"Пьяный павлин"

Во время работы в полиции мне часто встречались странные люди. Помню, был один вызов. Позвонили жильцы дома с жалобой на соседа, который постоянно стучал по батареям. Оказалось, что этот идиот возомнил себя великим композитором. Причем креативным. Он, видите ли, писал музыку водопроводных труб, стуча по батарее. Помню еще одного креативного художника. Любил этот парень рисовать на стенах подъезда. И я понял бы рисунки красками. Но на то он и креативщик – рисовал собственным дерьмом. Был еще дед, который утверждал, что в сорок пятом выссал на стенах Рейхстага слово «победа». Но тут не поспоришь. Может, и было. В общем, я ко многому привычный. Но вот называть «девочками» накрашенных мужиков в париках мне еще не приходилось. Мой внутренний мент от всего этого забился в угол и, обняв колени, начал сосать большой палец правой руки. – Угомонитесь вы, грешницы! – прикрикнул на персонажей высокий. – Видите, человеку плохо уже. Выходим из образов и знакомимся, – он снял с себя парик и, подойдя ко мне ближе, протянул руку, – Ашот. Креативный менеджер фирмы. Платят креативно мало, вот и подрабатываю в клубе. Помогает, что занимался когда-то капоэйра. И Ашот я по маме. По папе я Шурик, если что. А тут я Ким Каршадьян. – Слава Зайцев, – протянул мне руку сетчатый, – артист цирка. Не очень удачливый, правда. В основном занимаюсь страховкой гимнастов. А тут подрабатываю в выходные. Творческий псевдоним Влада Кудрявая. – Антон Фикусов, – кивнул мне лысый, – творческий псевдоним – Антонина Фикусова. Разговорный жанр. По жизни – дизайнер интерьеров. Пробовался в стендап-шоу. Не прошел отбор. Сказали, что у меня шутки пидористические. – Фима Кришман, – улыбнулся молодой, – всю жизнь занимался бальными танцами. Но в итоге меня никуда не взяли из-за небольшого роста. Выступаю тут ради своего удовольствия. Псевдоним Лада Баллада. – Конечно, – хмыкнул бигудястый, – одна только Ладка ради удовольствия тут. Хорошо устроилась. Ноги перед папиком раздвигает. – Злая ты, Люська, – нахмурился лысый. – У Ладочки любовь настоящая. Ты не зубы скаль, а представься нашему новому охраннику. – Санта Люсия я, – нехотя отозвался бигудястый, обмахиваясь веером, – по жизни – Люська. Между прочим, победительница конкурса «Лучший травести города». – А по документам ты кто? – с надеждой в голосе спросил я. – Говорю же, я – Люська. Документы врут. С детства считаю себя девочкой, – пожала плечами Люська. – Это как? – удивился я. – Каком кверху, – надула губы Люська, – бывает такое, что природа ошибается. Вот как раз в моем случае она и совершила большой косяк. – Тимофей Тимошкин, – представился я, – бывший опер. Из полиции ушел по собственному. Не сошелся характером с некоторыми товарищами. – Выгнали? – усмехнулась Люська. – Люсьена! – прикрикнул на нее Антон. В этот момент дверь распахнулась, и на пороге нарисовался Лилий при параде и в белом парике. За ним вошли мои архаровцы, все четыре бармена и куча поваров и поварят. В комнате стало тесно и душно от сладкого запаха цветов. – Люсьена, дорогая! – начал Лилий. – Мы пришли поздравить тебя с днем рождения. Желаем тебе всегда оставаться такой же красивой и молодой! Иди, целуй меня, сучка! – закончил свою речь Лилий и распахнул объятия. Дальше шли обнимашки и чмоки. Люська получила огромную корзину цветов и конверт с деньгами. Я вчера тоже предлагал скинуться на день рождения, но Леонид сказал, что это лишнее, ибо я еще ни разу не получал зарплату и Люську в глаза не видел. Тем не менее, на небольшой банкет, посвященный событию, меня пригласили и даже заставили принять из рук юбилярши бокал шампанского. Рабочий день, а вернее вечер, проходил как обычно. Народа на танцполе и в баре было намного больше, чем в будние дни. Господа пидоры и лесбиянки веселились, пили, танцевали, знакомились, общались, пытаясь отвлечься и проводить к чертовой матери трудовую неделю. Ближе к ночи приперлась стайка «паломников», которая уже успела хорошенько набраться в других местах, и одного из них пришлось силой снимать с шеста, на котором он повис, пытаясь показать стриптиз. Потом Клавдий угомонил мужика, которому отказал Пикачу. Я вообще заметил, что парень из клуба уходит всегда один. Видимо, его целью было просто весело провести время, а не цеплять мужиков. Его воздыхатель обиделся и попытался то ли овладеть Пикачу прилюдно, то ли просто дать по морде, что более логично, по-моему. Челкастый уродец попытался от него отбиться, но маленький женский клатч пролетел мимо головы мужика и сбил стакан с пивом на столе у веселой компании. В результате завязалась небольшая потасовка, которую сам Пикачу наблюдал, спрятавшись за спиной Клавдия. Травести-шоу я смотреть не стал. Что интересного могут показать мужики, одетые в женское? Тем более, что ко мне подошла Саша и предложила немного перекусить в кухне. Расположившись за небольшим столом, мы с аппетитом уплетали торт, оставшийся после вчерашнего банкета, и пили кофе, который нам принес Стас. – А у тебя реально парней не было? – спросил я Сашу. – Не было, – кивнула она, – не обижайся, но секс с мужчиной мне не интересен. – Может, ты просто не встретила своего мужчину? – с надеждой поинтересовался я. – Почему, встретила, – улыбнулась Саша, – только выяснилось, что она трансвестит, – я удивленно округлил глаза, – вот такая вот ирония судьбы. Познакомилась в клубе с девушкой своей мечты, а она оказалась парнем, да еще и геем. А вообще, я не парюсь по поводу своей ориентации. И трансгендерных заморочек в моей голове нет. Я просто девушка, которая любит девушек. – Знаешь, о чем мечтает любой нормальный мужчина? – засмеялся я. – И это не приколы натуралов. – Знаю, – махнула рукой Саша, – переспать с лесбиянками. Только если такое и бывает, то это не настоящие лесбы, а скорее би. Настоящие лесбиянки к себе в постель мужика не пустят. Я хотел продолжить интересную тему, но в этот момент в кухню влетел дядя Вова и, потянув меня за рукав пиджака в сторону бара, сказал: – У нас ЧП, Тим! Кража! Пошли скорее в гримерку. В небольшой комнате находились Фима, Ашот и Стас. Они обступили рыдающую в голос Люську. Первое, что пришло мне в голову – у Люськи сперли конверт с деньгами, подаренный на день рождения. Но ответ на заданный вопрос меня просто убил: – У Люськи дилдак сперли, – вздохнул Фимка. Мой внутренний мент, уже приготовившийся к настоящей работе, от неожиданности выронил из руки дубинку и удивленно открыл рот. – Вы это серьезно? – нахмурился я. – Вы думаете, что я кинусь искать по всему клубу вора, укравшего искусственный член, побывавший в жопе трансвестита? – Ты дурак? – протянула зареванная Люська. – Это не простой дилдо! – Ага. Золотой, – усмехнулся я. – Именно золотой! – кивнул Ашот. – Люська его получила как награду за победу в конкурсе. – И она таскает его с собой в клуб на выступление? – удивился я. – Конечно, – всхлипнула Люська, – он у меня счастливый. Я его перед выступлением целую, на удачу. Меня немного передернуло от представленной картины, но я сдержался и, усевшись на стул, достал ручку и блокнот. – Значит, так… – начал я, щелкая кнопкой ручки, – как выглядел этот… – я замялся, считая, что мой вопрос о том, как выглядит дилдо, будет звучать глупо. – Давай, я его тебе нарисую, – предложила Люська. – Не, – покачал я головой, – я и сам могу это изобразить, – я нарисовал на листке два шарика и пририсовал к ним длинную колбасу. – Типа такого? – Да-а-а… – в голос разревелась Люська. – Я его всегда на груди носила! – Серьезно? – я выронил ручку. – Конечно, – кивнула Люська, – он ведь на цепочке золотой висел. Примерно два сантиметра в длину. На кончике – капелька горного хрусталя, а яйца жемчужные. Ну вот скажите, как можно работать в такой обстановке? Это что же получается, я, бывший полицейский, теперь должен искать подвеску в виде члена с жемчужными яйцами? Такого расследования я не мог представить себе и в страшном сне. А ведь я не один год работал в полиции и думал, что меня уже ничего не удивит в этой жизни.