Пламенное сердце.

Танджиро нервно кусал губы. Он старался сидеть прямо, чтобы не опираться на альфу, боясь, что сделает ему больно. А ещё пытаясь продемонстрировать, что он полностью недоволен решением мужа. Всё, что успел омега, это стереть кровь с лица Ренгоку до того, как его усадили на коня. И теперь они ехали в непонятном направлении. В голове была каша. В груди клубок запутанных чувств. Боже, Кёджуро подрался из-за него! Это Танджиро виноват, что его муж теперь поссорился с лучшим другом! Вот как ему загладить свою вину перед семейством Томиока? Но потом омега почувствовал неприятный холодок по спине. За всеми этими переживаниями он забыл о главном. О причине своей ревности. Его муж был так близок с чужим омегой, и они говорили о таких непонятных вещах. Действительно ли между ними что-то есть? У Танджиро не было никаких доказательств, чтобы говорить об этом Сабито, а разбрасываться пустыми обвинениями он не хотел. — Ты плохо себя чувствуешь? — взволнованно спросил Кёджуро, словно почувствовав перемену в жене. Танджиро зажмурился, чтобы не заплакать. Они в пути уже три часа, а омега не может выкинуть эти мысли из головы. Да ещё и Кёджуро был рядом, а с ним приходилось сдерживать в себе все эмоции. Ренгоку, поняв, что жена не отвечает, остановился возле обочины, слез сам, спустил Танджиро, привязал лошадь и достал еду, что дал им в путь Томиока. Всё же Гию всегда прекрасно предугадывал, что нужно делать. — Я не голоден, — рассеянно сказал омега, а его живот, как назло, заурчал. Альфа только мягко улыбнулся и впихнул ему в руку онигири. — Нам предстоит ещё часа четыре езды или около того, а ты, я уверен, ничего с утра не ел. Омега стал понемногу есть, поглядывая на альфу. Всё же Ренгоку принудил Танджиро хорошо поесть, а когда с едой было покончено, то сжал плечи омеги с осторожностью и посмотрел жене в лицо. — Мы должны договорить то, что не договорили вчера, — решительно сказал альфа. — И если ты не захочешь меня больше видеть, то я пойму. До того, как приехать к Гёмею, стоило объясниться с женой. Чтобы снова не создать очередных проблем. Своё личное они должны решать вдвоём. — Так это правда? — дрожащим голосом спросил омега, а на глаза его навернулись слёзы. — Томиока-сан ждёт ребёнка… от тебя? Кёджуро даже на мгновение забыл, как дышать. Он совершенно не был готов услышать нечто подобное. Как Танджиро пришло такое в голову? — С чего ты вообще это взял? — альфа не мог скрыть своего потрясения. — Сабито тебе что-то наплёл? Ты, наверное, не так его понял. — Я видел вас вчера, — Танджиро стыдливо опустил взгляд, — в комнате… я не хотел подслушивать, но я услышал. Вы говорили о какой-то тайне. Что ты что-то скрываешь от меня, а Томиока-сан от своего мужа. А потом ты сказал про ребёнка и Томиока-сан заплакал… И ты обнимал его, я не хотел подсматривать, но увидев вас так, я не смог… Теперь для Кёджуро всё становилось понятно. Но похоже, что омега услышал не так уж и много. — Глупыш мой, — Ренгоку заключил его в крепкие объятия и мягко поцеловал в висок. — Танджиро, есть вещи, в которых я очень ошибался в прошлом. Были люди, которым я верил, и эти люди по моей вине причинили моим близким вред. Я не хотел, чтобы ты знал о такой истории моей жизни. Это касается и Гию. Танджиро лишь прикрыл глаза, наслаждаясь тёплыми объятиями. Почему-то в руках этого альфы омега обретал спокойствие. Он всё это себе напридумал? Как глупо. Разве Танджиро всегда был таким? Он ведь никогда не делал преждевременных выводов. Почему в этот раз он поступил совершенно иначе? Потому что впервые чувствовал нечто подобное? — Раз ты услышал нас вчера, то слышал, как мы называли друг друга по именам, — продолжил говорить альфа, не выпуская жену из объятий. — Мы так делаем только тогда, когда злимся друг на друга. Ребёнок, о котором я вчера упомянул… это ребёнок, которого Гию потерял, когда был беременным. — Что? — Танджиро испытал ужас. Томиока-сан уже терял ребёнка? Он… как он перенёс подобное? У него двое детей и муж, но всё же на сердце Гию явно осталась глубокая рана. — Это его четвёртая беременность, — с горечью продолжил Кёджуро. — После выкидыша он долго не мог забеременеть, понадобилось около пяти лет, чтобы у него вышло. Ты должен понимать, насколько для него это долгожданная беременность, ведь, чтобы снова зачать, он лечился у разных докторов, проходил сложные и болезненные терапии, пил лекарства и настойки, которые порой плохо отзывались на его организме. Он очень дорожит этим ребёнком, потому что прошёл через многое, чтобы забеременеть вновь. Ты должен понимать, как сильно Томиока хочет родить омегу. Поэтому давай твоё подозрение останется только между нами, хорошо? — Прости, что так подумал, — омега выскользнул из тёплых объятий. — Я просто… не знаю, что на меня нашло. Тебе, должно быть, стыдно за меня. Боже, если Томиока-сан узнает, что я так про него думал, он точно не простит меня! А я ведь мог сказать что-то не то его мужу! Ренгоку лишь усмехнулся. Танджиро был такой милый, его хотелось оберегать. — Я ему ничего не скажу. И ты сам не говори, — сказал Ренгоку. — А о чём вы говорили с Сабито? Мне очень интересно знать. Омега вздрогнул, услышав недовольные нотки в голосе мужа, и заёрзал. Неужели Кёджуро ревнует его? Да нет, точно нет. Но от этих интонаций было не по себе. — Да так, Томиока-сан рассказывал мне о ваших друзьях. Говорил о том, как вы все познакомились, как он решил жениться. Недовольно отзывался о тебе, что ты сразу не взял всю ответственность на себя, что не стоило откладывать брак и оставлять меня в течку одного, чтобы не быть с… с другим омегой. — Понятно, — лицо Кёджуро стало бесстрастным и перестало выражать хоть какие-либо эмоции. — Сейчас я с ним соглашусь, но тогда я считал, что всё делаю правильно. Для Сабито подобное — измена. Особенно, когда уже был заключён договор о свадьбе. Это никак не оправдывает меня в твоих глазах, Танджиро, но я и вправду был вынужден обратиться за помощью к другой омеге в твою течку. Ты просто вскружил мне голову. Даже просто поездив несколько часов, я не смог успокоиться. Мне хотелось вернуться к тебе и продолжить то, на чём я остановился. Но ты так хотел быть верен мне… как я мог воспользоваться тобой? Ты бы меня точно никогда не простил. — Мы ведь не были женаты, — хрипло выдохнул Танджиро, — так что… я не буду считать это изменой. Но… ты был с кем-то из своих друзей-омег? — Нет, я всю твою течку провёл в районе красных фонарей. Омега, которого я видел тогда, был мне незнаком. Это всё неприятно тебе, Танджиро, так что… — Нет, я рад, что я знаю, — омега попытался улыбнуться, но не смог. — Это не так больно, как если бы ты был с Томиокой-саном и он был бы от тебя беременным. Это пустяк по сравнению с этим. — Я всё равно буду долго и упорно пытаться искупить перед тобой вину, — альфа погладил его по щеке. — А теперь нам нужно отправляться в путь, чтобы успеть дотемна добраться до нужного места. Они вновь отправились в дорогу, только в этот раз на душе было намного легче. Все самые страшные сомнения Танджиро развеялись. Теперь за всё за это было стыдно. Кёджуро рядом с ним, и у них точно всё будет хорошо. Ренгоку развлекал его забавными историями из своей жизни, рассказывал что-то о семействе Томиока и их маленьких сорванцах. Танджиро даже стал смеяться и улыбаться. К красивому одинокому храму они приехали, когда уже стемнело. Не успел альфа спустить свою жену на землю, как на пороге храма показался человек. — Вы ещё кто такие? — грубоватый мужской голос заставил вздрогнуть омегу. Танджиро покосился на парня, понимая, что он в одних штанах. Но он был так красив, что даже у Танджиро перехватило дыхание. И, чуть погодя, Ренгоку понял, что перед ним омега. — Не смотри, — Танджиро крутанул мужа, заставляя отвернуться от омеги, и уже обратился к парню. — Пожалуйста, оденься! Ты не можешь разгуливать в таком виде! — Чего припёрлись? — парень скрестил руки на груди, недовольно уставившись на непрошеных гостей. — Иноске, успокойся, — прозвучал приятный глубокий голос. — У нас гости, поэтому оденься подобающе. Омега фыркнул, но, ничего не сказав, скрылся в храме, недовольно посмотрев на Танджиро, будто бы он был виноват в каком-то ужасном происшествии. — Гёмей, — улыбнулся Кёджуро, смотря на друга, — прости, что без приглашения, но я хотел познакомить тебя со своей женой, это Танджиро. — Очень приятно познакомиться, — неловко поклонился омега. Он внимательно посмотрел в лицо альфе и вздрогнул, поняв, что этот человек не видит. Несмотря на то, что до прибытия в храм Танджиро выпил настойку, он чувствовал запах альф, но он был каким-то другим. — Очень рад с тобой познакомиться, Танджиро. Ты, должно быть, устал с дороги. Я приготовлю вам поесть и комнату, чтобы вы передохнули. — Значит, Узуй не врал и ты пригрел у себя замужнего омегу? — с усмешкой спросил Кёджуро. Танджиро вздрогнул, только сейчас вспомнив разговор, который он услышал краем уха. Этот омега замужем и ходит в таком виде? Как он может?! И где его муж? Неужели этот омега сбежал от своего альфы? — Иноске нуждается во мне, — просто сказал Химеджима. — Конечно, ты же мой альфа, — парнишка снова вернулся, недовольно глянув на гостей, но больше ничего им не высказывая. В этот раз он был одет нормально, не вызывая недовольства и неловкости Танджиро. — Я уже просил тебя оставить эти мысли, Иноске, — голос Гёмея слегка смягчился. — Двери моего храма всегда открыты нуждающимся. Иноске недовольно фыркнул, скрестив руки на груди с видом, что его это не устраивает и он явно будет бороться за своего альфу до последнего. А незваные гости ему только мешали! Танджиро нервно сглотнул. Этот омега вызывал у него опасения. Он такой бесстыдник, а вдруг начнёт приставать к Кёджуро? Этот Иноске ведь даже не смутился показаться полуголым при другом альфе!