Волчий зов

      — Ты пропахла им, — заключает Люк после минутного разглядывания Рей в упор.       Она забежала к нему наверх в кабинет, дабы отдать новую накладную поставки алкоголя.       Сегодняшний вечер обещал быть насыщенным, бар понемногу наполнялся людьми, но пока она справлялась.       И приняла душ раза два, предварительно оставив мужскую одежду в чужой комнате.       Но Люк учуял ее запах через весь кабинет, словно ищейка водя носом из стороны в сторону.       — Я скоро уеду, — упрямо повторяет она, не до конца уверенная, кого именно пытается в этом убедить.       — И прихватишь с собой огромную черную псину на грани срыва? — будто с надеждой восклицает старик, принимая новую бумагу.       Рей не знает, что ответить, чем парировать и какую остроту высказать. Она не задумывалась над тем, что оставляла после себя. Разруха в начале гнала ее бездумно вперед, и лишь единожды она оглядывалась вокруг, замечая других людей рядом с собой.       Девушка ценила помощь, но, обходясь без нее большую часть своей жизни, — она не знала, как и чем отблагодарить других. И нужно ли это было? Маз сама дала ей работу по дому и территории, Люк отдал фартук.       А Кайло… Рей не хотела думать, что она отблагодарила его за спасение таким примитивным способом, но со стороны это ведь выглядело именно так.       «Что он обо мне подумает, проснувшись в одиночестве?» — шальная мысль, так некстати посетившая ее голову.       Люк молчит некоторое время, перебирая бумажки и счета.       Так глупо. Какая разница, что он о ней подумает.       Саднящая царапина у метки на шее вновь зудит, и Рей незаметно чешет ее, раздражая еще больше. Она не помнит, когда он задел ее, но это было весьма безрассудно для Рей. Ведь он мог и прокусить кожу.       — Ты ждешь благословения на работу, или еще что? — вздыхает Люк, откладывая ручку.       Она и впрямь не сдвинулась с места, как только пришла к нему. У Рей была куча вопросов в голове, которые она уже устала игнорировать, но кому их задать и какие ответы она хотела получить — девушка не знала.       — Я хотела спросить… — начала она, подойдя на шаг ближе к столу.       Смотреть прямо на Люка она не могла, отчего-то отводя взгляд и перебирая край фартука.       — О нем, — заключил Люк и фыркнул.       Отъехав на стуле назад, он демонстративно сложил руки на груди и кивнул головой, разрешая продолжить. Сейчас он как никогда был альфой в свойственной им манере принятия решения за других.       — Он ведь жил здесь, работал… — начинает Рей, но мужчина вновь ее перебивает:       — Это не вопрос.       — Что случилось?       Вот так легко. Один простой вопрос, за которым столько всего стоит. Рей не хочет узнать Кайло, раскрыть его прошлое и копаться в нем — это не ее дело, но она обязана понять, куда поневоле вступила.       Люк смотрит на нее оценивающе, будто прикидывая, стоит ли она того, чтобы он ответил.       — И ты пришла ко мне, а не спросила его, — не скрывая осуждения, говорит он.       Рей молча кивает, выдерживая взгляд альфы.       — Рассказывать про семейные драмы не мой конек, знаешь? Лея в этом куда лучше. — Вздохнув, он продолжил: — Он жил здесь, учился, работал, находил баланс в своей Силе.       Девушка открыла рот, дабы уточнить, но Люк сам поспешил объяснить:       — Ты ведь почувствовала, знаешь его статус. Его место — это быть вожаком стаи, но даже к этому нужно быть готовым. Как физически, так и духовно. Я помогал ему, учил.       — И он ушел, бросив вас? — пораженно спрашивает Рей.       — Не совсем, разногласия с родителями привели его к Сноуку. Ты говорила уже с ним, да? Он рассказывал тебе, что Первый Орден выступает за права оборотней… в жёсткой форме? Отделить их от людей, возвысить как лучшую ячейку общества со всеми привилегиями и особым статусом — вот его цель.       Рей нахмурилась, пытаясь уловить в словах скрытый смысл.       — Первый Орден? Он говорил о нашем положении, опытах и возможностях, но я…       Люк коротко смеётся, прерывая ее мысль.       — Это его кампания, Рей. Он все еще пытается перетянуть голоса на себя и получить место в Сенате, — со вздохом заканчивает он.       — Но причем здесь я? А Кайло? — восклицает Рей, окончательно запутавшись в фактах и чужих словах.       — Бен ему нужен затем, чтобы сломить Лею окончательно, дабы избавиться от главной конкурентки вот уже который год. Он продвинет своего человека и получит голос, а может и не один в политике. Его идеи распространятся на всю Америку.       Девушка шокировано уставилась на старика, пытаясь уловить весь смысл его слов.       — Бен? — уточняет она, не понимая о ком речь.       — Кайло… Бен. Он может называть себя, как хочет, может отречься от семьи, пойти против матери и ее взглядов, работать на того, кого сам ненавидит, но его кровь никогда не поменяется. Родился Соло-Скайуокер, уйдет на тот свет им же! — повышая голос, заканчивает свою речь Люк и хлопает по столу, отчего Рей вздрагивает.       Девушка кивает и шагает к двери. Слова мужчины до сих пор звучат в ее голове, выкраиваясь в новую полную чужих тайн историю.       — Но ты так и не сказал, какое место в этом всём занимаю я, — говорит она вслух, схватившись за ручку.       — Поговори с Леей, Рей. С самим Беном. Как бы ты не хорохорилась своим скорым отъездом, подобные вопросы, что ты задала мне, лишь глубже привязывает тебя к нему.       К городу? К Кайло-Бену?       Рей закрыла дверь с другой стороны, прислушиваясь к доносившейся песне с первого этажа.       Ей надо идти вниз. И подумать.       Монотонная работа не так плоха, как кажется на первый взгляд. Рей не концентрируется на посетителях, отдавая им выпивку и улыбаясь на пьяные шутки незатейливых рассказчиков. Она здоровается и коротко болтает с ребятами из Сокола, благодаря их за «скорый ремонт твоей ласточки». Вытирает пролитое пиво и помогает вывести охмелевшего парня подышать свежим воздухом. Так проходит большая часть вечера, когда Рей на автопилоте разносит, забирает и отдает еду с напитками, пока, вытирая очередной столик и принимая новый заказ, не слышит до боли знакомый голос.       — Пускай приготовит эндор, — присаживаясь за стол, говорит он и забирает протянутое ею меню.       Кайло, Бен, черт-побери-как-его-звали сидел перед ней, в баре. Заказал странный коктейль, будто ничего не бывало.       — Л-ладно, — заикается Рей, ошеломленная его появлением.       Она не оглядывается назад, пока идёт к бару и Люку. Не говорит ничего старику, произнося странное название напитка. Наблюдает, как он, хмурясь, смешивает бурбон с какими-то нереальным количеством биттера и какого-то цитруса. А после, будто этого мало, добавляет еще виски.       — Он придумал его, пока учился следовать строгому рецепту адекватных коктейлей. Все время проливал больше, чем следовало, — поясняет Люк, выставляя стакан на стойку. — Как только выпьет — выпроваживай его с моего бара.       Гостеприимство.       Рей уверена, что ее спина готова вот-вот воспламениться от цепкого взгляда Кайло.       Другое старое имя совсем не клеились к тому образу, что сидел за ее столиком. Он был одет во все черное и привлекал внимание многих посетителей, пускай Рен и не обращал на это никакого внимания.       — Что ты тут делаешь? — стараясь говорить тише, спрашивает она и ставит перед ним бокал.       — Решил выпить? — вопросом на вопрос отвечает он и делает глоток.       Он не смотрит на нее, все еще стоящую над ним. Рей догадывается, что он следит за стариком, но Люк не обращает на них никакого внимания, разговаривая с гостем у стойки.       — А если серьезно? Зачем ты пришел? — не унимается Рей, разглядывая спутанные прядки на его затылке.       Желание провести рукой и вернуть прическе прежний вид еще сильнее смущает Рей, и она присаживается за соседний стул, игнорируя окрик какого-то мужчины.       — Хотел уточнить один вопрос. Почему ты ушла?       И он смотрит на нее. Проходится вверх-вниз, остановившись на красной метке.       Рука машинально тянется к шее, и она прикрывает рукой место, раздраженное частым почесыванием.       — У меня работа, — коротко бросает Рей, сглатывая накопившуюся слюну.       Сидеть перед ним и делать вид, что афтершоки воспоминаний не появляются в ее голове, сложно. К тому же она знает, за ними наблюдали.       Альфа откинулся на спинку деревянного стула и вздохнул.       — И ты, не разбудив меня, мышью прокралась к выходу и бродила по городу, пока не вернулась сюда? Настолько стыдишься?       Рей открывает рот, но слова застревают где-то в горле.       Нет… да, возможно?       — Скажи честно, Рей. Чего ты хочешь?       Она бы правда ответила ему честно, задала бы вопросы, которые озвучивала Люку и послушала бы его правду. Но…       — Эй, Рей! Там за шестым столиком бедлам!       Люк ее спасает.       — Извини, мне нужно отойти, я сейчас вернусь.       И поспешить в другой конец зала, выслушивать ворчание старика и пьяный хохот компании трудяг.       Она бросает на него извиняющийся взгляд, прося подождать еще чуть-чуть, когда вновь ее просят помочь на кухне. Суматоха и гул вокруг смещают все на второй план, и Рей, заканчивая очередную раздачу, вспоминает о Кайло, но тот уже давно не ждет ее.       Кинув на стол пару банкнот, он встает со своего места и направляется к выходу.       Сумма, которую он оставил, в три или даже в четыре раза выше того, чего стоил ему один напиток. Рей пересчитывает деньги, откладывая заработок бара, и уверенным шагом направляется вслед за ним, сжимая в кулаке пару лишних сотен долларов.       — Ты оставил лишнее! — кричит она, захлопнув за собой дверь.       Свежий ночной воздух приятно холодил тело, разгоряченное от переполненного бара. Сегодня был удачный день для Люка, люди пили и отдавали ему свои деньги целый вечер.       Ей было жарко, но пылающие щеки были отнюдь не от этого. На улице они были одни.       Он стоял уже возле машины, приоткрыв водительскую дверцу. Рей бы прочитала ему нотации о вождении в пьяном виде, но посмотревший на нее Кайло, казалось, совсем не пил. Трезвый, холодный взгляд, задержавшийся на ней не дольше секунды.       — Это чаевые, за обслуживание.       Обслуживание?       Она быстро шагает к нему, на ходу готовясь влепить пощечину. Раздосадованное женское эго в купе с затронутым омежьими чувствами…       Чувствами?       Кайло перехватывает ее руку у своего лица и тут же отпускает ее, будто не хочет больше прикасаться.       — Тебе же нужны деньги, чего ты так возмущена? Или привыкла их честным трудом отрабатывать? — рычит он и приближается к ней еще ближе, сам того не понимая. — Что тогда, предложишь еще отсосать, чтобы мы были в расчете?       Рей замахивается вновь, но альфа уворачивается от ладони, перехватывая ее в полете.       — Не смей поднимать на меня руку, — шипит он.       Карие глаза мечут молнии, а грудь от частого глубокого дыхания ходит ходуном. Рей пытается вырваться, но он крепко держит ее ладонь. Длинные пальцы, что недавно касались ее кожи так нежно и трепетно, теперь давят на кисть, причиняя дискомфорт.       — Тебе самой не надоело все время сбегать? — вкрадчиво, гораздо тише и с переполненными эмоциями в голосе.       Рей молчит, боясь признаться в очевидном. Проблемы ведь нет, если о ней не говорить?       — Я не сбегаю, я просто смотрю на реальный мир без всяких иллюзий!       — Называй это, как хочешь. Твоя жизнь — сплошное бегство. От прошлого, от самой себя, от того, кем ты являешься, от…       — От тебя? — Она открыто смеется ему в лицо и зло произносит: — Признайся, тебя просто задело то, что девушка сбежала раньше, чем это сделал бы ты.       Кажется, она задела его. Он отпускает ее ладонь, отходит на шаг назад и качает головой, не веря в услышанное.       — Вот что ты обо мне думаешь, да? — спрашивает он, будто желает убедится в реальности происходящего.       Омега молчит, пытаясь совладать с собственными эмоциями. Всего несколько минут, и вот она уже готова разрыдаться и тут же прибить его за то, что он делает с ней.       Позади них из бара вываливается пара пьяных людей и гогочут на всю улицу. Рей переводит дыхание и говорит то, о чем думала весь вечер:       — Я ничего о тебе не знаю, Бен. А ты не знаешь меня, мы просто встретились, и оба получили то, что хотели. Рано или поздно я уеду, а ты останешься здесь, и…       — Отлично, тогда эти деньги покроют твои траты на ремонт машины. И ты свалишь отсюда, как того и мечтала.       Он садится в машину и резко захлопывает дверь, не дав ей сказать ни слова больше. Кайло газует с места, и визг шин служит ей прощальным словом.       Рей ведь больше его не увидит. Альфа поставил точку.       Деньги жгут руку, и Рей прячет их в карман фартука. Она смотрит ему вслед, пока машина не скрывается за поворотом, а после, потирая ноющую шею, возвращается обратно в бар, готовясь попрощаться еще с одним недовольным альфой.