Ясность

Её разбудил холодный мокрый нос, который тыкался куда-то под лекку, где-то рядом жалобно повизгивали. Асока не глядя оттолкнула Талу прочь, рука спросонья еле двигалась — кажется, отлежала. — Встаю, встаю… — пробормотала она, распахнула глаза и усилием заставила себя сесть. Тала снова попыталась ткнуться носом, подсунула под руку большую голову, уложила её на колени. Легла, вытянула лапы, беспокойно постукивая хвостом по холодному каменному полу. Асока улыбнулась и осторожно почесала под лохматым подбородком. Ощущения были, будто налетел испуганный нерф, — а может, даже целое стадо. А ещё хотелось есть и пить, сходить в освежитель… интересно, долго она спала? — Так, Тала, давай-ка немного прогуляемся, а потом поищем парней? М?.. Тала, однако, была от таких планов вовсе не в восторге, но дала ей встать. Подождала, пока Асока упакует спальник одеяло и подвесит их к седлу. Судя по хронометру, спала она часов одиннадцать — более чем достаточно. Обычно хватало полных семи. За стенами храма царил предрассветный покой — выцветшая пустыня казалась ещё более безлюдной, чем всегда. Хотя, может, так было только здесь... Тала принюхалась, потом вздёрнула голову и навострила уши — должно быть, что-то учуяла — и рванулась вперёд. Живут же здесь люди... Закончив свои дела, Асока вернулась в храм и направилась к лестнице в залу с источником. Казалось, там что-то должно измениться, но всё осталось как было. — Ни свет ни заря, Рекс? Он поднял голову от датапада, вокруг рассыпались остатки схем какой-то техники. — Я вообще мало сплю. — Он оглядел её с головы до ног. — Как ты себя чувствуешь? — Лучше. — Лучше, чем когда-либо. — В здешней кантине дают выпить что-нибудь приличное? — Асока ухмыльнулась и упёрла руки в бока. — Ничего сногсшибательного, как было на Тортуге. Я до сих пор удивляюсь, как ты тогда на пол не свалилась, — усмехнулся Рекс. Асока отмахнулась: — Да ладно, просто кое-что разузнала, спасла твою репутацию от того иторианца и, что важно, оплатила счёт. Это ведь ты всю ночь просидел в освежителе. —Ввпрочем, ей и самой пришлось пару раз туда наведаться. — И я дала тебе проспаться. Вообще-то, ты мне ещё должен остался. — Приятно вспомнить. Может, стоит повторить как-нибудь, — сказано это было вроде бы легкомысленно, с намерением поддразнить, но смотрел Рекс как-то по-особенному — сразу вспомнилась долгая ночная прогулка до корабля, как они смеялись и шли в обнимку, чтобы не упасть. И в прохладном воздухе любое прикосновение отдавало теплом. Иногда, лёжа поздно ночью в своей каюте, Асока спрашивала себя, а видел ли Рекс, когда приобнял её за талию, как потемнели полосы на монтралах. Почувствовал ли, когда наклонился близко-близко, чтобы пересказать очередную дурацкую шуточку обитателей бара, как забилось её сердце? Заметил ли медлительное напряжение, что возникло между ними, когда пришла пора пожелать друг другу спокойной ночи и разойтись по каютам? Интересно, задавал ли он себе те же вопросы? Но здесь, сейчас, в этом месте Асока увидела это нечто — увидела и узнала в нём собственные чувства. Отражение того, что творилось в её собственной душе. Связь. Связь, глубинную и обширную, всеобъемлющую. Связь, которая была между ними. Связь, которая стала сильнее, ярче и горячее... Пришлось сесть. Асока едва слышала слова, что нужно проверить воду сканером перед тем, как налить во флягу. Она машинально погрузила металлическую бутыль в источник, наполнила её и закрыла пробкой, поставила рядом. Рекс снова принялся возиться с датападом, снова надел маску опытного профессионала и пустился объяснять новые алгоритмы сжатия данных, над которыми работал последние несколько дней. Он перечислил открывшиеся возможности, Асока наугад назвала одну из них — не столько ради интереса, сколько из желания отвлечь, сделать передышку и послушать. Рекс показывал ей голограммы и схемы, ещё до окончания войны они оба таких достаточно насмотрелись — поэтому она сосредоточилась на нём. Рекс снова отдалялся. Искал убежища в безопасных темах для разговора, будто прятался от бластерного огня. Аккуратно отсекал свой разум от определённых мыслей. Отгораживался от повисшего между ними замешательства планами боёв и снабжения. И Асока знала, что носит в себе то же туманное замешательство. Именно это марево мешало ей разглядеть нужный путь. После Приказа казалось, что пока Сила кричала на разные голоса, а в глазах Рекса проявлялась чудовищная правда, галактика на какой-то ужасный миг остановила своё неустанное вращение. И они сбежали, не оглядываясь на то, что осталось за спиной. Но теперь в этом месте, которое ей помог отыскать Рекс, Асока видела то, чего он пока не замечал. И ей хотелось, чтобы он тоже смог идти по этой тропе. Рядом с ней. Она тепло и по-дружески улыбнулась. — Нам надо сходить на охоту. — На... охоту? — Рекс, озадаченный резкой сменой темы, повернул голову. — Зачем? За прокат мы уже заплатили. Да и с деньгами у нас не настолько плохо, чтобы... пока не плохо, — он вздохнул. — Всё равно доля с этого пойдёт Ализе. — Но когда всё получится, денег хватит, чтобы оплатить всю дорогу. — Когда всё получится? — Рекс окинул её оценивающим взглядом. — Когда, — улыбка Асоки переросла в хищную усмешку, показались острые зубы. Рекс беззвучно рассмеялся — искренне, по-настоящему. — Тогда ладно. Когда. — Посмотрел восхищённо, с лёгкой толикой удивления. — Надо бы отыскать волчат и проверить экипировку. — Полдела уже сделано. — По лестнице только что кубарем скатились Кью и Тала. Самка тут же побежала к Асоке, улеглась, подняла голову, будто выпрашивала лакомство. Асока почесала ту за ушами. — Э нет, не выйдет! — остаток фразы Рекс прорычал, поймал Кью, пока тот не сиганул в источник, и самолично, хоть это была задача не из лёгких, оттащил прочь. — Потом искупаешься. Кью удрал, поджав хвост. Большой ребёнок да и только. — Пошли. — Асока стремительно встала. — Проверим снаряжение.

***

Они выехали под вечер, когда садившиеся солнца золотили синее небо. Варги после долгого отдыха резво рысили вперёд, не обращая внимания на тяжёлые вьюки и седоков. Храм стоял вдалеке от охотничьих угодий, так что пришлось вернуться в предгорья и снова разбить лагерь. Здесь каменистая пустыня уступала место кустарникам: красные и пурпурные кусты из-за солнца, жары и отсутствия влаги росли чахлыми. Этот монотонный пейзаж несколько разбавлял лишь валун размером с гундарка, возвышаясь одинокой вехой на горизонте. Лагерь разбили быстро, сумерки постепенно сменялись ночью. Асока натянула у валуна тент, соорудив временное убежище. Завтра можно будет разобрать и остальное, менее нужное. Она, нагнувшись, зашла внутрь, отшвырнула ногой в сторону несколько мелких камешков — ...Я сама была на элькорском представлении. — Она помотала головой, не оставляя попыток предостеречь Рекса. — Говоришь, любовь к культуре? Поверь мне, первых четырёх часов по горло хватит. Рекс, включив жаровню, поднял взгляд: — А сколько их всего было? Асока при воспоминании аж зарычала — Четырнадцать. — Она вышла из-под тента, обогнула Кью и Талу. Залезла в тюки, вытащила сушёное мясо и флягу с водой. — Всё это ещё и под ястребиным взором мастера Винду... Кью! Ждать!.. Клянусь, он наверняка расценивал это как очередное испытание. — Ладно, тогда вряд ли буду качать их из голонета. — Рекс запрограммировал детектор присутствия. — Разве что как снотворное. — Никогда не верил обзорам, — он усмехнулся. — Так что ты предлагаешь? — Ну, классику вроде старых добрых александрийских спектаклей. — Асока раскатала походный матрас, растянулась на нём, скинула ботинки и пошевелила пальцами ног. — «Лорд Авон» до сих пор популярен. — Она подмигнула. — Это если ты вдруг решил заделаться театралом. — В гипере времени навалом. — Ты, наверное, почти все голо посмотрел уже, а? Рекс поставил детектор на границе лагеря. — А сколько их ещё осталось... — Значит, сможешь немного просветить меня. — Асока села, откинулась назад. — Что на ужин? Рекс вытащил два брикета с рационом. — Тебе сморщенный или раздавленный? — Раздавленный, может, на этот раз он будет хоть чем-нибудь пахнуть. Брикеты с рационом положили разогреваться на жаровню, Рекс раскатал свой матрас перпендикулярно первой лежанке и со вздохом сел. Асока в течение минутной передышки, пока не закипел их ужин, покрутила головой, размяла шею. Рекс вытащил бластеры, проверил заряд в каждом и положил сбоку от матраса. Он ни секунды не проводил без дела — клоны не привыкли долго рассиживаться. Кнопка-индикатор на рационе подскочила, Асока взяла свою порцию — внутри была зелёная клейкая масса, которая и вкусом здорово походила на клей. Не так уж плохо, впрочем, не так уж и хорошо. Она съела ровно столько, чтобы заглушить голод, а остаток, разорвав биоразлагаемую упаковку, отдала Тале и Кью. Те лениво наблюдали за ней, облизывались, а потом свернулись клубком. Оба варга казались расслабленными, но при всяком отдалённом звуке их уши чутко подрагивали. Асока сняла дорожный плащ, стряхнула с него пыль, свернула и положила поверх ботинок. Следом легло ещё несколько предметов одежды, а потом она взглянула на Рекса. — Значит, долгих тренировок у тебя не было, да? — Да сколько угодно, — не отвлекаясь от еды, ответил тот. — Длинношеям нравилось проверять, сколько мы сможем обойтись без сна. — Или еды? — невозмутимо спросила она, подперев лицо ладонью. Кажется, ей удалось удивить Рекса: тот как раз заканчивал ужин, глотая остатки рациона. — Да, — нахмурившись ответил он. — А с чего такой внезапный интерес? Асока пожала плечами. — Да ни с чего. Нынче всё так сложно, да? — «Джедаи, ВАР, галактика». Она и сама не понимала, что именно имела в виду. Может быть, всё сразу. Но Рекс, кажется, понял. — Сложно, — грустно согласился он. Асока чуть улыбнулась, собралась что-нибудь сказать, но он продолжил: — Раньше было... проще. Не легче, но проще. — Целься в сепов и стреляй, да? — Никогда не думал, что буду скучать по тем дням, — эти слова он произнёс вроде бы непринуждённым тоном, но сам при этом ссутулился и уставился в никуда. Провёл ладонью по отрастающим волосам, чем привлёк внимание к бледному шраму чуть дальше виска. Они нашли подпольного врача, который удалил биочип из мозга и следящее устройство из руки, так что теперь у Рекса появился шанс жить так, как он хочет. Но у оставшихся миллионов клонов этого шанса не было. Сейчас до них было уже не добраться — но вовсе не потому, что никто не пытался этого сделать. Множество операций по спасению окончились неудачно, что ввергло Рекса в беспомощное отчаяние. И Асока понимала и разделяла это чувство, но... Рекс любил своих братьев. Любил и ощущал глубоко в душе ответственность за них. Он видел их гибель в каждой стычке, в каждом сражении и операции, но тогда он хотя бы был рядом. Пока они не назвали Рекса предателем, и ему не пришлось от них отстреливаться. Асока нахмурилась: он редко впадал в меланхолию. Она встала, села рядом и коснулась его ладони. — Я тоже скучаю. Рекс кивнул и взял её за руку. Так, в дружеском молчании, они и сидели. Асока ощущала, как его мрачное расположение духа постепенно сходит на нет, сменяясь чем-то, похожим на удовлетворение. На следующий день они уехали ближе к полудню, спрятали лишнюю экипировку под валуном и оставили лишь самое необходимое, не сильно нагрузив варгов. Тала тропу отыскала быстро: подняла голову, поставила уши торчком и, резко развернувшись, зарысила вперёд. Молчаливый и сосредоточенный Кью последовал за ней. После буша и предгорий пейзаж сменился обширной долиной — здесь они впервые на планете увидели зелень. Это были, конечно, не густые леса Альдераана, но хотя бы жёлто-зелёная трава и странного вида конические деревья, ветви которых были покрыты зелёными иглами. А далеко внизу, рядом с извилистой сверкающей лентой ручья, тёмной массой паслось стадо сервелков.

***

Асока пригнулась, заставила Талу и Кью лечь, а Рекс тем временем достал бинокль. Пощёлкал настройками, а потом тихо присвистнул: — Вот так да, их там примерно тридцать голов. Большинство у дальнего берега ручья. — Рекс протянул ей бинокль. — Кучно пасутся. — Лохматые звери были пугливы и не отходили далеко друг от друга. — Нам придётся отбить одного от стада. — Пристрелить я его и отсюда смогу. Расстояние было почти предельным для винтовки Рекса, но скорей всего, он действительно смог бы. — Если промажешь, они разбегутся, а мы слишком далеко. Опять же, — Асока скорчила гримасу, — это слишком просто. — Хочешь подобраться поближе и сделать всё сама? — усмехнулся Рекс. — Именно, — кивнула она и снова стала осматривать долину, обдумывая план действий. Асока пригнулась, Кью под седлом дрожал от предвкушения. Высокая трава скрывала их с боков, ветер принёс мускусный запах стада. Она вцепилась в шерсть на спине варга и заставила его опуститься. Прищурившись, с ножом в руке, она выжидала. Индикатор на комме три раза мигнул. Стадо хлынуло вперёд — ревущая масса сервелков. Они испугались: в панике звери инстинктивно сбивались плотней, спасаясь от внезапной угрозы, брали числом — стадо превращалось в стену рогов и копыт. Где-то позади были Тала и Рекс, гнали зверей в сторону Асоки и, что важнее, в сторону разделявшего их ручья. Это была ловушка: неторопливо текущий ручей мог задержать зверей, чтобы получилось разделить и раздробить их. Разбить стадо на группы помельче и отдельных особей. Неплохая возможность. Взволнованные сервелки с плеском ворвались в воду, а потом с топотом выбрались на другой берег и побежали по лугу. Из укрытия Асока наблюдала, как они приближаются. Она пристально оглядывала зверей, выбирая... Вот он. Одинокий самец попал в ловушку, отбился от стада. Он мотал головой, пытаясь высвободить длинные рога — судя по их размеру, зверь прожил долгую жизнь. Может быть, он был смышлёным и сильным, но сегодня удача была не на его стороне. Кью сорвался вперёд, длинные лапы помогли ему легко покрыть разделявшее его и зверя расстояние. Сервелк наконец смог высвободить рога и попытался нагнать стадо, но Кью уже отрезал его. Началась погоня. Варг скакал по лугу, подбираясь всё ближе и ближе, Асока крепко сидела в седле. Жертва попыталась увернуться, рыскала то вправо, то влево, но все движения легко удалось предугадать — поле Силы вокруг сузилось до одной-единственной цели. Кью, прыгнув справа, наконец загнал сервелка. Тот был больше варга, лохматая шкура колыхалась на ветру, когда копыта с грохотом ударялись оземь. Асока даже слышала, как с гулом работают огромные лёгкие. Она напружинилась, вмиг оценила расстояние и угол, а потом прыгнула. Приземлилась на спину зверю, ухватила рукой за рога и ударила ножом. Сервелк упал, всё кончилось. Вскоре их нагнали Рекс и Тала, оба ещё мокрые после пробежки по ручью, но возбуждённые и радостные. Сервелк был хорошей добычей, сканер датапада определил массу туши и длину рогов и теперь рассчитывал примерную стоимость. Ещё он вывел схемы и руководство по разделке и упаковке мяса, чтобы его можно было перевезти в космопорт для дальнейшей обработки. Работали быстро, рядом нетерпеливо ждали Кью и Тала, которым строго приказали сидеть смирно. Взять решили всё, что смогут увезти: рога на продажу, шкуру и мясо — но и варги сегодня смогут досыта поесть. Работа была изнурительная и тяжёлая. Но они оба были в приподнятом настроении, Асока чувствовала себя совершенно беззаботной. Как и Рекс: он смеялся и шутил, общий успех сблизил их. Он поднялся, утёр тыльной стороной ладони потный лоб и выдохнул: — Почти закончил. Асока окинула его взглядом. — Я доделаю, иди помойся, — она мотнула головой в сторону ручья: оба солнца уже стояли высоко, варги будут с поклажей, остаток дня уйдёт на возвращение в лагерь. — Я потом приду. Можно помыться, пока Тала и Кью будут есть, на это зрелище смотреть мало кому захочется. Рекс кивнул и ушёл, варги подобрались ближе, почуяли, что скоро их очередь, Асока нахмурилась, и оба чуть отступили. Уложив последний пакет, Асока потянулась, чувствуя, как от долгой работы внаклон щёлкают позвонки. Обернулась, поймала настырные взгляды Талы и Кью, увидела, как они облизываются. — Вперёд. — И оба варга кинулись на еду. Ручей тихо журчал, прозрачная вода бежала по скользким камням и плескала в лицо. Рекса поблизости не было, а комм даже не пискнул — ну что ж, значит, вода безопасна. Такая прохладная и освежающая — Асока сполоснула руки. Тонкий передник был весь заляпан, но одежда под ним не пострадала. Она расстегнула топ, вымыла шею и грудь — в конце концов, это ручей, а не освежитель, да и прыгать в воду не хотелось. Почувствовав, что стало лучше, Асока сняла передник и пошла обратно. В лагерь вернулись уже в темноте. Пришлось положиться на чутьё варгов, вполглаза поглядывать на локатор и радоваться, что крохотная точка становится всё ближе и ближе. Рекс снял поклажу, а Асока достала из-под валуна жаровню, включила её, немного осветив лагерь. Тала и Кью повизгивали: они объелись и устали. — Молодцы, — закончив работу, Рекс потрепал обоих по головам, и те без сил растянулись на земле. День был долгий, но славный, да и Асока до сих пор ощущала разлитое по жилам удовольствие от выполненного дела. В лёгком настрое Рекса она видела отражение своих чувств, поэтому не удержалась от ухмылки. — А я не молодец? — Могу и тебя погладить, если хочешь. — Никто не ценит, — засмеялась она и покраснела. В желудке громко заурчало, Рекс поднял бровь. — Придётся утешаться ужином… — Будет сделано, — он залихватски отдал ей честь. — Стейки из сервелка на гриле от повара. Это и правда звучало здорово, да и пахло неплохо, пока Рекс готовил мясо на углях в жаровне (Безопасно ли это? Там будет видно!). Должно быть, Тала и Кью тоже почуяли запах жареного мяса: они подняли головы и заскулили громче. — Да вы же едва ходите! — пожурила их Асока: животы обоих варгов заметно округлились. Им её тон, видно, не понравился, и они улеглись обратно. Она вытащила походные матрасы и установила датчик расстояния, Рекс уселся на свою скатку и стал следить за приготовлением еды. Асока уже собралась было развернуть свою постель, но потом поняла, что между валуном и жаровней для неё не хватит места. А по сторонам слишком узко. Придётся отодвинуть жаровню… Она замешкалась, обдумывая ситуацию. Отложила свёрнутый матрас и села рядом с Рексом. Он её затруднений, кажется, не заметил, целиком сосредоточившись на еде. Она, как обычно, покачала головой. — Готово? — Только снаружи, — Рекс перевернул стейк с помощью ножа. — До конца ещё не прожарилось. — Это стейк, его и не нужно прожаривать. — Нет? — Нет. Он перевёл взгляд с неё на еду и обратно. — Антисанитария какая-то. Асока едва не напомнила Рексу, что тот жарит мясо на открытых нагревательных элементах промышленной горелки, но по усмешке поняла, что он хочет её подразнить и, не желая портить вечер, предложила: — А ты попробуй. Не понравится — дожаришь. Стейки оказались довольно вкусными, хотя с ароматом на любителя и подгоревшими. Тарелок не было, так что пришлось пользоваться ножами. Рекс тоже попробовал непрожаренное мясо и нашёл его аппетитным. Впрочем, если честно, к тому времени и рационы выглядели бы аппетитно. Асока довольно вздохнула: она наелась, пусть и не до отвала — и улеглась на землю, опёршись о локти. Над головой мерцали звёзды, с поверхности планеты они выглядели куда более романтично, чем из космоса. Она сонно повернула голову, на миг залюбовалась знакомым профилем Рекса. — Охота прошла хорошо, может, в этом наше с тобой новое призвание? Он рассмеялся. — В этом захолустье? Чем я такое заслужил? — Это может быть интересно. — Сомневаюсь. — Там посмотрим, — задумчиво произнесла Асока. Рекс фыркнул. — Ещё скажи, что вуки заборешь. Ты же не успокоишься, пока не окажешься в самой гуще событий. Он был прав. — А что в этом плохого? Быть в деле, изменить галактику… этого хотят все. — Чуть извиняющийся тон смягчился, в нём начали сквозить нотки сожаления. Остатки идеализма столкнулись с реальностью. — Было бы желание… — …Галактика стала бы лучше, — закончил Рекс и понимающе кивнул. Асока насмешливо подняла отметину над глазом. Разговор принимал уж слишком мрачный оборот. — Ну а до тех пор облетим все посты перехвата, какие сможем. Рекс ухмыльнулся: — Я думал, останусь здесь. — Я тебя не оставлю. Он помолчал, эта неожиданная искренность заставила его повернуться. — Я знаю, коммандер, — он похлопал её по руке и сострил: — Да и кто без лишних слов помчится с тобой в бой на этом старом транспортнике? — Отвернулся, уступая — как всегда. Обычно этим подобные разговоры у них и заканчивались. Но не сегодня. Сегодня Асоке хотелось пойти дальше. — Рекс, я серьёзно. Рекс чуть неуверенно, будто удивляясь её настойчивости, отвёл взгляд. — Тебе не нужно меня уговаривать, коммандер. — Не надо, — перебила Асока, но тут же смягчилась. — Я больше не джедай. Не нужно быть со мной таким официальным. Я не хочу. Вот теперь он, кажется, был обескуражен. — Я не… Асока покачала головой, снова перебила: — Нет, ты такой. Именно такой. Я не слепая. — Она рывком подвинулась ближе, не давая ему уклониться. — Я же вижу, между нами что-то происходит. Рекс с трудом выдержал её взгляд и наконец уставился в каменистую землю рядом с собственными ботинками. — Ерунда, — равнодушно произнёс он. — Лучше забыть. У Асоки стиснуло грудь. — Это не ерунда, — возразила она, потянулась, положила руку ему на щёку и прижалась губами к его губам. Прикосновение было лёгким, едва ощутимым, деликатным, но сердце от него так и подпрыгнуло. Губы у него были сухие, обветренные, но мягкие, тёплые, и она так долго представляла, на что будет похож этот миг, что теперь это не имело вовсе никакого значения. Но он не… Асока нахмурилась и отстранилась. Посмотрела ему в глаза, опустила руку. Рекс не шелохнулся, широко распахнул карие глаза, явно пытался что-то сказать, но не мог вымолвить ни слова. Наконец, сдавшись, покачал головой и опустил взгляд. Сердце, оставив дыру в груди, тут же упало в пятки. Асока отодвинулась, тихо произнесла: — Прости, я… — Она замерла, потрясла головой и слабо улыбнулась. — Я думала… просто… прости. — И уже повернулась, чтобы уйти. Рекс рывком поднял голову, нахмурился. — Нет. Асока, подожди, — Он ухватил её за плечо, заставив обернуться. — Это не… — Рекс в замешательстве вздохнул. — Я не имел в виду… Асока смотрела на него и ждала. Он пристально вглядывался ей в лицо, а потом, должно быть, обнаружил то, что искал — кивнул самому себе и наклонился ниже. Коснулся ладонью её щеки, осторожно-осторожно погладил белую отметину на коже. На мгновенье Аксоке показалось, что на этом всё и кончится, но потом Рекс наклонился, чуть помедлил и поцеловал её. На этот раз, когда поцелуй получился взаимный, вышло лучше. Рекс не торопился, был осторожен, он нежно обнимал её, пока они исследовали друг друга. Асока закрыла глаза: они целовались, лишь касаясь губами и делясь теплом дыхания. Стало тепло и приятно, захотелось продолжения. Асока обхватила Рекса за шею, чуть наклонилась, целуя его крепче. Обвела языком уголок рта и втянула нижнюю губу. Рекс хрипло застонал, этот звук отдался в низу её живота, рука с плеча соскользнула на спину, обхватила крепче. Асока прижалась грудью к его броне, пожалуй, слишком сильно, но сейчас было уже не до того: она провела пальцами по его коротким волосам и коснулась странных человеческих ушей. Рекс замер, отстранился — едва-едва. Когда Асока открыла глаза, то увидела, что он зажмурился. Она забеспокоилась, обхватила его за плечи. — Рекс? Он посмотрел ей в лицо — Нет, всё в порядке. Продолжай, — низко произнёс он. Асока кивнула и прижала его голову к себе. Ладони скользнули вверх, от плеч по шее, к затылку — и у Рекса тут же участился пульс. Она чуть помедлила, а потом запустила руки под нагрудник его брони. От этого простого прикосновения он вздрогнул, и Асока ощутила, что и сама дрожит. Она секунду повозилась с застёжками, но он отодвинулся и расстегнул их сам, дав пластоиду упасть на землю. Асока провела руками по его ключицам, по груди, вниз, по поджарому животу, под ладонями скользила тонкая поддоспешная куртка. Под под кожей бугрились тёплые мышцы, на силу которых она так часто полагалась. Рекс тяжело дышал ей в монтрал, его грудная клетка ходила ходуном под её ладонями, потом, когда она ненароком коснулась сосков под тонкой тканью, он резко выдохнул и так же резко вдохнул. Когда он стянул куртку, Асока улыбнулась: она редко видела Рекса нетерпеливым — а вскоре за курткой последовали и перчатки. Она снова провела ладонями, на этот раз — по голой груди, ощущая, как бьётся его сердце. К коже прилила кровь, под лекку на спине собралась испарина. Она провела пальцами по редким волосам на его груди, вниз, по животу — там волосы становились грубее — а потом остановилась. Плотная ткань его штанов совершенно не скрывала изгиб вставшего члена. У Асоки пересохло во рту, внутри вдруг всё мучительно сжалось, заставив её тихо застонать. От этого звука у Рекса чуть дрогнули ладони, но и только. А ей так хотелось ощутить на себе его прикосновения. Асока схватила его за руки, уложила одну себе на монтрал, а другую — на грудь, а потом потянулась и быстро, жарко поцеловала его. — Вот так, — выдохнула она Рексу в губы, повела его руку вдоль полос на лекку. Стиснула вторую, прижав к грубой вязаной ткани топа — грудь целиком поместилась в его ладони. Асока ухватилась за его предплечья, откинула голову, чувствуя, как кончики пальцев скользят вдоль полос на лекку, от верхушки до самого кончика. Пальцы на ногах поджались, с губ сорвался вздох. И конечно же, лекку окончился прямо над второй грудью — Рекс оставил его в покое, вместо этого накрыв ладонями обе. Асоке едва не стало обидно: ему стоило уделить им больше внимания — но даже сквозь одежду было так приятно ощущать, как он неторопливо ласкает грудь. Без одежды будет ещё лучше — она расстегнула топ от высокого воротника до низа, только вот язычок застёжки мешался. Асока сняла его, уже собралась было стряхнуть топ с плеч, но ладони Рекса скользнули в открывшийся вырез, по животу, вверх, и накрыли обе груди, коснулись большими пальцами затвердевших сосков. Удовольствие пронзило тело насквозь, внутри всё налилось теплом, а между ног стало влажно. Рекс закрыл ей рот внезапным поцелуем, чуть прикусил губу неострыми зубами и засунул внутрь язык. Кажется, он уже решился: обхватил её рукой и попытался усадить себе на колени. Но Асока не собиралась рвать свои единственные штаны: она отодвинулась от обескураженного Рекса, встала и расстегнула пояс. Дальше — пара пустяков. Замешательство на его лице постепенно переросло в увлечённость, а потом — в неуверенность, и Асока остановилась, успев расстегнуть половину пуговиц. — Что? — Просто… и что дальше? Она едва не скорчила ему рожу — ну в самом-то деле! — но он выглядел таким нерешительным. Полуголый, с туго натянутыми вставшим членом штанами, он всё-таки хотел знать наверняка. Сердце колотилось так громко, что казалось, Рекс наверняка его слышит, и Асока наклонилась к нему, нежно поцеловала в губы и улыбнулась. Тут же отстранилась от этого упрямца и ухмыльнулась — чуть насмешливо. — А дальше, — произнесла она, глядя ему прямо в глаза, — я завалю тебя прямо на этот матрас. Так что поживей снимай штаны. Он на миг замер, широко распахнув глаза, а потом вновь посмотрел на неё с желанием. — Есть, мэм, — эту фразу он произнёс так, что Асоке захотелось ещё не раз услышать её в будущем, а потом быстро разделся. Очень хотелось посмотреть, что же будет дальше, но стало понятно, что чем быстрей она сама разденется, тем скорей узнает. Так что Асока без лишних слов просто скинула одежду, радуясь, что по крайней мере уже успела стянуть штаны. Она и Рексу не дала долго себя разглядывать: полностью раздевшись, забралась к нему на колени, скользнула по ноге влажной промежностью. Прижалась к нему пахом, ощутив вставший член. Они оба на миг замерли: сейчас они были как никогда близко, а скоро станут ещё ближе. Асока легонько потёрлась об него, Рекс зашипел, крепко схватил её за бёдра. — Мне кажется, так не пойдёт. Она тут же вцепилась ему в плечи. — Ой, извини!.. Он низко рассмеялся, покачал головой. — Вот так, — он ухватил её ладонь, уложил себе на член, заставил обхватить его, медленно повёл вверх-вниз, а её большим пальцем провёл по влажной щели на головке. Хрипло застонал, вцепился второй рукой ей в бедро, будто пытаясь удержаться на месте. Асока покраснела, потемнели полосы на монтралах. Рекс неровно дышал, его немного трясло. Он снова обхватил рукой её грудь, целиком сосредоточился на том, как она лежит в ладони и чуть опадает, стоит отпустить. Асока целовала его шею, потом чуть привстала, притянула его к себе. Рекс намёк уловил и скользнул губами по груди и мягко обхватил ртом сосок. Асока прижалась щекой к коротким колючим волосам и выдохнула: — Сильнее. Рекс послушался, её бёдра сами собой дёрнулись вперёд. Она ощущала себя набухшей, влажной, хотелось хоть обо что-то потереться. Асока уже начала было опускать руку, но потом ухватила ладонь Рекса и завела себе между ног — и тут же сжалась, охнув. Пальцы у него были шире её собственных, ощущения возникли совсем другие, когда она показывала ему, где нужно дотронуться, чтобы по телу пошла мелкая дрожь. Пришлось обхватить шею Рекса обеими руками и, пока он ласкал её, держаться крепче. Низ живота налился пульсирующим жаром, начали подгибаться колени, заставляя опускаться всё ниже и ниже и дальше от его пальцев. Асока взглянула на Рекса, тот выглядел не лучше её самой: раскраснелся, тяжело дышал и смотрел ей прямо в глаза. С нежностью, теплом и жаждой, а ещё с немалой толикой удивления — и она поневоле ответила довольной улыбкой и от души поцеловала его. Он скользнул рукой по бёдрам, крепко ухватил за ягодицы сначала одной рукой, потом обеими и резко притянул к себе. На этот раз Асока ощутила его член под собой — твёрдый, с упирающейся в пах головкой. Рекс тяжело дышал ей в губы, чуть согнул руки и потёрся о неё бёдрами. Асока вцепилась ему в плечи и обхватила ногами. Она была такой возбуждённой, что даже от этого неловкого движения ощутила прилив нестерпимого жара. Рекс напрягся, попытался двинуться вверх, но сидя, да ещё и держа её за бёдра, ему было не на что опереться. Нет, так дело не пойдёт — Асока сжалилась и потянулась вниз, направила его в себя. Она впускала его медленно, охотно, но ощущать себя заполненной было очень непривычно. Наконец Асока опустилась до конца. Их бёдра прижались друг к другу, кожа была горячей и липкой от пота. Они на секунду замерли, вместе посмотрели вниз — туда, где соединялись их тела, хотя всё равно ничего не было видно. Но это было и не нужно — хватало и прикосновений, чтобы член Рекса начал чуть подрагивать внутри неё. От этого неожиданного ощущения Асока крепко прижалась к нему, поёрзала, почувствовав, как сократились внутренние мышцы. Это покачивание бёдрами было вознаграждено низким стоном сквозь зубы, она ухватилась одной рукой за его плечо, другой — за предплечье и чуть подтянула ноги, чтобы было удобно медленно-медленно приподниматься и опускаться снова. — Ох, крифф… Это точно, согласилась она, двигаясь снова и снова, от сдавленных стонов Рекса по телу бежали мурашки. Он выскальзывал из неё и вновь входил, она стискивала ногами его бёдра, впивалась пальцами в плечи. Она ощущала, как твёрдый член распирает её, заставляет набухать, заполняет до отказа, трётся внутри. Из горла вырвался всхлип, а потом Асока уткнулась ему в плечо. Рекс зарылся лицом ей в монтрал, в голове эхом отдавалось его громкое дыхание. Одной рукой он жёстко подхватил её под ягодицу, а второй упёрся в матрас за спиной, получив наконец возможность перенести вес и толкаться ей навстречу. От этих медленных движений Асока совсем потеряла голову. Её трясло от жара и жажды, которые тугим узлом сплелись внутри живота. Она сдавленно вскрикнула Рексу в шею, судорожно стиснула его, чувствуя, как бессильно обмякают ноги. Её трясло, от рваного дыхания пересохло во рту. Она чуть отодвинулась, довольно, вопросительно и вместе с тем виновато посмотрела, как Рекс пытается двигаться дальше, но лишь приподнимает её вместе с собой. Асока попыталась помочь ему, но ноги не слушались. Она чуть не пожала, извиняясь, плечами, но вместо этого пришлось ухватиться покрепче: Рекс подхватил её и уложил на спину, навис сверху. Одну руку он уложил рядом с её головой, другой придержал за бедро, а потом толкнулся внутрь почти всем телом. Асока охнула, ощутила крохотный приступ удовольствия — слишком маленький сейчас, потом он грозил перерасти в нечто большее. Она обхватила Рекса ногами, тот вбивался в неё мощно, с громким и отчётливым влажным звуком. Асока провела ладонями по спине, ей нравилось, что он так близко, а ещё — как напрягаются на его шее и руках жилы, когда он вытягивается над ней. Его хватило ненадолго: ритм сбился, Рекс несколько раз рвано вздохнул и замер, заполнив её влажным теплом. У Асоки поджались пальцы на ногах, когда Рекс обмяк, она скользнула ладонями по шее, обхватила его лицо и легонько поцеловала. Он осторожно, нежно поцеловал её в ответ, а потом, выскользнув из неё, упал на бок. Асока повернула голову, поймала его спокойный и довольный взгляд — кажется, и сама она сейчас выглядела точно так же. Она с улыбкой придвинулась ближе, ей нравилось даже просто лежать рядом, а потом Рекс обхватил её за талию. Скоро дыхание их стало ровней, бурное удовольствие выкипело, уступив место приятному спокойствию.

***

До космопорта они доехали на следующий день: после долгого пребывания в пустыне скудные остатки цивилизации вызвали даже некое потрясение. Впрочем, эта перемена была даже желанной, в ожидании оплаты от Ализе они вдоволь вымылись в корабельном освежителе. Попрощаться с Талой и Кью оказалось делом нелёгким: варги поскуливали и облизали Асоке лицо, когда она в последний раз гладила их. С ними всё будет хорошо, будут и дальше благополучно возить народ в пустыню и на охоту — но всё-таки она будет по ним скучать. Да и по этой планете тоже, подумалось Асоке, когда корабль покидал орбиту, выходил в открытый космос, а после — в гипер. Она села и сосредоточилась на мелькавших в иллюминаторе бликах света, а не на висящем перед глазами цилиндре. Сзади подошёл Рекс. — Курс проложен. Будем на месте примерно через восемнадцать часов, — потом он заметил, чем она занимается, и спросил: — Готово? И Асока обернулась, безмятежно улыбнулась ему и подняла горящий белым пламенем меч.