Волчий зов

      — Нет… нет…       Нагое тело дрожит от сдерживаемых всхлипов, но Рей не может остановить поток слез, что застилают ей глаза.       Превращение произошло против ее воли, инстинктивно, ведомое таким наплывом перенапряжения, что организм просто отказывался ей подчиняться.       Она стояла на коленях, пригибаясь к земле, и шептала беззвучное «нет», обхватив себя руками.       Рей все еще слышала бессчетное количество выстрелов, что разъедали ее разум, вновь и вновь рисуя бурую кровь на черной шерсти альфы. Закрой глаза, она бы не смогла развидеть эту чудовищную сцену, свидетелем которой стала.       Она понятия не имела, почему сейчас давилась горькими рыданиями и молила лишь об одном — чтобы он выжил.       Она бы ненавидела его, как бы сильно ненавидела и кричала ему прямо в лицо о том, какой он идиот и что сотворил со своей жизнью. С семьей, статусом, с ней.       Как посмел бездействовать, когда это было так нужно. Как осмелился последовать за ней и пожертвовать собой ради нее.       Рей обязательно бы ударила его в грудь, чтобы причинить хоть частичку той боли, что испытывала сейчас.       Неведомое, скрытое ото всех чувство, разрывающее ее сердце и душу. Она бы никогда не призналась, рассмеялась в лицо и бежала бы дальше от ярлыков, что пытались навесить на них другие.       Чувства, любовь, истинные.       Все это чушь, она знала точно.       Вот только мысль о том, что его больше нет, ломала что-то внутри нее, и у Рей спирало дыхание.       Она опустилась ближе к земле и, скребя пальцами смятую траву, попыталась встать на ноги, но на это не было никаких сил. Ей пришлось ползти к его лежащему телу и звать по имени, пытаясь увидеть шевеление грудной клетки сквозь застилающие глаза слезы.       Но его не было.       — Теперь ты! — кричит кто-то над ней, преграждая оставшиеся метры до альфы.       Рей поднимает голову и надрывно выдыхает, готовясь к последнему выстрелу.       Закрыв глаза, она отталкивается руками от земли, опираясь на колени и… горячая кровь окропляет ее лицо, шею и грудь.       Утробный рык заставляет ее распахнуть веки и встретиться взглядом с альфой. Янтарные глаза пристально смотрят на нее, будто волк вспоминает, кто перед ним. Кайло стоял перед ней, с усилием втягивая воздух с запахом омеги через приоткрытую, окровавленную пасть.       Он убил последнего. Выждал, когда тот подойдёт как можно ближе, посчитав его слишком слабым для борьбы, и переключится на Рей. И тогда альфа атаковал. Волк вновь валится на землю, не способный более удержать свой вес. Рей отмирает и наконец подползает к нему, хватаясь за морду оборотня. — Давай же… Кайло, не отключайся. Ты должен мне помочь, слышишь? — Ее голос надрывается, и Рей сглатывает, меняя свое положение и укладывая голову Кайло себе на колени. Она проводит пальцами по носу, ушам, пытаясь прикосновениями подбодрить его и заставить не покидать сознание сейчас. — Ты должен обернуться, ты слышишь? Пожалуйста, позволь мне помочь! Доверься мне, Кайло, давай, — умоляет его она, склоняя голову к его лбу. Она не сможет его вынести к машине, если он останется в волчьем обличии. Рей не бросит его здесь одного, побежав искать подмогу. Нет, есть только один вариант — и они выберутся из этого чертового места вдвоем.       Трансформация дается тяжело, занимая гораздо больше времени и сил. Она слышит его хриплые стоны, когда кости деформируются, вставая в нужное место, и тихо шепчет ему что-то успокаивающее, пока все не закончилось, и под ее пальцами не оказалась холодная кожа Кайло.       — Молодец, ты такой молодец. Теперь мы выберемся, осталось совсем чуть-чуть! — одобрительно шепчет она, прижимаясь губами к его лбу и виску.       Подъем на ноги в этот раз дается легче, и Рей приподнимает торс Кайло, помогая ему сесть.       Он практически без сознания, но пытается ей помочь и устоять на ногах, несмотря на жуткие раны по всему телу.       В него стреляли и не один раз, и вид этих открытых ран подталкивает Рей быстрее дойти до оставленных машин, обхватив альфу поперек торса, положив его руку на плечо и приняв часть его веса на себя.       Они идут медленными шагами, преодолевая и такое крохотное расстояние с трудом.       — Ничего, дробь вытащат и все будет нормально, — шепчет Рей, переводя дыхание у ближайшего дерева.       — Нашел… тебя…       Тихо, едва размыкая обветренные губы. Рей кажется, что ей мерещится его шепот, но натужный вздох Кайло обращает все ее внимание на себя.       — Что? Нашел? Да-да, конечно. Ты молодец, нашел. Не знаю, как… ты спас мою жизнь. А сейчас я спасу твою, да? Будем квиты, — бубнит про себя Рей, вновь начиная медленно двигаться дальше.       — Амулет. Амулет привел, Рей.       Девушка поворачивает голову к нему и видит нахмуренное лицо альфы.        Плотно сжатые губы, волевой подбородок с капельками крови и веревку на шее с неизменным камнем на конце.       Не может быть.       Свой она оставила в машине, забыв про него во время погони. Но этот… сохранился на теле и привел его к ней?       Слова Леи всплывают в памяти, но омега сосредотачивается на шагах.       Ее машина изувечена, и Рей двигается дальше, к припаркованному неподалеку Форду. Машина предсказуемо открыта и с ключами в замке зажигания.       Со второй попытки она помогает Кайло упасть на заднее сиденья салона и заводит двигатель.       Тело начинает замерзать, и Рей, зажимая собственный ноющий бок, бредет назад, к своей машине, собирая какие-то тряпки и залезая в открытый багажник своего пикапа. Свернутый плед в ящике инструментов цел, и Рей берет его с собой, дабы накрыть альфу хоть чем-то и перетянуть тревожащую рану на его бедре.       Она натягивает испачканную олимпийку на себя, чтобы прикрыть голую грудь и импровизированную повязку из куска футболки. Кайло на моменте перевязки и вовсе отключился, поэтому обратно в город Рей ехала в тревожной тишине, прислушиваясь к его дыханию.       Рей не знала, где здесь больницы, а единственные люди, что готовы были ей помочь, находились в Соколе. Там была и Лея.       — Совсем немного осталось, химчистка салона от крови обойдется дорого, — пытается приободрить Рей саму себя, прибавляя газу и въезжая в знакомый квартал.       Заехав на парковку, она не сбавляет скорость, пока не влетает в открытый бокс мастерской, вываливаясь из салона прямо в руки обескураженного По.       — В салоне… надо помочь… — мямлит она и шипит от боли, когда парень пытается ее перехватить за талию. Ноги больше не держат.       Прилив адреналина постепенно сошел на нет, и Рей понимает, что последние минуты действовала лишь на своем упрямстве.       Она довезла. Помогла.       — Что случилось? Рей?       Люк. Безумный старик с вечной ухмылкой смотрит на нее теперь совершенно иначе, с округлившимися глазами оглядывая машину и открывшуюся заднюю дверцу.       — Рей?!       Лея. С нескрываемой тревогой в дрогнувшим голосе, она подходит ближе, оттесняя мельтешащего По в сторону.       Он успел посадить Рей на пару шин и метался из стороны в сторону, не зная, за что хвататься в первую очередь.       — Я в порядке, помогите ему, — хрипло шепчет Рей, указывая кивком головы на машину.       Омега прикрывает глаза на секунду, давая себе немного передышки и морщится, слушая ругань Люка и По.       Они достают Кайло и несут в другую комнату, на ходу чертыхаясь о его весе и габаритах.       — Рей, скажи мне, что случилось? Бен…       Лея оказывается рядом с ней, подойдя совсем близко к девушке. Она хватает ее за плечи, но Рей слишком устала для ответа. Полуприкрытые веки вновь закрываются, и она падает в небытие.              — Вот живучий пес-то! Пять выстрелов и ему нипочем!       — Он потерял много крови, Люк.       — Для оборотня это не настолько трагично, парень. Проспит до завтра и будет как новенький. Но пять выстрелов… я замучался доставать дробь из его туши.       — А… Рей?       — С ней все будет в порядке.       — Что же произошло?       — Не знаю, Лея. Или Сноук сошел с ума, или…       — Думаешь они стреляли друг в друга, как в тире, и Рей, победив, решила спасти Бена?       — Я отдала ей…       — Сама знаешь, это ничего…       — Я говорила ему… и тогда…       — Да.              Сознание медленно возвращается назад, в болезненную действительность, где она лежит на слишком жесткой кровати, так похожей на ту, что была… в мотеле.       Номер комнаты, в полутьме которого просыпается Рей, хорошо ей знаком. Она поворачивает голову в сторону зашторенного окна и щурится, заметив еще одну кровать в комнате.       Кайло лежал совсем рядом, накрытый лёгким одеялом, и спал, глубоко вдыхая полной грудью.       Стараясь издавать как можно меньше шума, она поднимается с кровати, и со свистом втягивает в себя воздух, чувствуя дискомфорт от силы натяжения плотной повязки на боку.       Кто-то хорошо обработал ее ранение, и теперь Рей чувствовала себя практически живой и полной сил.       Минуя вторую кровать, она подходит к окну и отодвигает край плотной ткани, разглядывая улицу.       Или они проспали пару часов, или они проспали целые сутки, решила Рей, наблюдая, как солнце скрывается за крышей соседнего здания.       — Рей?       Резко обернувшись назад, она смотрит на открывшего глаза Кайло и хмурится, наблюдая за его попытками пошевелиться.       — Ты ещё должен спать, раны не успели затянуться, — тихо говорит она, будто боясь действительно нарушить умиротворение, воцарившееся в комнате.       — Я в порядке, — гундосит альфа и привстает с кровати, облокотившись на спинку.       Рей наблюдает за ним несколько секунд, а после отводит взгляд, вновь рассматривая улицу.       — Прости, это я виновата, — все же говорит она, не выдержав их обоюдного молчания и больше пары минут.       — О чем ты? Охотники хотели тебя убить из-за меня, — злостно отвечает Кайло и проводит рукой по лицу, что-то неразборчиво пробормотав.       Отступив от окна, омега подходит к его кровати, и присаживается на край, цепляясь взглядом за его сжатые руки поверх одеяла.       — Нет, Кайло. Это мое прошлое чуть не убило ме… нас. Они выслеживали меня с самого Техаса, но я пыталась от них уйти, сбить со следа. Но… нужно было разобраться с ними раньше.       Слова даются легко, но Он чувствует непосильную тяжесть в груди, оттого мысль о собственной беспомощности вновь завладевает ею.       Если бы она была сильнее, была бы альфой, она смогла бы убить их раньше, чем они пересекли границу, поехав за ней следом.       — Почему они преследовали тебя?       — Мой… приемный отец, скупщик и барыга Ункар Платт, торговал оборотнями. Альфами и омегами… детьми, которых отдавали вместо долгов их родители, предрешая судьбу за пару тысяч долларов. Красивые, целые и способные отправлялись на аукционы. Кому-то действительно везло, их покупали ради семьи или в знак освобождения от рабства. Другие же, те, кто не продавались, шли на Охоту. Охотники покупали их, Кайло. Как живой скот оценивая за вес и породу. Сотни, мои названные сестры, братья. Платт сделал свой бизнес на детях.       — Он…       — Альфа. Самый гнусный, тщеславный и жалкий человек, которого я когда-либо встречала. Мне… я не смогла его убить. Был шанс, я была на его счету помощницей, выполняла его приказы, ведь не прошла на аукцион… и он доверял мне… но я не смогла. Я сбежала!       Омега поднимает голову вверх, смахивая проступившие слёзы, и уже готовится подняться и сбежать от Кайло подальше, дабы не видеть его осуждающего взгляда, но… он берет ее за руку.       Кончиками пальцев поглаживая ее кожу, притягивая к себе и полностью захватив ее руки в свои.       — Ты не виновата в том, что не смогла этого сделать. Ты спасала свою жизнь, Рей, — вкрадчиво, настолько деликатно, что девушка растягивает губы в подобии улыбки, но та тут же увядает.       — Я спасала свою жизнь, но не захотела спасти других. Они готовились к новой Охоте. Праздновали, что в этот раз в загон войдут юные охотники, и готовили для них парочку помладше. Я вывела их, альфа. Вывела из клетки и закрыла за ними ворота загона. В ту ночь мне удалось проскользнуть мимо охраны… они были слишком увлечены зрелищем.       — Рей… Рей.       Он резко наклоняется к ней и хватает ее за дрожащий подбородок. Отследив ее взгляд, он смотрит на нее, и радужка его глаз переливается от бушующей в нем Силы.       — Ты не виновата.        Входная дверь комнаты резко открывается, и они замирают на месте, обнаружив у входа скептически настроенного Люка, подпирающего дверной косяк.       Сложив руки на груди, он прячет рот в бороде и, нахмурив брови, осматривает их весьма компрометирующее положение.       — Все срослось? — издевательски тянет он и громко хмыкает.       — Люк, — просто обращается к нему Кайло, так и не отодвинувшись от Рей, лишь крепче сжав одну из ее рук.       — Бен, — отвечает в той же манере старик и открывает рот чтобы добавить что-то еще, определенно саркастическое и дурацкое, но прибежавшая к двери номера Лея опережает его намерения.       — Люк, Татуин горит!       — Что?!       — Как?       Рей с открытым ртом наблюдает, как молниеносно выскакивает на улицу Люк, а затем и сама Лея. Они кричат что-то друг другу, но она не может разобрать их слова, слишком шокированная новой информацией.       Бар Люка? Кто? Зачем?       — А вот и мое прошлое напомнило о себе.