Пламенное сердце.

Танджиро устало открывает глаза, уставившись в потолок. У него абсолютно нет сил. Будто он только что перенёс тяжёлую болезнь и ему предстоит набираться сил. Почему он так отвратительно себя чувствует? — Ты уже пришёл в себя? Рад, что ты, наконец, в сознании. Ты проспал чуть больше суток, — слышит Танджиро голос и поворачивает голову, уставившись на незнакомого человека. Кто он? И что он делает в комнате омеги? Точно! Это Томиока-сан. Ренгоку дёргается, собираясь сесть, но лишь заваливается обратно, непонимающе уставившись в потолок. У него совершенно нет сил. Неужели Танджиро так устал с дороги? — А что ты хотел? Если бы мы с Сабито не были связаны, то от его запаха у тебя уже началась течка, — поясняет Гию. — Но не переживай, сейчас Сабито принял необходимые настойки, чтобы его запах не действовал на тебя. — Где Кёджуро? — обеспокоенно спросил Танджиро. Альфа же не уехал домой, оставив его здесь? Нет, его муж точно бы так никогда не поступил! — Он разговаривает с моим мужем, — поясняет Томиока. — Ему бы стоило лучше о тебе заботиться. — Кёджуро хорошо обо мне заботится, — недовольно отзывается Танджиро. Этот омега ничего не знает об их отношениях и ещё делает такие заявления! Ну что за невоспитанность? Как так вообще можно?! Гию только усмехается. Мальчишка. Да уж, Танджиро действительно очень хорошо подходил Кёджуро. Кто-то такой обязательно должен был появиться рядом с альфой. — Я заметил, — беззлобно отозвался Томиока. — Но я всё равно его отчитал. Это не нравилось Танджиро. Почему какой-то омега отчитывает его альфу? Танджиро и сам может с ним поговорить серьёзно. Наверное. Но больше раздражало то, что Томиока был возлюбленным Ренгоку. И он оказался таким красивым, что внутри что-то неприятно сдавливало. Почему Кёджуро вообще женился на нём, если любил когда-то такого столь прекрасного? — Я ничего тебе не сделал, почему ты на меня обижаешься? — спросил Гию, откладывая в сторону книгу, которую он читал. Он воспитывал двоих негодников-альф, поэтому легко мог слышать обиженные нотки в чужом голосе. — Ничего, — Танджиро отвернулся, в этот момент неспособный смотреть в глаза омеге. Это было слишком неловко и даже немного стыдно. Потому что Танджиро ревновал. И не мог поверить в то, что вообще способен на это чувство! — Постой, только не говори, что этот олух сказал тебе, что когда-то был влюблён в меня? — нахмурился Гию. Танджиро поджал губы и что-то пробубнил непонятное, но похожее на «да». — Он идиот, — фыркнул Томиока. — Он хоть сказал, что нам тогда было по семь лет? Танджиро удивлённо покосился на омегу. Семь лет? Ренгоку любит его с семи лет? Так долго? И сколько же лет он его любил? И как сильно? Почему этот омега вообще отказал Кёджуро? — Так, по твоему лицу вижу, что ты ничего не понял, — с усталым вздохом сказал Томиока. — Нам было по семь лет, когда Сабито признался мне в любви, а Ренгоку узнал и тоже признался. Они подрались, и выиграл Сабито. Тогда Ренгоку отказался от своих чувств. Это была мальчишеская вражда. — Но он сказал, что любил вас, — неуверенно пробормотал Танджиро. — Ага, — скептически отозвался Гию. — А ещё хотел взять Игуро в жёны. — В жёны? — у Танджиро еле хватило сил, чтобы сесть. — Но он ничего об этом не говорил! — И слава богам, потому что им тогда было по пять, — ответил Томиока. — Этот… недоумок никогда не уточняет. И не поясняет про возраст, а здесь он важен. Даже если в детстве он меня и любил, то только детской любовью. Взрослым я не видел его ни в кого влюблённым. А вот ты… ты действительно заставляешь его волноваться. — Я же его жена, — буркнул омега, покраснев лицом, и вновь завалился на кровать. Конечно, ведь Кёджуро давал клятвы и их исполняет. Он держит своё слово, потому что человек чести. Томиока-сан уж точно должен это понимать! — Ага, и вы друг друга стоите, — подтверждает Гию. — Он хоть был с тобой осторожен? — Осторожен? — не понимает Танджиро. О чём вообще речь? Кёджуро всегда осторожен. Он заплетал омегу, носил его на руках, не позволил убить себя. Конечно же, он осторожен. И очень заботливый! И внимательный. Только… только почему они приехали сюда сразу после свадьбы? Потому что муж не может быть с ним в близости без течки? Или хотел увидеть свою детскую любовь и понять, сожалеет он о свадьбе или нет? Хотя он говорил о том, что не жалеет, но… но какой-то червячок сомнения всё ещё жил в омеге. — Ну и насколько же он горяч в постели? — спрашивает Томиока слишком уж безразлично и с явным скептицизмом. — Что? Вы… Как… — Ренгоку начинает паниковать от такого вопроса. Он теперь понимает, о чём его спрашивает Гию. Но не слишком ли это бестактный вопрос?! И как Танджиро отвечать? Должен ли он вообще хоть что-то отвечать? И почему Ренгоку так разволновался? Потому что ещё не был близок со своим мужем? — Ясно, полный ноль во всём, — фыркает Томиока. — А вот и неправда! — возражает Танджиро. — Очень уж и горяч! И всё может! И многое умеет! И получше вашего мужа будет! Гию лишь качает головой. Ребёнок. Какой же этот омега ещё ребёнок. У него всё на лице написано. Но Томиока всё же хотел подружиться, а уже настраивает Ренгоку против себя. Гию неправильно начал. — Не беспокойся, я не пытался унизить твоего мужа, — мягко говорит Томиока. — Просто меня окружают одни альфы, и я привык быть к ним строгим и недоверчиво настроенным. — Одни альфы? — Да, — улыбка Томиоки становится тёплой и нежной. — У нас с Сабито двое сыновей. Оба – альфы. Те ещё проказники, Сабито слишком уж позволяет им некоторые «мужские» вещи. Поэтому постоянно приходится присматривать за всеми разом. Надеюсь, что хотя бы третий будет омегой. Танджиро смотрит на живот Гию, который тот поглаживает. Но он плоский. Правильно ли понял Ренгоку? — Вы мечтаете о третьем ребёнке? — неуверенно спрашивает Танджиро. — Я уже жду третьего ребёнка, — поясняет Томиока. — И тебя в скором времени это ждёт. Уверен, твой альфа непременно будет использовать узел всю твою течку. Вот сейчас можно было бы спросить про этот загадочный узел, но Ренгоку не решился. Он опасался, что Томиока-сан будет смеяться над ним. Всё же омега пока не мог понять, как к нему относится этот человек. И как сам Ренгоку к нему относится. — Поздравляю вас, — сказал Танджиро с улыбкой. — А быть беременным тяжело? — По-разному бывает, — задумчиво протянул Гию. — Моя первая беременность была очень тяжёлой, зато со вторым сыном я вообще не мучился. Да и сейчас не чувствую никаких неудобств. Это не так страшно, как ты думаешь. Но роды болезненные. Сабито не хватило мужественности присутствовать на них, поэтому он ждал за дверью. — А альфа должен присутствовать при родах? — удивился Танджиро. И представил свои роды. Хотя представил не то слово, потому что Ренгоку не до конца понимал, как происходит этот процесс. Хотел бы он, чтобы Кёджуро присутствовал на родах? Захочет ли его альфа этого? — Говорят, так роды проходят быстрее и лучше, запах альфы вроде как успокаивает. Но я не знаю. Сабито просто теряет сознание, когда видит меня в крови. Это его единственный недостаток. Ну, раз ты пришёл в себя, я сообщу твоему мужу, — Гию поднялся из мягкого кресла и собрался уходить. — Ему явно не терпится тебя увидеть. — Подождите, Томиока-сан, — Танджиро сел, в этот раз ему удалось сделать это лучше. — Могу я спросить у вас совета? Вы же хорошо знаете Кёджуро? Томиока пристально посмотрел на взволнованного омегу. Да уж, только женились, друг друга знают плохо, а Танджиро вообще кажется очень наивным и неопытным мальчишкой. Конечно, у него будут вопросы. — Что ты хотел узнать? — Гию всё же сел обратно, словно чувствовал, что этот разговор надолго. — Мне кажется, что Кёджуро добр ко мне, — Танджиро нервно сглотнул и посмотрел на свои руки. — То есть он… он женился на мне, но я недостаточно хорош для омеги. Понимаете, в мою течку он хотел быть со мной, а в нашу брачную ночь — нет. Он, конечно, сказал, что у него были дела, но мне кажется, что он просто нашёл предлог. Может, я и накручиваю себя, просто… Просто мне кажется, что сейчас он скажет, что я слаб и мне нужно восстановиться, а потом появится ещё какая-нибудь причина… Он ждёт моей течки, да? Это потому что я не пахну, или потому что в течку инстинкты берут своё и ему как альфе всё равно… — Танджиро, успокойся, — мягко перебил Гию. — Ты придумываешь себе лишнего. У Ренгоку действительно могла быть причина. Но к ночи тебе станет лучше. Мы сегодня вместе поужинаем, а вечером ты сможешь быть близок со своим мужем. — Но что мне делать, чтобы он точно не ушёл? — взволнованно спросил Танджиро. — Я всё тебе расскажу, — пообещал Томиока.