Пламенное сердце.

— Я вполне нормально сижу в седле, — возражает Танджиро, спиной прижимаясь к груди мужа, — просто мне не хватает практики. — А ещё тебе не нужно так бояться лошади, — смеётся Кёджуро, целуя его в щёку. Уже как три дня подряд Кёджуро учил его ездить верхом, но у омеги получалось очень плохо. Удобнее и уютнее было с мужем на одной лошади, но также Танджиро хотел обрести самостоятельность в вопросе передвижения. И сейчас он ехал с мужем на одном коне, потому что всё ещё не научился ездить сам. — Я не боюсь лошади, — спорит Танджиро, — просто опасаюсь, что могу сделать ей больно. Или сделаю что-нибудь резкое и она помчится вперёд, сбросив меня. — Я же всегда рядом, Танджиро, ничего плохого не случится, — Кёджуро целует его за ухом. — И ты слишком нервничаешь, расслабься. Сейчас я должен переживать, а не ты. — Не вижу, чтобы ты переживал, — фыркнул омега. Ему и вправду нравилось, что муж окружает его заботой и вниманием, но порой Танджиро казалось, что его больше воспринимают за ребёнка, нежели за жену. А хотелось бы на равных, хотелось разделять вместе не только все радости, но и горести. — Поверь мне, — тихим шёпотом заговорил ему на ухо альфа, — я очень волнуюсь перед встречей с твоими родителями. Я хочу им понравиться, хочу, чтобы они были уверены в том, что я хорошо забочусь о тебе. Я же должен поблагодарить их за такую восхитительную жену. Танджиро прикусил губу и отвернулся, нервно выдохнув. Кёджуро порой делал такие вещи не вовремя — смущал его и волновал. Рука альфы оказалась на его животе, нежно поглаживая, вызывая приятную дрожь в теле. — Когда ты забеременеешь, я буду носить тебя на руках. Твой живот станет расти, а потом в какой-то момент наш малыш начнёт толкаться, и я буду прижимать руки к твоему животу, чтобы… — Кёджуро, — воскликнул Танджиро краснея, — хватит, пожалуйста! Ты в последнее время говоришь эти неловкие вещи про беременность, и я смущаюсь! Это… — Так волнительно, да? — дыхание альфы вновь обожгло его ухо. — А когда наш первенец родится, и ты начнёшь кормить его грудью… — Хватит! — воскликнул Танджиро, пряча лицо в руках. — Мы едем к моим родителям. Давай не будем об этом! Хотя бы сейчас не будем! Я ведь ещё не беременный, и мы можем оставить всё это на потом. Оставшийся путь они преодолели очень быстро. Хотя альфа пытался снова и снова поднимать смущающие Танджиро темы. Когда они приехали, то первыми их встречать выбежали младшие. Они с любопытством смотрели на мужа брата, потому что это был первый альфа, которого они видели в своей жизни. И супруг их любимого старшего братика. — Здравствуйте, — робко поздоровался Рокута, прячась за Шигеру. — Здравствуйте, как добрались? — добродушно улыбнулся Шигеру, не обращая внимания на то, что младший брат прячется за ним. — Спасибо, дорога была хорошей, — улыбнулся им альфа, поставив свою жену на землю, и занялся лошадью. — Танджиро! — братья кинулись к омеге с объятиями. — Рокута, Шигеру! — Танджиро присел на колено, прижимая к себе братьев сильнее. — Как же я соскучился! А вы подросли! — Да, я стал намного выше, — тут же закивал Рокута, краем глаза посматривая за Кёджуро и немного его стесняясь. — Буду очень высоким, когда вырасту, вот увидишь! — Не сомневаюсь, — улыбнулся омега брату и встал. — Братик! — Ханако появилась будто из воздуха, обнимая омегу. — Как же я рада! А ты изменился, стал такой красивый молодой господин. Твой муж хорошо о тебе заботится, сразу видно! Танджиро покраснел, не зная, что сказать сестре. Это правда, что Кёджуро старался о нём заботиться как мог. И то, что это подмечали остальные, — очень неловко. Ханако тут же подняла взволнованный взгляд на альфу, что тихо подошёл и встал позади жены. — Здравствуйте, Ренгоку-сан, — поклонилась девушка. — Не стоит, мы ведь теперь одна семья, — улыбнулся ей альфа. — Зови меня Кёджуро. — О да, он такой, — улыбнулся Танджиро. — Ты обидишь его, если не будешь называть по имени. — А я всё не дождусь, когда ты назовёшь меня «любимым», — Кёджуро склонился, шепнув это омеге на ушко, заставляя его покраснеть. Танджиро возмущённо посмотрел на мужа через плечо. Ну просил же не смущать его перед своей семьёй! Омега надеялся, что никто из его братьев и сестра это не услышали. — Может, представишь мне своих родственников? — Кёджуро с нежной улыбкой посмотрел на жену, будто не замечая недовольного взгляда. Альфа был готов поцеловать Танджиро прямо сейчас, но знал, как сильно омега смутится. Уж лучше посмущать жену потом, когда они останутся наедине и никто не помешает им зайти далеко. Ведь устоять рядом с таким омегой очень сложно. — Это мои братья — Шигеру и Рокута, — представил Танджиро самых младших. — Сестру зовут Ханако, она прекрасна как солнечный день. — Надеюсь, что это прекрасное солнце попадёт в хорошие и заботливые руки, — улыбнулся альфа девушке, заставляя краснеть теперь Ханако. — Танджиро, вы приехали! — раздался радостный голос. — Незуко! — Танджиро кинулся к спешащей сестре, заключая её в объятия, — а ты становишься всё краше! Омеге показалось, что Незуко похорошела за время их разлуки. Сестра всегда была красавицей и в свои семнадцать уже должна была стать достойной супругой. Танджиро даже переживал, что кто-то захочет похитить его любимую Незуко. Кёджуро точно влюбится в неё, как увидит! — Здравствуйте, Ренгоку-сан, — улыбнулась Камадо, продолжая обнимать брата. — Кёджуро, — поправили её три голоса. — Кёджуро обидится, если ты не будешь называть его по имени, — поясняет Шигеру. — Очень обижусь, — кивает Ренгоку. — А ты Незуко. Значит, если Ханако прекрасное солнце, то Незуко — нежная луна? — Ох, спасибо, — Незуко покраснела, отводя взгляд в сторону. — Мама ждёт, пойдёмте в дом. — Пойдёмте, — Кёджуро подошёл к Танджиро и взял его за руку. Омега поднял на мужа взволнованный взгляд. Альфа смотрел только на него. Танджиро не стал вырывать руку, потому что ему подумалось, что его муж всё же волнуется, а омега обещал всегда быть на его стороне. Поэтому он лишь крепче сжал руку мужа в ответ. Они направились к дому, но Киё вышла им навстречу вместе с Такэо. Теперь Такэо был самым старшим сыном в семье, и на него возлагались все те обязанности, что выполнял Танджиро. Омега даже удивился, что почти за месяц брат его возмужал и будто бы вытянулся. — Добро пожаловать, — улыбнулась Киё, рассматривая мужа сына, мягкой походкой она направилась к гостям. — Надеюсь, ваш путь был лёгок. — Дорога была прекрасной, — улыбнулся Кёджуро, отвесив глубокий поклон. — Простите, Камадо-сан, я должен был лично просить у вас руки вашего сына, это было некрасиво с моей стороны — пропустить смотрины и не приехать за Танджиро самому. — Танджиро всё мне объяснил, — улыбалась Киё. — Я рада, что теперь вы неразлучны с моим сыном и несёте ответственность за него. Омега заволновался. Да, он кое-что писал лично матери, пытаясь объяснить поведение Кёджуро и рассказывая, что изначально он не хотел этого брака. Танджиро лишь надеялся, что мама не рассказала об этом его братьям и сёстрам. — Я благодарен за ваше понимание и мягкое сердце, — Кёжуро выпрямился. — Позволите ли вы называть вас матушкой? Танджиро удивлённо посмотрел на мужа, совершенно не ожидая от него такой просьбы. Зачем это Кёджуро вообще? Ведь и Руку-сан он зовёт матушкой. — Я буду рада такому замечательному сыну, — улыбнулась ему Киё. — А это Такэо, — Танджиро решил сменить тему разговора и представить последнего брата. — Рад знакомству, — Такэо поклонился, но выглядел он при этом всё равно хмурым. Танджиро хотел расспросить брата, не случилось ли у него чего, но при всех решил не задавать подобных вопросов. Ещё спросит, чуть позже. — И я очень рад, — кивнул ему Кёджуро. — Танджуро ещё не вернулся из деревни, но скоро уже будет, — сказала Киё. — Давайте дождёмся его и сядем за стол. — Да, конечно, мы с Танджиро приготовили подарки. Танджиро, не принесёшь их? — Кёджуро погладил жену по волосам, не удержавшись от такого порыва. — Да, конечно, — отозвался омега и направился к лошади, не понимая, почему его муж сразу всё сам не взял, но от этого смущающего прикосновения хотелось сбежать. Пусть лучше альфа так его не трогает при других! Рокута и Шигеру увязались за ним. Незуко взяла сестру за руку и повела за остальными. — Простите, что проявил большое неуважение и грубость к вашей семье, — заговорил Кёджуро, как только все удалились, — но я люблю Танджиро и сожалею о том, что наши отношения начались так. Я буду заботиться о нём и сделаю всё, чтобы он был счастлив. — Для меня этого достаточно, — Киё прижала руку к груди. — Я вижу, каким взглядом ты смотришь на моего Танджиро, и я рада, что ты испытываешь к нему эти чувства. Танджиро повезло с таким мужем. — А вот мне совсем плевать, — Такэо указал пальцем на альфу, заговорив грозно: — Если ты хотя бы раз заставишь Танджиро плакать или обидишь его… то будешь иметь дело со мной, понятно? Альфа улыбнулся. Он мог понять братские чувства Камадо, сам бы за Сенджуро уничтожил любого. И то, что Танджиро не безразличен своей семье, что его любят и окружают заботой, всё это давало прекрасное представление Ренгоку о том, в какой среде рос его омега и почему он такой восхитительный. — Такого уж точно не случится, — улыбка Кёджуро стала только шире. — Я очень рад, что у моего омеги такой заботливый брат. Омег нужно тщательно оберегать, и я счастлив, что ты это осознаёшь. — А вот и Танджуро, — Киё решила отвлечь внимание двух мужчин. Кёджуро обернулся, наблюдая за тем, как ласково Камадо гладит своего сына по волосам и что-то ему говорит. Танджиро сиял и согласно кивал головой, говоря что-то горячо в ответ. Сразу понятно, в кого пошёл омега внешностью. Танджуро поднял на альфу свой взгляд, и Кёджуро кивнул. Этот тот человек, с которым он хотел поговорить лично. И должен был сделать это до свадьбы.