Пламенное сердце.

Ренгоку недовольно хмурится. То, что Танджиро не вышел его встречать, немного расстраивает, потому что омега обещал, что будет ждать. И куда он запропастился? Да ещё Иноске нигде не видать, не вовлёк ли он их с Танджиро в неприятности? — Ты чем-то обеспокоен? — спрашивает Химеджима, неся в руках покупки. Гёмей попросил Кёджуро сходить с ним в город за покупками, потому что альфа мог унести куда больше, чем Хашибира, который в последнее время помогал ему с этим. Так что омеги остались присматривать за храмом, в то время как альфы ушли почти на весь день. — Танджиро, — просто сказал Ренгоку, не зная, как объяснить возникшую взволнованность. Наверное, занят готовкой, хотя ещё не время для ужина. Они уже подходили к домику, когда Кёджуро замер как громом поражённый, почувствовав слабый сладкий запах. Этого просто не могло быть! Течный омега. Но не Хашибира, потому что запах Иноске Ренгоку запомнил, этот был совсем другим. Покупки выскользнули из рук альфы, и он, как заворожённый, направился в помещение. Тело пробирала приятная дрожь, и лёгкое возбуждение кружило голову. Кёджуро шёл на запах. Чувствуя, каким насыщенным он становится и что возбуждение только усиливается. Он остановился перед дверью, прижав ладонь к деревянной поверхности, и вздрогнул, услышав всхлип, рычание и громкий шум. Толкнув дверь, Ренгоку прошёл в ту комнату, которую они с женой делили на двоих. И замер потрясённый. Иноске вздрогнул, услышав, как дверь встретилась со стеной, и обернулся, злобно посмотрев на Кёджуро. — Тупой альфа! Да где тебя только черти носят? Как можно вообще его такого оставлять одного? — возмутился Хашибира, восседая на елозившем Танджиро и пытаясь прижать его запястья к полу. Ренгоку пыхтел, скулил и рычал, пытаясь выбраться из-под Хашибиры, но у него ничего не получалось. Кёджуро шагнул ближе и удивлённо уставился на окровавленную шею и лицо своей жены. — Что ты с ним сделал? — зарычал альфа на Иноске. — Я? Да сдался мне этот припадочный! — разозлился Хашибира, не позволяя Танджиро выкрутиться. — Это он себя так! Сперва всё было нормально, а потом он как с ума сошёл. Не только себя, но и меня царапать стал и кусать! Откуда у него ногти такие острые? — Я сам, иди, — Кёджуро сел рядом и посмотрел внимательно на Иноске. Хашибира явно сомневался, стоит ли оставлять такого омегу с альфой. С Танджиро явно было что-то не так. А вдруг альфа перегрызёт ему глотку? — Спасибо, но дальше я сам, — сказал Кёджуро, смотря ему прямо в глаза. Хашибира недовольно зарычал и резко вскочил на ноги, выскакивая за дверь и плотно закрывая её за собой. Пусть разбираются сами! — Танджиро, — альфа взял омегу в охапку, прижимая его к себе, усаживая себе на колени и усиливая свой запах. — Это я. Я рядом, всё хорошо. Омега некоторое время дёргался и пытался вырваться, но затем затих и стал принюхиваться к альфе, явно узнавая родной запах. — Кёджуро, — жалобно всхлипнул омега, вцепившись в Ренгоку, и стал целовать шею мужа. — Не уходи, не уходи от меня, пожалуйста. — Я не уйду, никуда не уйду и не оставлю тебя одного, — пообещал альфа, приподнимая лицо омеги и даря ему нежный поцелуй. — Я буду с тобой и сделаю тебя счастливым. Ты готов, Танджиро? Взгляд у омеги был расфокусированный, понимал ли он то, что говорит ему Ренгоку? Кёджуро мягко уложил жену на кровать, нависая над ним. Повреждения Танджиро нанёс себе незначительные: немного поцарапал шею, грудь, и одна длинная полоса на щеке. Раны неглубокие, и в течение недели почти сойдут. Пальцы омеги были в крови, что действительно доказывало то, что он вредил себе. В принципе, в этом нет ничего необычного, Танджиро уже взрослый омега, к тому же он только недавно почувствовал альф, желание в течку могло быть и болезненным. Но сейчас запах Кёджуро его успокоил. Ренгоку стал осторожно раздевать жену, стирая с его кожи капли крови, покрывая нежными поцелуями открывающиеся участки кожи. Танджиро застонал, прогнувшись, разводя ноги шире. Жар желания душил его. — Такой красивый, мой мальчик такой красивый, — выдохнул Кёджуро ему в губы, целуя, раздевая полностью. Он дотронулся до каждого участка обнажённой кожи, поглаживая и лаская осторожными прикосновениями. Танджиро такой чувственный, он отзывался с тихим стоном, выгибаясь и подставляясь под ласки. Ренгоку стал целовать живот омеги, попутно раздеваясь сам. Сильное желание охватило и его, но Кёджуро мог пока себя контролировать. Он будет осторожен и нежен. — Ты такой восхитительный, — Ренгоку развёл ноги омеги ещё шире, целуя внутреннюю сторону бедра, оставляя маленькие-красные отметины. — Пожалуйста, пожалуйста, быстрей, — просил Танджиро хрипло, смотря в потолок, и содрогаясь от приятных ощущений, и желая большего. Ренгоку сжал возбуждённый член омеги и, приблизившись, поцеловал красную головку. — Ах, — Танджиро простонал, выгнувшись и приподнявшись на локтях. Он смотрел на мужа, а глаза его блестели от нескрываемого возбуждения. — Тебе ведь нравится, да? — альфа высунул язык, облизывая пульсирующую головку и полностью погружая её в свой рот. — Кёджуро, — вскрикнул Танджиро, завозившись, чувствуя удушение от нахлынувших чувств. Это было слишком жарко и слишком сильно. Язык альфы был ловок, горячий влажный рот просто распалял омегу до невозможного состояния. Танджиро умирал в сладких муках. Омега даже не почувствовал, как альфа погрузил в него один палец, а затем и второй, растягивая нежные стенки ануса. Сейчас влажный и открытый, омега был более податливый, и его можно было подготовить. Третий палец Танджиро уже почувствовал, когда, прикусив губу, кончил. — Ты почти готов, — сказал Кёджуро, проглотив сперму и стараясь как можно лучше растянуть омегу. Убрав пальцы, Ренгоку провёл ладонью между ягодиц, собирая смазку и размазывая её по собственному члену. Он не хотел порвать омегу, и дополнительная смазка не будет лишней. Танджиро охнул, почувствовав, как в него медленно вошла головка. Он распахнул глаза и уставился на альфу. — Потерпи, — хрипло выдохнул альфа, медленно проникая в тугое нутро. Танджиро весь напрягся, вцепившись в покрывало. Член Кёджуро распирал его изнутри, был слишком большим, приносил дискомфорт. Когда альфа замер, войдя на всю длину, грудная клетка омеги нервно вздымалась, потому что ему было тяжело дышать. На глаза выступили слёзы. Это было слишком для омеги! — Всё хорошо, Танджиро, ты скоро привыкнешь, — обещал альфа, так же медленно выходя и покрывая поцелуями лицо жены. — Просто потерпи. Омега вскрикнул, когда Кёджуро толкнулся вновь, в этот раз быстрее. Было так жарко, так душно, что Ренгоку казалось, он тает. — Мой мальчик, мой красивый мальчик, — шептал Кёджуро, крепко сжимая бёдра омеги и покрывая его шею поцелуями, начиная постепенно наращивать темп, — мой любимый мальчик. Танджиро, мой хороший. Расслабься и получай удовольствие. — Хах, — хрипло выдохнул омега, уже вцепившись в плечи мужа и жмурясь. — Кёджуро. Не так быстро… не быстро… подожди… Альфа на миг замер, смотря в раскрасневшееся лицо жены, а затем наклонился и поцеловал, выбивая дух из жены и забирая последние остатки кислорода. Кёджуро отстранился, наблюдая за тем, как слюна блестит на губах омеги. — Я могу продолжать? — взволнованно спросил Кёджуро. Танджиро понадобилось время для того, чтобы отдышаться. Он снова привстал на локтях, смотря в сосредоточенное лицо мужа, и кивнул. Кёджуро улыбнулся, продолжая движения, ускоряясь и сдерживая себя, чтобы совсем не сорваться от этих пошлых стонов. Его жёнушка умела заставить потерять голову! — Как же я хотел тебя, ждал этого, — хрипло дышал ему в ключицы альфа. Танджиро снова упал на спину, слегка выгибаясь. Его муж был таким настойчивым и быстрым, что голова переставала соображать совсем. Только одни чувства. Кёджуро зажмурился, чувствуя, что Танджиро становится невероятно тугим. Он никогда не делал этого раньше, но ведь сейчас он занимается любовью со своим омегой. Когда, если не сейчас? — Кёджуро, — Танджиро вскрикнул, выгибаясь и пытаясь отстраниться, но Ренгоку толкнулся в него глубже, замерев, и не смог дышать от нахлынувших чувств. Набухнувший узел запечатал выход, и узкий до этого Танджиро давил намного сильнее. Омега выгнулся, чувствуя, как Кёджуро стало невыносимо много, его запах припечатывал, всё внутри давило. Это было больше больно, чем приятно. И в какой-то момент даже отрезвило омегу. Танджиро открыл слезящиеся глаза, взволнованно смотря на застывшего мужа. Ренгоку прижал руку к животу, потому что чувство наполненности становилось невыносимо неприятным. Кёджуро отмер, открывая глаза и смотря на омегу снизу вверх таким взглядом, что у Танджиро по спине пробежал холодок. Альфа открыл рот, и Ренгоку впервые увидел клыки у мужа. Сердце трусливо замерло. — Прости, я не удержался, — Кёджуро устроился поудобнее и стал целовать и вылизывать шею омеги, иногда задевая её клыками. — Прости, Танджиро, похоже, я не смогу отказаться от этого чувства. И ещё несколько раз использую узел. Танджиро нервно охнул. Неужели вот это и есть тот самый узел? С каждой минутой дискомфорт становился болезненней и чувство наполненности уже распирало. Когда узел стал опадать, стало лишь немного легче. Но Ренгоку испытал облегчение только тогда, когда альфа вышел из него, а густая сперма потекла вместо смазки. — Наверное, это было слишком много для тебя, — Кёджуро лёг рядом, осторожно дотрагиваясь до вздутого живота омеги и слегка надавливая. Он так давно хотел Танджиро, что не смог сдержать себя. Танджиро хрипло выдохнул, крепко вцепившись в запястье мужа и отстранив его руку от себя. Омеге казалось, что от этих чувств он просто умрёт. — Я могу тебе помочь, — Кёджуро внимательно посмотрел в лицо жены. — Спермы и вправду оказалось слишком много, к тому же это твой первый раз и узел… Танджиро просто прижал ко рту альфы ладонь, чтобы он замолчал. Не до его болтовни, когда спермы внутри так много, что омеге кажется: ещё немного — и он лопнет. Танджиро попытался сесть, нервно охнув. — Я помогу, — уверенно сказал Кёджуро, сажая омегу себе на колени, лицом к себе, и заставляя его привстать. Танджиро прикусил губу, когда альфа протолкнул в него два пальца, раскрывая их как ножницы, чтобы сперма быстрее выходила из омеги. — Но ты тоже должен постараться. — Заткнись, — обиженно буркнул Танджиро и укусил мужа за плечо. Если бы глупый Кёджуро не использовал узел, ничего подобного не было бы!