Кролик. Пасхальный Кролик

Марра умостилась на плече Гектора, слегка поглаживая его прохладный живот. - Хорошо, что ты рядом, - шепнула она с улыбкой. Он заложил руку за голову, счастливо вздыхая. - Я так беспокоился за тебя. - А я за тебя! Марра поерзала. - Я боялась снова потерять тебя. Когда он швырнул свою стрелу... - Вот уж не ожидал, что ты спасешь меня, - растрогался Кролик, нежно накрывая губы девушки своими губами. Их третий день - третий день в облике человека - прошел слишком быстро. Они спрятались ото всех в просторной светлой комнате Марры - во дворце Зубной Феи - и все негласно поняли: не стоит беспокоить двух влюбленных. Марра чувствовала себя ужасно усталой. Вымотанный, но сияющий Гектор не хотел выпускать ее из объятий, но девушке уже непривычно было чувствовать под ладонями его прохладную кожу, а не густую теплую шерсть. - Я люблю тебя, - сказал он тихонько, словно стыдился этого. Марра рассмеялась. - Ты так жалобно это произнес. - Просто я не знаю, ответно ли это чувство, - насупился Кролик. - А то, что я говорила тебе тогда... - Марра смущенно покраснела. - Ну... Когда ты... Кролик помнил, что она лепетала, когда он умирал - говорила, что будет всегда рядом и что готова переступить через все преграды, которые мешают полюбить его. Она говорила это и молила: только живи! А когда он стряхнул с плеч цепкие пальцы смерти, то она вновь смолкла, затравленно глядя на Гектора. - Я тоже чувствую это, - шепнула она и робко улыбнулась. Кролик усмехнулся. **** - Луноликий! - воззвал к древнему хранителю Северянин. - Отзовись! Нам нужна твоя помощь. Кролик осторожно опустил на холодный пол Марру, которую держал на руках. Он появился из своей норы - уже в старом обличье. - Он не ответит нам, - печально сказала Клоя, и Песочник, тихонько похлопав ее по руке, безмолвно вздохнул. - Крылья хранительницы Любви сломали злые духи. - Продолжил Северянин. - Мы спасли ее из заточения, но, увы, она навсегда потеряла свою силу. Луноликий молчал. Северянин рассказал всю историю - но серебряное сияние, чистое и ровное, не давало никаких подсказок хранителям. - Неужто он не хочет нам помочь? - хмуро спросил у друзей Ледяной Джек. Кролик пожал плечами, настороженно вглядываясь в ясное ночное небо. - А что, если хочет, но не может? - предположил он. Его кроличье сердце чуяло неладное. Песочник, сердце которого разрывалось от боли за любимую, с ненавистью посмотрел на Луноликого. Никогда прежде добряк Сэнди не позволял злу проникать в свое сердце. Но сейчас... Сейчас в нем что-то словно всколыхнулось - и он разъяренно топнул ногой и вышел из зала. **** А затем случилось то, что Хранители никак не могли предсказать. Во-первых, тучи закрыли собой чистую полную Луну. Никто, конечно, не видел в этом дурного - подумаешь, тучи! Но вслед за этим ярчайшая вспышка серебряного света буквально ослепила всех. Вскричав, Зубная Фея упала на пол, держась за глаза. Ледяной Джек закрыл лицо руками, исподволь продолжая смотреть на разом потускневшее небо. Пасхальный Кролик отшатнулся, словно его ударили - а вот Марра, громко застонав, как от невыносимой боли, схватилась за грудь. - Что произошло? - спросила побелевшими от страха губами Клоя. Жуткий хохот заставил всех духов вздрогнуть. То, что вначале хранители приняли за тучи, оказалось ничем иным, как порождениями зла - ужасными тенями. Они кинулись врассыпную с небосклона и растворились в ночи. - Смотрите! - закричала Зубая Фея, испуганно сжимаясь. Ледяной Джек ахнул. Луна исчезла. - Что?! - Луноликий?! Как это может быть?! И вот прямо на их глазах начала вершиться ужасная темная магия. Вместо сияющего серебряного шара в небе вырисовывались новые очертания - бледная жалкая копия луны с тусклыми, неживыми краями и темным ореолом, мерцающим в разом почерневшем небе. - Что происходит? - спросил в тишине Северянин. И тут произошло неожиданное. Кролик, который приобнял Марру - вы ведь помните, что ей вдруг стало плохо и она даже не устояла на ногах - вдруг с громким воплем отлетел в сторону, словно тряпичная кукла. - Печеньки с изюмом! - прошептал Северянин. А Марра вставала на ноги, сияя темным странным светом. На ее сером лице загорелись еще ярче желтые глаза с вертикальными зрачками. Волосы за ее спиной тронул холодный ветер; они разлетелись в стороны мягкими волнами, отливая тусклым серебром. Даже одежда на ней переменилась. Теперь ее стройную фигуру сковывали черные перья, которые так плотно облегали тело, что, кажется, они вросли в плоть. Бордовые, черные, серые, они обнажали худые ключицы и руки, спускаясь с плеч. На обнаженные бедра и графитно-серые ноги спускались рваные черные лохмотья. Она молчала, втягивая в грудь воздух. Ее дыхание было ровным - даже замедленным. Кролик, который припечатался о стену, тряхнул головой и вскочил на ноги. - Марра? - спросил он напряженно. Ее голова резко повернулась к Кролику, а желтые глаза сузились. - Меня зовут Амаранта, - сказала она, и ее голос - голос темного духа - пророкотал в наступившей тишине. КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ