Кролик. Пасхальный Кролик

- Он умер, - прошептала Зубная Фея. Марра замотала головой, крепче сжимая пальцы на плечах хранителя. - Нет, - сказала она твердо, и в ее глазах заблестели слезы, - я не верю. - Все кончено, он умер, Марра, умер! - вымученно крикнула Зубная Фея и спрятала лицо в ладонях. Марра с болью посмотрела на Кролика. Он лежал на снегу, такой беззащитный и трогательный... Она осторожно погладила холодную щеку, на которой уже замерли кружевные снежинки; девушка вдруг улыбнулась и прошептала: - Гектор, не волнуйся. Он еще помучается. Она нежно склонилась в поцелуе, и на мгновение ее темные волосы упали вниз, точно заслоняя погибшего от всего мира. - Если бы ты остался, я бы заставила себя полюбить. - Хотелось сказать ей, но она знала - он уже ничего не слышит. Она осторожно положила его на снег, в последний раз сжимая его руку. Перед ее глазами встала непрошеная картина: он, еще живой, крепко обнимает Марру и все уговаривает ее - и этот забавный австралийский акцент, этот смущенный голос, но вместе с тем твердый взгляд - она бы все отдала, лишь бы только повернуть время вспять! Она подняла глаза к небу. Мирно и ровно светила луна; она была холодным, отстраненным наблюдателем, и Марра, вытирая со щек дорожки от слез, с ненавистью взглянула на нее. - Тебе нет до нас дела, - прошептала она и поднялась на ноги. В ее глазах загорелся мстительный огонек, - но я не спущу ему с рук, Гектор. Не переживай. Подол ее белого тяжелого платья трепал внезапно поднявшийся ветер; она сделала шаг в глубокий сугроб - и тут же взлетела ввысь, удаляясь от страшного места. - Марра, подожди! - крикнула Фея, протягивая руку к подруге, но Марра даже не обернулась. Она летела вперед, зная, что собирается сделать.

****

Страх. Она чуяла страх - далеко внизу, под облаками, и спустилась спустя несколько часов на пустую улицу одного из неизвестных ей городов. Ветер взвихрил ее волосы; она осмотрелась и громко, громко крикнула: - Кромешник! Нигде, нигде она не чувствовала еще такого сильного страха. Кромешник, напитавшийся ужасом хранителей, теперь разгулялся. Марра увидела, как у одного из домов скользнула быстрая черная тень. Она тут же сорвалась с места и скользнула в полумрак дома. - Покажись мне. - Спокойно потребовала она. Несколько мгновений - ни звука. А потом она услышала шелест одежд откуда-то сбоку, справа. Она резко обернулась и увидела его. - Ну здравствуй, дорогая, - сказал он, улыбаясь, - тебе понравилось, как я убил его? Она сжала губы. Темные волосы рассыпались по плечам; он знал, что умрет, но не отступил. Храбрый мой. - Мне понравится убивать тебя. - Сказала она медленно и сделала шаг к Кромешнику. Улыбка на его лице вдруг погасла; он нахмурился, опустив уголки тонких, мертвенно-бледных губ. - Давай. - Сказал он зло. - Давай, ты должна быть злой. Ты - такая же, как и я. Ты так держалась за хранителя... - Поэтому ты убил его. - Ее голос был размеренным и четким, но в груди бушевала ярость. Ей хотелось сделать больно. Очень больно. Но пока нельзя: она не хотела размениваться по мелочи - она хотела, чтобы убийца страдал. - Мне казалось, что я освободил тебя, - небрежно пожал плечами Кромешник и вдруг втянул воздух ноздрями. Он улыбнулся. - А, страха больше нет. Значит, ты пришла, чтобы расправиться со мной? Она мрачно взглянула на духа. - Ты сам вынудил меня. - Произнесла она, делая к Кромешнику еще шаг: теперь противники осторожно кружили, словно два зверя, готовые к схватке. Кромешник улыбнулся еще шире; вот ее желтые глаза наливаются злостью, а кожа бледнеет... сереет... она так же ужасно-прекрасна, как и он сам. В ней сейчас так много зла... Но не хватает капельки ярости. - А ты знаешь, - вдруг шепнул он, и Марра напряглась, - он едва ли не дрожал от страха, когда подыхал. Марра свирепо закричала, бросаясь вперед, словно хищник на жертву - но Кромешник легко увернулся и скользнул во тьму, обратившись в самую ее суть. Она сузила глаза и внезапно зашипела, словно кошка: губы разомкнулись, и показались острые тонкие клыки. - Стой на месте, чтобы я убила тебя как можно быстрее! Она вновь бросилась на Кромешника и вновь промахнулась. Чем дальше завязывалась битва, тем сильнее росла злость Марры. Внезапно она выгадала момент и схватила Кромешника за запястье. - Боль! - зарычала она, вперяя взгляд желтых глаз в злого духа, и Кромешник с нарастающим испугом услышал, как что-то тихонько хрустнуло. Он вскричал, и рука мгновенно обмякла. - Нравится тебе? Нравится? - она впилась ногтями в его грудь. - Боль! Боль! Пусть тебе будет больно! Кромешник не ожидал, что она сумеет сделать ему ТАК больно. Это было невыносимо: он едва оттолкнул от себя девушку, но она уже почуяла свою силу и снова бросилась вперед. Кромешник упал на снег, отползая на широкую улицу. Он задыхался: в груди словно жгло огнем. Он едва поднялся на ноги и зашипел от боли. А на лице Марры появилась недобрая улыбка. - Я хочу, чтобы ты узнал, - она сделала легкий шажок, но это был шаг крадущегося зверя. Кромешник не ожидал, что она станет настолько жестока, - чтобы узнал, каково было ему. Кромешник сотворил из черной пыли тонкую рапиру. С болью можно справиться, решительно подумал он. Я подчиню ее себе. Ведь я стал сильнее. Он и впрямь стал сильнее. Марра сделала прыжок, но Кромешник едва увернулся, с трудом выпрямляясь. Он атаковал сам, делая выпад рапирой - но Марра скользнула за его спину и ударила первой. Кромешник вскричал: его тело сковало сильной болью, и ему показалось, что что-то внутри него надломилось. Однако он нашел в себе силы, чтобы ударить духа - и Марра отлетела назад, впрочем, не упав, а лишь прижавшись к земле. Хищно сверкнули ее глаза. - Ты хотел увидеть меня злой? - звонко крикнула она. - Ты своего добился! Она увидела, что на земле лежит длинная старая веревка, кое-где потертая временем, кое-где грязная. Марра взяла кончиками пальцев веревку, и Кромешник, сощурившись, увидел, как веревка в ее руке начинает извиваться, словно живая. Марра подошла к нему, сжимая в руке тонкий хлыст. Ее глаза горели двумя кусками расплавленного золота. Кромешник приготовился к бою. Почему она все еще нападает? Ведь Тени предупреждали его: когда она обратится в злого духа, то ее прежние чувства, ее любовь, ее друзья, ее доброта - все, все исчезнет. Марра скривила губы в улыбке и чуть склонила голову, точно оценивала Кромешника. - Ну что, - сказала она странным вибрирующим голосом - точно сразу несколько человек говорили с Кромешником одновременно. Дух крепче сжал свою рапиру, - потанцуем?