Дочь Хогвартса

Рой сжал сухие губы, окинув взглядом что-то восхищённо рассказывающую Расти. У неё были очень далеко друг от друга посаженные, по парасячьиму маленькие неприятного цвета глаза, ему казалось что от этого она выглядела немного сумасшедшей, особенно когда её взгляд сворачивал куда-то в сторону и создавалось ощущение что у неё касоглазия, как фарфоровая кукла которая когда-то была у Стейси она наклоняя голову каждый раз опускала веки, Рою это казалось немного жутким. — Ты слушаешь? — громкий вопро подруги заставил его оторваться от своих размышлений. Мальчик лениво выпрямился, откинувшись на спинку стула обитого бордовой бархатной тканью. Он тяжело вздохнул и вновь посмотрел на разачарованую в нём Розмарти. Собеседница наклонилась к нему через столешницу, презрительно смотря на него, её чёрный кудрявые волосы стелились по лакировануму дереву. Она разочарована уселась обратно на свой стул. — Почему ты меня не слушаешь? — её взгляд приковало яркое солнце нарисованное на ярко синей кофте Роя, как впринципе и всегда, и она мечтельна сказала — Когда я выросту, то я встречу того самого, так Стейси говорит. Рой поморщился будто только что съел лимон. Эти рассуждения ему порядком поднадоели. — Почему я не гожусь? Розмарти удивилась и наклонила голову к плечу, будто Рой умственно отсталый. — Ты ниже меня — абсолютно серьёзно заявила она таким тоном будто это само собой разумелось. Мальчик вздохнул. Это да. Он ниже большинства четырёх леток, его даже в квидич наверно не возьмут. Рой положил голову на стол, щекой прислоняясь к прохладному дубу. Его редкие и жидкие волосы опустились на высокий лоб. Он приподнялся и обхватив руками бутылку с напитком отпил соленоватую на вкус жидкость. — Ой! Уже десять! Мне пора. Она неуклюже вскочила со своего места и оглянувшись на Роя наивно улыбнулась. Расти выбежала в пыльную прихожую, надавив подбородком на дверную ручку она толкнула массивную дубовую дверь и впустив в дом холод вылетела на заснеженную улицу.

***

— Здравствуйте мистер Флитвик. Расти остановилась перед столиком за которым сидел низенький человек. На углу порядком потрёпаного временем стола возвышалась стопка книг. Их них сложно было найти ту, что не оборвана по краям и у которой корешок не отваливался. Ближе к расти на столике стояла деревянная подставка. Множество отсеков в которых стояли самые разнообразные, поблёскивающие в свете солнца перья. — Здравствуй Расти, мы остановились на том, что тебе удалось слегка приподнять перо. Девочка радостно закивала. В этот момент она была похожа на игрушку с качающейся головой, так как она была счастливой обладательницой большой головы, которая была явно не поразмеру тонкому и хрупкому телу. — Здравствуйте мистер Флитвик. Расти остановилась перед столиком за которым сидел низенький человек. На углу порядком потрёпаного временем стола возвышалась стопка книг. Их них сложно было найти ту, что не оборвана по краям и у которой корешок не отваливался. Ближе к расти на столике стояла деревянная подставка. Множество отсеков в которых стояли самые разнообразные, поблёскивающие в свете солнца перья. — И так, продолжим, Розмарти * * * Стейси лежала на кровати и наматывая прядку медных, отливающих мёдом волос на палец. Её волосы растнкались по светлым простыням. Она что-то сосредоточено записывала в толстую книжечку с кожаным переплётом. Она водила красным, украшенным драгоценным камнями пером по кремовой бумаге, которая впитывала в себя чернила, ярко выделяющиеся на матовых листах. Пыль по летнему выделяющаяся на фоне тёмных стен, в свете лучины совершенно не волновала бурное детское сознание. Мерный, сливающийся с звенящей тишиной звук идущих часов наливал голову, вытесняя остатки коротких и наивных мыслей. Пыль будто покрывала эти тянущиеся в сладкой полудрёме мгновения. — Стейс — по детский тонкий и наивный голос прорезал тишину. Расти села в кровати подгибая под себя костлявые ноги. Робертсон оторвала сосредоточенный взгляд от сияющего пера и перевела его на девочку. Её массивные барашки волос при этом неосторожном движении головы упали на широкие плечи. — Что такое милая? Розмарти устроила голову на подголовнике дубовой кровати и окинув скучающим взглядом улыбающуюся собеседницу рассеянно спросила. — Ты не помнишь, какое сегодня число? Рыжая задумалась и закусила губу, капля крови выступила на бледной коже и оставляя за собой растворяющийся в пыли красный след. Стейси отложила дневник и манерно, по-своему растягивая слоги произнесла: — Кажется… — Стейс наклонила голову, по форме напоминающую прямоугольник, к плечу — Сегодня, милая, десятое ноября. Расти повернула голову к окну, звёздное небо растилалось за стекло, привычно яркие огни далёких звёзд вспыхивали тут и там, смех незаметных в гуще звёзд планет, слышался и тишине тёмного неба. — Послезавтра мне исполнится шесть лет. Стейс улыбнулась поправляя спадавшее с широких плеч кимоно, которое ей видимо на день рождения подарил отец. — Да! Ты уже такая взросла, малышка! — Стейс поднялась и подойдя, села на кровать к Розмарти — Шесть лет, кто бы мог подумать! Стейси слегка виляя бёдрами поднялась и подошла к ажурному зеркалу, она скептически окинула себя взглядом и взяла в руки волшебную палочку. Девушка небрежно взмахнула рукой и слой белил покрыл её по весеннему загоревшее лицо, а барашки вновь приобрели аккуратный вид. — Вернусь поздно и из комнаты не ногой. За когтевранкой закрылась дверь и Расти вздохнула утыкаясь носом в подушку. Недастаток воздуха будто отрезвлял, наталкивая на мысли. Девочка воскликнула с явной досадой, отталкиваясь ногами от кровати. — Они говорят, я взрослая! Но мне нельзя выходить из комнаты, даже! Розмарти решительно села в кровати. Она свела к носу еле заметные брови и, одев чёрные, поблёскивающие в свете трепещущихся свечей туфли, девочка слегка пошатываясь подошла к огромному окну. Уже темнело, на ночном небе появлялись первые факела-звёзды, землю с высоты башни было не разглядеть. Расти прошептала кодовые слава и створки скрипнули, окно открылось, впуская в комнату холодный зимний воздух, мощный ветер заставил её качнутся. Спрыгнув с подоконника, она схватила белую куртку в зубы и после того как девочка накинула её на худые плечи и наклонилась в перёд, пуговицы сами собой застегнулись, создавая весёлую мелодию. Малышка, постоянно соскальзывая и цепляясь за ручку створок зубами и взабралась на подоконник, она уселась и прислоняясь к ветражнаму стеклу лбом отдышалась. Её нога неосторожно скользнула по поверхности, вдоль распахнутого окна и она почувствовала, как выезжает из комнаты и оказалась на улице повиснув на подставки для факела. Ветер трепал редкие, водянистые волосы и шею пережимал впившийся в неё ворот ноги болтались над, казалось бескрайней пропастью, нет ощущения полёта, нет ощущения того что ты на земле, слышится пронзающий и разрезающий тугую тишину треск. Розмарти зажмурилась. И наконец резкий, будто толчок. И она чувствует невероятно жуткое чувство падения. Свободно приближается земля, так как-будто нет всепоглощающего страха, нет острой боли от каждого мгновения приблежавшего её к столкновению с бескрайней землёй, нет дыхание смерти раскинувшей руки и ждавшей, когда Расти упадёт в её объятия. В ушах свистит ветер, пейзаж Шотландии сливается в яркие полосы. Земля убила слишком многих, слишком многих, но магия пульсирут в траве и камнях. Она льётся в венах и сверкает в глазах. Что-то странное есть в этом. До земли осталось около метра, полметра, сантиметр. Холод.