Пламенное сердце.

Кёджуро не успел спешиться с лошади, как почувствовал смертельную опасность, оборачиваясь и еле успев увернуться от удара Томиоки. Какого хрена? — Ты! — недобро заговорил омега убийственно-спокойным голосом, сжимая в руках деревянный тренировочный меч. — Ты труп, Кёджуро! Альфа ничего не понимал, но ловко увернулся и от второго удара. Гию явно не в духе. — Что я тебе сделал? — Ренгоку подался вперёд, перехватывая деревянный меч и вырывая его из рук злого Томиоки. — Что на тебя вообще нашло? Неужели Гию зол из-за того, что Ренгоку всю ночь где-то пропадал? Но он не мог усидеть на месте и до самого утра просто ездил по дорогам, пытаясь привести мысли и сущность в порядок. Потому что Кёджуро не ожидал, что его жена будет ревновать. Если Танджиро ревнует, то что-то чувствует к мужу. Или же ему оскорбительна мысль об измене и это задевает его гордость? Этот омега с такой лёгкостью согласился на брак, поэтому альфа не мог до конца его понять. — Я изничтожу тебя! Что ты сделал с Танджиро? Как ты посмел его коснуться, когда вам нельзя?! Ты погубить его вздумал? Хочешь, чтобы с ним было тоже, что и с… Гию замолчал. Он не мог это продолжать. Всё это было выше его сил. У Ренгоку должны были быть мозги, чтобы не совершать чужие ошибки! Неужели они не прошли через это всё с такой болью? Неужели прошло достаточно времени, чтобы Кёджуро не задумывался о последствиях? Танджиро ребёнок, совсем мальчишка. Он не искушён и предан. Гию же видит, как омега смотрит на своего альфу и как на него реагирует. Неужели Ренгоку сам не может этого заметить? Кёджуро слишком легкомысленен! — Ты говорил с Танджиро? Где он? — взволнованно спросил альфа, сжимая плечо омеги. — Гию, что вообще случилось? Я, честно, ничего ему не сделал, я же понимаю, чем это может обернуться. Мы немного повздорили и я… я ушёл, чтобы не сделать ничего из того, о чём ты подумал. — Я не знаю где он, — Томиока отстранился, обнимая свои плечи. — Я видел его только с утра, а потом он словно сквозь землю провалился. Я попросил Сабито помочь мне его найти. Альфа задумчиво кивнул. Нужно было не просто уезжать, а попросить Гию присмотреть за омегой. Хотя Томиока в положении, его не стоит заставлять нервничать. Но Кёджуро не мог представить, что своим появлением они доставят столько проблем. — Я его найду, не переживай. И всё ему объясню. А ты отдохни и не волнуйся. Танджиро понятливый. Мне не стоило тянуть с разговором. — Я не буду сидеть сложа руки, — холодно посмотрел на него омега. — И не успокоюсь, пока мы его не найдём. — Хорошо, — сдался альфа. И они направились в разные стороны. Кёджуро думал о том, что Танджиро накрутил себя и придумал лишнего. Он ревнует альфу и всё понял про свою течку. Ренгоку было стыдно смотреть ему в глаза. Ведь даже тогда он не собирался брать Танджиро в жёны. Кёджуро завернул за угол и решил выйти в сад. В их поместье омега очень часто проводил время в саду. Может, и здесь он решил спрятаться ото всех? Выйдя на веранду, Кёджуро почувствовал, как все краски мгновенно померкли. Даже время на секунду замерло, а внутри что-то надорвалось и треснуло. А потом из недр души вспыхнуло тёмное пламя. Гнев охватил альфу, и он уже не собирался стоять на месте. Танджиро смотрел в глаза Томиоке широко раскрытыми глазами, лицо альфы было близко и дыхание мягко касалось лица. Тёплые пальцы осторожно стирали с его щёк слёзы осторожными движениями. А омега нервно сжал в руках платочек, не в силах вдохнуть. — Кёджуро не заслуживает тебя, — сказал Сабито прежде, чем его оттеснили в сторону. Омега ничего не успел понять, только вскрикнул, когда перед ним оказался высокий силуэт и приятный запах наполнил лёгкие. Танджиро почувствовал, как тело охватила дрожь. — Не смей трогать его, — зарычал Ренгоку, чувствуя зуд в клыках. Сабито смотрел на альфу шокированным взглядом, а потом по-лисьи улыбнулся и склонил голову набок. Это было очень интересно. — Говорит мне тот, кто оставляет свою жену постоянно одной? — вкрадчиво спросил Сабито. — Не боишься, что твоё место в его постели займёт другой альфа? Танджиро вздрогнул, не в силах поверить в услышанное. Почему Томиока-сан говорит такое про него? Танджиро никогда не пустит в свою постель никакого другого альфу! Неужели его муж поверит в такую явную ложь? — Сабито, — зарычал Кёджуро, сжимая кулаки и не в силах потушить эти тёмные чувства. Он шагнул к другу. — Не смей прикасаться к моей жене! И близко с ним не ошивайся! — А то что? Тебя ведь рядом с ним всё равно не бывает, — сухо отозвался Томиока. — Кёджуро, — дрожащим голосом позвал Танджиро, вцепившись в мужа сзади, — успокойся, пожалуйста. Ренгоку слышал, как дрожал голос омеги, и понимал, что тот напуган. Конечно же, Кёджуро не собирался его пугать, но сейчас перед ним был Сабито и инстинкты альфы кричали в нём о защите своей омеги. — Уходим, — Томиока появился внезапно, сжимая крепко плечи Танджиро и с трудом заставляя его отстраниться от альфы и отпустить его одежды. — Не стоит им мешать, у них свой разговор. — Но Кёджуро… из-за меня… — паника накрывала омегу. — Они ведь подерутся? Подерутся? Мысль о том, что его муж будет драться с другим альфой, со своим другом, оказалось невыносимой. Почему? Почему Кёджуро разозлился? Танджиро сделал что-то не так? — Подерутся, — не стал врать Гию, уводя омегу из сада. — Ренгоку пропустил некоторые стадии своего развития, вот теперь и получает по полной. Он не может справиться с инстинктом, потому что такое почувствовал впервые. Пока не выплеснет — не успокоится и не поймёт, как это контролировать. — Инстинкт? — дрожащим голосом спросил Танджиро. — Да, он проявляется по разному, — Томиока всё же завёл омегу в помещение, подальше от альф. — Чтобы тебе было проще понять, сейчас Ренгоку ревнует. — Ревнует? — Танджиро ничего не понимал. — Это ведь впервые, когда он видит другого альфу рядом с тобой, да ещё и наедине, — Томиока заглянул ему в глаза. — А если Сабито тебя коснулся, то всё… это вызывает лишь желание убивать. Ренгоку почувствовал дрожь в теле. Томиока-сан стирал с его щёк слёзы, но ведь он имел ничего такого. Да, Танджиро должен был среагировать и отстраниться, но он оказался ошеломлён, потому что совершенно не ожидал этого и не мог сдвинуться с места. — Что? — омега развернулся, собираясь вернуться. — Я должен их остановить, это… — Танджиро, ты ничего не сделаешь. Они взрослые альфы, они решат этот вопрос по-своему. Твой муж сейчас не способен нормально думать. Поэтому лучшее, что можно сделать сейчас, дать им подраться. — Но ведь они навредят друг другу! — голос омеги дрожал. — А что, если… — Сабито взрослый альфа и может себя контролировать, он очень силён, — успокаивал его Гию. — Ренгоку же под влиянием инстинкта и ослеплён чувствами, ему нужно пережить это. И Сабито ему поможет. Ренгоку тоже когда-то помогал ему. Это всё из-за того, что Ренгоку никогда раньше ни с кем серьёзно не встречался. Не то чтобы он был заинтересован в отношениях, но связи у него точно были, он же альфа. Послушай меня, это всё нормально. Сабито всё проконтролирует. Ну, подумаешь, получат небольшие повреждения, никто никого не убьёт. А вот если ты случайно влезешь — то тебе может серьёзно достаться. Ты меня понял? Мы не должны им мешать. Ренгоку отрешённо кивнул. Но у него душа была не на месте, избавиться от волнения было трудно. Кёджуро пугал до дрожи. Хорошо, что Танджиро не видел его лица. — Вот и хорошо, — Томиока мягко улыбнулся. — Ты как себя чувствуешь? Давай, ты перекусишь. Я… — Я сейчас не смогу, — отказался омега. — Я дождусь Кёджуро и… и мы поедим. Гию улыбнулся. Не поедят. Он знал, чем закончится столкновение двух альф. Нужно подготовиться, пока у него есть время. — Я приготовлю тебе настойки, тебе они пригодятся, — Гию нежно погладил его по волосам. — Ренгоку — дурак, в обращении с омегами — профан. Бедный Сенджуро, мальчику совсем не везёт с таким отцом и братом. Скоро все друзья будут собираться вместе. Упроси Ренгоку взять Сенджуро с собой. — Почему? Это ведь ваша встреча… — Тебя, как жену, он точно возьмёт с собой, пусть возьмёт и брата — провеется. А то мальчик засиделся в четырёх стенах, настойки для него я сделаю, да и для альф тоже. — Но как я уговорю Кёджуро? — недоумевал Ренгоку. — Ты ведь его жена, — с усмешкой ответил Гию, направившись к двери, — используй очарование омеги. Поверь, пара томных слов на ушко — и твой муж будет вилять хвостом у твоих ног. Не ходи к ним, а я скоро вернусь и ещё кое-что тебе расскажу. Танджиро послушался. Он был весь как на иголках, ходя из стороны в сторону. А вдруг с его альфой что-то серьёзное случится? Вдруг Томиока-сан его покалечит? Или Кёджуро убьёт своего друга? Нет! Это невыносимо! От переживаний омега и забыл о причине, по которой прятался с утра в саду, он совершенно забыл о своей ревности и о причине её возникновения. Как какой-то маленький ребёнок, а не взрослый замужний человек. Омега вздрогнул, когда дверь открылась, но это оказался Гию. — Это настойки, — омега подошёл, открывая небольшую шкатулку, наполненную маленькими пузырёчками разных цветов, прикреплёнными к стенкам. Томиока объяснил значение каждой и показал, какие для Сенджуро. И протянул ещё один свёрток. — А это еда вам в путь. Ваши вещи уже собрали и лошадь готова. — Что? Мы уезжаем? — удивлённо посмотрел омега на Гию. — Ренгоку не сможет оставаться с другим альфой, особенно к которому ревновал свою омегу, под одной крышей. Сейчас сам всё увидишь. Думаю, что вы отправитесь к Химеджиме, его храм находится ближе всех к нашему поместью, да и он явно дурно не повлияет на тебя. — Я не понимаю… — И Танджиро, — Гию нежно огладил его щёки, — успокойся насчёт брачной ночи. Твой альфа очень хочет тебя, мы говорили об этом с Ренгоку. Но ты «чистый» омега, поэтому ваша первая связь должна состояться в твою течку. Если вы исполните свои обязательства раньше, то есть большой шанс того, что ты пострадаешь и твоя репродуктивная система нарушится. Ты потеряешь возможность иметь детей. Томиока замолчал, нервно сжав губы и опустив взгляд. Он стоял так несколько секунд, пока снова не посмотрел омеге в глаза. — Прежде чем везти тебя к нам, Ренгоку должен был дать тебе поговорить с врачом. Но твой альфа слишком порывистый, и его всегда несёт в путь. В дороге он успокаивается и ему легче думается. Ренгоку тоже иногда совершает промахи, не смотри, что он старше. Ваш первый раз должен произойти в твою естественную течку, не вызванную под влиянием запаха. Но я думаю, что это случится скоро. Ты постоянно находишься рядом со своим альфой, и ваша близость вызывает в твоём теле определённые химические реакции. Потерпи немного. Танджиро только кивнул. Слова Томиоки-сана были очень логичными. А Танджиро всё так усложнил. И почему он такой глупый? Дверь открылась, и оба посмотрели на вошедшего альфу. — Кёджуро, — испуганно прошептал омега, дёрнувшись к альфе, но возле него замер, наблюдая с ужасом, как из разбитой губы и рассечённой левой брови течёт кровь. Ренгоку хрипло выдохнул и сжал омегу в объятиях, жмурясь. Он уткнулся ему в шею, но с горечью вспомнил, что Танджиро пока ещё не пахнет. А его запах сейчас был бы как никогда кстати. — Мы уезжаем, — сказал Кёджуро, выпрямившись. — Всё уже готово, — отозвался Гию, сцепив руки за спиной и наблюдая молча за молодожёнами. — Позаботься о Танджиро. — Спасибо, — мягко улыбнулся альфа Томиоке и поцеловал Танджиро в лоб. — Пойдём. — Но тебе нужно отдохнуть! И обработать раны! — взволнованно причитал омега. — Как мы сейчас куда-то поедем? Нет, давай подождём. Ренгоку не слушал его, просто подхватил на руки и направился в нужном направлении, игнорируя возмущённые слова и логические доводы. Танджиро ни на минуту больше здесь не останется. Сабито зашёл чуть позже, тоже побитый, и с кровоточащим носом. — Что-то вы быстро, — Гию подошёл к мужу, стирая с его лица кровь. — Кому-то не терпелось к своей омеге, чтобы забрать её подальше от меня, — Сабито лишь довольно улыбался, чувствуя приятное тепло от того, что омега обрабатывает ему лицо. — Танджиро всё знает. Об измене. Томиока замер как громом поражённый, опустив глаза. Чёрт. — Что ж, похоже, им есть теперь о чём поговорить. Кёджуро всё равно бы не смог этого скрыть. Это… Гию резко замолчал, почувствовав, как Сабито сжал его локоть. Омега поднял глаза на альфу и вздрогнул, почувствовав требовательный поцелуй. Сабито тоже собственник, от этого никуда не деться. И Гию ответил, прижавшись к мужу.