Пламенное сердце.

Танджиро вздрагивает, когда дверь открывается, и оборачивается. Он только завязал пояс юкаты, но ещё не был полностью готов. — Ты пришёл в себя, — с облегчением выдыхает альфа и, оказавшись рядом, сжимает его в объятиях. — Я так… заволновался, когда ты потерял сознание. С тобой точно всё хорошо? Может, тебе прилечь? А омега не мог вымолвить ни слова, нервно вцепившись в одежду альфы и вдыхая его запах. От этого закружилась голова и подкосились ноги, но Танджиро устоял. Объятия альфы были такими волнительными и согревающими. — Ты ни в чём не виноват, это мой организм так среагировал, — всё же мог выдавить из себя Танджиро. — Что ты такое говоришь? — Ренгоку отпустил его, слегка отстранившись, и, склонившись, осторожно обхватил лицо, смотря в глаза. — Я был так беспечен! Я не думал, что запах Сабито на тебя повлияет. Томиока прав, мне стоило позаботиться обо всём заранее. — Но всё в порядке, я чувствую себя хорошо, — спешно отозвался омега. — Я рад, я правда рад, что с тобой всё хорошо, — Кёджуро огладил его лицо и невесомо поцеловал в лоб. — Давай я помогу тебе собраться и мы пойдём ужинать. — Мне осталось только волосы собрать, — взволнованно отозвался омега, поворачиваясь к мужу спиной и прижимая руку к груди. Сердце быстро билось о грудную клетку. Это от близости с альфой? — Прости, что подвёл, — тихо вымолвил Танджиро, надеясь, что муж не услышал. Кёджуро молча занимался его причёской, его пальцы приятно касались головы. Хотелось просто закрыть глаза и уснуть. Танджиро зажмурился, довольно улыбаясь, когда Кёджуро закончил, и, легонько сжав его плечи, прижался к нему со спины, тихо шепнув в самое ушко: — Ты никогда меня не подводил. И от лёгкого поцелуя омега покрылся мурашками, отчаянно краснея. Что его муж себе позволяет? Почему так внезапно и неожиданно? — Нам на ужин нужно идти, — Танджиро ловко вывернулся, чувствуя дрожь в теле, и прямиком направился к двери. — Томиока-сан ждёт и… — Ты точно хорошо себя чувствуешь? — Кёджуро ловит его возле двери, прижимая к стене, и смотрит пристально. — Если тебе плохо, то ты останешься в кровати, а я покормлю тебя с ложечки. — Я не настолько беспомощен! — голос против воли переходит на высокие тона, приобретая визгливые нотки, а Танджиро не понимает — смущён он, обижен или же просто паникует. Он нормально воспринимал присутствие мужа до слов Томиоки-сана. Зачем он вообще попросил совета? — Ну раз ты так уверен, — Кёджуро открывает ему дверь, — то ты не представляешь, на какое мучение подписываешься. К столу они приходят последними. Сабито и Гию сидят рядом, напротив их дети. Мальчишки тут же вскакивают со стульев, как только молодожёны заходят в комнату, и окружают Танджиро, рассматривая его со всех сторон. — Позвольте представиться, — старший кланяется, — Томиока Ичиро, старший сын и наследник, альфа, девять лет, превосходно стреляю из лука и вполне сносно владею мечом, хорош в точных науках. — И я, и я! — оживлённо отозвался младшенький. — Томиока Шинджи, младший сын, но самый достойный, альфа, семь лет, умею играть на трёх музыкальных инструментах и знаю два языка, учёный муж. Омега улыбнулся мальчишкам. Они такие милые дети, и в чём они несносны? — Ренгоку Танджиро, жена Ренгоку Кёджуро, — улыбнулся им омега. — Раньше был Камадо, старший ребёнок в семье. Омега. Глаза мальчишек тут же засветились и они с восхищением посмотрели на омегу, чем смутили его. — «Чистый» — выдохнули они одновременно, заставляя Танджиро отпрянуть к своему мужу. Танджиро покраснел, взгляд его забегал. Как неловко. Хоть он и чувствовал запах этих детей, но он был мягкий и успокаивающий. Это от возраста зависит, когда запах начинает влиять? Нужно будет об этом спросить у Томиоки-сана. — Через шесть лет я вступлю в добрачный возраст, вы станете моим омегой? — Ичиро тут же нежно сжал руки Танджиро. — Что? — воскликнул Ренгоку, уставившись на ребёнка. — Но ведь у меня есть муж и… — Не волнуйтесь, с господином Ренгоку может случиться всякий несчастный случай, и вы очень быстро овдовеете, — хитро улыбнулся мальчишка. — Да-да, — тут же стал поддакивать второй, — несчастливый случай на охоте, ядовитые съеденные грибы или… — Довольно, — холодно оборвал их Гию, — все по своим местам. Мальчишки послушно, без каких-либо возражений, сели на стулья. Оба выглядели недовольными, смотрели то на Томиоку, то на Танджиро. — Ну же, Гию, ты к ним строг, — хохотнул Сабито. — Мальчикам понравился омега, они ничего плохого не сделали. Просто ведут себя как альфы. — Мне не нравится, что они говорят, — отрезал Томиока. — Я не желаю слышать о чьих-нибудь несчастных смертях. Как ты такое можешь поощрять? — Ты же знаешь, что это просто детские разговоры. Они пытаются проявлять себя как альфы. — Кёджуро, что всё это значит? — шёпотом спросил омега у мужа. — Это значит, что эти сорванцы от тебя не отстанут, — устало выдохнул Ренгоку. — Они на меня обижены, что я не взял их с собой на охоту в прошлый раз. Но с ними нет никакой охоты! Даже Сабито не берёт их с собой. Давай садиться за стол. Танджиро не стал уточнять, почему мальчишек не берут на охоту, но он немного смутился, когда его посадили между детей Гию. Мальчишки проявляли к нему большую внимательность и пытались угодить. Они такие маленькие, как они могут думать в таком возрасте о браке? Но как сказал Томиока-сан, Кёджуро собирался взять некоего Игуро-сана в жёны в пять лет. Танджиро мало знает об альфах? Хотя он вообще ничего о них не знает… Танджиро посмотрел на Гию. Сколько ему лет? Ренгоку дал ему не больше двадцати, но его старшему сыну девять, значит, он куда старше. Будет ли это нормально спрашивать про возраст? И что это за добрачный возраст? Омега совершенно в этом ничего не понимал. — А в вашей семье есть омеги или альфы? — допытывался Шинджи. — Нет, я единственный омега, — отвечал на вопросы Ренгоку. — А почему вы захотели стать женой Ренгоку-сана? Есть ведь альфы и получше, — спросил Ичиро. — Не то чтобы Ренгоку-сан был уж совсем плох, ну уж явно не первый сорт. — Что? — посмотрел на него удивлённо омега. — Но я знаю не так уж и много альф… В данной комнате были все альфы, которых знал Танджиро. — Ты слышал о Химиджиме? — спросил Сабито у Кёджуро, а Танджиро лишь краем уха слышал их разговор, потому что его постоянно отвлекали дети своими вопросами, явно желая узнать об омеге побольше и рассказать о себе. — Нет. С ним что-то случилось? — поинтересовался Ренгоку. — Он пригрел у себя женатого омегу, — усмехнулся альфа, — а тот из него верёвки вьёт. — Мы не знаем всей ситуации, а Узуй может и приукрашивать. Может, он просто был помолвлен? — Гию пристально пытался следить за детьми. — Кстати, Ренгоку, скоро возвращается Шинадзугава. Танджиро заметил, как замер муж, уставившись на Томиоку-сана. О каком человеке они говорят и что он значит для Кёджуро? — Вот оно как. Значит, они решили вернуться, — тихо отозвался Кёджуро, опустив взгляд в свою тарелку. — Я думаю, вашим семьям нужно встретиться, — сказал Гию. — Ты должен познакомить Танджиро с женой Шинадзугавы, хотя они точно не поладят. Ренгоку ничего не ответил, продолжая задумчиво смотреть в свою тарелку. Танджиро было немного обидно за то, что он не понимает, о ком идёт речь. Прозвучало столько имён… это все друзья Кёджуро? Но почему он всё же опечалился? Они в ссоре? Сабито пытался перевести разговор в другое направление, а мальчишки отвлекали Танджиро, Ренгоку оставался задумчивым, несмотря на то, что в беседе всё же принимал участие. К окончанию ужина Томиока пристально посмотрел на Ренгоку. Как и обещал Гию Танджиро, эту часть он взял на себя. — Я уже позаботился о том, чтобы вам постелили в общей комнате, — сказал омега, смотря на Ренгоку. — Танджиро восстановился и сейчас нуждается в твоём запахе. Сидящие возле Танджиро альфы недовольно засопели, но высказать что-то Гию явно побоялись. — Ты уверен, что ему со мной сейчас будет хорошо? — взволнованно отозвался Ренгоку, но на свою жену даже не взглянул. — Вдруг ему понадобится помощь, а доктора рядом не будет? Я… — Всё уже готово, — Томиока недовольно посмотрел на альфу. — И уж будь добр позаботиться о своей омеге, иначе клянусь, Ренгоку, ты у меня… — Эй, всё хорошо, — Сабито положил руку на плечо жене. — Успокойся, в твоём положении нельзя нервничать. Да и Ренгоку никогда не был тем альфой, который обижает омег. Ты так разозлился из-за того, что Шинадзугава приезжает? Или из-за его омеги? Или из-за его племянника? — Простите, — Гию прижал дрожащую руку к лицу. — Я переутомился. Мне, пожалуй, пора отойти ко сну. Ренгоку, не злись, я думаю, что ты чувствуешь то же, что и я. Но сейчас ты нужен Танджиро. Будь с ним. — Пойдём, — Сабито тоже поднялся и строго посмотрел на детей. — А вы немедленно по своим комнатам. Оба альфы почти в одно мгновение исчезли. Танджиро боялся посмотреть на Ренгоку. Он будто бы чувствовал, что на него что-то давит. Должен ли он что-нибудь сказать или спросить? То, что он не в курсе какой-то ситуации, неприятно давило на омегу. — Мы тоже спать? — робко спросил Танджиро, смотря в свою тарелку. Лучше все соблазнения оставить на потом. Сегодня Танджиро чувствовал, что ничего не стоит делать. Что-то давило на его альфу. И омега просто хотел быть рядом, хотел, чтобы ничего не беспокоило его альфу. — Да, пойдём, — Кёджуро поднялся и, обойдя стол, подошёл к жене, нежно целуя её в висок. — Я позабочусь о тебе и уберегу от любой опасности. Клянусь, Танджиро, ты никогда не будешь страдать.