Волчий зов

      Дорога в резиденцию Сноука была не столь долгой, как запомнила Рей в первый раз. Вывески о горном курорте, пафосно именуемом «Сноук Кинг¹», были на каждом углу, а по словам местных, он и вовсе выкупил под свою территорию всю северную часть пригорода.       Сеть гостиничного бизнеса приносила ему хорошие деньги, а подходящий невероятный утопический ландшафт и климат играли только на руку. Снег здесь лежал порой больше двух сезонов, оттого приток туристов к его кошельку был нескончаемым. Это и позволило Сноуку построить собственный замок, аккурат примыкающий к границам заповедника штата с видом на гору, что так сильно была созвучна с его фамилией.       Рей не пришлось кружить по окрестностям в поисках нужного особняка. Его было видно издалека, но что-то несоизмеримо поменялось здесь.       Огромные поля зеленой травы потускнели и выглядели настолько искусственно, что Рей засомневалась в правдоподобности зрелища, проезжая мимо садовника с работающей газонокосилкой.       Экзотические цветы выглядели диковинными и неподходящими, а возвышающееся строение дома — слишком экстравагантно и пошло.       Иллюзия сказки исчезла, стоило солнцу подняться выше по небосклону, а Рей посмотреть на все под другим углом.       Сноук тщеславился своим статусом и не давал про это забыть другим.       Ее пропустили за ворота. Старый пикап неуместно смотрелся в ряду новых дорогих машин, и девушка усмехнулась сама себе.       Ей здесь не место.       Машина Кайло стояла поодаль от других, но сквозь тонированные стекла салон видно не было.       Она не поехала к его дому, не стала разыскивать где-то поблизости. Чутье ей подсказывало, что он у ног своего хозяина.       В этот раз ее не встречает рыжий парень, а внутри куда больше народу, чем она предполагала.       Две небольшие группы обосновались прямо у входа, громко дискутируя и примеряя различные лоскуты и веревки к ближайшим окнам, стенам и перилам главной лестницы.       Швейцар, что открыл ей дверь, мягко прочистил горло, привлекая к себе внимание, и спросил:       — Вы от дистрибьютора алкоголя? Вас уже ждут в зале, дегустационный стол уже готов. Мистер Хакс примет вас после музыкантов.       Рей округляет глаза, но коротко кивает ему в ответ, и следует за ним, шокировано оглядываясь вокруг.       Даже само поместье изменило свой вид.       Помимо оживленной подготовки к чему-то грандиозному и масштабному, здесь заметно увеличилось количество предметов искусства.       — Эм, простите… сэр, а есть какие-либо изменения в дате… доставки? — решается уточнить она, дабы попытаться узнать, что здесь происходит.       Рей рискует, но мужчина ей спокойно отвечает:       — Прием оговорен на ту же дату, мистер Хакс сообщит вам точное время для доставки и начала подготовки. Гостей будет больше, чем рассчитывали. Обговорите это с вашим директором. Прошу. — Он открывает перед ней дверь очередной большой комнаты и коротко кивает в знак прощания.       Рей проходится по залу несколько раз, останавливаясь у столика с разносортными бутылками и другими вещами.       Кроме нее, здесь никого нет, и она не будет терять драгоценное время на встречу с Хаксом, дабы тот ее тут же вышвырнул за дверь.       Коридор был пуст, и ей удалось выйти незамеченной, не привлекая к себе внимания.       Она блуждала по этажу несколько минут, пока не наткнулась на знакомую лестницу, что вела к оранжерее. Рей кралась мышью, издавая как можно меньше звуков.       — Завтра здесь будет столько волков и богатых людишек, что в меня покажут пальцем все, кому не лень. Как я теперь выгляжу?!       — Перестань, Фазма. Выберешь красивое платье, сделаешь себе прическу, макияж, и следов никто не заметит. Ты же знаешь, Сноук не хотел тебя калечить, он просто…       Рей останавливается у подножья лестницы, ведущей в новый коридор и замирает.       Голоса говоривших ей знакомы, и омега вспоминает про блондинку за рулем машины Кайло.       — Он сделал это в назидание, Армитаж. Публично наказал меня за то, что я не выполнила его приказ с этим проклятым амулетом! Да откуда я знаю, как он исчез? Я десяток людей ради этого убила, а он… ещё и Рену теперь…       Голос затихает, и Рей решается сделать шаг ближе, дабы расслышать ее речь.       — Фазма, он сам вызвался взять вину на себя. Я уверен, что это все подстроило Сопротивление. Не знаю ещё как, но они перехватили вещь, и ты не смогла ничего сделать. — Короткая пауза, и омега слышит какие-то шорохи. — Дай посмотреть, сильно болит?       Блондинка фыркает, но вскоре затихает на несколько минут.       — Пойдем, я дам тебе болеутоляющее, и ты полежишь. У меня еще встречи с доставками.       Рей слышит шаги уходящих оборотней, но не решается сама пойти дальше, пока звуки вовсе не стихают.       Ей удалось остаться незамеченной, но разговор, который она услышала, едва не заставил ее выйти к ним и выяснить, что же творится здесь.       Сноук наказал Фазму? Это была она в том переулке? Она встречалась с Финном? Рен взял вину на себя?       Приоткрывая дверь оранжереи, Рей уже понятия не имела, зачем она это все делает. Она могла бы оставить подвеску у его машины и уехать отсюда как можно дальше, и…       — Мой мальчик, хочешь сказать, что я лишился возможности обрести ещё больше Силы?       Ее появление никто не заметил. Шипящий Сноук стоял рядом с оборотнями, что склонились перед ним на колени. Их головы были настолько низко опущены, что Рей не могла разглядеть их лица. Несколько мужчин были чуть дальше, чем выделяющаяся фигура Кайло.       Он сжимал кулак со всей силы, но рука безвольно лежала на согнутом колене.       — Ты хоть понимаешь, что вы натворили?! Теперь у этой суки есть шанс выйти вперед!       Вожак кричал и давил своим авторитетом так, что сам едва не дрожал от напряжения.       Рей видела, как Сноук старался воздействовать на них, но ничего, кроме силы его слов, он не имел.       Вот чем он травил их.       — Альфа, это моя вина. Я не думал, что Лея решит поверить в легенды Вейдера. Она ничего не знает о Силе, — подняв голову, обращается к нему Кайло.       Он смотрит ему в глаза несколько долгих секунд, а после резко возвращается в прежнюю позицию, слушая, как Сноук заходится истерическим криком.       — Как ты посмел поднять голову, щенок?! Ты оступился, или те, кого ты прикрываешь? Твое благородство такое же никчемное и никому не нужное, как ты сам! Ты забыл это, Кайло Рен?!       Сноук шагает прямо к нему, хватает за ворот одежды и рычит так, что у Рей перехватывает дыхание.       — Ты помесь! Полу Скайуокер, полу неизвестно кто. За что ты борешься? Породы нет! Ты — никто!       Рей пораженно выдыхает, не замечая никакого сопротивления от Кайло.       И кажется, она сделала это так громко, что звук разнесся по всей оранжерее.       Сноук замолкает и поворачивает голову в ее сторону, но не видит Рей за высокими растениями у входа.       — Или ты решил купиться на кусок омеги, что бросили тебе в наживу, и возымел о себе что-то?!       Рей не хочет слушать дальше, видеть склоненную голову Кайло и понимать, что ничего не изменится, пока он в его власти.       Омега отскакивает назад, резко открывает дверь и несётся на выход, не слушая окрик позади себя.       — Рей?!       Она не успевает вовремя остановиться и врезается у последнего поворота коридора прямо в блондинку, прижимая ее к стоящему рядом Хаксу.       — Что за…       Но Рей удачно выворачивается из рук и юлой проскакивает мимо них, оставляя очередные голоса за спиной.       — Это ты! Ты виновата!       У нее не так много времени, поэтому она бежит на выход, чтобы поскорее сесть в машину и убраться отсюда к чертовой матери.       Ее желание помочь вновь обернулось против нее. О чем она только думала.       Двигатель рычит и захлёбывается топливом в резком наборе оборотов, но Рей продолжает давить на газ, выруливая с парковки.       Она мчится мимо ворот и выезжает на дорогу с характерным визгом изношенных шин.       В зеркале заднего вида не видно следующих за ней машин, но девушка не сбавляет скорость, маневрируя в трафике. Рей сбавляет только за городом, мысленно прощаясь со всеми пожитками, что остались в комнате бара.       Она не вернется. Такая омега бесполезна для них и только все усложняет.       Рей едет несколько минут в полной тишине, все еще успокаивая свое частое дыхание. Перед ее глазами мелькает та откровенная сцена повиновения, но никаких эмоций, кроме отвращения, она не вызывает.       — Просто забудь, не твое дело…       Потянувшись к прибору радио, омега интуитивно включает его и нажимает на кнопки, пытаясь словить волну без помех.       Техника трещит, и Рей бросает взгляд на радио, прицеливаясь для удара. Слишком часто это помогало при починке.       Добрый день уважаемые слушатели нашего эфира… сегодня знаменательный вечер…       Рей вздыхает и собирается еще раз ударить по панели, но боковым зрением замечает красный свет стоп-сигнала фонарей впереди идущей машины и резко бьет ногами по тормозу, пытаясь избежать столкновения.       Пикап заносит на встречную полосу, но через несколько метров она все же останавливается, и Рей оказывается на обочине.       — Какого? Идиотка!       Адреналин бурлит в крови, и девушка на эмоциях стучит по рулю, не в силах совладать с собой. Все произошедшее за сегодня комом в горле подступается к ней, и Рей беззвучно давится всхлипом. Здесь ее никто не увидит и не сможет осудить за дрожание рук и красные глаза от непролитых эмоций. Но отстегивая ремень безопасности, омега понимает, что она не одна.       Она видит, как тот самый чужой автомобиль останавливается, а впереди нее еще одна машина сбавляет ход. И больше… никого. Они втроём, и Рей отчего-то нервно выдыхает.       Два тонированных Форда медленно разворачиваются и начинают подъезжать к ее пикапу.       Рей не может увидеть, кто за рулём, но руки покрепче перехватывают руль, и она выжимает сцепление. Девушка выворачивает колеса до упора и выезжает на середину дороги, дабы вернуться на свою полосу, но автомобили преграждают ей дорогу.       Страх. Липкий ползущий по коже страх заставляет ее нервно сглотнуть и направить машину на обратную полосу в сторону города.       Рей набирает скорость, бросая поочередно взгляды во все зеркала заднего вида, и начинает нервничать еще больше, наблюдая, как неизвестные ее нагоняют.       Паника.       Она давит на педаль газа, переключаясь на последнюю, пятую передачу, что с трудом тянет изношенный двигатель. Ей хочется ехать ещё быстрее, обратиться и бежать со всей силы, на которую она только способна, потому что она знает — только бегство ее спасет.       Один из Фордов разгоняется и подрезает ее, обгоняя по встречной.       Рей рычит от безысходности, пытаясь сманеврировать и вырваться вперед, но машина впереди опять притормаживает, и она резко сворачивает в сторону, в этот раз пролетая обочину и выезжая за пределы проезжей части. Примыкающий к дороге лес встречает ее взлетами на кочках и столкновением с деревом. Омега вовремя уворачивается от смертельного лобового удара, лишь по касательной распарывая старый, податливый металл кузова.       Рей дергает ручник и давит на педаль тормоза, пытаясь остановить машину. Обломанные ветви скребут стекла и краску, а жуткий грохот останавливает перегретый двигатель, и перед машины вскипает едким сизым дымом.       Она не думает. Действует на инстинктах, открывая дверцу и выпрыгивая из нее как можно дальше. Машина может загореться, а то и вовсе взорваться, поэтому Рей, кое-как поднявшись на ноги, пускается в бега, слыша за собой еще больше шума.       Сигнал машины. Мигание фар, освещающее ей спину и дорогу под ногами. Звук передергивания цевья. Выстрел.       — Куда побежала?       И хохот.       Рей не может понять, где реальность, а где прошлое. Обрывки воспоминаний грохочут в ее ушах, глазах, во всей ней, и она оглядывается назад, едва не падая с ног.       Три головореза спрыгивают с машины и смотрят прямо на нее. Прицеливаясь и беря на мушку.       Охота.       Одно слово, способное пробудить в ней самые низшие чувства как животного, так и человека.       Как они ее нашли? Почему сейчас? Почему она? Она недостаточно замела следы? Расслабилась и допустила оплошность?       Разум атакуют все новые и новые вопросы, но телу нет никакого дела до них.       Рей продолжает бежать дальше, в глубь леса, на ходу стягивая с себя одежду. Если она выживет, рваные тряпки ей никак не помогут. Да и в процессе обращения что-то может остаться висеть на шкуре и мешать двигаться.       Если…       — Стреляй!       Девушка резко сворачивает в сторону, уклоняясь от череды выстрелов. Заряд дроби влетает в землю и деревья, кроша собой кору. Щепки разлетаются совсем рядом с лицом Рей, но она еще больше начинает петлять между стволами.       Трансформация дается тяжело, оттого на ходу ее никто не предпочитал делать. Рей пытается ускориться, дабы, оторвавшись от них, наконец, принять облик волка, ведь в человеческом теле у нее нет никаких шансов.       — Она удирает! Не дайте ей уйти!       Ей приходится прыгнуть, кувырком скатываясь с небольшого холма и разрывая на себе последние вещи. Адская боль превращения выбивает из нее последний дух, и Рей воет от боли, пытаясь сохранить рассудок трезвым. Тело поддается, с трудом успевая нарастить мех, принять новую форму и вернуть утерянные на мгновение рецепторы чувств.       Новая реальность глазами волка встречает ее еще одним выстрелом, аккурат пробивший ей бок. Алая кровь окропляет серый мех и капает вниз, окрашивая землю в грязно бордовый цвет.       Драгоценные секунды идут на то, чтобы не заскулить от боли, а развернуться и ответить обидчику, что направил на нее ружье.       Охота.       Игра на выживание, где победит сильнейший. Только охота на оборотня всегда была вне привычных для мира взглядов. Люди боялись выйти в одиночку на волка. Знали, что даже оружие не спасет их от опасного существа. Но все менялось, когда они устанавливали новые правила игры. Когда группой выслеживали стаи, одиночек, детей. Когда травили их, сажали на цепь и издевались до тех пор, пока единственное, что они бы смогли сделать, — просто бежать от охотников, и не надеясь нанести ответную атаку.       Ублюдкам это нравилось. Это заводило их, давая почувствовать что-то похлеще воздействия любого стимулятора.       Могущество над чужой жизнью.       Они прикрывались лицензиями на животных, отрицали вывешенные шкуры у себя в домах и с улыбкой здоровались с оборотнями вне загонов и леса. Смотрели в глаза родственников своих жертв и были чисты перед законом.       — Ты не уйдешь, сука! Твою голову захотел…       Рей бежит на них с таким диким оскалом и рыком, что сама забывает о своей ране. Она кидается на ближайшего к ней мужчину, хватая его за горло и смыкая челюсти как можно плотнее. Охотник истошно орет, пытаясь отбиться и выстрелить в нее, но слишком быстро замолкает, с булькающими звуками захлебнувшись собственной кровью.       — Твою мать, Тодд! Зови подмогу!       Еще одна череда выстрелов, но все летят мимо, исчезая в багряной земле.       Рей слизывает горячую кровь с клыков, щетинясь на оставшихся врагов. Это пробуждает животные инстинкты, подстрекает вернуться к телу и убедиться, что его шея будет изувечена пастью хищника еще раз, но Рей не позволяет этому случиться. Ей трудно стоять на месте, окровавленный бок вновь напоминает о себе. Пуля не задела кости, но находится внутри нее, причиняя куда больше дискомфорта и лишая ее такой необходимой концентрации.       Она ненавидела убивать, но сейчас выбор стоял не между моралью и справедливостью. Это был вопрос жизни и смерти.       Двуствольное дуло направлено прямо на нее, и у нее нет права на ошибку, когда она медленно ступает ближе. Лапы в кровавой жиже, что растекается от близлежащего тела, но Рей смотрит исключительно в глаза противника. Гипнотизируя его, вынуждая оступиться.       Она видит, как подрагивает ствол оружия, как нервно сглатывает он, подпуская омегу еще ближе к себе, будто давая ей шанс что-то предпринять.       — Что ты делаешь? Стреляй!       Она забыла. Слишком сильно сосредоточилась на одном и не заметила второго охотника, что бежал к ним с подмогой.       Еще больше людей.       Шесть головорезов шли полукругом, отрезая ее от дороги и не давая углубиться в лес. Слаженная команда, знавшая, как загнать добычу в кольцо, заставить животное забиться в угол и ждать своей участи.       Она бы справилась. Постаралась бы, будь их всего трое.       — Какой мех! Хвост мой!       — Она зарезервирована, идиот.       — Товар подбит, нам за это заплатят?       — Она нужна живой!       Голоса. Такие громкие и высокомерные, звучащие отовсюду. Рей пятится назад, чувствуя, как дрожит задняя лапа, что ближе всего к кровоточащей ране. Если она не вытащит пулю, она так и останется в ней, и ранение затянется.       Она рычит, практически воет от накатывающей ярости и собственной беспомощности, оголяет клыки и скалится на охотников.       Рей не станет добычей, больше нет.       — Обходи ее! Транквилизатор есть?       Омега боковым зрением видит, как на нее взводится еще одно оружие.       Шерсть на загривке встает дыбом, и она готовится к новому прыжку, зная наверняка, что еще одного трупа охотники ей не простят.       Убегала, но бежала по кругу.       Жизнь во второй раз преподносила ей один и тот же урок. Она — ничто. Одиночка омега, сбежавшая из-под Охоты единожды, но все равно встретившая свою судьбу. Так и не нашедшая то, что изменило бы ее решение. Заставило бы выследить ублюдков и убить их раньше, чем они ее. Вместо этого она бежала, пыталась скрыться, надеясь, что этого будет достаточно.       Но не для этого мира.       Теперь Рей должна поплатиться за свой выбор.       Трусливый, гонимый страхом и отчаяньем, возведенным лишь одним желанием — забыть и оставить все в прошлом.       Лапы утопают в грязи, но Рей отталкивается от земли и раскрывает пасть, преодолевая последние метры в воздухе.       Выстрел.       И она падает на землю, так и не достигнув цели. Ударяется грудью и валится на бок, поджимая заднюю лапу к себе.       Рык.       До того громкий, что она дрожит всем телом, бесконтрольно откидывая голову в сторону и предоставляя доступ к беззащитной шее.       Чужие грязные лапы окружают ее тело со всех сторон, заслоняя от всего остального мира. Огромный черный волк стоит над ней, приняв настолько грозную позицию, что Рей не сомневается, он вот-вот бросится в атаку на охотников.       Запах.       До того знакомый, до того необходимый, чтобы дышать дальше, протолкнуть затхлый кислый воздух в легкие и вдохнуть его.       — Оно убило его! Эта тварь убила его!       — Где дротики?!       — Хоть его убить можно?       Обрывки фраз, какие-то крики и выстрелы.       Рей смотрит вверх, наблюдая, как часто вздымается грудь волка, как переливается черная шерсть, бликуя в лучах солнца, что пробивались сквозь кроны деревьев.       Густая, теплая, в которую так запросто можно было зарыться пальцами, пропуская черный шелк сквозь них. Но ее лапы скребут землю, и она не в силах встать, пока находится под ним.       Кажется, они стреляют и попадают в него, но альфе это безразлично. Новое мертвое тело лежит рядом с Рей, с открытыми глазами, полными ужаса, взирая на них.       Прошу, Кайло, нет…       Его морда опускается вниз, и он встречается с ней взглядом, совершенно не заботясь о собственной жизни.       Бушующее безумие в затуманенных золотистым огнем глазах разгорается с немыслимой Силой, и Рей понимает, что его разумом завладел волк.       Беспощадный, жестокий и смертельный для тех, кто перейдет ему дорогу.       Кто подступится к ней ближе.       Отчаяние сжимает ее сердце, пропустившее несколько ударов, и мир кренится в новую сторону, возымев новый центр притяжения.       Он умрет за нее.       Решил сам, только что став тем, кого она не сможет потерять.       Больше нет. Она не одна.       Альфа бросается в атаку, встречая противников в неравной схватке.       Трое людей окружают его, но он успевает сбить одного с ног и ввязаться в драку с другими.       Чужие крики и рычание заставляют Рей подняться, дабы добить того, кто остался позади Кайло.       Он больше, гораздо сильнее ее и расправляется с охотниками, рассекая их тела когтями и клыками. Оружие окрашивается в их кровь, и волк идет дальше, не оглядываясь на трупы.       Выстрел.       Прямо в альфу от последних двух мужчин, в панике отступавших назад, видя резню, что случилась с их собратьями.       Место действительно походило на бойню, да только Рей не обращала на это никакого внимания, следя, как будто в замедленной съемке Кайло оступается и валится на землю. Весь он покрыт чем-то липким и сладко-пахнущим, но она не успевает добраться до него первой.       Двое охотников подходят к нему, толкая неподвижное тело, и возводят дуло ружья, целясь прямо в голову.       — Гори в аду, животное.       Рей рычит и бросается к ним, но уже слишком поздно.       Выстрел.       Вой.