я не думал, что ты среагируешь. Ты как? — Умри, несчастное подобие альфы, — смерил его холодным взглядом омега и, приподняв лицо Танджиро, посмотрел ему в глаза. — Меня зовут Томиока, я позабочусь о тебе. А этих двух кретинов накажу попозже. Танджиро нервно сглотнул. Томиока-сан был невероятно красив, неудивительно, что Кёджуро любил его. Танджиро и рядом с ним не стоял.