Пламенное сердце.

Кёджуро чувствует ярость, но старается быть невозмутимым и сохранять спокойствие. Он оставил свою жену одну в комнате изнывающую от желания. Альфа уверен, что к его возвращению Танджиро справится со своей проблемой сам. И Кёджуро вошёл после стука и закрыл за собой дверь. Шинджуро поднял на него пристальный взгляд, внимательно всматриваясь в лицо сына. И остался очень доволен, видя, что альфа пытается подавить сильные эмоции. Да и как приехал, сразу к жене пошёл, с которой провёл чуть больше двух часов. Дольше им быть вдвоём Шинджуро не мог позволить, потому что необходимо было кое-что обсудить. — С возвращением, — сказал Ренгоку. Кёджуро недовольно сжал кулаки, подходя ближе. — Я хочу знать, почему для наказания Танджиро ты выбрал такой метод? — альфа действительно пытался сдерживаться. Шинджуро подавил улыбку, лицо его стало суровым. Значит, его сын решил начать с главной для него проблемы. — Потому что у тебя непослушная жена. — Но он омега! — Кёджуро шагнул ближе. — Значит, теперь ты заинтересован в собственной супруге? — Шинджуро подпёр подбородок рукой. — А как отпирался и не хотел брать мальчишку в жёны. — Но сейчас Танджиро моя жена! И только я решаю, какое наказание он получит, а если ты недоволен — то наказывай меня, но не смей больше его трогать! — Это угроза? — прищурился Ренгоку. — Если ты сам или слуги по твоей указке причинят ему физический вред, я не посмотрю, что ты мой отец, — совершенно серьёзно сказал Кёджуро. На некоторое время между ними воцарилась тишина. Альфа действительно пытался подавить свою злость, он не подросток, чтобы не суметь контролировать свои эмоции. — Это и вправду так, да? Альфа меняется рядом с омегой, особенно рядом со своей законной женой, — задумчиво заговорил Шинджуро. — Мне нравится, что ты предан своей жене и хочешь её защищать, но тебе нужно разъяснить мальчишке, как себя вести не стоит. К тому же его наказание было очень лёгким. Оно длилось не больше пяти минут, и били его вполсилы и только по спине. Синяков вообще не должно было появиться, но доктор сказал это из-за того, что у него омежий организм. Всё же Танджиро должен родить здоровых сильных альф, поэтому я не сделал бы ничего, что навредило бы его репродуктивной функции или подорвало его здоровье. — Ты меня понял, отец, — твёрдо закончил Кёджуро. — Я люблю Танджиро и никому не позволю причинять ему вред. — Я надеюсь, за одним омегой ты уже не досмотрел, — сухо сказал Шинджуро. — Обанай прекрасно бы тебе подошёл, но по твоей вине он теперь принадлежит другому альфе. Альфа дрогнул. Невольно отступив, всё внутри сжалось и горький ком образовался в горле, мешая глотать. Это было неожиданно, отец не должен был вспоминать Игуро. — Танджиро ведь не знает обо всей этой истории? Что случилось с Обанаем и с тем мальчишкой, как его звали?.. — Не говори Танджиро, — голос альфы прозвучал надтреснуто. — Пожалуйста, не говори ему об этом… — Ты понимаешь, что происходит с омегами, которых ты оставляешь одних, даже в безопасном месте? — продолжил говорить Шинджуро. — Поэтому пора уже заканчивать, Кёджуро, с твоим праздным образом жизни. Тебе нужно осесть дома и заняться делами. Как только Танджиро забеременеет, ты не сможешь таскать его за собой повсюду, а если оставишь одного, то неизвестно, что с ним может случиться. И я ему далеко не враг, ты сам это понимаешь. Я надеюсь, что ты вскоре пометишь его. — Это только наше с Танджиро дело, — сухо сказал альфа. Шинджуро никак не стал комментировать реплику сына. Ничего, природа возьмёт своё, Кёджуро точно не устоит. Осталось только дождаться особых условий. Танджиро по всем правилам должен принадлежать его сыну. — Твоя мать хотела бы тебя видеть, навести её, — продолжил говорить Шинджуро. — Это всё? — Кёджуро скрестил руки на груди. — Или ждёшь от меня отчёта? — Нет, есть ещё кое-что, — устало выдохнул Шинджуро. — Пока тебя не было, я получил предложение о помолвке Сенджуро. Кёджуро так и замер, эта новость его потрясла. Отец не первый раз получает такое предложение и всегда отвечает отказом, кто бы ни просил руки его младшего сына. Кёджуро уверен на все сто, Токито он бы точно отказал, особенно после случившегося. Значит ли это, что руки Сенджуро попросил тот, кому отец не может отказать?

***

Танджиро взъерошивает влажные волосы. Он принял ванну по настоянию Кёджуро и теперь дожидался мужа, хотя и не знал, как скоро Кёджуро вернётся. Альфа отсутствовал несколько часов, и Танджиро думал о том, что муж придёт поздно ночью и, наверное, стоит ложиться спать без него, хотя очень не хотелось засыпать одному. Может, всё же стоит дождаться Кёджуро? Танджиро засел за стол, просматривая письма. В основном он переписывался с Незуко и Иноске, также ему писал и Томиока-сан, с Сенджуро они тоже обменивались записками, но писать что-то откровенное оба не решались. Танджиро радовало то, что Хашибира всё же сейчас находится под лечением у врача, хотя и дико негодует по этому поводу, всё время обещая сбежать. Дверь открылась, и Танджиро поднял голову, улыбаясь вошедшему мужу. — Кёджуро, ты уже всё? — заволновался омега, вставая на ноги. — Ты не голоден? Ты хоть что-нибудь сегодня поел? Эй, ты как? — Танджиро, — альфа оказался рядом, сгребая жену в объятия, и замер, уткнувшись в изгиб шеи и вдыхая любимый запах. Такой муж волновал его. Альфа точно был расстроен, но Танджиро не знал, что такого могло случиться, чтобы так расстроить его мужа. — Кёджуро, что-то случилось? — обеспокоенно спросил омега. Альфа хрипло выдохнул и Танджиро ойкнул, потому что он опустился на колени и потянул его вниз, тоже заставляя встать на колени. Омега сильно забеспокоился. — Кёджуро, в чём дело? — заволновался Танджиро. — Ты поссорился с отцом? Я же просил тебя не ругаться из-за меня, это всё пустяк… — Он хочет забрать моего Сенджуро, — хрипло выдохнул альфа, и Танджиро испугался, почувствовав, что муж задрожал. — Я убью его, но не отдам ему своего брата. Только не ему, только не после того, что он сделал. — Кёджуро, — голос омеги задрожал от волнения, и Танджиро стал поглаживать мужа по волосам, — ты ведь сейчас говоришь не о Токито-сане? Альфа зарычал, сильнее сжимая жену в объятиях, а потом выдохнул рвано и ослабил хватку. — Прости, прости я не должен был… Тебе не больно? Я… — Кёджуро, — омега сжал его щёки, поворачивая лицо мужа к себе, — что случилось? Кто-то угрожает Сенджуро? Или Токито-сан претендует на твоего брата? Взгляд альфы отчаянно забегал, Танджиро увидел испуг и боль на его лице. Нет, точно не Токито, потому что так его муж не реагировал на упоминание этого альфы. Кто-то другой. Тот, с кем Ренгоку явно во враждебных отношениях. — Не волнуйся, я всё улажу, — Кёджуро мягко поцеловал его в лоб, и на губах альфы появилась нежная улыбка. — Я взволновал тебя, да? Не о чем переживать, Танджиро. Это очень задело омегу. Кёджуро явно скрывал от него что-то важное. И если он не хотел говорить о своём прошлом, то не рассказывать о судьбе Сенджуро и о том, что так волнует альфу, — уже больно. Между ними действительно нет доверительных отношений? — Хорошо, — это всё, что мог сейчас сказать омега, — я не буду задавать никаких вопросов. Но я всегда рядом, Кёджуро, я твоя жена и всегда буду на твоей стороне, что бы ни случилось. — Самая восхитительная жена на свете, — улыбнулся альфа и притянул Танджиро, целуя его в губы. Этот поцелуй был горьким и грубым, но омега не протестовал. Он чувствовал, что сейчас очень нужен своему мужу. Кёджуро разорвал поцелуй и стал оглаживать лицо жены, поцеловал шрам, укусил за нос и засмеялся, когда Танджиро недовольно засопел. — Напиши своим родителям, что мы едем к ним в гости, — уже бодро зазвучал голос альфы. — Не стоит это откладывать.